Город наёмников. Академия Хуася.
Белый владыка Сяо Линьчэнь шествовал по аллеям комплекса. Величественные чертоги и глубокие внутренние дворы казались наследием древней, канувшей в небытие цивилизации — они разительно отличались от кипящего за высокой стеной города, будто принадлежали совсем иному миру.
Соседство убогих руин, собранных из отбросов погибшей эры, и великолепного ансамбля академии с её резными карнизами и расписными сводами поражало воображение. Учащиеся весело шумели неподалёку, наполняя величественные пейзажи дыханием жизни.
Толпа зевак уже рассосалась, и рядом с Шэнь Янем остались лишь самые доверенные лица, так что разговору без лишних ушей ничего не мешало.
Шэнь Янь мысленно выстроил фразы и произнёс:
— Известно ли Белому владыке, что почти одновременно с нападением на вас кто-то устроил засаду и на принца Боцы?
Даже безупречно-холодное, словно выточенное из нефрита лицо Сяо Линьчэня дрогнуло от изумления. Кто-то дерзнул напасть на Нестареющую легенду?
Слава о Боцы ходила скверная: злопамятный, мстительный, в средствах не стесняющийся... Никто в здравом уме не стал бы связываться с чудовищем, обладавшим столь дурным нравом и колоссальной силой.
Пределом человеческих возможностей считались Легенды Третьего пролога. Но Боцы и Гайя явно выходили за эти рамки. Никто даже приблизительно не представлял глубину их могущества, отчего в народе их величали «Мифами» — рангом, которого не существовало ни в одной официальной иерархии. Даже Мастера Эпоса Второго пролога из расы духов не рисковали гневать подобные величины без крайней на то нужды.
Шэнь Янь продолжил:
— И знаете ли вы, за чем они охотились?
Это действительно заинтриговало Сяо Линьчэня.
Не дожидаясь расспросов, Шэнь Янь выложил карты на стол:
— Огонь. Особое пламя, служащее ключом к Руинам гигантов на высокой горе — одному из трёх величайших древних святилищ этого мира.
Теперь об этом пронюхали и Святой Престол, и Город грехов, так что тайна перестала быть секретом Шэнь Яня и Дуду.
— По достоверным сведениям, подобным пламенем владел Первый папа римский Филибус, — пояснил юноша. — Проныры из Святого Престола натянули на своего человека его содранную кожу и попытались доплыть до той вершины, чем и подтвердили догадку. Однако подробными сведениями о ключе они не располагают.
Брови Сяо Линьчэня сдвинулись к переносице. Он начал догадываться, к чему клонит собеседник.
Летописи расы духов простирались в такую глубь веков, о которой прочие народы и не слыхивали. В древних хрониках сохранилась запись: принц Боцы под видом Мудреца долгое время жил подле Первого папы Филибуса. Если Святому Престолу не хватало сведений о таинственном пламени, единственный способ раздобыть их — выбить из Боцы... или из самого Сяо Линьчэня, тоже ступавшего на земли древних руин.
Засада на двоих одновременно... Мотив нападавших становился очевидным.
— На Боцы напали люди Святого Престола? — спросил Сяо Линьчэнь.
— Напротив, прихвостни Города грехов, — качнул головой Шэнь Янь. — Вот только наводку им дал сам Святой Престол. Слышал ли Белый владыка слухи о катастрофе, едва не сметшей с лица земли Город чародеев Кенья?
Сяо Линьчэнь молчал.
Учёные мужи Кеньи не жалели сил, трезвоня о случившемся на всех перекрёстках. Разумеется, раса духов была в курсе: Святой Престол сыграл в той грязной бойне весьма неприглядную роль, сойдясь в тайном сговоре со своими заклятыми врагами из Города грехов. Доселе эти вести казались слишком дикими, чтобы принимать их на веру без оглядки, однако Шэнь Янь лично присутствовал при тех событиях.
Сяо Линьчэнь глубоко задумался. Слова союзника, чья честность не вызывала сомнений, весили куда больше уличных сплетен.
Наступила тишина.
Белый владыка разомкнул губы, но так и не нашёл, что сказать. Безупречная репутация Святого Престола оказалась лишь гнилой ширмой, прикрывающей бездонную тьму.
— И это далеко не всё, — нанёс очередной удар Шэнь Янь.
Он указал на стоящих подле него Архиепископа Тёмной Луны Джераса и Капа Моки, наследника клана Глория. По цепочке выплыла наружу история о том, как жрецы штудируют Манускрипты Древних Дней и устраивают кровавые жертвоприношения в разных городах, дабы заглушить ментальную скверну.
— Публикации в газете «Мир во всем мире» заставили святош притихнуть, — продолжал Шэнь Янь. — Но стоит Аврааму учинить какой-нибудь хаос, как внимание общественности переключается, и гидра вновь поднимает голову. Они отчаянно ищут в древних текстах разгадку — и я готов заложить голову, что искания эти связаны с тем самым пламенем. Если раса духов потянет за нужные нити, вы без труда найдёте доказательства.
Лицо Сяо Линьчэня потемнело. Он не сомневался в словах юноши — тот дал конкретные ориентиры для проверки. Удручало другое: духи полагали, что их главный враг — Авраам со своей армией нежити, а под боком, оказывается, разросся не менее опасный гнойник.
Они-то рассчитывали привлечь Святой Престол к войне против Авраама! Но если Престол погряз в тайных сделках с Городом грехов — верными псами Авраама, — ни о каком союзе не могло быть и речи.
Сяо Линьчэнь воззрился на Шэнь Яня, и тот легко прочитал немой вопрос в его глазах.
