Появление людей Святого Престола на территории академии мгновенно привлекло внимание учащихся.
— Одеяния Святого Престола?
— Похоже, они не из наших... Впервые их вижу.
— Разве Городу наёмников не запретили впускать храмовников? Кажется, после того скандала отсюда выдворили даже последних священников.
Незваные гости направились прямиком к Дуду, который как раз озирался по сторонам. Перед вылазкой инквизиторы всё досконально выведали: хотя отряд наёмников «Тигр и Леопард» славился силой, его ключевые бойцы покинули город. Единственным риском оставался шум — переполох мог привлечь других могущественных мастеров Города наёмников.
Академия занимала особое положение: почти каждый её воспитанник так или иначе соприкасался с местной элитой.
И всё же клирики ломились напролом.
Для поимки древнего Бессмертного Святой Престол снарядил внушительные силы.
В последнее время расследование Святого Престола продвинулось вперёд. На основании сокрытых в древних свитках сведений они выяснили: Бессмертные вовсе не были одиночками. Их связывала прочная нить общения, и объединялись они в тайную ораторскую ложу — Совет Древних.
Члены Совета с определённой периодичностью сходились в обители одного из братьев для проведения ритуальных собраний.
Информация в ветхих фолиантах была скупой, но давала бесценную зацепку: Бессмертные наносили друг другу визиты, а значит, даже принадлежа к разным расам, прекрасно знали пути к чужим владениям.
Этого оказалось достаточно. Взвесив всё, иерархи решили любой ценой схватить единственного доступного Бессмертного и выпытать у него дорогу к Руинам гигантов на высокой горе.
Когда этот вывод окончательно оформился, верхушку Святого Престола охватило безумие: перед ними замаячил конечный рубеж их веры.
Чувства, что прежде гасились и таились в тени, вырвались наружу. Какую бы цену ни пришлось заплатить, им нужна была ключица-ключ. А ключ находился прямо перед ними.
Былая осторожность, сдержанность и взвешенные речи теперь превратились в помеху. Святой Престол набрал мощи вдоволь, чтобы сбросить личину и действовать без оглядки на мир.
Они демонстрировали собственное всевластие. Достаточно было сыскать ничтожный повод, и никто не смел перечить.
На их лицах больше не оставалось места елейным угодливым улыбкам — лишь оскал разгоравшейся жажды власти.
В этот миг двери Храма предков с тяжелым скрипом распахнулись. Внутри, скрестив ноги, восседал Шэнь Янь. От его лба к стенам и сводам святилища тянулись золотистые нити, подобные древесным корням, связывая его с самой сутью Храма.
Со времени засады на Боцы и Белого владыку Сяо Линьчэня Шэнь Янь сохранял настороженность.
Раз клирики дерзнули напасть на двоих хранителей тайны, то и Дуду рано или поздно должен был стать их добычей.
И действительно: едва Чжао Куо и Боцы покинули город, фанатики выждали момент и нанесли удар.
Поймать ребенка казалось куда надежнее, чем охотиться за Белым владыкой Сяо Линьчэнем в Изумрудном городе или ловить Боцы, сыскавшего славу величайшего мастера побега под небом.
Взгляд Шэнь Яня остыл до предела. Неужто они решили, будто земли Хуася некому защитить?
Золотые корни у него на лбу вспыхнули слепящим светом. Из разинутых ворот Храма предков с ревом вырвался гигантский вихрь притяжения, накрыв свору священнослужителей, рвавшихся к Дуду.
Ужасающая тяга, подобно пасти невидимого чудовища, жадно поглощала врагов.
Храм предков соприкасался с Бездной грёз — пристанищем всех душ усопших. Если предки могли ступать через истончившиеся грани мироздания наружу, то с той же легкостью они способны были затянуть внутрь любую живую душу.
Учащиеся замерли с разинутыми ртами.
Дуду вжал голову в плечи, стиснул ноги и судорожно зачастил тряпкой по полу. Малыш старался изо всех сил — он ведь всего лишь хотел заработать один медный голубь!
Наступавшие священнослужители отчаянно сопротивлялись утягивающему вихрю, но их плоть на глазах трещала, гнила и высыхала.
