Вернувшись в отель, Е Цзиньрань упал на кровать и только теперь сподобился открыть личные сообщения от Верховного бога. Дерзости ему было не занимать: игнорировать уведомления собственного начальника — поступок на грани фола.
Непрочитанных писем накопилась целая кипа. Первой, как и прежде, в глаза бросалась абстрактная, наполненная смутным смыслом фраза:
[Я чувствую сладковатый душок предательства]
[И пахнет им от фабрики предметов «Растаявшая дружба» — нашего давнего и весьма надёжного поставщика]
«Растаявшая дружба»? Разве не туда недавно отправился Бай Яньчжоу?
Е Цзиньрань прекрасно разбирался в устройстве системы. В отличие от уникальных подземелий вроде «Тумана деревни Южного Предела», где артефакты добывались в единичных экземплярах, существовали места, способные штамповать предметы в промышленных масштабах. Они бесперебойно снабжали Системный магазин, за что их и прозвали «фабриками предметов».
Схема работала просто: Верховный бог назначал среди местных персонажей ответственных. В награду за сохранение памяти при перезапусках подземелья управляющие обязаны были беспрестанно приносить в жертву производимые ресурсы. На выходе получались товары, выставляемые на полки магазина.
Обычно такие управляющие отличались фанатичной преданностью и готовы были сложить голову за своего покровителя.
[И хотя измена сама по себе меня забавляет, банкротство фабрики и прекращение поставок — это ощутимый убыток]
[Малыш, поддержание работы Системного магазина — твоя direct обязанность. Так что изволь отправиться туда и уладить этот инцидент]
Е Цзиньрань поморщился, впервые за долгое время почувствовав, как ситуация усложняется.
Прежде его сфера ответственности ограничивалась личным присутствием в лавке или сбором редких предметов, к чему он успел привыкнуть. Теперь же его посылали разгребать чужие проблемы. А точнее — бунт, заваренный Бай Яньчжоу.
В том, чьих рук это дело, Е Цзиньрань даже не сомневался. Переманить фанатичного персонажа на свою сторону и сбить его с истинного пути мог только этот смутьян, обожавший вставлять палки в колёса Верховному богу.
Переубедить Бай Яньчжоу было невыполнимой задачей. Но Е Цзиньрань искренне не понимал: какая выгода срывать поставки в магазин? Это ведь откровенный вред обычным игрокам! Люди выживают в подземельях только благодаря купленному снаряжению, без которого каждый шаг превращается в хождение по лезвию.
Или этот безумец опять действовал ради забавы, даже не задумавшись о последствиях? Вполне в его духе. Большинство игроков и понятия не имели, откуда берутся товары в магазине, да и сам Е Цзиньрань не до конца представлял всю глубину познаний Бай Яньчжоу об устройстве этой игры.
Как бы ни хотелось отлынивать, работа есть работа. Перед выходом следовало навести справки. Е Цзиньрань зашёл в Системный магазин и ввёл фильтр по товарам из «Растаявшей дружбы».
Результаты поиска поражали объёмом. Львиную долю ассортимента составляла одна категория — живые человеческие органы и ткани. Печень, селезёнка, желудок, кровеносные сосуды и даже волосы. Всё, что требовалось для немедленной замены повреждённых частей тела. Полноценная, здоровая органика, не вызывающая ни малейшего отторжения.
Несчётное множество игроков выживало в испытаниях лишь благодаря этой продукции: даже не имея в отряде квалифицированного медика, можно было прямо во время боя купить нужный орган и спасти себе жизнь.
Помимо этого, «Растаявшая дружба» поставляла редкий артефакт класса A — подконтрольное бестиарное существо «Зверь Тысячи Глаз».
Каждому игроку разрешалось владеть лишь одной такой тварью, хотя мало кто располагал очками даже на первую. Подобные боевые призывы ценились невероятно высоко, а «Зверь Тысячи Глаз», несмотря на кусачую цену, пользовался стабильным спросом благодаря выдающейся мощи.
Неудивительно, что Верховный бог забил тревогу: эта фабрика была ключевым узлом всей системной торговли.
Далее Е Цзиньрань изучил состав группы, отправленной в подземелье.
Бай Яньчжоу не был лидером — он просто откликнулся на открытую заявку на платформе поиска отряда. Создателем комнаты числился игрок с псевдонимом «Летающая картошка» — в реальности тридцатишестилетний Лун Сюнь, сотрудник Бюро расследования аномалий.
Судя по всему, этот оперативник отправился в рейд без коллег: остальные участники набрались из случайных игроков, как и Бай Яньчжоу.
Имена у случайных попутчиков оказались одно нелепее другого. Победителем в номинации на самый абсурдный и длинный никнейм стал обладатель надписи в целых десять иероглифов. Судя по стилистике, весь отряд состоял из уроженцев Китая. Е Цзиньрань лишь подивился тому, с каким азартом соотечественники ринулись в подземелье с западным сеттингом, проигнорировав очевидное чужое поле.
Он ещё раз вчитался в длинный псевдоним: «Не переименую пока не усилят Печать Вири».
«Что ж, тебе удалось привлечь моё внимание».
