— Да заткнитесь вы уже!.. — в сердцах вскрикнула Мо Юйшуан, не выдерживая детского писка, и с силой сжала до боли в пальцах собственные волосы.
Бай Яньчжоу лишь устало потёр переносицу:
— Мешают? Поджги их к чертям. Складов тут хватает, эти мягкие игрушки явно не в единственном экземпляре. За сохранность улик можешь не переживать.
Среди игроков давно ходила одна байка. Как-то раз отряд разделился: первая группа загнала вражеского NPC в подсобку и спалила её дотла вместе с ним, а вторая пошла по следу и искала архив с документами. Прибыв на место, они с ужасом обнаружили, что сгоревший кабинет и был их единственным источником сведений. Сюжетная ветка оборвалась, и отряд остался ни с чем, получив закономерный скверный финал.
Лицо Мо Юйшуан чуть разгладилось, хоть столь радикальный метод её и ошарашил:
— Да ну... не стоит, наверное...
Даже в виртуальном пространстве мало кто мог беззаботно устраивать поджоги и расправы. К тому же этот бесконечный кошмар казался до жути настоящим, неотличимым от реальности.
— Они что, только петь умеют? — в голосе Бай Яньчжоу засквозило раздражение. — Эй! Есть среди вас хоть кто-то, способный нормально говорить или хотя бы писать? Выходи, будешь за главного.
Он щелкнул выключателем фонаря, переведя его на максимальную мощность, и поставил вертикально на пол. Направленный снизу вверх яркий луч осветил склад, заставив уродливые тени тряпичных монстров заметаться по стенам, пока сам Бай Яньчжоу с ледяным, едва скрываемым презрением разглядывал плюшевую орду.
Игрушки словно онемели под его тяжелым взглядом. Детский хор захлебнулся и угас, подобно задуваемой ветром свече, оставив после себя лишь тихий, еле слышный шепот:
— Иг-рать... Хе-тим иг-рать...
Бай Яньчжоу брезгливо нахмурился:
— К черту. Снова какие-то глупые дурачества? У меня нет на это времени.
Увидев, как в его руке откуда ни возьмись блеснула металлом зажигалка, Мо Юйшуан испуганно замахала руками:
— Постой, не надо! Раз уж мы пришли... Если тебе лень, я сама с ними сыграю!
Подобные уговоры не могли поколебать его намерений. Убрав зажигалку обратно в карман, Бай Яньчжоу развернулся к металлическим жалюзи:
— Тогда оставайся и теряй время в одиночку.
Едва он сделал шаг, как за спиной прозвучали совсем иные слова:
— Сестренка... помоги нам... найди старшую сестру Пинцзы...
Лишь тогда Бай Яньчжоу остановился и одарил плюшевую братию испепеляющим взглядом скользнувших наискось глаз:
— Наконец-то заговорили как люди? Отлично. Рассказывайте, кто такая Пинцзы.
Перемена в поведении аномалий произошла настолько стремительно, что Мо Юйшуан застыла с открытым ртом. Её разум попросту не успевал за изощренной логикой опытного игрока.
Разве в подобных подземельях не полагалось смиренно выполнять условия жутким сущностям — играть в прятки, замирать по команде или разгадывать загадки, чтобы в награду получить подсказку?
С чего вдруг эти монстры сдали назад без боя?
— Уродцам просто скучно до чертиков, — фыркнул Бай Яньчжоу. — Они намеренно заманили нас сюда, чтобы повесить свою работу. Эти куклы неподвижны, заперты в четырёх стенах, и им банально не с кем поговорить.
Поскольку аномалии нуждались в игроках, именно визитеры держали инициативу в своих руках. Стоило развернуться и сделать вид, что ты уходишь, как скованные ограничениями твари мгновенно теряли спесь.
Да и с точки зрения механики игры разработчики редко ставили непреодолимые препятствия посреди маршрута. Если бы визитеры погибали на полпути, некому было бы оценить их закрученный сюжет. Поэтому авторы системы до смерти боялись, что игроки свернут с намеченной тропы, и судорожно цеплялись за любой шанс удержать их.
