— Мать твою! Это ещё кто?!
Ван Айминь в ужасе отшатнулся на несколько шагов, чуть не сорвавшись вниз с края плоской крыши.
Ноги Цунхуа подкосились. Лишь невероятным усилием воли она заставила себя удержаться в вертикальном положении, хотя колени ходили ходуном.
Взгляд Бай Яньчжоу заледенел.
— Владыка, играющий человеческими судьбами... Наконец-то ты соизволил явиться.
Существо, возникшее перед ними, без сомнения, являлось само Верховным богом — архитектором этой бесконечной игры, затягивающей в свои сети разумные жизни со всех уголков вселенной. В её глазах не отражались смертные. Богиня смотрела лишь на Е Цзиньраня. Ленивым жестом невидимой силы она вскинула его подбородок вверх, заставляя поднять голову.
— Почему ты избегаешь моего взора? — В чарующем голосе звучали лишь глумливая ирония и безразличие. — Радея о твоем хрупком, ничтожном рассудке, на этот раз я специально приняла это уродливое людское обличие.
Е Цзиньрань горько усмехнулся. Сжав зубы, он был вынужден смотреть на стоящую неподалёку Королеву в красном. Её нынешний облик действительно отличался от того, что он увидел при первой встрече, — по крайней мере, эта личина не убивала наповал одним своим видом.
Невидимая хватка на шее сжалась сильнее, перекрывая доступ кислороду.
— Я... стараюсь, — с трудом выдавил он.
Бороться с инстинктами самосохранения оказалось невероятно трудно.
— Зачем ты воззвал ко мне на этот раз? — Божество великодушно ослабило хватку, хотя прекрасно знало ответ.
Е Цзиньрань скользнул взглядом по спине Бай Яньчжоу и проговорил со смешанными чувствами:
— Не знаю, о чём вы договорились с Единственным во Всём, но прошу вас о помощи. Помогите мне остановить Его.
— Вообще-то я непрерывно с Ним противоборствую, — сошла с губ Королевы в красном лёгкая, беззаботная фраза. — Не будь меня, Он давно бы стёр в порошок мусор, оставленный итианцами. Мне стоило огромных трудов уговорить Его вместе сотворить это подземелье.
Воздух разрезал ледяной порыв ветра. Бай Яньчжоу метнулся в сторону. Прежде чем кто-либо успел хотя бы моргнуть, он очутился прямо у плеча Королевы в красном, выхватив пистолет и в упор прицелившись ей в голову.
Подобный выстрел не смог бы отразить ни один человек. Но перед ним стоял не человек.
Богиня даже не удостоила напавшего взглядом. Вспыхнувшая тенью фигура мгновенно замерла, будто бы наткнувшись на невидимый барьер — неподвижная, со связкой застывших движений.
— Ты!.. — Глаза Бай Яньчжоу наполнились бурлящей яростью. Он сквозь зубы метнул убийственный взгляд на Е Цзиньраня.
Тот ощутил укол вины напополам с беспомощностью. Он не хотел призывать Верховного бога за спиной Бай Яньчжоу, но ведь и сам Яньчжоу не так давно стравил их с разгневанным богом времени, ничего не объяснив. Око за око.
Игнорируя перепуганных игроков, Е Цзиньрань почтительно обратился к Королеве в красном:
— Вы ведь милосердны и великодушны. Уверен, вы не станете возражать, если я попытаюсь спасти свою жизнь и выиграть эту игру?
— Вижу, ты полон уверенности, — Королева в красном неторопливо подошла ближе, едва слышно шурша подолом темно-алого платья.
Е Цзиньрань вздохнул. Мгновение назад, глядя в глаза Бай Яньчжоу, он увидел собственное отражение — и это пробудило в нём то самое забытое, трепетное предвкушение, которое он испытывал при первом входе в подземелье «Золотые пески уходят как вода».
Как Бай Яньчжоу выигрывал предыдущие три раза?