Печать Вири являлась базовым заклинанием. В магазине продавалась куча дешёвых гримуаров с её описанием, поэтому освоить её мог любой желающий. Вся суть чар сводилась к повышению шанса успешного применения другой магии: высокоуровневые заклинания требовали уйму ресурсов и часто срывались, а Печать Вири отлично снижала риски. Весьма полезный приём.
Насколько же сильно нужно было разочароваться в этом заклятии, чтобы потратить ценное место для имени на подобный ультиматум?
Пожав плечами, Е Цзиньрань решил понаблюдать за этим игроком на месте. Если Печати Вири действительно не хватало мощи, можно написать рапорт Верховному богу. Стоит лишь подать прецедент, как игроки поймут, что никнеймы — отличная площадка для жалоб. И тогда продажи карт смены имени на форуме взлетят до небес.
Мысли о будущих барышах заметно подняли ему настроение.
[Ты готов?] — снова пришло сдержанное напоминание от начальства.
[На этот раз ты войдёшь в подземелье под видом инвестора Многопрофильного медицинского центра «Благодать». Проведи инспекцию учреждения со всей строгостью]
[Управляющий фабрики встретит тебя]
[И не забывай, чьи интересы ты защищаешь]
Е Цзиньрань поднялся с кровати, сменил одежду на строгий деловой костюм и активировал маскировочный артефакт, изменяя черты лица и пропорции тела. Для миссий в западном сеттинге он решил использовать облик Блэка — лепить новую личину каждый раз было слишком муторно.
— Угу... Я готов.
Игра уже шла вовсю, и перемещение забросит его аккурат во вторую половину третьего дня.
Интересно, чего успел понаворотить Бай Яньчжоу за эти сорок восемь часов?
Сердце Е Цзиньраня забилось чаще. Как и во время входа в «Золотые пески уходят как вода», его привычное умиротворение уступило место азарту перед лицом неизвестности.
В воздухе соткалась пространственная арка. Голубые искры, расходясь кругами от центра врат, подхватили его и утянули в провал.
[Загрузка подземелья «Растаявшая дружба»]
[Всего прохождений: 56. Успешных финишей с Истинной Концовкой (TE): 7]
[Подземелье активно. Живых игроков: 5/5]
Истинная концовка этого места требовала собрать исчерпывающие доказательства преступлений медицинского центра «Благодать», обнародовать их, разрушить клинику и предать виновных суду. Параллельно с этим американское отделение Мискатоника, получив улики от игроков, высылало отряд исследователей для устранения источника аномалии.
Впрочем, на управляющего фабрикой это не распространялось: под крылом Верховного бога он воскресал при каждом перезапуске, игнорируя любые финалы.
Освежив в памяти детали, Е Цзиньрань шагнул в сияние.
* * *
Многопрофильный медицинский центр «Благодать»
В одноместной палате клиники царил покой. На кровати сидела женщина с пышными каштановыми локонами. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь окно, мягко согревал страницы детской книжки в её руках.
Рядом, подперев пухлыми ладошками подбородок, замерла девочка с зелёными глазами и миловидным детским личиком. Она не сводила очарованного взгляда с женщины.
С тихо похрустывающим звуком та перевернула страницу и прочитала вслух:
— «Зайчонок сказал маме, что не ходил с друзьями воровать морковку. Мама погладила его по ушкам и ласково ответила: "Молодец, воровать — это плохо, никогда так не делай..."»
— Тётушка, — девочка осторожно потянула за край одеяла, — а тебе скоро на операцию?
— Не торопись, Лили. Мы как раз успеем дочитать сказку, — женщина улыбнулась и погладила кроху по голове.
Девочка смущённо спрятала нос в одеяло.
— Хорошо...
Женщина продолжила чтение. С тех пор как её затянуло в бесконечные испытания, ей ни разу не выпадал шанс вот так просто и спокойно посидеть с ребёнком.
В реальном мире Чу Цзяньцзя работала воспитательницей в детском саду. Став игроком, она взяла себе псевдоним Сяошумяо — «Маленький саженец», — поклявшись защищать детей несмотря ни на что. Но кошмары подземелий методично выжигали её разум и совесть. В конце концов, осознав, что больше не способна учить детей доброму и светлому, она уволилась и легла в психиатрическую клинику.
Многие игроки сталкивались с подобным: искажение психики под воздействием аномалий вынуждало их бросать прежнюю жизнь. С появлением Бесконечного потока психбольницы по всему миру переполнились.
Сяошумяо не ожидала, что в этом случайном рейде встретит такого чудесного ребёнка — куда более послушного, чем любой из её прежних воспитанников. Многолетний опыт подсказывал ей, что дети от природы — те ещё маленькие бесята, способные довести до белого каления, и чистых ангелов среди них не бывает. Поначалу она подозревала ловушку или тварь под личиной дитя.
Однако за время общения девочка проявила себя настолько искренним и светлым созданием, что педагогический инстинкт Сяошумяо вспыхнул с новой силой.
В этом подземелье ей досталась роль пациентки с тяжёлым заболеванием желудка, ожидающей операции по полной замене органа. Сиделка-медсестра установила строгий режим, запретив покидать палату, так что Сяошумяо с чистой совестью забила на активные поиски и посвятила время маленькой Лили.
— Тётушка, ты только не бойся. Всё будет хорошо, — прошептала кроха из-под одеяла, осторожно сжав своим мизинчиком её палец.