Дети — а точнее, эти набитые ватой зверушки — мечтали, чтобы живой человек исполнил их просьбу. Впервые за долгое время к ним кто-то заглянул, и от зашкаливающих эмоций они сдуру решили устроить представление. Но наткнулись на того, кто не намеревался плясать под их дудку.
Забыв о развлечениях, куклы вернулись к главному. Стоило Бай Яньчжоу показать спину, как их спесь мигом испарилась.
Мо Юйшуан невольно сравнила этот прием с уличной торговлей, где сбивают цену, делая вид, будто товар тебе абсолютно не нужен. Опыт профессионалов поражал ее своей дерзостью и эффективностью.
Срезав затяжную мини-игру, Бай Яньчжоу спас отряд от лишних рисков и потерь, сразу перейдя к делу.
— Пинцзы... старшая сестра... она Большой медведь... — запинаясь, раздался из темноты писклявый голосок.
Бай Яньчжоу окинул склад беглым взором:
— Ясно. Медведей тут нет, значит, она на другом складе. Впрочем, будь она здесь, вы бы не просили ее искать. Что еще о ней знаете?
— Сестренка... умеет говорить.
— Разговаривать для вас — редкий дар? — с ядовитой ухмылкой переспросил он. — Неудивительно, что остальная орава только пищать да вопить горазда.
Очутившись в заведомо проигрышном положении, маленький плюшевый зверь не дерзил в ответ, а лишь робко пролепетал:
— Угу...
Бай Яньчжоу не собирался упускать ценный источник сведений:
— Теперь о вас. Как ты и остальные дети превратились в игрушки? Вашу душу запечатали внутри или изуродовали тела?
— Мы... не куклы...
— Мы просто... покушали...
Мо Юйшуан ощутила, как по спине пробежал ледяной холодок, а в голове сложилась жуткая догадка.
— И чем же вы набились? — с недоброй усмешкой прищурился Бай Яньчжоу. — Уж не сладкой ли ватой?
— Отец... отец старшей сестры Пинцзы... достал для нас столько сладостей! — радостно зазвенели голоса. — Сахарная вата наполнила всю комнату!
— Вкусно! Очень вкусно!
— Мы объелись...
Слабые писклявые голоски, едва связывавшие пару слов, принялись наперебой поддакивать:
— Так животики болят... совсем не можем двигаться...
— Объелись и хотим спать... сил играть нету... кх-р-р...
Однако один еле слышный голосок возразил:
— Если не кушать... тоже сил играть не будет...
Бай Яньчжоу повернулся к своей спутнице и, указав подбородком на гору игрушек, съязвил:
— Смотри-ка, наша работа действительно приносит детям радость.
Черный юмор сомнительного качества заставил Мо Юйшуан лишь болезненно сглотнуть.
Высохшие, сморщенные оболочки игрушек походили на истощенных, умирающих от голода детей. И в этот момент предсмертной агонии рабочие плотно набили их волшебной, сладкой ватой. Их тела раздулись, выпрямились, натянутая кожа разгладилась, застыв в подобии блаженной детской улыбки.
Мо Юйшуан показалось, что от ужаса у нее на голове волосы зашевелились:
— Так выходит... ватные игрушки — это и есть настоящие дети?! И мы своими руками сшивали этих бедных крошек?!
Бай Яньчжоу медленно прикрыл глаза, проигнорировав ее панику:
— Иногда собственное зрение заводит разум в тупик.
Он понял: механика подземелья построена на искажении восприятия. Значит, ничему увиденному или услышанному доверять нельзя.
Даже глубокой ночью с улицы доносились глухие раскаты канонады, заставлявшие сжиматься от подспудного страха.
Игрушки, оружие, снаряжение... Он знал, что Господин Лавочник заявился на эту фабрику в поисках новых товаров, но пока не мог разгадать, какой именно предмет привлечет внимание торговца.
Множество деталей указывали на войну: перед ними стоял не просто завод игрушек, а оборонный военный объект. Но, сорвав этот первый покров условностей, опытный игрок чувствовал — в самой глубине скрыта куда более мрачная тайна.
