Стоя перед уставленным яствами жертвенным столом, Шэнь Янь произносил речь с таким надрывом и чувством, будто зачитывал древнюю заупокойную молитву:
— Скорблю о великих невзгодах народа нашего, застрявшего меж жизнью и смертью... Граница между бытием и небытием истончилась, а живые вынуждены примерять личины мертвецов, лишь бы продлить свое существование. Демоны беснуются воочию, нечисть заполонила города, превращая их в обители призраков. Лишь усопшие ведают покой, но нынче и они поднимают оружие, ступая на стезю войны. И души их не ведают упокоения, точно в ночь Шествия ста духов... Если во вселенной сыщется пекло, то наш мир давно шагнул за его порог.
От картины мира, нарисованной Шэнь Янем, притихли даже самые беззаботные ученики академии.
Мир окончательно превращался в обитель усопших, где живым не оставалось места.
Казалось, мироздание совершило виток и вернулось к темным временам — к исходу Первой эры и заре Второй, когда человечество, спасая свои жизни, забилось под землю, в глухие убежища и подземные базы. То была эпоха непроглядного мрака, о которой ныне помнили лишь немногие манускрипты.
Бездумное разбазаривание R-источника и халатное уничтожение медицинских отходов привели к необратимым мутациям флоры и фауны. Именно тогда хлынула первая волна аберрантов.
Уродливые, наделённые жуткой, хаотичной мощью твари — как наделённые разумом, так и лишенные его — без предупреждения заполонили землю, ознаменовав начало беспросветных лет для человеческого рода. У этих мутировавших сущностей не было ни цивилизации, ни законов, ни моральных устоев. Они разнесли в дребезги привычный уклад жизни. Потерпев поражение, люди ушли в подземные форпосты.
И лишь появление Прологов профессий дало человечеству шанс. Став искателями приключений, первые храбрецы вернулись на израненную поверхность.
Города уже лежали в руинах, оккупированные монстрами. Здания разрушились, а хранители знаний — книги, сетевые накопители и цифровые носители — были уничтожены безвозвратно. В кровопролитных схватках люди смогли отвоевать себе дом, но утраченную цивилизацию вернуть так и не удалось.
Пролегла непроходимая пропасть между прошлым и настоящим. Великое наследие кануло в небытие, когда рухнули законы мироздания из-за R-источника.
Последующая Вторая эра знавала немало смут и легенд. Она видела расцвет и падение Бессмертных, смену великих династий до эпохи Вечности, триумфы и катастрофы. Но человеческий род проявлял невероятную живучесть и продолжал цепляться за жизнь.
Теперь же всё изменилось. На арену вышел — зачинщик конца света. Будучи человеком, он стяжал славу настоящего демона. Прикрываясь намерением «избавить мир от страданий», он сплотил вокруг себя миллионы отчаявшихся и развязал новую тёмную эпоху.
Первая эра мрака пришла с R-источником. Что же принесет эта? На сей раз человечество может исчезнуть окончательно.
Армия нежити Авраама рано или поздно ступит на земли Города наёмников. Никто не сумеет остаться в стороне. Так что речи о том, будто происходящее никого не касается — пустой звук.
— Наследие Хуася только начинает возрождаться, — громко провозгласил Шэнь Янь. — Хранители нашей культуры ещё не успели вырасти, они не увидели прежнего величия предков... О славные духи предков Хуася, защитите своих потомков! Ниспошлите благословение и покой на эту землю, где едва затеплилась надежда, где вновь засиял свет нашего народа!
«Если вы не защитите своих потомков прямо сейчас, о предки, то первый Новый год за тридцать тысяч лет станет последним», — мысленно добавил Шэнь Янь.
В будущем мире нежити усопшим вряд ли будет дело до древних традиций. И не просто культура Хуася — вся человеческая цивилизация окажется поставлена на паузу. Навсегда.
Завершив молитву — а точнее, высказав предкам все свои тревоги, ведь кто не изливает душу у семейных гробниц? — Шэнь Янь замер в ожидании отклика духов.
