[Запуск процедуры пробуждения.]
Е Цзиньрань с трудом разлепил веки. Защитный раствор, наполнявший капсулу жизнеобеспечения, с тихим шумом ушёл в дренаж, и устройство автоматически высушило его кожу и одежду.
Никакого недомогания он не ощутил — сил прибавилось сразу, стоит лишь пару раз моргнуть, прогоняя остатки сна. Крышка капсулы плавно отъехала в сторону, и в помещении зажглось мягкое освещение, прогоняя полумрак.
Обстановка вокруг оставалась прежней: тот же внутренний отсек корабля. Однако шлюз был распахнут, а за ним тянулся стыковочный коридор, ведущий к незнакомому сооружению.
Поднявшись, Е Цзиньрань огляделся. За прозрачным иллюминатором расстилалась бескрайняя космическая бездна. Мириады россыпей роняли холодный свет на иссиня-чёрный бархат пустоты — зрелище настолько завораживающее, что ради него стоило жить.
Говорят, космонавты, взирая на подобное, испытывали щемящую тоску и острое осознание собственного ничтожества перед лицом Вселенной.
Е Цзиньрань подошёл ближе и приложил ладонь к прозрачной перегородке из неизвестного сплава. Звёздное сияние затопило его взор.
На душе у него царил полный штиль, похожий на стоячую воду. Слишком часто ему приходилось сталкиваться с Внешними Богами — после подобного даже величие космоса перестало трогать струны его души.
И в этом отнюдь не было ничего хорошего. Он чувствовал, как постепенно одеревеневшим становится сознание, превращая его в бессмысленное изваяние.
Остальные пока не подавали признаков жизни. Почувствовав лёгкий укол скуки, Е Цзиньрань отошёл к соседним капсулам, чтобы разглядеть спящих спутников.
Каждый из них напоминал Белоснежку, отравившуюся ядовитым яблоком: лица выражали абсолютное умиротворение. Спустя некоторое время чьи-то пальцы слабо дрогнули — сон отступал.
Помимо троих игроков на борт поднялись и спутники из числа жителей этого мира: Цзянь Син, Ду Цзиньпэн и Эвелин. Всего шесть душ.
Первой подала голос Цунхуа. Почти одновременно с ней рывком села Цзянь Син; её взгляд долго оставался стеклянным, прежде чем вернуть осмысленность.
Цунхуа оттолкнула крышку и выбралась наружу:
— Ну и ну... И сколько мы продрейфовали в небытии?
— Три месяца... Храни нас духи, суставы будто заржавели, — проворчала Цзянь Син, мучительно растирая плечи.
Е Цзиньрань усмехнулся:
— Если местный раствор не способен предотвратить атрофию мышц после анабиоза, то технологии древних — грош цена. Как они вообще отваживались на межзвёздные перелёты с таким хламом?
— Да вроде нормалёк, — Цунхуа пару раз подпрыгнула на месте. — Никакой слабости!
— Береги силы, — раздался глухой голос Ло Цянь. — А то загнёшься ещё до того, как до дела дойдёт.
— О, проснулась? — Цунхуа обернулась и махнула рукой. — Доброго утречка.
Ремни безопасности на Ло Цянь щёлкнули, освобождая её. Девушка поднялась и прошла в центр отсека:
— Неизвестно даже, какой нынче век на дворе. И что дальше? Запереться в корабле навечно не выйдет — припасы быстро иссякнут.
Е Цзиньрань перевёл взгляд на шлюзовую дверь:
— Сперва нужно выяснить, где мы застыли.
Хотя корабль парил в глубоком космосе, гравитационные компенсаторы работали исправно, позволяя твёрдо стоять на ногах.
[Добро пожаловать на космическую станцию «Вечность». Я — ваш ассистент Джиджи. Рад служить вам.]
Синтетический голос ИИ раздался под потолком отсека, звуком ничем не отличаясь от стандартных голосовых помощников.
Не успели люди ответить, как вещание продолжилось:
[Стыковка успешно завершена. Просьба к экипажу незамедлительно проследовать в жилой блок станции. Через пятнадцать минут подача кислорода на корабль будет приостановлена.]
