В просторном зале заседаний Бай Яньчжоу запрокинул голову, глядя в потолок. Холодный свет люминесцентных ламп выхватывал из полумрака его серебристые волосы, придавая им едва заметное, призрачное свечение.
— Вообще-то я прекрасно понимаю: та студентка имела в виду вовсе не меня, — произнёс он, слегка откинувшись на спинку кресла. Уголки его губ тронула едва уловимая улыбка. — Но в одном ты прав: девчонка чертовски наивна. Она совершенно не понимает сущности этого человека.
«Какого ещё человека? Какая ещё сущность?» — стоявший в тёмном углу Е Цзиньрань прищурился. Внутри кольнуло смутное беспокойство. Каждое слово звучало вполне понятно, но сложенные вместе фразы превращались в какую-то заумную тарабарщину.
Неужели кто-то наконец догадался, что вся его сущность сводится к роли подневольного пахотного вола, изнывающего под гнётом Верховного бога?
— Молить божество о помощи — затея, требующая непомерной платы, — вальяжно и как бы между прочим продолжил Бай Яньчжоу. — Пытаться выторговать у Него хоть какую-то милость... глупее не придумаешь.
«И это говорит тело, которое только что опустошило весь системный магазин», — мысленно фыркнул Е Цзиньрань.
Старый профессор лишь горько усмехнулся:
— А что нам остаётся? Силой отнять? Никому не под силу выдержать гнев бога.
— Ох уж эти смертные, ограниченные собственным скудоумием... — В голосе Бая Яньчжоу проскользнули издевательские нотки. — Признаться, я обожаю наблюдать, как в ваших глазах рушится этот иллюзорный, прекрасный порядок.
Его малиновые глаза, в глубине которых плясали лукавые и откровенно зловещие искры, мельком скользнули в сторону тёмного угла.
Е Цзиньрань, застывший в тени, невольно затаил дыхание. На долю секунды их взгляды пересеклись.
Случайность? Неужели этот монстр способен видеть сквозь маскировку?
Однако мгновение спустя лёгкий, невесомый взгляд скользнул дальше. Бай Яньчжоу уже с плотоядным интересом разглядывал старого профессора, прикованного артефактами к креслу точно пытуемый на дыбе.
— Сегодня во второй половине дня военные проводят финальные испытания метеорологического оружия, — произнёс он, негромко постукивая пальцами по полированной столешнице. — Когда мы закончим нашу беседу, всё уже, полагаю, завершится. Что скажете на это, профессор Рид?
В глазах Рида вспыхнули настороженность и глухое раздражение. Опомнившись, старик попытался изобразить наигранное изумление, но вышло слишком запоздало.
Бай Яньчжоу тихо рассмеялся:
— А вы, оказывается, в курсе.
Военные так отчаянно спешили с тестами лишь по одной причине: они жаждали как можно скорее ввести оружие в строй.
— Слив информации в прессу организовала метеостанция, работающая на армию, — скрестив руки на груди, вальяжно пояснил Бай Яньчжоу. — Так что в приближение урагана они верят свято. А то, о чём раструбили журналисты, военным известно и подавно.
Правительственные чины наивно рассчитывали применить климатическую пушку, чтобы погасить удар стихии и сдержать ураган прямо на границе.
— Подобная дерзость... В глазах того, кому вы поклоняетесь, это ведь прямая провокация, верно? — Бай Яньчжоу задумчиво потёр подбородок. — Хотя, признаться, сам замысел мне даже импонирует.
Профессор Рид глухо ответил:
— Ничего у них не выйдет.
— Я тоже так думаю, — легко согласился Бай Яньчжоу. — Но каков бы ни был исход, божество разгневается. Подумать только: столь могущественным сущностям ведомы такие банальные примитивные эмоции, как ярость... Каждый раз, размышляя об этом, я искренне дивлюсь.
— Они погубят страну А... — Рид тяжело, сокрушённо вздохнул, будто постарев за одну секунду на десяток лет.
Разгорающийся в глазах Бая Яньчжоу азарт стал ещё заметнее:
— Ваша вера замешана на банальном страхе. Вы ничем не отличаетесь от тех дикарей с ледяных пустошей: служите этому существу лишь ради того, чтобы защитить собственный дом.
