* * *
— Перестаньте драться! — пронзительный девичий крик заставил Бай Яньчжоу осечься на полушаге.
Е Цзиньрань спокойно посмотрел на застывшую в сантиметре от его лица ладонь, аккуратно отвёл её в сторону и на всякий случай перехватил запястье противника. Лишь нежданное появление Мо Юйшуан, вернувшейся на полпути, нарушило хрупкое равновесие и вновь спасло Лавочнику жизнь.
— Ты же сбежала, — раздражённо процедил Бай Яньчжоу, которому бессмысленно сбили весь пыл. — Какого чёрта вернулась?
— Я… — Мо Юйшуан даже выдохнуть боялась. Не признаваться же, что притащилась ради бесплатного зрелища?
Девичье чутьё подсказывало: загадочный НПС в чёрном относится к игрокам вполне благосклонно, а тут как раз рядом крутился Бай Яньчжоу. Вероятность того, что эти двое сойдутся в жестокой стычке, стремилась к соткам. Сгорая от любопытства, она попрощалась со спутницей и рванула обратно — глянуть на грядущее шоу.
Но кто же мог подумать! Стоило ей вернуться, как она застала невероятную картину: жутковатый незнакомец нагло тискал плюшевую куклу, балансируя на грани жизни и смерти и прямо-таки выпрашивая у Бай Яньчжоу нагоняй.
Поймав на себе его испепеляющий взгляд, Мо Юйшуан проявила феноменальную жажду жизни. Она ткнула пальцем в ближайшую стену и выпалила:
— Я за уликами вернулась!
Бай Яньчжоу насупился и после короткого колебания нехотя обернулся. К его удивлению, на бетоне и вправду проступали тусклые следы баллончика. Рисунки настолько органично вписывались в интерьер фабрики — детская наивность тут странно переплеталась с запустением и упадком, — что их легко было принять за элементарные декорации для нагнетания атмосферы.
Сболтнув первое, что пришло в голову, Мо Юйшуан сама уставилась на стены и принялась разбирать узоры. Когда-то краски, похоже, сочно пестрели, но со временем поблекли, осыпались и оставили лишь шероховатые серые разводы. К счастью, надписи были выведены крупными буквами, так что разобрать их не составляло труда.
Она сумела разобрать несколько фразочек на английском: «Выходи поиграть», «Побудь со мной», «Какая красота»… Помимо английского, среди милых мультяшных рожиц прятались слова и на других языках — например, японское «Люблю тебя» или китайское «Старшая сестрица».
Убедившись, что драки пока не предвидится, Е Цзиньрань разжал пальцы и позволил спутнику подойти к странной стене.
— Это ведь дети нарисовали? — Мо Юйшуан запрокинула голову. — Те самые, про которых говорилось в системном уведомлении? Будущие маленькие хозяева кукол?
Бай Яньчжоу лишь презрительно фыркнул:
— Система? Да она завралась вкрай. Будто первый раз нас по ложному следу пускает.
Он поддел указательным пальцем чешуйку темно-красной краски, пристально вгляделся в неё и добавил:
— Даже если эти каракули и нацарапали дети, прошло столько лет, что они давно уже выросли.
— Тогда кому мы штампуем эти игрушки? — совсем растерялась девушка.
— Без понятия. Но точно не детям снаружи, — ровным тоном произнёс невероятно жуткие слова Бай Яньчжоу. — По той простой причине, что за пределами фабрики живых детей не осталось вовсе.
Мо Юйшуан так и застыла, не в силах переварить услышанное.
— С… с чего ты это взял?!
Бай Яньчжоу перевёл взгляд на Е Цзиньраня, словно ища подтверждения:
— Я ведь прав?
Е Цзиньрань лишь беззаботно пожал плечами, воздержавшись от комментариев.
Молчание — знак согласия. Усмехнувшись, Бай Яньчжоу продолжил:
— Заводские ворота заперты, что снаружи — тёмный лес. Я не стал рисковать и выходить наружу, боясь потом не вернуться обратно. Однако Собака Хэжаня поделился кое-какой информацией.
Он стряхнул с пальцев разноцветную пыль:
— Мир этого подземелья охвачен тотальной мировой войной. Продовольствия не хватает банально потому, что землю некому пахать, да и транспортом с рабочей силой для перевозки еды никто не располагает.