Если бы Господину Лавочнику требовался нитроцеллюлозный порох или взрывчатка на его основе, не было никакой нужды тащиться сюда лично. В системном магазине хватало смертоносного оружия, по сравнению с которым местная продукция выглядела жалким утилем. Это не стоило его драгоценного времени.
А значит, его интересовали куклы. Настоящей визитной карточкой завода являлись именно эти мягкие ватные игрушки.
— Что ж, давайте проверим, чем вы так уникальны.
Бай Яньчжоу разомкнул веки, и в его взоре блеснул азарт.
В его глазах раскинувшиеся по полу плюшевые зверята обратились в изможденных, истощенных детей, съежившихся и обнявших колени. Чёрные, белые, азиаты... Сюда собрали сирот со всех уголков земли по какой-то единой, зловещей воле.
Секунда — и иллюзия рассеялась, вновь явив привычные силуэты карикатурных зверей.
Бай Яньчжоу с удовольствием готов был бесплатно сыграть роль тестировщика для Господина Лавочника.
— Где тот, кто со мной говорил? — спросил он. — Опиши себя.
Тихий голосок тут же отозвался:
— Предпоследний ряд, с самого края слева... Лошадка.
Бай Яньчжоу шагнул к указанному месту, но вместо лошади наткнулся на маленького единорога. Видимо, бедолага даже не догадывался, что после превращения у него на лбу красуется рог, либо вообще никогда не слышал о мифических тварях.
Переступая через завалы из игрушек, он опустился на корточки перед плюшевым единорогом и уверенно сжал его мягкую лапку.
Мо Юйшуан за спиной с ужасом наблюдала, как он подхватил несчастного зверька за копыто. Бедная игрушка беспомощно болталась в воздухе, и лишь добротная прошивка, сделанная на первом участке сборки, спасла ее от немедленного распада по швам.
Картина выглядела дико: на обычно жестоком лице Бай Яньчжоу промелькнуло подобие искренней нежности.
— Пошли, — бросил он единорогу. — Веди нас к вашей сестрице Пинцзы.
Самый крупный экземпляр обязан оказаться наилучшим образцом.
При мысли о том, что эта штука может заинтересовать Господина Лавочника, Бай Яньчжоу сгорал от нетерпения опередить его и разобраться во всем лично.
Подхватив единорожка, он миновал кучи игрушек, подошел к стальной заслонке и вновь произнес заклинание Врат пространства и времени.
Ночь обещала быть до крайности щедрой на добычу.
* * *
Е Цзиньрань остался снаружи. Когда Бай Яньчжоу просочился сквозь стену внутрь склада, тот не стал следовать за ним.
От нечего делать он неторопливо поправил воротник и бросил взгляд в сторону сгустившихся в углу теней:
— Добрый вечер, мисс Аманда.
В темном коридоре находились только они вдвоем. Аманда вышла на свет. Ее разоблачение было предсказуемым, да она и не собиралась прятаться дальше:
— И тебе не болеть. Рада видеть тебя в добром здравии.
— Собралась действовать? — Е Цзиньрань слегка изогнул бровь, хотя за непроницаемой маской его мимика осталась скрыта от посторонних глаз.
Аманда глухо произнесла:
— С какого момента ты раскусил мой замысел?
— Ха-ха. Вовсе не Бай Яньчжоу жаждал твоей крови. Это ты пришла за его головой, не так ли? — Е Цзиньрань поправил белоснежные перчатки. — Слишком очевидно. На роль невинной жертвы ты явно не тянешь.
В конце концов, инициатором отряда был сам Бай Яньчжоу.
Если бы Бай Яньчжоу жаждал её смерти, логика распадалась: Аманда сама напросилась в группу уже позже. С чего бы ей лезть прямо в пасть зверю?
Подземелье «Детские игрушки» не интересовало Аманду ни на грамм. С самого начала у нее была лишь одна цель — вырвать кость, давно застрявшую у нее в горле, и навсегда устранить Бай Яньчжоу.