Первый этаж, второй, третий... На каждом ярусе кипел ожесточённый бой. Звуки стрелковых очередей и звон металла эхом отдавались в перекрытиях.
Едва авангард штурмовой группы без происшествий добрался до пятого яруса, оперативники направили на зачистку остальные отряды. Вторжение окончательно потеряло скрытность: несколько групп с ходу протаранили главные входы в исследовательский центр, вызвав яростный отпор со стороны сектантов.
Горстка фанатиков попыталась прорваться наверх, чтобы укрепить оборону пятого этажа, но сообразительные бойцы вовремя связали их боем. Так что самым спокойным местом в здании волей случая оказался именно тот ярус, где находился Е Цзиньрань.
— Ладно, видеонаблюдение — лишь одна из функций этого терминала, — проговорил мужчина, щёлкнув по кнопке закрытия окна. — Здесь полным-полно других файлов.
Хакеры из оперативной группы заранее взломали все зашифрованные архивы и защищённые папки, так что доступ к данным был абсолютно свободным.
Названия папок состояли из безликих цифровых индексов. Мужчина наугад открыл несколько. Внутри хранились отчёты о физических экспериментах эпохи докатастрофного прошлого, а также математические модели движения небесных тел. Отдельные расчёты касались преодоления третьей космической скорости.
— Столько поколений живём под землёй, а кто-то до сих пор хранит подобное... — В глазах блондинки мелькнуло изумление.
— Мы давно отказались от попыток пробить небесный свод, — с неоднозначной ухмылкой отозвался мужчина. — А эти фанатики носятся с формулами как с величайшей святыней. Мозги у них точно набекрень.
По подстрекательству напарницы он принялся просматривать другие документы, однако содержимое ПК оказалось до скуки стерильным. Бесконечные ряды формул, графики и протоколы исследований — сухая цифирь, не представляющая никакой ценности для профанов.
Е Цзиньрань быстро потерял интерес к экрану. Отступив в сторону, он провёл пальцами по торцу массивного письменного стола и нащупал едва заметную щель потайного отделения. Ловко зацепив кончиками пальцев сложенные листы бумаги, он вытащил их и развернул.
Это были распечатанные чертежи трёхмерных моделей, описывающие конструкцию орбитальной космической станции. Е Цзиньрань быстро сверился с памятью: проект не имел ничего общего с объектами, когда-либо созданными человечеством. На чертежах запечатлели совершенно новую концепцию.
«Любопытно, — подумал он. — Неужели истинная цель Церкви Зелёного Пламени — постройка новой космической станции?»
Если верить предыстории подземелья, люди уже сменили не одно поколение под толщей грунта. Любые старые орбитальные комплексы давным-давно превратились в мёртвый космический мусор.
Е Цзиньрань отступил к книжному шкафу. На полках теснились брошюры по мотивирующей психологии, труды по астрономии и редкие тома по фундаментальной физике.
В эту эпоху бумажные издания считались редчайшей роскошью. Судя по истёртым корешкам и пожелтевшим переплётам, книги помнили ещё наземные времена.
Е Цзиньрань осторожно потянул один из корешков. Бумага казалась настолько ветхой, что могла рассыпаться в пыль от малейшего нажима. Едва касаясь страниц, он раскрыл том. На полях пестрели многочисленные заметки, сделанные тем же почерком, что и найденные ранее письма.
Подняв взгляд, он прошёлся по рядам томов и зацепился за тонюсенькую брошюру. Засаленные страницы и выступающая из блока закладка красноречиво говорили о том, что её перелистывали чаще остальных.
— Что за раритеты ты там разглядываешь? — Блондинка оперлась локтем о стол и обернулась. — Смотри не испорти вещественные доказательства. Отснял на камеру?
— Нет, ничего ценного, — ответил Е Цзиньрань.
Поставив ветхий том на место, он взял брошюру и въелся взглядом в обложку.
«Перевод табличек Эльтдауна».
Надо же, какое совпадение. Точно такая же книга продавалась в Системном магазине.
Это гарантировало одно: перед ним лежал фолиант, содержащий запретные знания Древних.