— Ожидаете от меня благодарности за понимание? — хмуро буркнул профессор. — Я всего лишь не хочу... чтобы люди гибли впустую. Мне удалось найти правильный ритуальный обряд. Если всё сделать строго по плану, мы сможем выжить.
Пожертвовать горсткой людей ради спасения большинства — логика, которой охотно последуют многие, а уж облечённые властью правители — и подавно.
Бай Яньчжоу медленно качнул головой:
— Необходимые для ритуала жертвы я могу предоставить в любой момент. В районе, где я остановился, полно всякого никчёмного сброда, чьи жизни ничего не стоят. Вот только в одном мы с вами не сходимся.
— В чём же? Не думал, мистер, что вы из тех, кто знает слово «милосердие».
Бай Яньчжоу лучезарно улыбнулся:
— Та метеорологическая пушка... Это, конечно, попытка богомола остановить повозку. Но кое на что она всё же сгодится.
Затаившийся неподалёку Е Цзиньрань мысленно ахнул. Логика Бая Яньчжоу напрочь ускользала от него. Только что ведь разжевал, что оружие бесполезно, и тут же заявляет, будто на него можно положиться?!
Переведя взгляд на Бая Яньчжоу, Е Цзиньрань разглядел за его улыбкой леденящую душу жестокость.
В отличие от поверхностного впечатления кровожадного безумца, Бай Яньчжоу всегда действовал тонко и просчитанно. Е Цзиньрань слишком хорошо знал, насколько опасен этот тип. Профессор Джеймс Рид был ключевым сюжетным персонажем, привязанным к территории университета, — по сути, эксклюзивным источником информации для игроков-студентов. Остальные участники к нему пробиться не могли, однако Бай Яньчжоу каким-то образом сумел его вычислить.
Его истинные цели оставались туманными. Имея на руках все карты для устраивания засад на конкурентов, Бай Яньчжоу отдал приоритет взаимодействию с беззащитным NPC.
Он намеренно толкал сюжет вперёд!
Зная его повадки, Е Цзиньрань помнил: этот монстр привык проламывать подземелья чистой силой. Если Бай Яньчжоу покорно пошёл по сюжетным рельсам, значит, даже его колоссального могущества не хватало для срезания углов. Пока остальные игроки судорожно собирали крупицы сведений, он первым оценил реальный масштаб угрозы и мгновенно сменил стратегию прохождения.
Но главное — он осознал, что убийство других игроков ни на шаг не приблизит его к победе.
Даже Е Цзиньрань поразился такой проницательности. Как, чёрт возьми, этот псих докопался до сути? Ведь это затрагивало главную тайну подземелья.
Какова истинная природа этой игры? Система — лишь рупор Верховного бога. Задачи, которые она ставит перед игроками, — это то, что Владыка желает видеть ради собственного развлечения.
Кровавая бойня или скрытые интриги — Ему абсолютно всё равно. Главное, чтобы люди уничтожали друг друга. А уцелевший в этой мясорубке победитель будет наивно считать себя избранником судьбы, не подозревая, что просто попал в следующий список на убой, превратившись в чуть более ценную игрушку.
С самого начала сформулированная системой цель прохождения была лишь изощрённой дезинформацией. Да, её выполнение гарантировало формальную победу, ведь действия игрока полностью соответствовали ожиданиям Верховного бога, за что полагалась «награда».
Точно так же дрессировщик бросает сочный кусок мяса зверю, успешно отработавшему номер на цирковой арене.
Однако Е Цзиньрань чётко помнил системную справку перед входом в игровой мир: подземелье «Промчаться сквозь бурю» пробовали пройти трижды. При этом плохие концовки тоже засчитывались в историю прохождений. Значит, по крайней мере одна группа игроков сгинула здесь в полном составе.
Цель, поставленная системой, изначально вела их на убой.
Единственный способ выжить в этой ловушке — опрокинуть шахматную доску и сломать навязанные правила. Но люди испытывают трепет перед божествами и панический страх перед неведомым; они подсознательно способны лишь слепо подчиняться указаниям системы. Кому вообще придёт в голову усомниться?
