Большинство этапов изготовления плюшевых кукол были полностью автоматизированы и не требовали от рабочих высокой квалификации. Все пятеро игроков отличались сообразительностью, поэтому, сверившись с печатным руководством и посмотрев обучающие ролики по QR-кодам, быстро освоили управление механизмами.
В первом цехе Ван Айминь и Мо Юйшуан без лишних споров распределили обязанности. Один сшивал тканевые лоскуты, формируя головы, а вторая орудовала иголкой над туловищами, оставляя на спине каждой заготовки небольшое отверстие для набивки.
Сегодняшней нормой значились фигурки- «двухголовки»: миловидные человеческие малыши с парой розоватых кошачьих ушек на макушке и двумя извилистыми S-образными хвостами на мягкой заднице. Похоже, чертёж срисовали с какого-то мифического кошачьего оборотня — некоматы.
Атмосфера во втором цехе разительно отличалась от царившего у соседей лада. Девушка с ником «Я не бог медицины» оказалась зажата между Бай Яньчжоу и Грейс, искренне не понимая, отчего между ними летают едва ли не видимые молнии. Стоило Директору и торговому агенту удалиться, как эти двое молча разошлись по самым дальним углам к набивочным аппаратам, всем видом демонстрируя, что до конца дней не проронят друг другу ни слова.
Бог медицины осталась стоять посреди цеха в полном замешательстве, переводя растерянный взгляд с одного на другую. Не зная, к какому берегу примкнуть, она со вздохом решила выплеснуть накопившуюся досаду в работу — и, ворча под нос, уставилась в руководство по эксплуатации.
— Ладно, развлекайтесь как хотите, — опустившись на корточки, мелко задрожала девушка и принялась подбадривать себя шепотом: — Совместить раструб, вставить пластиковую трубку, зафиксировать, нажать тумблер... Понятно...
Прикрыв лицо листком инструкции, она исподтишка глянула на настенные часы. Стрелки на засаленном циферблате показывали десять часов и двадцать четыре минуты.
Из-за дикого нервного напряжения силы таяли на глазах. Желудок предательски заурчал, и все мысли девушки мгновенно переключились на обеденный перерыв — ни строчки из инструкции в голову больше не лезло.
Тягучую тишину неожиданно разорвал оглушительный гул механизма. Повернув голову, Бог медицины увидела, как Бай Яньчжоу, уверенно удерживая одной рукой тканевую оболочку куклы, а второй наводя шланг подачи ваты, ловко запустил набивочный аппарат.
Возле каждого станка стояли вместительные пластиковые корзины, доверху забитые готовыми чехлами для игрушек — ждать поставок из первого цеха не требовалось. Перед уходом Директор четко обозначил дневную норму: шестьсот набитых плюшевых тушек, а уж как игроки распределят этот объем между собой — его не касалось.
Спустя пару минут Грейс отложила памятку. Но пачкать руки не стала: отыскав в системном магазине деревянный манекен в человеческий рост, она задала ему какую-то программу действий. Автоматообразная кукла принялась послушно выполнять всю рутину, пока сама хозяйка непринужденно уселась прямо на бетонный пол, прислонившись спиной к гудящему корпусу.
По правую руку человек вкалывал до седьмого пота, по левую — нагло и грамотно саботировал рабочий процесс. Бог медицины перевела взгляд с одного на другую и решила не искушать судьбу. Как новичок, она не рисковала играть с огнем: а ну как Директор неожиданно заявится с проверкой? Попадись она на безделье — расплаты будет не избежать.
За унылым монотонным трудом секунды тянулись мучительно долго. Вытерев со лба бесчисленные капли пота, игроки с замиранием сердца увидели, как обе стрелки наконец сошлись на двенадцати.
Взвыл дребезжащий звонок, часы на стене заходились в судорожной тряске. В тот же миг между цехами со скрипом поползла вверх тяжелая металлическая роллета, впустив свежий поток воздуха. Из боковой двери, пыхтя и отдуваясь, вывалилась туша Директора. Выбравшись на середину, он радостно рявкнул:
— Обеденный перерыв!
Бай Яньчжоу окинул пространство быстрым взглядом. Не обнаружив знакомой фигуры, он нахмурился:
— Куда ты его дел?
Директор на мгновение опешил, но быстро сообразил, о ком речь:
— А-а, вы про того господина? Он отправился осмотреть жилые блоки, а чуть позже мы намерены вместе пообедать в столовой.
При слове «пообедать» потухший взор Бога медицины мгновенно вспыхнул. Девушка выпрямилась, точно натянутая струна.
Ван Айминь тоже вскинул голову — его глаза блестели, словно у голодного волка, не видевшего добычи недели две. Подростковый организм требовал топлива в конских дозах, и муки голода были для него невыносимы.
