Два солнца пылали в безжалостном небе. Без защиты облачных заслонов и густой кроны деревьев земля раскалялась за считаные минуты.
Дорога была относительно свободна от препятствий, поэтому Е Цзиньрань, осваивая управление прямо на ходу, мчал напролом — и каким-то чудом до сих пор не устроил масштабной аварии.
Зато остальные пассажиры испытывали истинные муки. Чжэн Цунхуа с тоской думала, что лучше бы она сейчас барахталась на штормовом судне среди беснующихся волн. Она выдержала операцию по извлечению желёз, выстояла в кровавом рубилове с Королевой Шаггай и даже не сплоховала, когда провалилась в кучу гниющих туш гигантских червей... Но сейчас желудок скручивало в тугой узел, и тошнота подступала к самому горлу.
Девушка искренне не понимала, почему Е Цзиньрань пожалел гроши на системную услугу «Автопилот». Она пыталась отговорить его не один раз, но тот упёрся и вознамерился использовать шанс, чтобы научиться водить.
— Совсем плохо? — Шаэнь бережно оттёрла рукавом капли пота со лба Чжэн Цунхуа. — Доберёмся до Северного полюса, и станет легче. Хоть тут и два солнца, полюса на Шаггае получают меньше всего радиации, там гораздо прохладнее.
— Спасибо, Шаэнь... — Цунхуа попыталась выдавить из себя подобие улыбки. — А ты сама как? Не устала?
— Бывало и хуже, — спокойно ответила Шаэнь, убирая руку. — В прошлых путешествиях я и не в такие встряски попадала, так что привыкла.
Машина проехала ещё минут пятнадцать. Е Цзиньрань прижал педаль тормоза, сбрасывая ход:
— Ну что, Бай Яньчжоу, твоя очередь?
Едва отправившись в путь, они выработали план по сокращению маршрута. Бай Яньчжоу, как и Цзиньрань, владел заклятием «Врата пространства и времени», способным перемещать на огромные расстояния. Однако магия требовала колоссальных затрат энергии. И если Е Цзиньраня питала система, то Бай Яньчжоу приходилось рассчитывать исключительно на собственные резервы.
Человеческий организм вмещает не так уж много маны. Бай Яньчжоу не мог совершать далёкие прыжки один за другим. Е Цзиньрань же скрывал свою истинную личность и не рисковал колдовать открыто. В итоге они пришли к компромиссу: Цзиньрань крутит руль, пока Бай Яньчжоу восстанавливает силы, а затем последний создает Врата пространства и времени. Подобная эстафета позволяла продвигаться вперёд с максимальной скоростью.
— Вот уж умеешь ты выжимать из людей все соки... — Бай Яньчжоу хрустнул суставами, разминая затёкшие плечи. — Ладно, восстановился. Смахнём километров на сто.
Он быстро зашептал древнюю, смутную формулу. Слова слетали с его губ с такой скоростью, что невозможно было разглядеть ни единого звука. Пальцы рассекли воздух, и пространство перед капотом словно разрезал невидимый клинок. Во все стороны пошли синеватые волны, обнажив сквозную разломанную щель.
Е Цзиньрань плавно направил машину в Врата пространства и времени. Он намеренно снизил ход: не зная, что ждёт по ту сторону, лучше не рисковать. При всей своей любви к лихой езде элементарного чувства самосохранения он всё же не утратил.
Едва автомобиль проскочил сквозь Врата пространства и времени, организм Чжэн Цунхуа окончательно сдался. Сорвав маску, она судорожно опустила стекло и выплеснула за борт всё содержимое желудка.
Сидевший рядом Буш Гомэнь лишь крепче вцепился в поручень. Его колотила мелкая дрожь, но он упорно сохранял неподвижность, не издавая ни звука.
Переход через Врата пространства и времени наносил жесточайший удар по разуму и телу. Опытные чернокнижники перед колдовством всегда отпивали Золотое медовое вино, чтобы смягчить последствия. Но упёртые игроки предпочли терпеть наживую.
Оказавшись на новом участке дороги, Е Цзиньрань до упора утопил педаль газа. От резкого рывка Чжэн Цунхуа высунулась из окна, оставив за кормой живописную «радугу».
Шаэнь торопливо погладила её по спине и протянула открытую флягу:
— На, отпей немного тёплой воды. Пополощи рот.
