Эта ночь выдалась бессонной — как для Святого Престола, так и для Шэнь Яня с его спутниками.
В непроглядной тьме по улицам шастали многочисленные патрули рыцарей Святого Престола. Сжимая в руках яркие прожекторы, они словно искали кого-то.
Члены клана Голвин с трудом сдерживали гнев. Заперевшись в доме на все задвижки, они с горечью осознавали, что их род сделали козлом отпущения в грязных интригах Престола.
Шэнь Янь прекрасно понимал причину такой внезапной активности. Архиепископ Джерас перебил всех вестников из Ватикан-Сити, и это неизбежно насторожило архиепископа Генри.
Днём патрулирование станет ещё жестче. В таких условиях люди из клана Голвин не смогут свободно выходить на улицы для оспопрививания — им ни в коем случае нельзя раскрывать себя. Если их схватят, исход один: объявят еретиками и заживо сожгут на площади.
Однако за последние дни у первых привитых уже начал вырабатываться иммунитет. А значит, пришло время для второго этапа плана.
Шэнь Яню не спалось. На душе было паршиво от мысли о том, как грандиозная организация, прикрываясь святостью и благочестием, втайне творит столь бесчеловечные, чудовищные злодеяния.
Впрочем, логика фанатиков была ему ясна: ради своей веры они готовы пожертвовать собственными душами и жизнями, что уж говорить о чужих. Понятия добра и зла, морали и совести для них просто перестали существовать.
— Семейка психопатов, — вздохнул Шэнь Янь, ворочаясь на кровати.
Он был обычным человеком, и смотреть на подобное безумие ему было невмоготу.
Тяжёлые мысли не давали уснуть. За окном темнело ещё сильнее, а вскоре хлынул проливной дождь. В прибрежной Кенье ливни никогда не проходили вполовину силы.
Глухой шум дождевых капель, рушащихся на крышу и карнизы, внезапно разбавил тихий звук: окно в комнате Шэнь Яня отворилось.
Шэнь Янь опешил, уставившись на Чжао Куо, который ловко влез через проём.
— У меня крыша протекает, — пожал плечами тот.
"..."
Дома здесь и впрямь старые, протечки — дело обычное. Вот только Чжао Куо всегда был человеком дела: даже среди ночи он мог починить любую крышу за пару минут. Пришёл переждать дождь или решил остаться?
Могучее тело, источающее густой мужской магнетизм, тяжело опустилось на кровать. Конструкция под ним даже не шелохнулась.
"Настоящее загляденье..." — мысленно хмыкнул Шэнь Янь, разглядывая этот рельефный, безупречный силуэт.
Высокий, статный мужчина с хищным обаянием властного зверя.
Шэнь Янь с трудом сглотнул. У каждого свои слабости, и он никогда не скрывал от самого себя пристрастия к сильным, крепким мужчинам.
За окном бушевала стихия, а в комнате скрип кровати уже не умолкал до самого рассвета. После всех бесчинств Святого Престола, отравивших душу, эта ночь принесла непередаваемое блаженство.
Словно под пролившимся благодатным дождём, сухой пень вновь пустил побеги и пышно расцвёл.
* * *
На следующее утро ночной ливень утих, оставив на мостовых глубокие лужи.
Как и предвидел Шэнь Янь, патрули рыцарей Святого Престола заметно сгустили свои ряды.
Члены клана Голвин лишь осторожно поглядывали на улицу через дверную щель. Сейчас вся Кенья заперлась на замки, опасаясь незнакомцев. В такой обстановке выходить к людям с оспопрививанием было безумием.
Маршалл, племянник старого чародея Усера, мрачно заметил:
— Мы — последователи Его Высочества Гайи. Если выберемся под этим прикрытием, рыцари Престола не должны нас трогать.
В Кенье, где жители от страха перед Проклятием Древних Дней боялись нос высунуть наружу, Святой Престол считался крупнейшей силой. Однако статус Гайи был совершенно особым. При определённых обстоятельствах он мог стать временным лидером города и поднять всю Кенью против общего врага. Именно этого Престол и опасался. Каким бы могуществом они ни обладали, вступить в открытое противостояние со всеми местными родами, хранящими наследие Династии Маурьев, они не могли.
Разумеется, сплотить Кенью Гайе было бы непросто — древние династии пали давно, и требовался поистине неопровержимый повод.
Маршалл рассуждал здраво: рыцари их не тронут, но стоит им начать вакцинацию, как Престол тут же проявит повышенный интерес. Время уединённой работы прошло.
Шэнь Янь, уже избавившийся от ночной хандры, спокойно ответил:
— Не переживай. Как раз пора запускать второй этап. Совсем скоро жители Кеньи сами будут умолять вас выйти на улицы, а Престолу останется лишь беспомощно наблюдать, как вы открыто прививаете людей.
Второй этап не требовал от них активных действий — нужно было просто подождать.
И действительно, ближе к полудню небо прояснилось. Натянув между облаками яркую дугу радуги, солнце щедро залило мостовые Кеньи. В этот момент в глухих переулках стали открываться первые двери.
На улицы начали выходить люди.
Мужчины и женщины, старики и дети... Разные, но с одной общей деталью: у каждого на плече алел свежий след от небольшого надреза.
Умытые дождём солнечные лучи освещали их лица, делая улыбки невероятно яркими.
Они жадно вдыхали влажный воздух. Как же давно они не ощущали этой простой свободы — дышать свежестью родного города после ливня!
Затворничество поначалу казалось терпимым, но со временем превратилось в медленное удушье, неотличимое от тюремного заключения. Страх и безысходность доводили людей до безумия. Многие уже думали, что лучше подхватить болезнь, чем до конца дней дрожать в четырёх стенах.