Директор выдержал театральную паузу, давая надежде разгореться до предела, и лишь затем с садистским удовольствием вылил ушат холодной воды:
— Но в связи с острой нехваткой провизии столовая сегодня закрыта!
Этот удар подкосил Бога медицины, повалив её на колени.
Ван Айминю потребовалось пару секунд, чтобы переварить услышанное, после чего цех огласился его отчаянным воплем:
— С какого перепуга?! Нам же обещали бесплатное проживание и питание!
— Ты что-то путаешь, милок, я такого не говорил! — Пасть на ладони Директора мерзко захихикала. — Хозяин этой фабрики — я, и за мной последнее слово!
Устным посулам верить нельзя, а лживым речам аномалий — тем более.
На фоне обезумевших от голода коллег троица оставшихся игроков сохраняла олимпийское спокойствие. Мо Юйшуан без лишних слов достала из системного инвентаря сухой паек с портативной горелкой, намереваясь состряпать быстрый обед. Бай Яньчжоу и без того презирал стряпню из подземелий: он с привычной ловкостью вогнал себе под кожу шприц-тюбик с питательной эссенцией, покончив с обедом за считанные секунды.
Грейс и вовсе заснула, привалившись к станку. Впрочем, разбудить того, кто лишь притворяется спящим, невозможно ни за какими криками.
К счастью, шло официальное время отдыха, так что Директор не стал докапываться до персонала. Огласив решение, он неуклюже развернулся и уковылял обратной дорогой.
Ван Айминь с висящей до пола челюстью тенью подполз к Мо Юйшуан:
— Сестрица... Ну дай хоть кусочек...
— А в системном магазине купить религиозные убеждения не позволяют? Очков не осталось? — не отрываясь от закипающей воды, ответила Мо Юйшуан.
— Да не в этом дело! Я же не Бай Яньчжоу, чтобы дрянь эту синтетическую глотать... — юноша тоскливо сжал урчащий живот.
— Значит, ещё недостаточно проголодался, — безжалостно свернула разговор Мо Юйшуан, включив суровый режим защиты пищевых ресурсов.
В соседнем цехе Бог медицины смирилась с суровой реальностью. Извлекая из запасов черствый горбылек хлеба, она принялась разжевывать его, запивая простой водой. Вкусовыми качествами яство не блестело, зато гарантировало отсутствие отравления или паранормальных замуток.
Бай Яньчжоу делать было нечего, и он не спеша обошел доступную территорию, нащупывая границы разрешенных зон. Дойдя до массивных железных ворот у входа, он приложил ладонь к холодному металлу и задумался.
Он сам видел, как Ван Айминя вышвырнули за эти ворота, а тот вернулся целым и невредимым. Выходит, за стенами хоть и не безопасно, но мгновенная смерть игрокам точно не грозит.
Внезапно прижатая к створке ладонь уловила странный гул. Взгляд Бай Яньчжоу мгновенно ожесточился. Наклонившись, он прижался ухом к заслону, вслушиваясь в доносящиеся извне звуки.
Шум напоминал канонаду праздничных хлопушек: каскады хаотичных хлопков то затихали, то вспыхивали с новой силой. Неопытный игрок принял бы этот треск за местный праздник, но Бай Яньчжоу с ходу опознал характерный глухой эхо-отзвук детонации тяжелого армейского вооружения.
Он развернулся и вернулся в первый цех. Подойдя сзади к Ван Айминю, который с вожделением гипнотизировал закипающий котелок, Бай Яньчжоу бросил:
— Вставай. Расскажешь, что видел снаружи, — и я помогу тебе раздобыть нормальной еды.
Ван Айминь вытаращил глаза и подскочил. Не ожидая внимания от столь опасного визави, он заикательно затараторил:
— А... Да я пересрался же тогда! Торопился назад дорогу найти, толком и не разглядел ничего... Эй, стой, не уходи! Вспомнил! На улице — ни души, духота страшная, а небо такое грязно-серое, словно ливень вот-вот грянет.
— А кроме самой фабрики? Какие-нибудь постройки, ориентиры? — продолжил расспрашивать Бай Яньчжоу.
Подросток зажмурился, судорожно напрягая извилины, после чего отчаянно закрутил головой:
— Да нету там ни черта! Гиблое место, пустошь занюханная! Даже травинка ни одна не растет!
— Вот как... Понятно.
Ван Айминь распахнул глаза, с надеждой уставившись на собеседника:
— Ну так куда мы идем за нормальной жратвой?
Бай Яньчжоу опустил взор, спрятав в тени ресниц вспыхнувший опасный огонек:
— В столовую, разумеется.
Раз уж Директор замыслил угостить торгового агента ради заключения сделки, обед просто не мог быть совсем паршивым. И уж точно обязан соответствовать человеческим вкусам.
А кое-кто излишне хитрый наверняка возомнил, будто напялил новую личину — и его тут же перестанут узнавать. Какая наивность.