— Смею предположить, ваша сделка заключалась в следующем, — Е Цзиньрань вглядывался в ослепительно-опасное лицо, и по мере того как отступал липкий страх, пульс постепенно выравнивался. — Используя замкнутую петлю пространства и времени, вы заманиваете сюда множества игроков. Он непрерывно получает жертвенную жизненную силу, а вы наслаждаетесь своим любимым лакомством — отчаянием.
Королева в красном не подтвердила и не опровергла его слова, лишь с явным интересом продолжала слушать.
Е Цзиньрань не решался посмотреть на Бай Яньчжоу, но точно знал: тот ни за что не пошёл бы на самопожертвование или сделку с богами ради прохождения. А значит, и самому Е Цзиньраню следовало выбросить из головы мысли о сделке ценою собственной жизни.
— Главное, мне удалось вас призвать, — Е Цзиньрань криво ухмыльнулся. — Подскажите, как уничтожить эти песочные часы?
Для Верховного бога разнести эту штуку в дребезги не составило бы никакого труда. Но парень хотел справиться собственными силами.
Голос Королевы в красном прозвучал с искушающей, затягивающей грацией:
— Уничтожишь их — и само подземелье разрушится до основания.
А люди, запертые внутри песочных часов, никогда не вернутся в своё время.
— Не имеет значения, — спокойно отозвался Е Цзиньрань. — Если не хотите говорить прямо, дайте хотя бы намёк.
Взор Королевы в красном мельком скользнул по Бай Яньчжоу. Ей приходилось поддерживать сдерживающие чары, иначе эта назойливая казявка непрестанно норовила бы её атаковать.
Е Цзиньрань замер, размышляя, а затем его осенило:
— Понял. Значит, таков ваш ответ? Что ж... прошу прощения, но мне придётся испортить вашу детскую площадку.
— Погоди-ка, — Ван Айминь всё никак не мог сообразить, что происходит. — Сяньюй, ты понял, как остановить цикл?! Мы что, победили?!
Цунхуа не разделяла его оптимизма. С самого появления Верховного бога её нервы были натянуты как струны. Она жадно ловила каждое слово, и в результате напряжённой работы мысли перед ней наконец сложилась целостная картина.
Если разрушить подземелье, погибнут все.
Персонажи в этой «Бесконечной игре» — не бездушные строчки кода. Это живые обитатели иного мира. Стоит уничтожить игру злого бога — и они сгинут вместе с ней.
Если оставить всё как есть, из Баграда постепенно высосут остатки жизни. Если разбить часы — Баград поглотит первозданный хаос.
Какой бы выбор ни сделали игроки, у местных жителей нет ни единого шанса выжить.
Верховный бог просто не оставил им третьего пути. В этом и заключается суть подземелий категории «Безысходность» — вошедший обречён стать затерянным.
Цунхуа посмотрела на своего сокомандника — черноволосого юношу, который едва переступил порог игры, но уже имел таинственные связи с высшими сущностями. Она окончательно всё поняла. В её сердце тяжесть пополам с надеждой отозвалась на догадку, и девушка крикнула:
— Играя по правилам твари, нам не победить! У безысходности нет мирного решения. Под её контролем любые попытки спасти жителей Баграда обречены на провал!
Ван Айминь опешил, и его осмыслил внезапный испуг:
— Выходит... мы с самого начала не могли никого спасти?..
— Именно. Мы пришли сюда не для того, чтобы кого-то вытаскивать. Мы здесь, чтобы положить конец этой ошибке!
Цунхуа изо всех сил закричала Е Цзиньраню:
— Разбей эти часы! Пусть эта тварь подавится своим поражением!
— Закончили обсуждение?
Королева в красном вновь окинула всех присутствующих взором. Её голос звучал подобно смычкам струнного ансамбля — величественно, завлекающе и давяще.
— Это место давно стало обособленным миром. Стоит разрушить его исток — и ничто не выживет. Включая... вас.
На миг Цунхуа показалось, будто пышные волосы женщины превратились в клубок ядовитых змей, скопившихся на её голове и рвущихся вперёд с шипением. За роскошной внешней оболочкой таилась гнилая, зловонная мерзость — предельное выражение хаоса во Вселенной.
