Изучение дневников и записок NPC — незаменимая классика любой игры с глубоким погружением. Иногда подобные тексты предстают перед игроками в ином виде, проливая свет на давно забытое прошлое.
Цунхуа продолжила читать дневниковые записи:
«Испытательный полигон завершён. Все исследователи прибыли в целости и сохранности. И чьей только непомерной жадности мы обязаны таким количеством проектов? Ума не приложу, сколько мы здесь проторчим… Откровенно говоря, биосфера Земли мне не по душе. Человеческие тела невероятно хрупки и требуют чересчур много времени на сон».
— И почему любой нечисти обязательно надо вытереть о людей ноги? — с досадой вымолвил Ван Айминь.
Е Цзиньрань промолчал. Повидав на своём веку неисчислимое множество аномалий, он лучше других осознавал пропасть между людьми и иными расами. В масштабах вселенной человечество выглядело удручающе беспомощным, и то, что людям удалось стать господствующим видом на Земле, казалось почти невоспроизводимым чудом.
«За пределами города обнаружены следы Ми-Го. Как и следовало ожидать, они добывают руду, собирая кристаллы с редкими элементами. Я спешно проверил городских жителей: к счастью, эти твари не успели вербовать себе марионеток для своих диких медицинских экспериментов. У меня нет ни малейшего желания иметь дело с Ми-Го — главное, чтобы они не мешали нашей исследовательской программе».
Цунхуа сделала паузу и уточнила у спутников:
— Тут речь о тех… «летающих коровах»?
— Именно. Это Ми-Го, — выражение лица Бай Яньчжоу не сулило ничего хорошего.
— Имя некоторых аномалий способно вызвать ментальную скверну даже от простого упоминания, — добавил Е Цзиньрань. — Я не стал вдаваться в подробности, опасаясь за вашу рассудительность.
Цунхуа понимающе кивнула и вернулась к дневнику.
«Наша раса располагает совершенными технологиями, позволяющими сокрывать своё присутствие при перемещении сквозь пространство и время, оставаясь незамеченными для тварей, гнездящихся в угловых изломах вечности. Однако человеческий разум невероятно примитивен — лишь единицы способны освоить подобный метод. Если мы попытаемся сдвинуть жителей этого города вдоль временной оси, Гончие Тиндала сожрут их без остатка за пару дней. Мой коллега предложил топорное решение: запечатать выходы из их измерений и дать людям шанс проверить это на практике».
С этим фрагментом всё было предельно ясно. Судя по всему, именно по этой причине итианцы заставили Великого жреца внедрить в городе особую архитектуру. Нагадки группы полностью подтвердились.
«Мой коллега предложил выстроить среди людей культ поклонения ■■■■■, заодно немного подтянув их жалкий интеллект. Неужели он всерьёз возомнил себя божественным посланником? Отлично ведь знает, насколько опасны сущности, обитающие в Недрах Конечной Бездны. Привлекать Их внимание — безумие».
«Я выступал против всеми силами, но всё тщетно. Замысел воплотили в жизнь».
«Кольцевая временная ось сформирована в первой рабочей редакции. Мы передали наиболее одарённому из смертных способ запускать временной откат. Результаты не заставят себя ждать».
* * *
«Успех эксперимента превзошёл наши ожидания, однако сама его суть граничит с кощунством. Владыка Времени и Пространства будет разгневан. Мы обязаны уйти; принято решение забросить испытательный полигон. Кажется, околачивавшиеся за городом Ми-Го тоже что-то пронюхали — испарились за одну ночь. Насколько я помню, эта стая поклонялась Богу Времени и Будущего… Теперь понятно. Ну и шустрые же твари».
«Эксперимент по созданию кольцевой временной оси остановлен. Мы немедленно покидаем эту эпоху».
На этом записи обрывались. Цунхуа с тяжёлым сердцем закрыла журнал.
Только теперь Е Цзиньрань подал голос:
— Ещё в шахтах я предполагал, что песочные часы — дело рук Ми-Го, хотя и сомневался, хватит ли у них технологий. Что ж, виновником оказалась Великая Раса Ит.
Итианцы вырезали фрагмент временной линии из истории и замкнули его в кольцо — именно эту структуру они и накрыли «песочными часами».