* * *
Е Цзиньрань мимоходным движением провел указательным пальцем по скатерти. Ощутив грубое плетение и наткнувшись на мелкую прореху, он едва заметно нахмурился.
Ножки стула под ним оказались разной длины, так что мебель пошатывалась от малейшего движения. На круглом столе покоилась пожелтевшая от времени ткань, запятнанная давними, так и не отстиранными потеками.
Напротив него восседал Осквернитель. С заискивающей ухмылкой босс зажал зубами своей огромной ладонной пасти поднос с блюдом и аккуратно водрузил его в центр столешницы.
Е Цзиньрань наконец осознал, за какие «заслуги» этот NPC удостоился своего титула. Одно лишь его обличье обладало чудовищной ментальной токсичностью, а обстановка вокруг с головой выдавала скверный уклад хозяина. Обычный человек лишился бы рассудка за пару минут пребывания здесь.
С трудом верилось, что столь вульгарная, начисто лишенная лоска сущность на самом деле — один из пресловутых Великих Древних.
И ведь это они еще заняли самый цельный и приличный гарнитур во всей столовой!
— Скромное угощение, не извольте гнушаться, — раздался сиплый голос из пасти на ладони Осквернителя. — В этом мире с провиантом нынче совсем туго, однако укажи Ваше Превосходительство на свои предпочтения — и я из-под земли достану всё, что изволите.
Е Цзиньрань, подавив подступившую к горлу тошноту, бросил взгляд на «угощение». Среди сморщенных, пожелтевших овощных листьев вовсю копошились белесые опарыши — блюдо, можно сказать, просто лучилось жизнью.
Впрочем, Осквернитель не лукавил. Не ведая заранее о вкусах гостя, он выжал максимум из имеющегося ресурса: отыскал отстиранные приборы, подобрал относительно устойчивые табуреты и подал самое «свежее», что найдено на складе.
Е Цзиньрань оценил трогательную заботу Директора.
Но сбежать отсюда от этого меньше не захотелось.
Вдобавок к невзгодам его внутренний радар запел тревогу: Бай Яньчжоу уверенно приближался к объекту. Этот упрямец умудрился прокрасться сюда в поисках съестного!
Е Цзиньрань даже растерялся — кому сочувствовать сильнее: себе или игроку, потратившему столько сил на скрытную проходку ради тарелки червивой зелени.
— О-хо-хо, кажется, к нам заскочили мышки, — Осквернитель небрежно повел клешней. — Изволите зачистить территорию?
Е Цзиньрань воспользовался моментом и с облегчением отставил вилку:
— Не стоит. Серебряноволосый — новая любимая игрушка нашего Владыки. Будь осторожен в эти дни и не вздумай его сломать.
— Который из них? Мужчина или женщина? — с живостью полюбопытствовал Осквернитель.
Е Цзиньрань отвел взгляд куда-то в сторону:
—... Оба.
Верховный бог направил его в это подземелье вовсе не ради банальных переговоров с Директором.
Как и во время прошлых событий в подземелье «Растаявшая дружба», Е Цзиньрань выступал в роли очевидца, которому надлежало от лица Владыки созерцать неизбежно разворачивающуюся трагедию.
Никаких вмешательств — лишь молчаливое наблюдение. Свидетель обязан просто ждать, пока осядет пыль.
Его главной задачей было наблюдать за представлением, а в финале — увенчать наградой победителя. Судя по всему, развязка давнего противостояния между Амандой и Бай Яньчжоу уже не за горами.
К слову, об Аманде... Е Цзиньрань вызвал системную панель управления и перепроверил данные игрока.
Она представляла собой уникальный, беспрецедентный случай: игрок с несколькими учетными записями, где каждой из двух личностей принадлежал собственный аккаунт.
Мягкая и пугливая ипостась — та самая учительница-иностранка, которую отлично помнили брат с сестрой Ван, — носила системный идентификатор «Аманда».
А хладнокровное, беспощадное и психопатическое второе «я», представшее перед ними сегодня, закрепилось под именем «Грейс».
Ресурсы и воспоминания между аккаунтами не пересекались, общими оставались лишь плоть и показатель здоровья. В ходе испытаний эта участница могла в любой момент сменить активную учетную запись, меняя вместе с тем и внешний облик.
Е Цзиньрань помнил, как в подземелье «Кроваво-лунный городок» альтер-эго Грейс совершило на него молниеносный напад прямо в лавке — благо, истощенная девушка не сумела довести задуманное до конца.
Ему не были известны тайны прошлого Аманды, равно как и тернистый путь Бай Яньчжоу, но за всем этим однозначно прослеживался незримый почерк Верховного бога.
Наступал идеальный момент, чтобы сорвать покров с давно погребенных тайн. Е Цзиньраню было не занимать терпения, и он готов был дождаться, пока актеры на сцене доиграют отведенные им роли до финала.