Гордые потомки Династии Маурьев никогда ещё не чувствовали себя столь униженными.
Сначала наружу выбрались единицы. Боялись ли они? Конечно. Но они доверились сторонникам Его Высочества Гайи, сделавшим им прививку. Да и сидеть в заперти дальше было выше их сил.
Увидев, как соседи безбоязненно прогуливаются по улицам и с улыбкой приветствуют прохожих, из домов стали выходить и другие.
Если сосед получил защиту от коровьей оспы и спокойно наслаждается жизнью, то почему они должны гнить в душных комнатах?
Разумеется, некоторые привитые предпочитали подождать и посмотреть, что будет дальше. Осторожность никогда не бывает лишней.
Хотя членов клана Голвин и отряда «Тигр и Леопард» было немного, сама процедура оспопрививания занимала считанные секунды. Больше времени уходило на разговоры. За эти дни они успели охватить солидную часть населения.
Выходя на улицы, люди переглядывались с полным взаимопониманием: общая беда и общее спасение сблизили их.
Такая перемена быстро привлекла внимание патрулей Святого Престола.
Образ праведников не позволял рыцарям применять силу на глазах у горожан. Вокруг шныряли любопытные взоры из окон, и открыто провоцировать жителей Кеньи было опасно.
Приняв благочестивый вид, рыцари вежливо поинтересовались у горожан, почему те не боятся ужасного Проклятия Древних Дней.
Вопрос откровенно озадачил жителей.
— Вы что, ничего не знаете? — удивлённо отозвался один из горожан. — Его Высочество Гайя со своими людьми прибыл в город уже давно! Они прививают нам коровью оспу. Всего пару дней — и можно не просто гулять по улицам, а хоть к самым тяжелобольным в палату заходить! Говорят, люди Гайи каждый день ходят к местам, где вы раздаёте святую воду, и спокойно общаются с заражёнными. И хоть бы кто из них заболел!
Рыцари остолбенели. Они и впрямь видели соратников Гайи среди больных и лишь мысленно насмехались над их глупостью, считая их смертниками.
Гайя принёс спасение Кенье, а они ни сном ни духом! Святой Престол слишком пристально следил за каждым шагом самого Гайи, упустив из виду его «безумных» сторонников.
Для планов Церкви это был катастрофический удар. Срочно нужно доложить архиепископу Генри!
Сцепив зубы и сохраняя внешнее хладнокровие, рыцари отбыли в Центральный собор.
Вслушавшись в доклад, архиепископ Генри мгновенно поднялся с кресла. Ситуация рушилась на глазах.
— Нет, здесь что-то не так, — процедил он. — Если Гайя пришёл спасти город, почему он дни напролёт копался в грязном белье клана Голвин у нас под носом?
Генри сузил глаза:
— Его поведение с самого начала было ненормальным. Он намеренно отвлекал наше внимание, давая своим людям время выполнить работу! Он... он с самого начала искал против нас защиту!
Генри повернулся к доставившему весть рыцарю:
— Сколько жителей вышло на улицы и в каких кварталах?
— Пока немного. В основном в бедных районах: в переулках Белых Мантий и Серых Мантий. Но если попытаться их изолировать, поднимается шум. К тому же, если горожане узнают, что мы мешаем их спасению...
Престол моментально превратится в их глазах во врага. А у Гайи появится идеальный повод сплотить весь город вокруг себя.
* * *
В это время Шэнь Янь выжидал удобный момент.
Запертые в домах жители, узнав, что выходящие на улицы люди защищены от болезни благодаря коровьему оспопрививанию, подняли настоящую бурю.
Из окон доносились отчаянные крики: как получить эту прививку?!
Для людей, находившихся на грани гибели, это был единственный луч надежды. Район бурлил, словно закипающий котёл.
— Где же сторонники Гайи?! — наперебой кричали из окон. — Те некроманты, что делали уколы?! Они ведь каждый день ходили по нашему переулку!
И именно в этот момент Шэнь Янь отдал приказ.
Члены клана Голвин и бойцы «Тигра и Леопарда» открыто вышли на центральные улицы.
Прямо на глазах у всех, приподняв наводящие ужас сундуки, шагала группа людей, которых горожане принимали за некромантов.
— Некроманты пришли! Они принесли прививки!
Улицы взорвались ликованием.
Люди из клана Голвин, прятавшие лица за масками, едва сдерживали волнение. Ещё вчера Престол выставлял их отпетыми злодеями, а сегодня народ встречал их как спасителей.
Помня указания Шэнь Яня, один из них громко воззвал к толпе:
— Каких ещё некромантов?! Вы увидели за нашими спинами тёмные фигуры и сразу решили, что перед вами повелители мертвецов?!
Он ухмыльнулся под маской:
— Ошибаетесь! Это не нежить! Это Статуи Внешнего пути! И получить такую статую может любой — хоть воин, хоть простой ремесленник! Нужны лишь заслуги — гундэ!
— Спросите, что такое гундэ? Помогать согражданам, прививать им коровью оспу и спасать от мора — вот величайшее благодеяние! Я всего пару дней помогал делать прививки, а уже получил эту величавую Статую Внешнего пути. И она куда лучше любой нежити: она растёт вместе с тобой! Чем больше добрых дел ты совершишь, тем сильнее она станет!
Шэнь Янь рассчитывал именно на это: пока Престол не опомнился, вовлечь в оспопрививание как можно больше людей.
Чем больше жителей получит иммунитет и свои Статуи Внешнего пути, тем быстрее Святой Престол окажется в ловушке. Ведь ополчиться против всего населения Кеньи разом они не посмеют.