Лишь безграничное пренебрежение Бая Яньчжоу к высшим сущностям позволило ему вырваться из замкнутого круга системных установок.
Он нащупал верный путь. Этот человек изначально не собирался играть по чужим правилам. Вот почему, имея сотню возможностей перебить остальных участников, он держался в тени и ни разу не напал на игроков с момента старта.
Е Цзиньраню даже стало жутко от собственных догадок: неужели Бай Яньчжоу всерьёз вознамерился объединить усилия с остальными?
Впрочем, слово «объединить» в отношении такого эгоиста звучало дико. Точнее будет назвать это временным вынужденным союзом.
Перед лицом катастрофы люди, стоящие по разные стороны баррикад, всё равно будут насмерть грызться за свои шкурные интересы. Даже преследуя одну цель, из-за различия в методах они неизбежно станут ставить друг другу палки в колёса.
Профессор Рид, жаждущий принести жертву божеству; Хэжань и её однокурсники, упорствующие в своих метеорологических прогнозах; Ван Айминь, пытающийся довести до ума климатическое оружие... Все они искренне стремятся спасти жителей этой земли, но на деле лишь мешают друг другу.
Что уж говорить о конфликте между новостными агентствами, раздувающими панику, и правительством, изо всех сил пытающимся сдержать хаос.
Бай Яньчжоу вознамерился разрубить этот узел одним ударом. По сути — пошёл против самой судьбы.
В голове Е Цзиньраня пронеслась вереница мыслей, но внешне он сохранял абсолютное хладнокровие, максимально гася своё присутствие.
Профессор Рид смежил веки, смиряясь с неизбежным:
— Ты так же упрям, как и я. Зачем же тогда было связывать меня? Чего ты от меня хочешь?
— Да ничего особенного, — отозвался Бай Яньчжоу. — Я лишь хотел кое-что прояснить. Но теперь передумал. Я не позволю провести ритуал жертвоприношения Ходящему по ветру. А поскольку твоё упрямство мне отлично знакомо...
Разговаривать дальше не имело смысла. Он с самого начала не планировал выпускать этого NPC живым.
— Пришелец из иного мира, у нас нет причин для вражды, — Бай Яньчжоу едва заметно улыбнулся изысканной, но жестокой улыбкой. — Но таков мой долг.
Е Цзиньрань не стал дожидаться развязки. Развернувшись, он бесшумно скользнул к выходу тем же путём, каким пришёл.
Он не знал, как именно Бай Яньчжоу покончит с профессором, но тот явно знал своё дело: из помещения не донеслось ни единого звука.
На обратном пути Е Цзиньрань решил проведать Хэжань. Девушка как раз засела в аудитории, вместе с однокурсниками обсуждая дальнейшие шаги. Когда Е Цзиньрань сбросил маскировку и возник прямо перед ней, бедняжка чуть не выронила глаза от изумления.
— Б... Блэк! — закричала Хэжань, тыча в него дрожащим пальцем. — Ты как здесь оказался?!
Е Цзиньрань едва сдержал смешок:
— А почему мне нельзя здесь быть?
— Я... я думала, Господин Лавочник — это просто NPC, который спавнится только в фиксированных точках магазина!
Е Цзиньрань лишь небрежно пожал плечами:
— Иногда и мне полезно прогуляться.
Справившись с первым шоком, Хэжань какими-то полунамёками и уговорами выставила остальных студентов из аудитории. Когда тяжёлая дверь захлопнулась, в просторном помещении остались только они вдвоём, и вокруг сразу стало как-то неуютно и тихо.
Е Цзиньрань примостился на первом попавшемся стуле и сходу огорошил её:
— Бай Яньчжоу проник в университет. Но к тебе он даже не заглянул. Понимаешь, что это значит?
Хэжань, уже собиравшаяся опуститься на соседний стул, от этих слов будто получила разряд в несколько тысяч вольт и едва не подскочила до самого потолка.
— ЧТО-О-О?!