— Тогда наша фабрика… — запнулась Мо Юйшуан. — Чем же она занимается на самом деле?
— По-настоящему ходовой товар клепают в третьем цехе, куда нам ход закрыт, — Бай Яньчжоу коснулся взглядом закрытых дверей. — Помнишь слово, которое система заглушила цензурой? Догадываешься, что там?
Девушка недоумённо покачала головой.
В этот момент Бай Яньчжоу ловким взмахом кисти извлёк на свет ту самую плюшевую куклу, разительно похожую на него самого.
Е Цзиньрань опустил взгляд и с изумлением обнаружил, что его ладони пусты. Он даже не уловил момента, когда спутник успел ловко обчистить его карманы.
Словно ловкий фокусник! Воистину, виртуозное воровство — обязательный навык для топ-игрока.
Бай Яньчжоу безжалостно распорол игрушке спину, выдавил на волю наполнитель и тем самым обнажил сокрытую тайну. Прошептав короткое заклинание, он высек из кончика пальца язычок пламени. Ватная набивка мгновенно вспыхнула ярким, всепоглощающим огнём — пара секунд, и на бетон осыпалась лишь горстка сизого пепла.
— Это же… пироксилин?! Нитроклетчатка?! — Мо Юйшуан испуганно зажала рот ладонями.
Огонь, увы, задел и тряпичное личико. Е Цзиньрань едва заметно нахмурился, разглядывая уродливую подпалину.
Пироксилин — чрезвычайно взрывоопасное вещество и ключевой компонент для производства пороха. В военное время этот химикат ценится на вес золота.
Какое там «место, где сбываются детские мечты»! Перед ними стоял самый настоящий оборонный завод, штампующий орудия убийства.
— Но кому тогда предназначены тонны этих кукол? — Девушка отказывалась верить в происходящее.
Бай Яньчжоу одарил Е Цзиньраня многозначительным взглядом и швырнул ему опустошённую тканевую оболочку:
— Кто знает? Возможно, какой-то делец скупает их оптом совершенно для иных целей.
— Всю партию я бы скупать не стал, — ответил Е Цзиньрань, поймав обмякшую тряпицу. — У меня нет столь масштабных потребностей.
Бай Яньчжоу обвёл помещение скучающим взором:
— Чтобы докопаться до истины, надо либо скрутить Директора фабрики и развязать Ему язык, либо наведаться туда, где мы ещё не были.
— Куда именно?
— На склад готовой продукции, — он указал на массивный проход неподалёку. Именно туда чуть раньше пытались проникнуть Мо Юйшуан с Я не бог медицины.
Е Цзиньраня эта процессия откровенно утомила. Вместо того чтобы смотреть, как топовый игрок нянчится с нубами, распутывая тайны подземелья, он куда охотнее перемотал бы сюжет сразу к драке Бай Яньчжоу с Амандой. Посему Лавочник бесцеремонно вклинился в разговор:
— Если возникнут вопросы — милости прошу ко мне. Потребуется лишь скромное вознаграждение…
— Не мешай мне играть! — отрезал Бай Яньчжоу, поморщившись.
— Понял, умолкаю, — покорно отозвался Е Цзиньрань.
Как владелец Системного магазина, он отлично знал: товар под названием «Детские игрушки» — новинка, поступившая на утверждение совсем недавно, и её ещё никто не заказывал.
Настоящее предназначение этих плюшевых кукол заключалось в ином — они служили лишь для ублажения извращённых вкусов Директора. Впрочем, пройдя через руки Осквернителя, игрушки обрели аномальные свойства и вполне могли стать полноценными артефактами.
Однако, пока игроки сами не спросят, раскрывать карты Е Цзиньрань не намеревался: это испортило бы всё удовольствие от игры да и нарушило бы священный принцип равного обмена.
Отведя взгляд и проигнорировав вырядившегося в шелка монстра, Бай Яньчжоу махнул рукой Мо Юйшуан, призывая следовать за ним.
— А куда мы? — Девушка оторопела от такого внимания. Пройдя с десяток шагов, она замешкалась, поняв, что спутник ведёт её вовсе не к складу с готовой продукцией, а сворачивает в противоположную сторону.
