* * *
— Живее, валим её!
Выхватив тяжёлый ятаган, Чжэн Цунхуа рванулась вперёд и со всего маху рубанула по изваянию Матери-Богини на самой верхушке древа. Но едва она отвела клинок, как из глубокого рубца потекла алая сукровица. Полупрозрачные ткани, мерцавшие словно гранатовые зёрна, стали делиться с пугающей быстротой, прямо на глазах затягивая рану.
Едва повреждение зажило, статуя даже раздалась в объёме. Удар клинка лишь подстегнул деление клеток — рубленая рана обернулась буйным ростом!
— Ты ж не предупреждала, что эта хрень живая! — опешила Чжэн Цунхуа, застыв в растерянности.
— Кабы её так просто снести было, я б не побежала за подмогой... — виновато опустила глаза Шаэнь.
Е Цзиньрань, следивший за клубящимся на горизонте роем, скользнул взглядом по разросшейся скульптуре и вдруг оживился:
— Эта статуя — точка роста всего дерева, так? Кажется, я знаю, как стреножить её регенерацию.
— Серьёзно? — удивилась Шаэнь.
— Угу. Индолилуксусная кислота, проще говоря — ауксин. У этого фитогормона двойственное действие: в малых дозах он стимулирует деление клеток, а в ударных — наоборот, тормозит развитие или вовсе убивает растение. Если залить верхушку лошадиной дозой ауксина, статуя не сможет затягивать раны.
— Можно без лекций, время же горит! — всплеснула руками Чжэн Цунхуа. — И вообще, с чего ты взял, что земная химия подействует на инопланетную дрянь?
— Подействует, — убеждённо отозвался Е Цзиньрань.
Система и её магазин гарантировали: любой купленный предмет сохраняет свои свойства в любой точке Вселенной, независимо от местной биологии.
Тем временем туча насекомых с Шаггай с гулким стрекотом ринулась вниз, не давая ни секунды на передышку. Бай Яньчжоу не растерялся: сноп слепящего света от фитолампы вновь вдарил по небесам, смешав строи чудовищ и заставив их захлебнуться в собственной атаке.
Но едва казалось, что перевес на их стороне, рой вдруг расступился. Из глубины раздался дрожащий гул, сотрясающий саму землю: тысячи сочленённых лап цеплялись за ствол, стремясь к вершине.
Огромный змееподобный исполин, превосходивший размерами любого мифического дракона, обвивал древесный ствол. В единый миг бесчисленные лапы замерли. В кроваво-красных фасеточных глазах, пылающих бешенством, отразились сотни бликов чужаков.
В окружении сородичей явилась сама Королева Шаггай.
Её хитиновый панцирь, куда более прочный, чем у рядовых особей, покрывала вязь неземных рун, мерцавших при каждом сдвиге светового луча. Поток света от лампы казался жалкой искрой на фоне этого титана и не причинял королеве ни малейшего вреда.
Шаэнь, прижав руки к груди, шагнула вперёд и подняла взор на разъярённую правительницу. В её глазах читался не страх, а глубокая скорбь. Чуть приоткрыв губы, она издала звуковые колебания на грани человеческого слуха.
Королева ответила: её усики дрогнули, а резонаторные органы на брюшке затрепетали, посылая ответные импульсы.
Шаэнь сжалась, а затем торопливо выговорила новую цепочку сложных, чужеродных фраз.
— Сумимасен, ни черта не понимэ, сэмпай, — Чжэн Цунхуа озадаченно почесала затылок. — И где мой личный придворный толмач?
— В системном магазине продаётся переводчик с языка шаггайцев, — вполголоса подсказал Е Цзиньрань.
Ему и самому было любопытно, так что он прикупил синхронный перевод в ту же секунду, как Шаэнь подала голос.
Бай Яньчжоу под боком слушал с видом знатока. Вот только Е Цзиньрань не заметил у него списывания баллов за покупку — то ли тот разыгрывал спектакль, то ли действительно соображал в инопланетных наречиях.