Находясь под ледяным взором божества, Е Цзиньрань обернулся к товарищам и мягко улыбнулся:
— Всё в порядке. Я вытащу вас отсюда.
В конце концов, его Системный магазин не так-то просто уничтожить.
Королева в красном развернулась, взмахнув иссиня-чёрной косой, и рассекла пространство. В воздухе образовалась зияющая брешь. Её фигура мгновенно растворилась в клубящейся тьме, словно сахарная пудра в воде — изысканный облик окончательно распался на части.
Когда источник первобытного ужаса наконец исчез, к игрокам вернулась способность двигаться. Все одновременно облегченно выдохнули.
Бай Яньчжоу опустил руки. Взъерошенные серебристые волосы закрывали лицо, и Е Цзиньрань не мог разглядеть выражение его глаз.
Спустя долгое молчание он глухо спросил:
— Куда ты собрался?
— На улицу, — ответил Е Цзиньрань.
Прямо сейчас жители Баграда всё ещё пребывали в глубоком сне. Они замерли повсюду, разбросанные по улочкам города, даже не подозревая о надвигающейся гибели.
Четверо игроков спустились по винтовой лестнице. С вершины Вавилонской башни открывался вид на весь город — можно было разглядеть каждое лицо, знакомое или чужое.
Е Цзиньрань шествовал впереди. Он вывел их на улицу, по которой недавно водил их сам правитель. Заведения по обе стороны дороги погрузились в мёртвое безмолвие, зазывал больше не было слышно.
Он остановился перед лавкой, где прежде торговали фарфором из Империи Тан. Теперь помещение пустовало: приходивший позже хозяин куриной лавки исчез, не оставив даже мангала.
«Теперь это место станет филиалом Системного магазина», — подумал Е Цзиньрань, подбирая взглядом фасад. С тех пор как он унаследовал статус лавочника, парень пользовался старой точкой прежнего хозяина и ещё ни разу не возводил свою собственную.
Он переступил порог, словно пройдя сквозь невидимую водную гладь, и ощутил, как оказался в совершенно ином пространстве.
В мгновение ока вдоль стен проявились новенькие стеллажи, доверху заставленные фарфоровыми изделиями, шелками и чаем из Тан.
Цунхуа с нескрываемым недоверием шагнула вслед за ним. Она не ожидала, что внутри всё изменится до неузнаваемости, и потрясённо ахнула:
— Сяньюй! Куда ты нас привёл?!
— Слышали о той городской легенде? — Е Цзиньрань обернулся с улыбкой. — О Системном магазине, спрятанном прямо внутри подземелья.
Ван Айминь забежал внутрь, озираясь по сторонам:
— Обалдеть! Так это правда?! Я слышал, слышал! В прошлом подземелье даже наткнулся на нечто похожее!
Он протянул руку к фарфоровой вазе, но Цунхуа тут же шлёпнула его по пальцам.
— Сдурел?! Побьёшь — тебя с потрохами не расплатишься! — Девушка явно нервничала. Впервые оказавшись внутри легенды, она бороздила пространство с величайшей осторожностью.
Бай Яньчжоу замер у входа, не спеша заходить. Е Цзиньрань был вынужден снова выйти на порог и спросить:
— Ты чего?
Из-за разницы в уровне пола Бай Яньчжоу пришлось слегка приподнять голову, чтобы встретиться взглядом с янтарными глазами:
— Что именно ты задумал?
Е Цзиньраню стало смешно, и в то же время его обдало волной сладковатого чувства реванша:
— Ты сам говорил, что финальная битва состоится у Вавилонской башни.
Подъём и спуск этой башни отмеряли время, подобно стрелкам часов. Это была Башня Бабеля, врата бога, мост между смертными и вышним миром. Находясь в самом центре песочных часов, она являлась ключевым узлом всей структуры.
— Раз уж ты решил уступить её мне, я принимаю подарок, — хмыкнул Е Цзиньрань. — Сидите в лавке и ждите моих хороших новостей.