— Спасибо... — Чжэн Цунхуа с благодарностью забрала флягу, мысленно проклиная двух бесчувственных иродов на передних сиденьях.
Тёплая вода заскользила по пищеводу, немного утихомирив бунт в желудке. Машина как раз выровняла ход. Возвращая флягу, Цунхуа откинулась на спинку кресла:
— Шаэнь, тоска смертная... Поговори со мной, а?
— О чём же? — Шаэнь чуть повела глазами. — Прежняя моя жизнь была серой и скучной, похвастать особо нечем.
— Неужели бесконечные странствия могут быть скучными? Мне казалось, путешественники только и делают, что попадают в захватывающие истории.
— Вот-вот, Шаэнь, — подал голос Е Цзиньрань с переднего кресла. — Расскажи, что ты видела на Шаггае.
Опытный игрок должен выуживать сведения из NPC непринуждённо и естественно. Этот навык у них въелся на уровне ДНК.
— Шаггай... — вполголоса эхом отозвалась Шаэнь. — Прежде эта планета была совсем иной.
В открытое окно ворвался встречный ветер, подхватив её тёмно-зелёные волосы. В этом мгновении притаился странный покой.
— Когда я впервые ступила на эти земли, здесь не было буйной зелени. Поверхность казалась выжженной пустыней, но в ней таилась совсем иная жизнь. Насекомые с Шаггая обладали высшим разумом и умели с лёгкостью черпать энергию из солнечного света. Почти всё своё время они посвящали поиску высшего счастья и гармонии.
Фотосинтез полностью закрывал потребности шаггайцев в пропитании. Освободившись от бытовой рутины, они отдавали все силы науке и искусству.
— Духовные запросы шаггайцев преобладали над материальными, — продолжала Шаэнь. — Всю жизнь они искали ответы на фундаментальные вопросы. А огромная численность вида позволяла им без труда объединять силы для грандиозных свершений. Они воздвигали невероятные конструкции. Генераторы кристаллического поля, устройства для межпространственных прыжков...
Она ненадолго умолкла, затем добавила:
— Даже паразитирование на других существах — не врождённая их особенность, а высокоразвитая технология. Насекомым с Шаггая незачем пить соки носителя, чтобы поддерживать собственные силы.
— С трудом верится, что какие-то жуки обставили человечество по части технологий, — тихо пробормотала Чжэн Цунхуа.
Шаэнь умолкла. Её взгляд подёрнулся дымкой. Тихо вздохнув, она мягко проговорила:
— А ведь я... искренне восхищалась шаггайцами.
— Но теперь от их величия не осталось и следа, — Е Цзиньрань вглядывался в горизонт, где скалы становились всё темнее. — Природные условия Западного континента здорово напоминают наши тропические джунгли. Впервые увидав шаггайцев, я грешным делом принял их за диких дикарей.
— Вот именно... — с тоской отозвалась Шаэнь. — Всё должно было быть иначе. Но слепая, фанатичная вера в Верховную Мать-Богиню накрыла всю планету. И всё рухнуло. Она даже не спускалась сюда — лишь обратила свой взор. И тут же воцарилась вечная весна. Растения стали безудержно разрастаться, а животные — спариваться без конца, плодя семя за семенем, снова и снова...
Она горько ухмыльнулась:
— Ныне существа на Шаггае не ведают иных стремлений, кроме размножения.
— Обычная история при ментальном осквернении Древними, — поддакнула Чжэн Цунхуа. — Вот почему надо держаться подальше от зловещих культов и вести здоровый образ жизни.
Буш Гомэнь, пересиливая подступающую тошноту, подал подавленный голос:
— У всех своё видение жизни. Тебе кажется, что это деградация. А для них — спасительный путь. Обладая столь бешеной плодовитостью, вид сможет выстоять в любой катастрофе. Качество за счёт количества — кто-нибудь да выживет.
— Но есть ли смысл в таком существовании?! — в голосе Шаэнь вспыхнул гнев. — Совокупляться круглые сутки?! Рождаться лишь для того, чтобы породить следующее поколение?!
— Далеко не у каждого вида хватит смелости гордо шагнуть в небытие, — вмешался Е Цзиньрань. — Рано или поздно любая цивилизация выплескивается в космос, сталкивается с древними сущностями и погибает. Мутация шаггайцев действительно дала им шанс продлить свои дни.