Перепалка между Шаэнь и королевой тем временем нарастала.
— Ничтожная невежда, ты не смеешь хулить Верховную Мать-Богиню! — ледяным, непреклонным тоном изрекла королева многоножек.
— Посмотри на своих детей! — с горечью выкрикнула Шаэнь, указывая в небо. — Они парят в вышине! А ты? Ты скована этим разбухшим телом, прикована к земле! У тебя нет свободы, ты лишь раба вечного размножения! Кроме продолжения рода ты ни на что не способна!
Повелительница насекомых издала глухой сухой клёкот:
— Свобода? Пыль под ногами, не стоящая наших помыслов. Тебе не постичь величия продолжения жизни... Лишь сама Жизнь — наивысшая ценность.
— Это Она отравила твой разум, подчинила себе... — Шаэнь затряслась от бессильной ярости. — Ладно. Речи бесполезны. Споры решаются силой!
Злодеи умирают от длинных монологов, но опытные игроки не намерены отсиживаться в кат-сценах. В «Бесконечном потоке» нет кнопки «Пропустить», зато сообразительный игрок всегда знает, как принудительно прервать затянувшийся диалог.
Золотая вспышка рассекла воздух сверху вниз, обрушившись прямо на голову твари. Чжэн Цунхуа орудовала турецким ятаганом из личного инвентаря: клинок был изрядно зачарован, нанося магический урон в обход любой брони.
Удар вышел впечатляющим: исполинскую самку разрубил ровно пополам, обнажив месиво из окровавленных внутренностей.
Завидев гибель повелительницы, рой позабыл страх и хлынул вниз бешеным потоком.
Но Бай Яньчжоу ждал этого. Зарядив автоматические пушки, он открыл ураганный огонь, не жалея боеприпасов, и зачистил небо плотной свинцовой завесой.
Если у врага нет иммунитета к физическому урону, огнестрел — лучшее решение. Вся вычурная магия с её длинными заклинаниями и диким расходом энергии — сплошное нерациональное транжирство. Только новички, поддавшись пафосу эффектных заклятий, ведутся на красочную картинку, ветераны же давно усвоили: нет ничего надежнее хорошего свинцового шквала.
А чем в это время занимался Е Цзиньрань?
Он неторопливо подошёл к Бушу сзади и подтолкнул его в спину:
— Давай, не кайфуй, подключайся.
— Э, постой! — Буш едва удержался на ногах. — А сам чё, так и будешь столбом стоять?
Е Цзиньрань вальяжно уселся прямо на землю со скрещенными ногами:
— Я в АФК.
В разгаре рейда в «Бесконечном потоке» оффлайн уйти нельзя, так что оставалось просто бросить управление персонажем на самотёк.
Буш чуть не задохнулся от возмущения, но сдержал поток брани:
— Ну ладно, ладно, раз так... Открою карту: я не боец. Так что надейся, что Бай Яньчжоу и дамочка зачистят всё это отродье без нас.
— Да они-то справятся, — беспечно отмахнулся Е Цзиньрань. — А ты занялся бы делом. К примеру, помог бы разнести изваяние Богини.
— Сам же видел, как оно прёт! — возмутился Буш. — И где я тебе возьму столько гормона роста, чтобы залить эту махину?
— А магазин на что? — усмехнулся Е Цзиньрань.
Буш взглянул на него с таким отчаянием, будто сейчас разрыдается:
— Ты... ты что, решил выехать на мне задарма?!
По правилам случайных пати расходники покупает тот, кто предложил план. Никто не обязан рисковать очками ради чужой авантюры, тем более в компании незнакомцев.
Е Цзиньрань искренне улыбнулся. Ему-то весь ассортимент магазина доставался бесплатно, но разве можно упустить шанс развести чужака на очки?
За их спинами кипел адский бой, но вокруг царил относительный покой — двое товарищей надёжно держали щит. Помявшись, Буш скрепя сердце затарился под завязку канистрами с ауксином под чутким руководством Е Цзиньраня.