Лишь теперь окончательно очнулись Эвелин и Ду Цзиньпэн. Они боязливо озирались вокруг, пытаясь совладать со свойственным пробуждению хаосом в мыслях.
Сплав, из которого был выкован корпус корабля, отличался идеальной термо- и шумоизоляцией, благодаря чему внутри сохранялся умиротворяющий микроклимат. На терминалах рубки управления непрерывно бежали строки полётных данных, абсолютно нечитаемые для дилетантов, и мерцала голографическая карта созвездий.
— Искусственный интеллект велел нам очистить судно, — поторопила всех Ло Цянь. — Если ноги держат, пошли.
— Станцию? — переспросили новоприбывшие в один голос. Очевидно, терминология старого мира была им чужда.
Ло Цянь неопределённо покачала руками:
— Ну... из-за сбоя в курсе корабль вынес нас на орбиту. А станция — это искусственный остров в пустоте, где можно жить.
Остальные переглянулись.
Не тратя времени на пустые разговоры, Е Цзиньрань направился прямо к шлюзу. Стоило ему переступить порог стыковочного рукава, как вдоль стен поочерёдно вспыхнули полосы белого света.
— Станция «Вечность»... — пробормотала Цунхуа, с любопытством вертя головой. — Интересно, чьих рук это дело? Сколько веков прошло, а до сих пор функционирует!
— Скорее всего, её изначально строили с расчётом на вечную службу, — на ходу отозвалась Ло Цянь. — Поиск пригодной для жизни планеты — дело не одного поколения.
Троица отстающих, убедившись, что ловушек нет, поплелась следом, волоча одеревеневшие ноги. Стоило последнему человеку покинуть шлюз, как тяжёлые гермодвери за их спинами с глухим стуком сомкнулись.
Громкоговорители станции вновь ожили, источая синтетическую вежливость:
[Просьба проследовать в зону отдыха. Температура воздуха в помещениях составляет двадцать шесть градусов Цельсия. Горячая вода и банные принадлежности готовы к использованию. Разогретая пища находится в термоконтейнерах столовой.]
— А сервис-то на высоте... — Цунхуа задрала голову в поисках динамика. — Слушай, а который сейчас час?
[Какую часовую зону вы желаете выбрать в качестве эталонной?] — учтиво поинтересовался Джиджи.
Цунхуа лишь удручённо почесала затылок:
— Ладно, забей, бессмысленный вопрос. Будем спать, когда с ног начнём валиться.
Световые указатели на полу без труда довели гостей до зоны отдыха. Атмосфера здесь кардинально отличалась от стерильного металлизированного интерьера коридоров: стены были окрашены в мягкие, тёплые тона, стояли глубокие диваны, журнальные столики и книжные стеллажи. Поодаль виднелись двери, ведущие в жилые каюты.
Е Цзиньрань подошёл к стоящему в углу декоративному кусту и потрогал листок. Как и следовало ожидать — имитация. Впрочем, материал оказался настолько качественным, что за сотни лет не потерял сочного зелёного оттенка.
Цунхуа подобралась ближе и понизила голос:
— И что будем делать, когда отмокнем? Система на этот раз не дала ни единой наводки, никаких квестов от НПС... Сложная дичь.
— Задание есть, — Е Цзиньрань отпустил искусственную ветвь. — Людей не отправляют в космос просто так. Раз создатели корабля заложили подобный алгоритм, значит, на экипаж возложена конкретная миссия. И искусственный интеллект обязан знать детали.
В этот момент одна из стеновых панелей неожиданно вспыхнула. Оказалось, это был огромный дисплей. Зацикленная анимация загрузки сменилась текстом, дублируемым ровным голосом ИИ:
[При возникновении вопросов вы можете обратиться ко мне в любое время. Рад быть полезным.]
Е Цзиньрань окинул экран ледяным взглядом:
— Ты постоянно подслушиваешь нас?
Иначе реакция не была бы столь мгновенной.