Хотя история Великого Китая — это история непрерывных войн, дух народа всегда отвергал кровопролитие. Каждая эпоха жаждала лишь одного: прозрачных вод, чистых небес и всеобщего мира. Тем более когда дело касалось нечисти. У народа Хуася никогда не было недостатка в праведниках, готовых истреблять демонов и защищать поднебесную. В бурных волнах истории несть числа тем, кто жертвовал собой ради высшего долга.
Едва голос Шэнь Яня утих, из глубины святилища вылетела светящаяся печать. Прочертив дугу, она опустилась прямо на лоб Шицзы, который с глуповатым видом глазел на происходящее.
Маленький дикарь Шицзы мечтательно грезил о карьере торговца и в академии появлялся через раз, отчего до сих пор не удостоился благословения предков.
Печать впечаталась в его лоб. Шицзы замер в замешательстве. Ему всегда казалось ужасно интересным, когда Шэнь Янь так громко читал свои заклинания — точь-в-точь как великий верховный шаман дикарей при обряде призыва дождя.
Не успел Шицзы опомниться, как его тело вспыхнуло ослепительным бронзовым светом. Он засиял, подобно могучему литому изваянию.
[Девятый Пролог: Защитник Дхармы Ваджрапанни] — истребитель любой нечисти!
У остальных дикарей от изумления выпали из рук топоры.
Какая невероятная мощь! Дикари всегда полагались на грубую силу, но сейчас Шицзы напоминал сошедшее на землю древнее божество.
И прежде чем зрители перевели дух, из храма, где покоились таблички с именами предков, точно лепестки цветущего сада, массово хлынули сотни и тысячи светящихся печатей.
То было заступничество прародителей Хуася. Чтобы выстоять в смутное время и защитить свою жизнь, нужны базовые навыки. А перед лицом грядущего хаоса у потомков появляется великий долг — очистить землю от скверны и защитить свой дом.
Светящиеся знаки кружили в воздухе, рассыпаясь над толпой.
Названия даруемых путей поражали воображение. Пробуждались самые древние, сакральные ремесла Хуася, способные повелевать духами и мертвецами: Мастер Чжую, Шаман-жрец, Шаман, Хранитель храма, Жрец...
Небесный наставник, Небесный царь, Чародей-алхимик, Желтый патриарх, Белая матерь, Мастер Инь-Ян...
Бумажный кукольник, Связующий нити, Вылавливатель трупов, Хозяин погребального дома, Офицер Цзиньин Фацю...
Мастер фэншуй, Страж гробниц, Геомант, Расхититель гробниц (ведь и у них имелись свои способы борьбы с исчадиями тьмы), Заклинатель талисманов, Перевозчик душ, Монах погребальной ладьи...
Разнообразие родов и таинств заставляло рябить в глазах.
Ученики застыли в немом шоке.
— А-а-а-а! Опять! Опять началось!
Они обожали ритуалы почитания предков и были готовы проводить их хоть каждый день!
Глядя на рождение множества мастеров, способных сокрушать порождения тьмы, Шэнь Янь улыбнулся. Наследие великого народа хранило немало способов взаимодействия с миром духов. Единственное, чего им не хватало — это времени. Времени, чтобы эти дети успели окрепнуть.
Армия нежити Авраама продвигалась подобно бушующему пожару, не встречая преград. Газета «Мир во всем мире» вовсю печатала экстренные выпуски, но человечество не успевало объединить силы. Человеческий род никогда не отличался сплоченностью. Мертвецы распространят свое проклятие по всем доступным землям с невероятной скоростью.
Казалось бы, заговор Авраама только раскрылся, но ситуация уже стала критической.
В момент завершения обряда через золотую нить на лбу Шэнь Янь внезапно получил новое откровение:
«По древнему уставу Хуася, когда в мире бесчинствуют демоны, надлежит сотворить жертвоприношение Небу, Земле и Богам!..»
Глаза Шэнь Яня блеснули. Если говорить об истреблении зла, то сильнейшими всегда оставались высшие сущности небес и преисподней. Неизвестно, сработает ли обряд жертвоприношения Небу и Земле в этом мире, но изучить этот вопрос стоит.