Цунхуа вспомнила заброшенные рудники. Кажется, причина их спешного бегства прояснилась:
— Значит, поклоняясь Богу Времени, Ми-Го чутко уловили надвигающуюся угрозу и предпочли бросить шахты под пустыней.
В её памяти всплыла последняя фраза, услышанная перед тем, как потерять сознание в пещере с фресками:
Раскалённые добела цепи покарают нечестивцев.
А кто мог проявить наибольшее нечестие по отношению ко времени, как не итианцы, бесцеремонно снующие между эпохами?
— Но Ми-Го сбежали, итианцы тоже испарились, — пробормотала Цунхуа, размышляя вслух. — Остались только люди.
А песочные часы продолжают переворачиваться. Эксперимент так и не был завершён.
Девушку осенекло:
— Если Бог Времени и собирается кого-то покарать, то главный кандидат на Его гнев прямо сейчас — Великий жрец Баграда?
— Вот только я всё равно не догоняю, — Ван Айминь не скрывал откровенного недоумения. — Жрец-то вполне себе жив и здоров. И прокручивал этот петлевой сценарий уже сотни раз.
Бай Яньчжоу перевёл загадочный, чуть насмешливый взгляд на Е Цзиньраня:
— Сяньюй, а ты что думаешь?
Е Цзиньрань взвесил каждое слово, прежде чем ответить:
— Я действительно кое-что знаю о Боге Времени, упомянутом в дневнике.
Он сделал паузу, подбирая формулировки. Дело было не в скупости на информацию — подобные знания несли в себе ментальную скверну, способную в мгновение ока разорвать в клочья разум слабовольного смертного.
— Истинное божество, которому ныне поклоняются жители Баграда, стоит на одной ступени с Верховным богом. Форма существования столь высокомерных сущностей лежит за гранью человеческого восприятия.
— В низших измерениях Они проецируют себя по-разному — мы привыкли называть это аватарами. Былинная мысль Иного Бога, Его сиюминутное желание или даже мимолётная эмоция способны породить самостоятельную проекцию. Единственный во Всем — владыка времени и пространства — имеет два кардинально противоположных воплощения в нашем мире.
Ван Айминь и Цунхуа, никогда прежде не заглядывавшие за кулисы тайн «бесконечного потока», мигом затаили дыхание, боясь упустить хоть слово.
— Первое воплощение отражает Его милосердную личину. Это Страж Конечных Врат, наставляющий ищущих истину. Он принимает облик, понятный разумному существу, ступившему на Его порог, что говорит о наличии у Него своего рода сочувствия.
Произнося эти слова, Е Цзиньрань заметно смягчил тон, и в его голосе проскользнули нотки глубокого почтения. Однако в следующее мгновение его интонация резко изменилась, став предельно сухой и строгой:
— Второе воплощение — воплощение Его ярости. Оно возникает пред теми, кто осмелился осквернить законы вечности, соткано из слепящего белого света и утаскивает святотатцев в изолированное карманное измерение для свершения кары. Из тех, кто видел Его лик, не выжил практически никто, оттого и сведений о Нём кот наплакал.
— Этот аватар, воплощающий праведный гнев, и зовётся Богом Времени и Будущего. И хотя Его истинная суть повелевает как временем, так и пространством, сия ипостась проявляет себя исключительно там, где попраны временны́е законы.
Е Цзиньрань ненадолго задумался, испытывая неменьшее замешательство:
— По идее, когда эксперимент зашёл настолько далеко, разъярённое Божество должно было явиться и стереть дерзких муравьёв в порошок…
Где же произошёл сбой?
Неужели его собственный покровитель из числа Древних вступил в сговор с Единственным во Всем, отсрочив неизбежный конец?
Бай Яньчжоу, восседавший на кипе ветхих фолиантов, лениво пролистывал оставленные итианцами чертежи. Потратив на это пару секунд, он окончательно потерял интерес:
— Ничуть не изменились. Всё такие же фанатики, готовые идти по трупам и платить любую цену ради своих драгоценных знаний.
Е Цзиньрань слегка удивился. Ему и в голову не могло прийти, что Бай Яньчжоу способен сопереживать людям, пострадавшим от отвратительных опытов Великой Расы Ит, однако сквозившее в его голосе отвращение казалось абсолютно искренним.
— Чем же итианцы так успели насолить тебе, что ты хранишь к ним такую лютую ненависть?