Фитогормоны действуют даже в микродозах, но учитывая исполинские размеры древа, Е Цзиньрань «ради надежности» посоветовал взять ещё парочку баков.
— Дело дрянь! — Чжэн Цунхуа отскочила на расчищенный пятачок и вскинула голову, разглядывая разрубленную королеву.
Многоножка умирать не собиралась. Обе половины её туловища извивались в судорогах, бешено перебирая сотнями лап.
Плоть содрогалась, восстанавливая извечный порядок. Как и изваяние Матери-Богини, тварь пожирала сама себя изнутри буйным клеточным делением. Спустя пару минут раны затянулись — и перед игроками предстали уже две полноценные королевы!
Чжэн Цунхуа вспомнилась детская байка: мол, если разрезать дождевого червя вдоль, он не выживет. Увы, уродливая тварь из Изнанки плевать хотела на земную биологию.
И как, спрашивается, укокошить босса, который от ударов только размножается?!
С самого начала они с Бай Яньчжоу четко поделили обязанности: тот выкашивал мелочь, а она взяла на себя элиту. Оба вкалывали по полной. И теперь, когда ситуация вышла из-под контроля, помощи ждать было не от кого.
Заметив почкование королевы, Е Цзиньрань небрежно бросил Бушу:
— Видишь? Бить надо по корням. Снесёшь изваяние — рой лишится покровительства, и давить их станет куда проще.
Видя, что Буш мнётся, Шаэнь не выдержала. Схватив канистру с раствором, она быстро надрезала раздувшийся нарост на дереве и залила химикат прямо в открытую рану.
На вид ничего не изменилось — жидкость не разъедала ткань, как кислота. Но Шаэнь ловко взобралась на вершину статуи, отломила острый верхушечный рог и замерла. Прошло несколько секунд — рана не затянулась!
— Сработало! — Шаэнь преобразилась, глаза её засияли. — Я сама разнесу эту штуку!
Чжэн Цунхуа ободрилась и выкрикнула:
— Шаэнь, давай живее! Я подержу этих тварей!
Сжав ятаган, она вновь устремилась в бой — с той же неукротимой энергией, будто запасы её сил были бесконечны.
Е Цзиньрань с удовлетворением оглядел поле боя. Слаженная работа, контроль над хаосом — ещё немного, и точка скверны будет зачищена.
Вдруг резкий порыв ветра донёс тошнотворный запах. Тень накрыла его; тело среагировало быстрее мысли, и Е Цзиньрань инстинктивно откинулся назад.
Брызги вязкой вонючей крови окропили его серебряную маску, расползаясь витиеватым алым узором.
Вскинув взор, он увидал Буша: тот одной рукой сгреб подлетевшего самца-недокроша, вонзил пальцы в незащищенное хитином брюшко, провернул их внутри и всмятку раздавил орган за органом.
— Не испугался? Всё в порядке? — Буш обернулся с мягкой улыбкой. Достав платок, он педантично оттёр измазанные перчатки защитного костюма.
Е Цзиньрань прищурился, в глазах его мелькнуло глухое раздражение. Этот паршивец Бай Яньчжоу умудрился пропустить мелкого гада через заслон! Шипастая лапа едва не протаранила ему череп. Случайность? Или спланированная подлянка?
— Ты нанял Бай Яньчжоу как драйвера? — поинтересовался Буш, с любопытством следя за его реакцией. — Парень явно халтурит. Вернёмся — сними с него часть платы.
Е Цзиньрань цыкнул и, не отрывая взгляда от спины Бай Яньчжоу, сухо проронил:
— Не твоё дело.
Строить ему мелкие пакости у всех на виду... Мерзость. Пора заканчивать эту комедию.
Е Цзиньрань мысленно отдал приказ — и мины-липучки, заранее заложенные в сокопроводящие каналы древа, детонировали в одно мгновение.