Что-то невидимое вырывалось из их тел и устремлялось в тихую, погруженную в сумрак залу, где теплились лишь ритуальные масляные светильники.
Исторгнутые сущности облепляли огоньки, источая жуткое трещание — всматриваясь ближе, можно было услышать стенания и нечеловеческую муку.
Учащиеся переводили ошеломленные взгляды то на груду истлевших костей у входа, то на пляшущие язычки пламени внутри Храма. Кое-кто судорожно сглотнул.
— Их... их духи втянули внутрь и подожгли?
— Сделали... сделали маслом для лампад?
Студентов пробил озноб. Они мгновенно припали к полу и с удвоенным рвением принялись тереть доски. Никто больше не помышлял о лени.
Оказывается, предки в гневе наводили поистине леденящий ужас.
Гул утих. Настала тишина столь глубокая, что было слышно лишь бешеное стучание сердец.
Шэнь Янь вскинул брови. Нападавшие совершили роковую ошибку: во всем Городе наёмников именно это место являлось наилучшим образом защищенным оплотом. Окажись они в чистом поле, Шэнь Янь вряд ли спас бы ситуацию, но враги сами пришли в мышеловку, вообразив, будто улучили идеальный миг.
На шум прибежали бойцы отряда «Тигр и Леопард», с замешательством разглядывая происходящее.
— Обычные непрошеные гости, не разобравшиеся в ситуации, — произнёс Шэнь Янь. — Уберите останки. Нечего мусорить в академии. Дети ещё малы, не хватало им кошмаров на ночь.
Учащиеся онемели.
Костей ли бояться, когда собственные предки куда страшнее?
Впрочем, выгода была очевидна: отныне при любой опасности стоило бежать прямо в Храм предков.
Шэнь Янь не питал иллюзий: уничтожение этой группы не означало завершения угрозы. Святой Престол, единожды вступив на тропу войны, не отступится.
Академия постепенно вернулась к привычному ритму, но витавшая в воздухе тревога косвенно отразилась и на воспитанниках.
Суньцзы, пристроившись у окна за учебным столом, выводил строки в дневнике.
Прежде его записи касались исключительно бытовых мелочей, однако сегодня на бумагу легли мысли, впервые задевшие глубинную суть.
Спустя века исследователи потратят немало сил, пытаясь разгадать эту страницу из записей ученого Суньцзы, но так и не найдут ответа, оставив её в разряде неразрешимых загадок.
«Наше знакомство с Авраамом вышло случайным, но мы провели вместе несколько славных дней.
С первого взгляда я понял: он ждет того, кто станет ему другом. Он походил на тихое зернышко ракушки, покоящееся на дне реки, — сам не издаст и звука, но неустанно ждет, пока чья-то рука не поднимет его из воды.
Он был жалок. Из-за злодеяний никто не смел прикоснуться к его искренней жажде общения, и его ожидание было обречено на одиночество».
Закончив писать, Суньцзы воровато огляделся и осторожно спрятал тетрадь.
Затем облегчённо вздохнул и пробормотал под нос:
— И отчего Авраам столь злоблив? Мы ведь могли бы стать настоящими друзьями... Я даже представлял, как приглашу его в гости, а он, удивлённый нашим домом и вкусной едой, потеряет всё свое спесивое высокомерие!
Мимо проходил Шэнъин. Услышав бурчание, он с недоумением воззрился на товарища:
— Суньцзы, ты не замечал? Твой новый приятель из сети... ну, тот, слишком надменный... он никого тебе не напоминает?
Не успел он договорить, как Суньцзы подскочил и зажал ему рот ладонью.
Убьют, ей-богу убьют! От одной мысли об этом бросало в холод. Каково это — состоять в переписке с величайшим демоном мира?
— Секрет! Это секрет! — зашептал он.
У Шэнъина глаза вылезли на лоб, он судорожно сглотнул. Похоже, эта тайна и впрямь была опаснейшей на свете.
Кое-как выправив положение, Суньцзы направился во двор, к небольшому загончику. Там ютился недоношенный, слишком слабый ягненок, за которым требовался особый уход.