Бай Яньчжоу презрительно фыркнул и отшвырнул рукописи в сторону:
— В детстве мне довелось побывать в лапах подобной шайки безумных исследователей. И в чём же заключаются чары их «абсолютной истины», раз ради неё стоит жертвовать абсолютно всем?
Будь то Великая Раса Ит или обычные смертные, искатели истины слепо шли по одной и той же тропе, бездумно принося в жертву всё сущее у подножия далеких Врат.
Е Цзиньрань внезапно произнёс:
— * «Узнав Истину поутру, не страшно умереть вечером»*. Тебе этого никогда не постичь.
Слова сорвались с его губ сами собой. В тот же миг Е Цзиньрань ощутил, как с заоблачных высот бездонного неба на него опустился тяжелый, всевидящий Взгляд.
— Меня от всего этого просто тошнит, — отрезал Бай Яньчжоу, пренебрежительно отвернувшись.
Е Цзиньрань помедлил и произнёс со всей искренностью, на какую был способен:
— Бесконечность космоса не поддаётся человеческому разумению. Воплотить мечту, прикоснуться к знанию, недоступному бренной плоти, вырвать свой разум из рамок измерений… Ради того, чтобы испросить крупицу истины у Великих Сущностей, не жалко отдать абсолютно всё.
Он превосходно понимал фанатичную упёртость мыслящих существ — как инопланетных рас, так и дерзновенных искателей среди людей.
Бай Яньчжоу недовольно поджал губы, окончательно отвернулся от Е Цзиньраня и погрузился в молчание.
Чувствуя, как атмосфера в комнате накаляется до предела, Цунхуа поспешила вмешаться:
— Так… Может, глянем пока другие бумаги? Всё равно сейчас ни к чему не придем. Наша главная цель — найти способ отключить «песочные часы», верно? Ту самую кольцевую временную ось! Пойду поищу…
С этими словами она потянулась к архивам, но тут же обнаружила, что оплаченное время системного переводчика истекло. Девушке оставалось лишь с замиранием сердца отстегнуть ещё порцию очков и продлить услугу.
— Кольцевая временная ось — это аномалия во временном потоке, — спокойно произнёс Е Цзиньрань. — Мы можем прибегнуть к самовосстановлению законов бытия. Иными словами — заставить самого Бога Времени уничтожить петлю.
— То есть мы опять упёрлись в тупик? — Ван Айминь схватился за голову. — Почему этот проклятый Великий жрец до сих пор жив и невредим?!
И Ми-Го, и итианцы уловили дурной знак и вовремя убрались восвояси.
В это время Цунхуа, судорожно листавшая найденные отчеты, вдруг вскрикнула:
— Да эти итианцы… нагадили и свалили! Они даже не думали прибирать за собой полигон! Выживет человечество или сгинет — им плевать с высокой колокольни!
Получив нужные данные и достигнув целей, пришельцы бросили изгаженную ими землю и убрались восвояси без тени сожаления.
Е Цзиньрань подхватил отложенный ранее лист бумаги, исчерченный оккультными символами, и медленно провёл пальцем по засохшим чернилам, повторяя витиеватый узор.
Энергия внутри его тела откликнулась едва заметной вибрацией. Из самого центра нарисованного на бумаге круга вырвалась струйка хаотичной, скверной силы и липкой, неистребимой лентой обвилась вокруг его указательного пальца. В этом ощущении было нечто до боли знакомое.
Тем временем давление Взгляда, падающего с заоблачной выси, становилось всё ощутимее и тяжелее, полнясь нескрываемой злобой.
Подобные знаки обладали адресом: вычерченный здесь, он служил меткой собственности и работал словно защитный оберег, превращая Зал мудрости в безопасную зону, недоступную для прочих аномалий.
Ну разумеется. С той самой секунды, как он согласился на предложение Бай Яньчжоу, он шагнул в ловушку, аккуратно расставленную Верховным богом.
«Чего же Ты от меня добиваешься?» — невольно подумал Е Цзиньрань.
«Неужели Он хочет, чтобы Е Цзиньрань вновь склонился перед Его величием и жалко заскулил, вымаливая покровительство?»
Давно забытое чувство липкого страха вновь поползло по жилам, заставляя каждую клетку тела Е Цзиньраня трепетать от болезненного, исступленного восторга.