Е Цзиньрань прекрасно знал, как именно погибла эта раса в оригинальной истории. Служение Чёрной Козе Лесов было для них далеко не самым худшим исходом. Но у Верховного бога свои планы. Действие разворачивается строго по сценарию, и выходить за его рамки не позволено никому.
— Ладно, не хочу спорить, — Шаэнь бессильно откинулась назад и прикрыла глаза.
Остальные пассажиры заднего сиденья тоже не горели желанием вести беседы. Обрадовавшись наступившей тишине, они дружно притворились спящими.
В молчании прошло около часа. Бай Яньчжоу похлопал Цзиньраня по плечу:
— Можешь уступить руль, если устал.
— Справлюсь, — отрезанно ответил Е Цзиньрань.
Он твёрдо намеревался набить руку за рулём, чтобы по возвращении в реальность сходу сдать на права. Новая работа обещала быть суматошной, времени на автошколу явно не предвидится. Впрочем, на пустой трассе особых навыков не приобретёшь.
Температура за окном заметно упала — Полюс был всё ближе.
— Значит, один из нас крутит руль, а второй отдувается за двоих по части магии? Сочтёмся, — хмыкнул Бай Яньчжоу, не став настаивать.
Е Цзиньрань отбил дробь пальцами по рулевому колесу, уклоняясь от ответа:
— Скоро я окончательно выдохнусь.
Даже опытный шофёр устаёт после четырёх часов беспрерывной езды, что уж говорить о новичке.
Бай Яньчжоу на мгновение опешил от такой откровенности. Опомнившись, он проговорил:
— На последнем отрезке Врата пространства и времени открою я.
— Исключено. Мана — ключевой ресурс в бою. Ты должен отдохнуть и восстановить силы до максимума, — твёрдо возразил Цзиньрань.
Не ожидавший такого отпора — да ещё и с подобной мотивировкой — Бай Яньчжоу вспыхнул. Вцепившись в его правую руку, он гаркнул:
— Тормози!
— Руки убрал! — Е Цзиньрань сбросил его хватку. — Перевернёмся же!
Шанс покалечить прокачанных игроков в аварии был мизерным, но рисковать не стоило.
— Хех, если ты выжмешь себя досуха и свалишься без сил, кому потом проблемы грести? Мне же. И ладно бы пару обуз тащить... — Раздражённый Бай Яньчжоу ткнул пальцем в мультимедийную панель, врубив суровый тяжёлый рок на полную мощность.
Динамики оглушительно взревели. Пассажиры на заднем сиденье мигом очнулись.
Чжэн Цунхуа поморщилась:
— Бай Яньчжоу... Не думала, что у тебя столь специфичный музыкальный вкус.
— Помалкивай лучше, — шепнул Буш Гомэнь. — Он сейчас кого-нибудь прибьёт.
Из-за грохота музыки его шепота никто не услышал.
За окнами пейзаж разительно изменился. Густые леса уступили место суровым ландшафтам, напоминающим вулканические острова субарктики. Чёрный песок и тёмные базальтовые породы выстилали землю, изрезанную древними ледниками. Сквозь трещины в каменной толще вырывалась раскалённая лава. Остывая на воздухе, она застывала замысловатыми, причудливыми изваяниями.
Рельеф становился всё более диким. Никаких дорог здесь не водилось, и машину трясло безбожно. Разговоры затихли: пассажиры у окон пытались отвлечься от тошноты, разглядывая инопланетные виды.
Чжэн Цунхуа подпёрла подбородок рукой, равнодушно глядя наружу. И вдруг её глаза округлились.
— Эй! Сяньюй! — она подалась вперёд, почти перегнувшись через кресло. — Глянь туда! Сможешь подъехать?
Е Цзиньрань, уже клевавший носом от усталости, мгновенно встряхнулся. Проследив за её взглядом, он прищурился:
— Это ещё что...
Чуть наискосок пролегало русло реки, бурлящей раскалённой магмой.
На берегу ослепительно-алого потока выстроились несколько насекомых с Шаггая размером с небольших птиц. Они стояли в ровной очереди и покорно, одно за другим, прыгали прямо в кипящую лаву. Их тела мгновенно вспыхивали ярким пламенем, навсегда растворяясь в огненной пучине.