Наличие подобной книги подбрасывало ценность подземелья «Ударяющий по камню» на недосягаемую высоту. На игровом форуме даже имелся особый раздел, где умельцы составляли гайды: в каких именно подземельях можно бесплатно «почитать» мифологические фолианты, чтобы не тратить тысячи очков в магазине.
Брошюра была тонкой. Экономя время, Е Цзиньрань сразу раскрыл её на закладке.
На странице описывались сущности, способные преодолевать грань времени и пространства, дабы обмениваться разумами с иными созданиями. Особое внимание автор уделял ритуалу установления контакта с этими сугубо чужеродными тварями.
Е Цзиньрань молча захлопнул книжку.
Итианцы. Великая Раса Ит.
В последнее время эти паразиты, ворующие чужие тела, совсем обнаглели в подземельях.
Уловив суть и прекрасно зная, что подробное чтение подобных фолиантов стремительно выжигает рассудок, Е Цзиньрань бесшумно вернул брошюру на полку.
К счастью, спутники были заняты своим делом и не обратили внимания на его манипуляции.
Если директор исследовательского центра действительно штудировал этот перевод, его текущую степень безумия несложно было вообразить. Впрочем, помешательство — стандартный атрибут любого уважающего себя сектанта.
— Пойдёмте, тут ничего интересного, — окликнула блондинка. — Проверим следующую комнату.
Поскольку Е Цзиньрань заслужил репутацию смельчака, готового идти первым, он выскочил в коридор и направился к соседней двери.
На табличке красовалась надпись: «Щитовая».
— Хм? — Е Цзиньрань озадаченно почесал затылок. — С чего бы главному распределительному щиту находиться на самом видном месте?
— Да проектировал тут явно какой-то криворукий дилетант, — бросила блондинка.
Е Цзиньрань задумчиво потёр подбородок и толкнул дверь.
— Я вырублю рубильник.
Обесточив здание, они заблокируют лифты и не позволят подкреплению врага подняться на этаж. Хотя оставался риск, что в комплексе предусмотрено резервное питание.
Задача не требовала усилий всей группы, поэтому спутники остались дежурить в коридоре, великодушно предоставив новичку возможность проявить себя.
Наощупь продвигаясь в полутьме, Е Цзиньрань отыскал главный тумблер. Инженерные системы этой эпохи разительно отличались от технологий XXI века, но интуиция не подвела — он отщёлкнул нужный рычаг.
Вместе с питанием погасли и камеры наблюдения, что ощутимо повысило их шансы на скрытность.
Выйдя из щитовой, Е Цзиньрань воссоединился с отрядом. Третьим проёмом по ходу движения оказалась именно лифтовая шахта — заметив её заранее, он и решил обесточить линию, обрезав противнику быстрый путь наверх.
Вскрывать заблокированные створки лифта не имело смысла, поэтому они сразу проследовали к четвёртой двери.
Табличка возле неё заставила всех изумлённо переглянуться: «Зал макетов и миниатюр».
— Раз уж построили экспозицию, грех не заглянуть, — предвкушая интересное, блондинка толкнула дверь.
Лишь шагнув внутрь, она вспомнила, что электричество отрублено. Помещение тонуло в непроглядной тьме, разбавляемой лишь узкими тусклыми лучами, пробивавшимися из коридорных окон.
Е Цзиньрань вовремя щёлкнул фонарём. Яркий ослепительный луч выхватил из мрака витрины. На ударопрочных стёклах отпечатались отражения троих непрошеных гостей.
Мужчина-оперативник протиснулся между спутниками, вышел в центр зала и, недоуменно озираясь, спросил:
— Это ещё что за хлам?
— Это же макеты самолётов, космических кораблей и спутников, — не думая, выпалил Е Цзиньрань.
Спутники синхронно уставились на него:
— Чего-чего?
Наткнувшись на их озадаченные взгляды, Е Цзиньрань мгновенно понял, что ляпнул лишнего.
«Неужели жители подземных городов от рождения не видали не то что космических ракет, но даже обычных самолётов?»
Даже если человечество давно отчаялось покорить космос и свернуло программы, в учебниках истории или архивных снимках эти машины должны были сохраниться!