А будет ли толк от обращения к божествам?
Дядя Го из отряда, выходец из племени Бессмертных, обрел вечную жизнь именно благодаря подношениям Сивангму. А Город Небес обрел крылья за счет заступничества небесного владыки Юньчжунцзюня.
Поклониться древним богам Хуася согласно традиции в любом случае не помешает. В конце концов, эта уникальная вера являлась неотъемлемой частью великой цивилизации.
Шэнь Янь перевел дыхание и во весь голос крикнул:
— Накрывайте на столы! Начинаем пир!
Громкий клич потонул в оглушительном ликовании. На лицах детей расцвели широкие, от уха до уха, счастливые улыбки. Даже те, кто пока не получил печать, радовались от души: с той частотой, с какой Шэнь Янь устраивал обряды, в следующий раз черёд точно дойдет и до них.
А уж до чего вкусными были праздничные угощения! Этот праздник — «Новый год» — оказался просто чудесным. Жаль только, Шэнь Янь сказал, что бывает он лишь раз в году, с наступлением весны. Вот бы праздновать его каждый день! В детских сердцах Новый год мгновенно стал самым желанным днем в году.
Шэнь Янь вернулся в расположение отряда, чтобы разделить праздничный ужин со своими соратниками.
Новый год — время воссоединения семьи. Отряд наёмников «Тигр и Леопард» сегодня отложил все дела. Все собрались за большим столом, не ушел никто.
Прежде они никогда не испытывали ничего подобного: посвятить целый день шуткам и веселью, забыть о тревогах, уплетать лучшую еду и носить новенькие одежды и обувь. После всех вынесенных лишений ощущение счастья становилось безграничным.
Шэнь Янь тепло улыбнулся:
— Пусть Новый год бывает лишь раз в году, но я надеюсь... что отныне каждый наш день будет таким же сытым и достаточным. И пусть каждый день приносит нам столько же искренней радости.
На праздник полагается говорить добрые слова — на удачу.
Своими речами Шэнь Янь соткал для них сказочную, невероятную мечту. И если раньше они не смели даже помыслить о такой жизни, то теперь поверили в неё всем сердцем.
Праздничное веселье затихло лишь под утро.
Вернувшись в свою комнату, Шэнь Янь немного отдохнул, после чего принялся разбирать изменения, произошедшие с ростом его сил.
Пробудив Седьмой Пролог: Демонический труп, он обрел тело, неуязвимое для клинков и пуль — правда, для активации этого состояния требовался ритуал с зельем.
Став носителем Шестого Пролога: Повелитель бедствий, он научился повелевать упокоенными на внушительной территории. Эффективность этой способности зависела от местности, хотя при желании можно было постоянно водить за собой свиту из мертвецов.
Но куда больше его интересовали способности, полученные по линии наследия Хуася.
Шэнь Янь замер в раздумьях, и спустя мгновение подле него возник точно такой же человек. Вторая копия.
На губах Шэнь Яня появилась улыбка:
«Кровная граница Хуася... Внетелесное воплощение».
Фактически это удваивало его боевую мощь!
Но что самое интересное, Внетелесное воплощение напоминало продвинутый искусственный интеллект. Оно могло выполнять рутинные, повторяющиеся задачи вместо самого Шэнь Яня, пока тот занят другими делами, причем оригинал непрерывно ощущал всё, что делает двойник.
Например, Внетелесное воплощение могло вводить людей в Море Дамона или выводить их оттуда.
Глаза Шэнь Яня засияли. Кажется, наступала эра настоящей магической сети!
Прежде из-за обилия дел он не мог безлунными ночами бессменно дежурить во Вратах Дамона, и ему приходилось то спешно привлекать новых пользователей, то выставлять их обратно.
Теперь же, имея Внетелесное воплощение, он мог словно прописать автономную программу во Вратах Дамона. Даже если сам он будет занят, его двойник позволит колоссальному количеству людей беспрепятственно входить в виртуальное пространство — общаться, торговать и обмениваться информацией.