Она лихорадочно вытащила из кармана смартфон. Из-за дикой паники пальцы не попадали по клавишам, несколько раз сбив пароль. Наконец, ковыряясь в изогнутом экране трясущимися руками, она кое-как открыла список контактов и, вопя на всю аудиторию, ткнула в вызов:
— Братик, ты где?! Братик, спаси меня-а-а-а!!
Е Цзиньрань фыркнул, качая головой, и сделал успокаивающий жест:
— Твой братец применил магию вуду, да? Рассчитывал прижать Бая Яньчжоу через куклу симпатической связи? Можешь передать ему: бесполезно. Этот тип перед входом в подземелье скупил тонны предметов. Любые ослабляющие дебаффы от куклы он мгновенно нейтрализует зельями. А что до банальной боли... Поверь, порог чувствительности у него повыше, чем у кого-либо.
Судя по всему, брат Хэжань успел опробовать готовый артефакт: любые повреждения, нанесённые кукле, должны были дублироваться на цели. Однако Е Цзиньрань только что своими глазами видел Бая Яньчжоу — тот выглядел абсолютно вальяжным и не испытывал ни малейшего дискомфорта.
— Один из ключевых ингредиентов для создания куклы вуду — волосы жертвы, — с мягкой улыбкой озвучил свои выводы Е Цзиньрань. — Твой брат, скорее всего, подобрался вплотную к логовищу Бая Яньчжоу и умыкнул прядь. Как думаешь, какова вероятность того, что Бай Яньчжоу его не засек?
— Бай Яньчжоу с самого начала знал... — ошеломлённо пробормотала Хэжань, глядя в одну точку.
Е Цзиньрань кивнул:
— Именно. Но вместо того чтобы первым делом устранить куклу и того, кто держит её в руках, он заявился в твой университет.
Бай Яньчжоу попросту чихать хотел на эту безделушку, не видя в ней ни малейшей угрозы. У него были дела поважнее.
Е Цзиньрань сменил тон:
— Хотя твой братец всё равно молодец. Я заглядывал в убежище Бая Яньчжоу — там ловушка на ловушке, ни одна муха живой не пролетит.
Парнишка-пацан оказался вполне себе толковым игроком.
Хэжань заикаясь произнесла:
— Значит... он пришёл не за мной? Если бы он хотел похитить или убить меня... он бы появился здесь ещё до тебя.
— Соображаешь, — одобрительно улыбнулся Е Цзиньрань. — Но скоро он вполне может заглянуть и сюда. Так что очень прошу: не забудь «забыть», что видела меня здесь.
Девушка нервно сглотнула и тихо спросила:
— А ты... зачем ты рисковал и пришёл ко мне?
— А просто зайти проведать уже нельзя?.. Ладно, если серьёзно: метеоданные, которые собрали вы с ребятами, содержат ошибки. Я могу дать тебе точные, подробные расчёты, на которые не повлияют никакие испытания военных.
Е Цзиньрань мягко подбросил ей наживку:
— Ты ведь так мечтаешь рассчитать точное время и траекторию выхода урагана на сушу? С имеющимися у человечества технологиями вам никогда не собрать нужный объём сведений. Из-за недостающих фрагментов ваши выводы окажутся бесконечно далеки от реальности. И только я могу восполнить этот пробел.
Его непосредственный начальник — Верховный бог Бесконечной игры — стоял в иерархии гораздо выше сущности, вызвавшей эту снежную бурю. Ему не составляло труда отследить любой шаг низшего божка.
Взирая на песчаный макет мира с высоты высших измерений, Верховный бог видел всё до малейшей детали.
Воспользовавшись привилегиями Божественного Посланника, Е Цзиньрань извлёк именно те сведения, которые требовались Хэжань для безупречного прогноза.
Она объединила усилия со своим братом-метеорологом, внутренний конфликт между ними угас, а военные испытания брата должны были завершиться уже сегодня. Больше не было причин опасаться, что искажённые данные собьют её с толку.
К этому моменту подземелье окончательно перешло во вторую фазу.
Хэжань затаила дыхание, изо всех сил заставляя себя взять себя в руки, и спросила:
— Какую цену я должна за это заплатить?