Оба его спутника — элита Отдела специальных служб, получившая высокое образование. По всем законам логики они обязаны были узнать силуэты летательных аппаратов. Однако они глазели на экспонаты так, словно перед ними находились инопланетные артефакты.
«Авиация и астронавтика стирались из памяти поколений целенаправленно», — сообразил Е Цзиньрань.
Предыстория подземелья гласила: после ядерного апокалипсиса планету сковал экстремальный холод. Спасаясь от смертоносной радиации и аномальных морозов, выжившие ушли в толщу земли.
В ту эпоху уровень технологий давно превосходил XXI век. Логичнее было бы рвануть в космос, положив начало межзвёздной эре.
Но, видимо, технические ограничения или паника заставили людей забиться под землю, возводя изолированные полисы.
Однако даже это не объясняло тотального табу на упоминание полётов. Зачем было лишать потомков фундаментальных знаний?
Возможно, Федерация так рьяно пытается отжать этот исследовательский центр у Церкви Зелёного Пламени именно потому, что сама не способна выгнать на орбиту даже самый простой спутник — технологии первой космической скорости были безнадёжно утрачены века назад.
А вот культисты, промышлявшие прямо под носом у властей, сумели вернуть утерянные чертежи благодаря покровительству своих тёмных божеств.
«Хотя нет, — поправил себя Е Цзиньрань. — Внешние Боги не стали бы мелочиться. Скорее всего, чертежами с директором поделились итианцы».
Раса, властвующая над временем и пространством, просто вернула людям то, что те выронили в потоке веков.
А станет ли это знание спасением или проклятием — Великую Расу Ит ни капли не волновало.
Пока Е Цзиньрань анализировал обстановку, его напарники, переступив через чувство опасности, с детским любопытством разглядывали изящные металлоконструкции на подставках.
Таблички под экспонатами указывали даты изготовления — все макеты оказались древними реликвиями эпохи наземной цивилизации.
В самой глубине зала возвышался массивный макет площадью в несколько квадратных метров.
Е Цзиньрань подошёл ближе. Из всей коллекции именно этот экспонат приковал его внимание: конструкция точь-в-точь повторяла трёхмерные чертежи, найденные в тайнике директора.
Наклонившись к описанию, он убедился в догадке: перед ним находилась концептуальная модель орбитальной станции. Проект был разработан специалистами этого самого центра и изобиловал невероятно дерзкими инженерными решениями.
«Технологии Города Полярного Сияния не позволят воплотить подобное в жизнь, — убеждённо заключил Е Цзиньрань. — Значит, Церковь Зелёного Пламени либо получает помощь извне, либо в её рядах есть выходцы из других регионов».
Двоих НПС, не видавших ничего подобного, экспонаты буквально заворожили — они никак не могли заставить себя уйти.
Блондинка по привычке прошлась по периметру в поисках потайных рычагов и дверей, но на этот раз удача ей не улыбнулась.
— Хорош глазеть, — поторопил её мужчина. — Идём дальше. Задержимся еще ненадолго — и остальные отряды просто смятут.
Е Цзиньрань едва не плюнул на раздумья спутников и не ушёл один. Услышав призыв, он замер, дожидаясь, пока они нагонят его.
В любой игре найдутся тормозящие НПС, способные довести до белого каления даже самого терпеливого игрока.
Чтобы сбросить глухое раздражение, Е Цзиньрань подошёл к последней двери, вскинул оружие и со всего маху впечатал берцы в металлическое полотно, плюя на политес.
Напарники подхватили порыв и дружно врезались в створки, выбивая замок.
На этой двери не висело ни табличек, ни маркировок. Пока проём не открылся, никто из них не представлял, что скрывается внутри.
Когда свет прожекторов ворвался в помещение, у всех троих вытянулись лица.
Пред ними простирался колоссальный зал, напоминающий амфитеатр или концертный холл. По самому центру покоился монструозный агрегат — серебристый монолит, по форме сходный с вагоном футуристического поезда.
Медленно приблизившись, Е Цзиньрань различил на полированном корпусе странные символы и заводские шифры. Единственной понятной надписью была аршинная фраза, выведенная баллончиком с красной краской:
«В конечном счёте мы преклоним колени пред Священным Владыкой!»