Покормив питомца подогретым молоком и заменив подстилку на сухую солому, мальчик припустил к залу сетевых терминалов.
Детская печаль быстро уступила место задору.
В зале оставался лишь один свободный терминал. Суньцзы притащил подушку и умостился на сиденье — ростом он пока не вышел, без подкладки было не достать.
— Свободно? Тогда я займу! — весело пролепетал он.
Между тем положение, в котором оказались Шэнь Янь и его соратники, становилось всё более отчаянным.
Крестоносцы Священного Престола обладали невиданной мощью. Пусть их продвижение нельзя было назвать молниеносным прорывом, день за днём они неотвратимо приближались к Изумрудному городу.
Такой напор обнажал непреклонность иерархов. Раса духов славилась силой, но перед лицом колоссальных ресурсов Святого Престола заметно уступала.
В давние времена Великий император Города героев и Небесный толкователь создали величайшую Династию Вечности благодаря дарам, извлеченным из древних руин. Филибус, почерпнувший сокровища из того же источника, едва не объединил разрозненные земли под единой дланью. Мощь Святого Престола покоилась на глубочайших основаниях.
Лишь вмешательство союзников — Подземных человеко-демонов и сил соседних полисов — слегка сдерживало натиск армий. Кабы не они, древний Изумрудный город давно оказался бы в осаде.
И всё же падение города оставалось лишь вопросом времени.
События разворачивались с пугающей быстротой. Судя по обстановке, даже двое Мастеров Эпоса из расы духов не успели бы вернуться до разгрома столицы, а помощи от отдаленных членов Альянса ждать не приходилось вовсе.
Внезапный удар Святого Престола застал всех врасплох. Шэнь Янь полагал, что ради собственного выживания иерархи не станут устраивать усобиц — ведь если Авраам прорвет рубежи Альянса, Святой Престол погибнет вместе со всеми.
Однако безумие инквизиторов перешагнуло грань банального самосохранения.
Почему Город наёмников, расположенный ближе всего к Великому Изумрудному лесу, не выслал помощи?
Потому что отборный корпус Святого Престола отделился от главных сил и двинулся прямо на Город наёмников.
Очередной вердикт инквизиции провозгласил Город наёмников пристанищем еретиков, подлежащим тотальному истреблению. Улицы захлестнула волна паники и проклятий.
Шэнь Янь лишь горько усмехнулся. Он знал, что прошлый инцидент не станет последним, но не ожидал столь сокрушительного штурма.
Гарь и пламя войны стояли у порога. Гибель расы духов и Города наёмников казалась предрешенной.
Напряжение достигло предела, запутывая и без того сложную политическую карту.
* * *
Море Дамона
Гайя докладывал о положении на фронте:
— Войска нежити достигли второго рубежа — Великого каньона Замокде. Согласно замыслу, через сутки начнется решительное сражение. Мы попытаемся нанести сокрушительный удар по Аврааму, чтобы положить конец этой катастрофе.
Гайя не стал возвращаться на выручку сородичам в Изумрудном городе или Городе наёмников. Во-первых, войска всё равно не успели бы передислоцироваться — даже верхом на драконе Гайя не развил бы нужной скорости. Во-вторых, предстоящая битва могла стать их собственным последним боем: перед ними стоял Авраам и его полчища нежити, и опасность ничуть не уступала бедствию, постигшему Изумрудный город.
Чжао Куо взглянул на Шэнь Яня.
Тот лишь спокойно улыбнулся:
— Не тревожьтесь о Городе наёмников и расе духов. У меня есть довод, который заставит Святой Престол отступить.
Впрочем, улыбка его отдавала горечью.
Соратники недоуменно уставились на него.
Шэнь Янь вздохнул:
— Их цель — ключ к Руинам гигантов на высокой горе. Если сыграть на этом умело, фанатики ослабят хватку.
Вот только этот единственный способ спастись от текущей беды мог выпустить на волю существо куда более ужасное, чем сам Авраам.
Но перед лицом безумцев из Святого Престола иные доводы бессильны.
Присутствующие погрузились в мрачное молчание. Коварный удар Святого Престола разжёг в сердцах глухую ярость, заставив каждого стиснуть зубы от бессильного гнева.