Строчки на панели сменились:
[В целях своевременного реагирования на запросы пользователей система ведёт постоянный аудиомониторинг в рабочей зоне.]
Е Цзиньрань бросил выразительный взгляд на остальных игроков. Прослушка — не проблема, конфиденциальные вопросы всегда можно обсудить в командном чате.
Ло Цянь подняла голову:
— Джиджи, ты можешь вывести список задач нашей экспедиции?
[Считывание списка задач...]
[Вы приняли на себя миссию авангарда человечества, отправленного в космос на поиски нового дома. Станция «Вечность» служит аванпостом для временного размещения экипажа.]
[После фиксации целевой планеты «Вечность» способна осуществить медленный дрейф к объекту и выйти на его орбиту. После этого члены экипажа смогут совершить спуск в спускаемом аппарате.]
— Выходит, изначально человечество действительно планировало экспансию на другие миры, — Е Цзиньрань недоуменно нахмурился. — Но почему проект заглох?
Суровые факты говорили о том, что люди в итоге забились в подземные норы, на века утратив способность дотянуться до звёзд.
Цунхуа пожала плечами:
— А чёрт его знает. Может, первичному экипажу не повезло стать закуской для шогготов? Сам посуди — строить космодром на спине у шоггота было не самой гениальной идеей.
Е Цзиньрань на мгновение лишился слов:
— В этом... есть доля правды.
Мотивы древних людей его не волновали, однако эти сведения могли оказаться ключевыми для раскрытия истинной концовки — ТЕ. Большинство подземелий требовало от игроков докопаться до самой сути катастрофы.
Тем временем Цзянь Син откуда-то выудила упаковку пирожных и теперь уплетала их за обе щеки:
— М-м-м... А ведь вкусно! Интересно, сколько лет они тут лежали?
— Станция принадлежит древним, — поморщилась Ло Цянь. — Ей сотен пять лет точно есть. И тебе не страшно это в рот тянуть?
Цзянь Син с беззаботным видом проглотила кусок:
— Да ладно тебе! Сухпайки с консервантами и через тысячу лет не испортятся. К тому же выбор небольшой: или это, или до самой посадки зубы на полку класть.
Е Цзиньрань чуть не упустил из виду этот момент. Игроки всегда могли закупаться в системном магазине, не испытывая нужды, а вот спутникам из числа НПС приходилось перебиваться ресурсами подземелья.
Подстрекаемая Цзянь Син, смельчак Цунхуа быстро отыскала термоконтейнер и вытащила оттуда горячий рацион. Разложив порции на столе, она радостно потёрла руки.
— Послушай, — Е Цзиньрань нахмурился, не удержав предупреждающий жест. — Не стоит тянуть в рот всё подряд в подземельях...
Раньше кто-то постоянно твердил ему эти слова.
Бай Яньчжоу всегда дотошно следил за подобным — предпочитал уколы питательных растворов любой непроверенной еде.
«Ладно, к чему опять воспоминания о нём?»
Е Цзиньрань отвёл взгляд, решив не лезть в чужие тарелки.
Сейчас главное — как можно скорее закрыть главное задание: найти новый дом для человечества, отличный от Земли.
Вот только для кучки людей, далёких от астрофизики, задача казалась неподъёмной. Е Цзиньрань ни секунды не сомневался, что без чёткого плана они просто проедят запасы и загнутся от старости.
Ирония заключалась в том, что среди присутствующих глубже всех в тайнах мироздания разбирался именно он.
Е Цзиньрань знал пару-тройку планет, пригодных для жизни, да вот беда — большинство из них превратилось в прах, а их разумные обитатели преодолели световые года, чтобы переселиться на Землю. Как те же уроженцы Шаггая или Великая Раса Ит.
Единственным исключением оставались Ми-Го. Эти твари подмяли под себя немало миров и даже устроили колонию на Плутоне, но их владения были абсолютно враждебны для человека.
Размышления не принесли плодов.
Поддавшись настойчивым призывам товарищей, Е Цзиньрань на время задвинул тревоги на задний план. Уступая гостеприимству, он присел к столу и двумя пальцами извлёк из коробки сухое печенье.