Больше богатства? Высокая власть? Громкая слава? Непревзойдённое могущество?
Каждая из этих вершин даётся невероятным, почти непосильным трудом. Однако из уст Шэнь Яня казалось, будто всё это лежит прямо под ногами — остаётся лишь протянуть руку.
Взоры собравшихся одновременно устремились на него.
Желая закрепить произведённое впечатление, Шэнь Янь продолжил:
— Чтобы вы поняли, нам придётся обратиться к истории человечества. Как я уже рассказывал ранее, путь Великого Китая от глубокого упадка к невиданному процветанию не был мгновенным. Он делился на чёткие этапы. На заре становления нашей цивилизации люди пребывали в каменном веке: пили кровь, ели сырое мясо, перебивались скудными ресурсами и вели первобытную, грубую жизнь, не ведая письменности...
Слушатели переглянулись.
Оказывается, даже этот ослепительный, великий Поднебесный мир когда-то находился в ещё более плачевном положении, чем они сами. Но как столь высокоразвитая цивилизация сумела расцвести на такой бесплодной почве?
Прежде им никогда не приходилось слышать подобного взгляда на историю, поэтому концепция этапности развития мгновенно захватила их внимание.
— Преодолев каменный век, — с чувством чеканил Шэнь Янь, — общество вступило в рабовладельческую эпоху. Тогда рабов было большинство...
Его описания отзывались в людях знакомой болью. Разве нынешнее время устроено иначе? В их глазах простолюдины ничем не отличались от рабов, разница крылась лишь в названии.
Градус внимания подскочил. Неужели век, в котором они живут, по меркам истинного прогресса считается глубокой дикостью? Городские правители насупились — им трудно было с этим согласиться, ведь так жили абсолютно все земли и города.
— За рабовладением последовал феодализм, — продолжал Шэнь Янь. — Монархи возводили государства, раздавали земли сородичам и заслуженным вассалам, а те служили правителю за счёт полученных наделов и податей... Наш текущий уклад застрял где-то на стыке позднего рабовладения и раннего феодализма. И, прямо скажем, оба этих периода одинаково беспросветны: один тонет в нищете, другой ушёл от него не слишком далеко.
Правители переглянулись вновь. Сжатые выводы Шэнь Яня звучали поразительно точно. Государственное устройство Города героев и четырёх династий, возникших на обломках Династии Вечности, точь-и-точь повторяло описанный им феодализм. Правители четырёх царств вышли из Города героев, да и многими независимыми полисами вроде Города наёмников или Города чародеев Кенья изначального заправляли выходцы оттуда же...
Вот только со временем все эти земли увязали в упадке, деградируя как в силе, так и в хозяйстве. Учёные умы давно бились над этой загадкой, но так и не пришли к единому мнению.
И сегодня Шэнь Янь давал им готовый ответ.
— Послушайте меня, — со всей искренностью произнёс он. — За феодализмом следует полуколониальный уклад. И если мы не изменимся прямо сейчас, каждый наш город неизбежно сползёт в эту яму.
Шэнь Янь кратко обрисовал суть колониального гнета и подытожил:
— Помяните моё слово: Святой Престол в своём безумии вознамерился пожрать все земли до единой. И тогда абсолютно каждый город, каждый человек окажется под плётью религиозной тирании...
Колонизация подразумевает захват и растоптание чужаками. Формально служители Престола не были иноземцами, но Шэнь Янь при всём желании не мог считать их «своими». В его понимании — истинно китайском — единым народом могли народиться лишь те, кого связывает общая судьба и духовное родство. А фанатиков, считающих людей стадом пасомых овец и жертвенным скотом, звать своими — последнее дело!
— Почтенные! Феодальная эпоха Поднебесной заложила фундамент великого процветания. Веками она ковала искусство, поэзию, культуру и общественный уклад, возвышая дух народа. Но перед нами лежит куда более заманчивый путь: миновать феодальную рутину и с ходу вырваться в век истинного расцвета. Нам выпал шанс совершить грандиозный обгон на повороте истории!
Он сделал выверенную паузу.
— В Древние Дни Поднебесной потребовались тысячи лет, чтобы переплавить феодальный уклад в нечто большее. Нам же посчастливилось унаследовать этот бесценный опыт. У нас есть колоссальное преимущество! Нам не нужно двигаться наослеп — достаточно идти по готовой карте, чтобы шагнуть вперёд сразу на тысячу лет!
Речь Шэнь Яня заставляла кровь в жилах закипать от восторга. Он не сыпал пустыми лозунгами: за каждым его словом стоял тысячелетний опыт реальной цивилизации.
Владыки городов смотрели на юношу во все глаза, невольно сглатывая слюну.
Перешагнуть через целые эпохи... Проскочить феодализм, миновать колониальный гнёт и сразу взлететь на вершину... Сварог и демоны, что же это за эпоха, которая следует за всем этим?!
— Мы способны с ходу вступить... в промышленное общество! — возвестил Шэнь Янь. — И совершить в нём стремительный рывок! Разумеется, совершить этот прыжок в один миг будет непросто, учитывая наши нынешние реалии...
Он говорил жарко, захватывающе, не жалея слов.
— Промышленный век — это колоссальный качественный скачок для всего человечества! Посмотрите вокруг: сейчас простые люди не могут даже прокормить себя, они мечтают обратиться в нежить лишь бы не сдохнуть от голода! Да и знать уйдет недалеко — ваши богатства по меркам расцветшей цивилизации смехотворны, их едва хватает на покрытие базовых потребностей. Вы рискуете жизнью на каждом шагу только ради того, чтобы удержать этот нищенский уровень... Вы даже не переступили порог настоящей роскоши!