Ещё когда Королева в красном посмотрела на Бай Яньчжоу, Е Цзиньрань понял: ключ к разгадке находится в нём самом. Тогда он мгновенно прокрутил в голове все моменты их совместного прохождения и зацепился за мелькнувшую догадку.
Бай Яньчжоу на секунду изумился, а затем облегчённо усмехнулся. Отодвинув Е Цзиньраня с дороги, он спокойно вошёл в лавку.
Е Цзиньрань бросил напоследок оставшимся внутри наказание не выходить наружу, после чего размял затекшие плечи. Пришла пора переходить к следующему этапу.
Ему предстояло обрушить восьмиэтажную каменную башню.
Для обычного человека снести такое сооружение — задача неподъёмная. Но в его распоряжении находился богатейший арсенал предметов.
Е Цзиньрань открыл интерфейс Системного магазина, с удовольствием пролистал каталог и оставил выбор на одном транспортном средстве, тут же материализовав его.
Перед ним возник колоссальный бульдозер.
Даже если поставить двух Е Цзиньраней друг на друга, они не достанут и до верха одного его колеса. Настоящий монстр техники, поражающий своими масштабами даже по меркам современного мира.
Е Цзиньрань не без оснований заподозрил, что в прошлый раз Бай Яньчжоу перерыл подземные коммуникации какого-то мегаполиса с помощью именно такой махины.
С большим трудом вскарабкавшись в кабину, он облегчённо вздохнул: органы управления были рассчитаны под человеческие габариты.
Вглядевшись в россыпь кнопок и переключателей, Е Цзиньрань подумал пару секунд и решил задействовать всё разом.
В результате среди ясного дня фары гигантского бульдозера вспыхнули на максимальную мощность, а сам агрегат огласил окрестности оглушительным гулом и задрожал всем корпусом.
Маленькая деталь: водительских прав у него не было.
Не имея никакого опыта вождения, Е Цзиньрань зажмурился и наугад вдавил одну из педалей в пол. Кабина ответила протестующим взревом двигателя — лишь тогда до парня дошло, что он забыл снять со стояночного тормоза.
После непродолжительной борьбы техника всё же медленно тронулась с места.
Хоть скорость движения оставляла желать лучшего, дурная мощь этой машины способна была своротить горы.
Е Цзиньрань подогнал бульдозер к Вавилонской башне и на полном ходу протаранил основание, будто бы сбивая игрушечный кубик.
* * *
В это время Цунхуа подошла к самому краю дверного проёма лавки. Помня о наказе, она не выходила наружу, но с любопытством всматривалась в происходящее.
И тогда она увидела это.
По прежде безупречному небосводу пробежала тонкая трещина. Она стремительно расползалась во все стороны, ветвясь на сотни мелких изломов. В том месте, где разрушения были сильнее всего, обнажилась тёмно-синяя, почти чёрная высь, усыпанная непрестанно мерцающими звёздами.
Девушка наконец осознала смысл той старой песни: почему говорят, будто звёзды на небе — это чьи-то мигающие глаза. Они казались бесстрастными зрителями, наблюдающими за рождением и гибелью миров на земле.
До ушей донёсся оглушительный грохот рушащегося камня. Цунхуа сжала кулаки, инстинктивно вцепившись в дверной косяк.
Внезапно сквозь бреши в небесах хлынули неисчислимые песчинки. По мере расширения трещин потоки золота превратились в настоящий проливной дождь, обрушившийся на Баград.
Золотистый хрусталь заполнил каждый уголок древнего города, превращая его в бескрайний сверкающий океан.
Внутри Системного магазина взор троих игроков оказался полностью застлан этим сиянием. Свет далеких звёзд вспыхнул с небывалой яркостью, подводя черту под затянувшейся пьесой.
Цунхуа тихо вздохнула и прикрыла глаза, смиренно ожидая развязки.
Она не стала произносить прощальных слов. Прощаться было больше не с кем.
[Поздравляем игрока с прохождением подземелья «Золотые пески уходят как вода»! Истинная концовка: «Погребённые в толще времён»]