— Повелитель Гайя не раз отправлял к Святому Престолу послов с предложениями о союзе, — пояснил Шэнь Янь. — Вовсе не от наивной веры. Мы не можем воевать на два фронта, поэтому приходится тянуть время и соблюдать видимость дипломатии. К тому же это единственный способ сорвать маску со святош в глазах тех городов, что до сих пор им слепо верят.
Мощь Святого Престола была огромной. Разразись открытая вражда сейчас — и полмира назовёт Шэнь Яня и его соратников еретиками и клеветниками, как это произошло с изолированным Кенья. Прежде чем рубить гидру, нужно лишить её слепой веры паствы.
— К слову, осмотр останков тех, кто напал на вас, дал кое-какие улики, — добавил Шэнь Янь. — Очень похоже на работу рыцарей Крестового похода.
Шэнь Янь смолк, давая собеседнику пищу для размышлений. Древняя память расы духов наверняка хранила сведения о боевых почерках Святого Престола.
Сяо Линьчэнь не ожидал, что приватная беседа вскроет столь глубокие пласты.
Во-первых, Святой Престол убеждён, что у него хранится ключ к Руинам гигантов, а значит, новые засады — лишь вопрос времени.
Во-вторых, на помощь Святого Престола в борьбе с нежитью рассчитывать не приходится, а разглашение правды подорвёт и без того хрупкий боевой дух человечества.
Поразмыслив, Белый владыка произнёс:
— Раса духов проверит твои сведения. И... мы пока удержим в тайне факт нападения на меня.
Это решение далось ему непросто. Будь на его месте обычный человек, ослеплённый жаждой мести, мир уже полыхал бы в огне междоусобицы. Но духи отличались феноменальным хладнокровием.
Едва Сяо Линьчэнь удалился, Архиепископ Тёмной Луны Джерас с вздохом заметил:
— Недаром духи считают себя выше смертных. Дело не только в их поразительной ловкости, чутье, долголетии или красоте. Их выдержка и способность гасить эмоции ради высшей цели действительно недосягаемы для людей.
Белый владыка был тяжело ранен, но сумел наступить на горло собственной гордости ради сохранения союза.
Впрочем, день принёс не одни лишь мрачные вести.
Караваны с зерном, скупленным Шэнь Янем в дальних землях, наконец под охраной наёмников прибыли в Город наёмников. Огромные запасы провизии оравой грузчиков заполняли свежевыстроенные амбары.
Шэнь Янь сдержал обещание: в тот же день лавки отряда «Тигр и Леопард» начали торговлю зерном по разумным, докризисным ценам. Рынок мгновенно стабилизировался.
Простой люд ликовал, точно на празднике. Больше не нужно было выкладывать последние гроши жадным гильдиям, наживавшимся на чужой беде. Ремесленные мастерские отряда «Тигр и Леопард» вновь заработали в полную силу, не испытывая нехватки в сырье.
Негодовал разве что Дуду. В представлении маленького дракона тратить хотя бы один медный голубь на покупку еды было вопиющим безумием. Если хочется есть — пойди и отбери! Зачем платить кровные?
* * *
Тем временем колесо войны продолжало проворачиваться.
Замысел Гайи воплощался в жизнь: на первой линии обороны, в горах Альтерак, сходились полки из окрестных городов, подобно бурлящим потокам. За ними тянулся Великий каньон Замокде — вторая линия, и пролив Альс — третья.
Сходила эпохальная битва за выживание человечества.
На далёких же землях полчища нежити поднимали тучи пыли, занимая опустевшие города один за другим. Безлюдные улицы выбивали из колеи даже мертвецов.
И лишь одинокий юноша взирал на происходящее с привычной печальной ухмылкой:
— Главный враг людей — они сами. Им не понять, что любую, даже самую неприступную стену разрушат их собственные руки.
Пробормотав это, он сжал в ладони серебристый брусок и активировал его.
Оказавшись в виртуальном пространстве Моря Дамона, Авраам едва не наступил на мальчонку, чей рот расплылся в широкой улыбке, а глаза превратились в щелочки.
— Воин Суньцзы просит добавить его в друзья! — звонко выкрикнул карапуз.
Авраам: «...»
Шэнь Янь: «...»
Шэнь Янь, наблюдавший за этим через административный интерфейс, мог лишь подивиться плодам своего творения. Сетевая сеть — лишь платформа, объединяющая всех без разбора. И ей решительно всё равно, кто сидит по ту сторону терминала — праведник или правитель Царства мёртвых.
Вглядевшись в даль, юноша заметил парящий образ новенького корабля, на палубе которого восседал седовласый пастырь в пышной мантии — отец Хака.
Слава сети! Она умудрилась собрать в одном месте всех главных злодеев этого мира.
Поглазев на происходящее, Шэнь Янь отправился на поиски Данлина Тунлу — вспыльчивого карлика племени Медной Печи, который днями напролёт пропадал в виртуале.
— Данлин, пора запускать в производство второе поколение сетевых терминалов, — предложил Шэнь Янь. — И продавать их подороже.
— Чего-о? — вытаращился кузнец.
— У первых терминалов углы были прямыми. Мы сделаем их закруглёнными. За такой дизайн можно смело просить в полтора раза больше!
Глаза Данлина округлились до размеров бронзовых блюдец.
Разве есть разница?!
Как настоящий педантичный карлик, вернувшись в мастерскую, он первым делом выковал корпус со скруглёнными краями. Долго вертел его в мозолистых руках, чуть глазоньки не сломал, а потом пошёл донимать сородичей:
— Ну видите разницу? А? С чего бы за эту ерунду выкладывать лишние медные голуби?
Мастера долго чесали затылки и в итоге пришли к единодушному выводу:
— Когда я впервые увидел этого Шэнь Яня, сразу понял: мошенник и прожжённый делец!