— Не знаю. Но если верить подсказкам детей — нам туда, — откликнулся Бай Яньчжоу.
Узоры на стенах едва заметно преобразились: среди рисунков проступили цепочки разноцветных стрелок, выведенных в разной манере, но указывавших в одном направлении.
Граффити «жили» своей жизнью — это был чей-то способ связи.
Помимо обезглавленного гиганта-Директора и окутанного тёмной дымкой Торговца игрушками, на этой фабрике обитала и иная нечисть.
Даже во время разговора Бай Яньчжоу ни на мгновение не ослаблял контроля за обстановкой, благодаря чему и заметил мельчайшие изменения. Появление новой зацепки заставило его мгновенно перестроить маршрут.
Стоило парочке сделать шаг прочь, как Е Цзиньрань подал голос:
— Постойте. А где же та юная студентка-медик, что ходила за тобой хвостиком? Она не из тех, кто бросает товарищей на произвол судьбы.
В его памяти Я не бог медицины запечатлелась как человек с гипертрофированным чувством долга — даже в жерновах Игры на выживание она умудрялась жертвовать собой ради других.
— Да уж, с её-то характером за неё только и делай, что переживай, — вздохнула Мо Юйшуан. — Мы дошли до общежития, но мне не сиделось на месте. Вот я и удрала по-тихому! Она ни за что не догадается, что я сбежала сразу после возвращения.
— В таком случае вы ведь не против, если я составлю вам компанию? — поинтересовался Е Цзиньрань.
— Против, — отрезал Бай Яньчжоу.
— Не против, — тут же поправилась Мо Юйшуан.
Бай Яньчжоу гаркнул опережающе — злость его всё ещё кипела.
Глаза Мо Юйшуан моментально загорелись азартным огоньком любительницы чужих драм. Она-то пробралась сюда именно ради того, чтобы запечатлеть стычку топового игрока с загадочным НПС! Девушка даже заранее врубила «Регистратор прохождения», рассчитывая впоследствии нарезать сочный контент и срубить немало очков.
— Ну, раз так… — Е Цзиньрань с наигранным сожалением отступил назад, и его силуэт начал таять в воздухе. — В таком случае желаю вам доброго пути.
На словах-то он отступился, но разве мог Лавочник упустить игроков из виду в столь ответственный момент? После того как Бай Яньчжоу несколько раз раскусил его маскировку, Е Цзиньрань усердно потренировался и подтянул навыки невидимости. Сегодня он вознамерился устроить реванш и повторить слежку.
Должно быть, всё ещё переживая из-за испорченной куклы, Бай Яньчжоу так и не заметил скользящую за ним призрачную тень и неумолимо шагал вперёд.
Чем глубже они погружались в недра складского комплекса, тем скуднее становился свет. Под конец остались лишь датчики движения: тусклые лампы со щелчком выхватывали из мрака фрагменты коридора прямо под ногами — эдакий захудалый аттракцион с лёгким эффектом неожиданности.
Гукливое эхо шагов разносилось по пространству: одни — размеренные и четкие, другие — дробные, нервные.
— Бог Чжоу… ты слышишь? — еле слышно пробормотала Мо Юйшуан, испуганно озираясь и пытаясь разобрать указатели на стенах.
— Слышу, — невозмутимо откликнулся идущий впереди Бай Яньчжоу.
Из темноты доносилось едва различимое пение. Голос то приближался, то уносился прочь, виясь в воздухе невидимой нитью, так что определить источник звука казалось невозможным.
— Не дёргайся, — уголок его губ тронула едва заметная усмешка. — Поют, как правило, только те твари, что прежде были людьми. У прочих тварей подобных замашек нет.
А если бы и были, то голосовые связки и вкусы инопланетных тварей настолько разительно отличаются от людских, что их излияния человеческое ухо восприняло бы как отвратительный скрежет. Или и вовсе не уловило бы нужный диапазон частот.
Впрочем, осознание этого факта ничуть не успокоило Мо Юйшуан — поджилки у неё затряслись с удвоенной силой.
Бай Яньчжоу замер перед массивными рольставнями, выкрашенными в тёмно-алый цвет. Пение из-за железа становилось всё громче и чётче — детское, трогательное и наполненное беспросветной тоской.