Владыки замерли. Ещё недавно они гордились своим положением, а в описании Шэнь Яня выходили сопливыми нищими. Каким же тогда должно быть настоящее богатство?! И что это за индустриальный век, способный вознести человечество на такие высоты?
— Друзья мои! — вдохновенно ораторствовал Шэнь Янь. — Да, наше время бедно и дремуче! Зато именно потому, что мы стоим у самого истока, перед нами открывается ничем не ограниченный горизонт для роста!
Он вошел в раж, шлифуя мастерство убеждения:
— Вот почему я утверждаю: вы — самое удачливое поколение! Вам проще всего снискать несметные богатства, необъятную власть, немеркнущую славу и непревзойдённое могущество! Мы не имеем права упустить этот шанс! Мы обязаны сделать так, чтобы наши имена золотыми буквами вписали в летописи! Преобразования, которые мы принесём, останутся в истории навечно!
Он перевёл дух и перешёл к делу:
— У меня скопились кое-какие средства в разных городах. Я намереваюсь вложить их в строительство мануфактур и фабрик. Это даст простым людям работу, поднимет бедноту, обогатит города и введёт всех нас в век промышленности! Только когда деньги начнут свободно циркулировать, общество обретёт истинную силу и свежее дыхание... Кто из вас готов со мной шагнуть в эту новую эру и стать её творцом, а не просто пассивным наблюдателем? Мы станем первопроходцами индустриального века!
Шэнь Янь принялся расписывать блага промышленной эры. Конечно, он излагал лишь самые основы. Будучи знатоком истории, он прекрасно понимал суть первой, второй и третьей промышленных революций. Он знал, что главным двигателем этого рывка, помимо его теории, станут технологии подземных человеко-демонов. Но для местной публики даже первый шаг казался фантастикой. Нужно было встать на ноги, подготовить почву, а уж потом совершать грандиозный переворот вместе с человеко-демонами.
Голос оратора окончательно осип от долгого и страстного монолога.
— Впрочем, если кто-то не желает участвовать — дело ваше, — как бы между прочим бросил Шэнь Янь. — Можете просто наблюдать со стороны. Главное, позвольте мне построить фабрики на вашей земле. В таком случае всю прибыль я заберу себе.
Что именно будут производить эти предприятия? Шэнь Янь лишь ухмыльнулся про себя. Наследие китайской цивилизации таило в себе столько потрясающих вещей — от предметов повседневного быта до изысканных развлечений, — что появление любого из них переворачивало бы местный уклад с ног на голову. Вспомнить хотя бы, какой фурор произвела обычная лапша! Великое наследие прошлого позволяло сэкономить века поисков и испытаний. Встать на плечи гигантов — ни с чем не сравнимое удовольствие, и очень скоро эти люди прочувствуют его на собственной шкуре. Великий перелом эпохи был неизбежен.
— Наша общая цель, — резюмировал Шэнь Янь, — всеобщее процветание! Чтобы весь мир наслаждался плодами этого золотого века...
Поодаль Авраам слушавший эту речь, лишь нахмурил брови, чувствуя, как у него закипает разум.
Всеобщее процветание? И для знати, и для черни? Да возможно ли такое вообще?
Он желчно ухмыльнулся про себя:
«Суета и глупость. Стоит лишь отыскать Бога — и всё установится само собой, без всей этой бессмысленной возни».
Однако, пробормотав это, Авраам тут же мрачнел. А разве найти Бога проще, чем реализовать безумные планы Шэнь Яня? Он ищет Его со Второй эры, и что в итоге? Падение Династии Вечности, вековые скитания, неисчислимые жертвы и потери... Было ли это проще?
У Шэнь Яня, по крайней мере, имелся живой пример сработавшей цивилизации. И тот прекрасный мир, о котором он вещал, возможно — пусть даже гипотетически — действительно мог стать реальностью. Или, по крайней мере, к нему можно было приблизиться.
Пока Авраам терзался сомнениями, правители городов, расположенных по соседству с Городом наёмников, уже едва удерживали слюни. Их глаза горели жадным огнём.
— Как нам вступить в этот индустриальный век?! — перебивая друг друга, заголосили они. — Как принять участие в строительстве фабрик?!
Их рвение было понятным: они знали Город наёмников лучше других и помнили, какой беспросветной нищетой тот славился на весь свет. Но стоит взглянуть на него теперь, после того как отряд «Тигр и Леопард» построил там свои мануфактуры! Город изменился до неузнаваемости. Соседи буквально задыхались от зависти.
И теперь, когда Шэнь Янь предлагал внедрить ту же систему у них, они готовы были костями лечь, но войти в долю!
Не участвовать и просто позволить ему строить на их земле?! Ага, разбежался! Сгрести всю прибыль в один карман?! Ну уж нет, шалишь!
Их азарт настолько ошеломил правителей дальних земель, что те лишь хлопали глазами. Неужели эти заводы действительно приносят такие невероятные барыши?
Шэнь Янь же, с видом искушённого проповедника, наставительно произнёс:
— Удача улыбается тем, кто умеет седлать волну времени...
О, он не собирался останавливаться на устной агитации! Он напечатает весь этот курс лекций в газете «Мир во всём мире»!
— На следующем занятии не опаздывайте, — улыбнулся Шэнь Янь. — Мы продолжим наше обсуждение.