Е Цзиньрань питал искреннюю слабость к столь целеустремленным игрокам — ведь на них удавалось нажиться куда сильнее, чем на прочих.
— Разумеется, — без колебаний отозвался он. Слегка подавшись вперед, Е Цзиньрань впился взглядом в глаза Ван Хэжань. — Открыть тебе способ проще простого. Вот только овладеть им, да еще и прикупить нужные артефакты вместе с сопутствующими услугами… Это окажется куда сложнее.
Ван Хэжань вполне допускала подобный исход. Едва ли нахмурившись, она твердо выговорила:
— Тогда для начала изложи саму суть.
— Тысяча очков или одна неделя жизни — такова цена за один вариант.
Сверившись с остатком на счете клиентки, Е Цзиньрань без промедления выкатил двойной тариф.
Девушка не задумываясь перевела требуемый недельный срок. Она оформляла месячный абонемент, обеспечивавший ежедневный приток очков за запуск системы, однако предпочла беречь накапливаемый баланс. Скромная цифра на счету подсознательно внушала тревогу, лишая чувства уверенности в завтрашнем дне.
К платящим клиентам Е Цзиньрань относился с особым почтением. Активировав артефакт бесшумного купола, изолировавший беседу от чужих ушей, он понизил голос:
— Мой совет простым и понятным языком: клином выбивают клин. Призови достаточно могущественную аномалию, способную вступить в схватку с той тварью, что породила ледяную бурю.
— Постой… Ты сказал «ледяная буря», а не «ураган»?
Ван Хэжань мгновенно ухватилась за ключевую деталь.
— Именно так. Это не рядовой тропический циклон, а несущий с собой лютый мороз и снег катаклизм. Вне всяких сомнений, Страна А надолго погрузится в мертвую зиму. Инфраструктура рухнет, водоснабжение и электричество прервутся, а всё живое вымрет — выжить в таком аду человеческому существу попросту не под силу.
Обычно ураганы зарождаются в тропиках. Хотя расчёты и указывали на арктическое происхождение аномалии, Ван Хэжань вместе с сокурсниками по привычке списала со счетов тот факт, что шторм несёт с собой смертоносный арктический холод.
— Коль уж температура стремительно падает, надо её поднять, — с едва уловимой иронией добавил Е Цзиньрань. — Попробуй позвать в гости парочку Огненных духов. Авось один фактор нейтрализует другой.
Ван Хэжань случалось слышать о подобной нечисти, как и о том, какому Великому Древнему те служат. Тяжело вздохнув, она с сомнением покачала головой:
— И мы не получим вместо одной катастрофы адский коктейль из льда и пламени? Эти твари способны спалить целый мегаполис дотла, да ещё и пожирают людей.
— Неужто тебя заботят жизни обычных NPC? — Е Цзиньрань смерил собеседницу загадочным взглядом. — Что ж, мне понятен твой стиль игры.
Ван Айминь, бесцельно слонявшийся по лавке, осторожно высунул голову из-за стеллажа. Как он ни напрягал слух, бесшумная преграда не пропускала ни звука — видна была лишь артикуляция говорящих.
Как Ван Хэжань могла не переживать? Пусть с момента попадания в подземелье прошло едва ли трое суток, она успела сблизиться со своими однокашниками. Вместе они проводили дни и ночи в аудиториях и лабораториях элитного университета, деля быт и скудный отдых. Сверстники быстро нашли общий язык: плечом к плечу искали выход из тупика, до рассвета засиживаясь над расчетами. Зная, сколько сил и пота вложили эти люди, девушка уже искренне считала их друзьями, которых обязана защитить любой ценой.
Среди игроков бытовало нерушимое правило: никогда не привязываться к местным обитателям. Но Ван Хэжань пренебрегала этой заповедью — нахлынувшие чувства не поддавались холодному расчёту.
— Желаешь услышать второй вариант? — поинтересовался Е Цзиньрань. Он заранее знал ответ, но чисто из вежливости соблюдал ритуал.
Девушка без колебаний списала со счёта ещё одну неделю и приготовилась внимать.
— Беги. Пока ещё есть время, — сухо и ровно изрёк Е Цзиньрань.
Человечество не сумело покорить даже стихии собственной планеты — так с чего бы смертным впадать в горделивую иллюзию, будто они способны бросить вызов сущностям, превосходящим законы самой природы?
Е Цзиньрань чеканил каждое слово с абсолютной серьезностью. В его глазах это был единственный разумный выход: только выжив, можно рассчитывать на продолжение истории.
Он привык уважать выбор клиентов. Ван Хэжань явно вознамерилась спасти как можно больше душ, включая коренных жителей этого мира. В жестких условиях PVP-подземелья подобный гуманизм выглядел наивным, но все же не являлся абсолютно невыполнимым.
Да и сам Е Цзиньрань терпеть не мог неоправданного риска, ставя собственную сохранность превыше всего. Бегство он никогда не считал позором. В конце концов, нажитые богатства имеют ценность лишь до тех пор, пока ты жив и способен их потратить.
— Провести полную эвакуацию населения с этой территории вы уже не успеете, — продолжил Е Цзиньрань. — Прагматичнее всего увести людей под землю и переждать катастрофу в укрытиях.
К слову, Бай Яньчжоу додумался до этого гораздо раньше. Набитая защитными системами фабрика служила лишь отвлекающей ширмой, тогда как его реальный жилой блок располагался глубоко под землей.
Ван Хэжань всерьез задумалась над его словами: по крайней мере, эта идея звучала гораздо здравее безумной затеи с призывом Огненных духов.
Пока девушка взвешивала шансы, Е Цзиньрань снял звуковой барьер. Изнывавший от ожидания Ван Айминь тут же выскочил к стойке:
— Мне нужно огнестрельное оружие!
Смерив оком щуплую фигуру подростка, Е Цзиньрань подавил позыв к смеху и выдержанным тоном произнес:
— Дружеский совет. Пусть благодаря системным корректировкам местного мира в глазах NPC ты и выглядишь взрослым, твоя физическая кондиция соответствует реальному возрасту. Отдача большинства стволов снесет тебя с ног, а кучность стрельбы устремится к нулю.
Запугивать местных жителей стволом пареньку не требовалось — значит, пушку он брал против соперников. Однако Е Цзиньрань сильно сомневался, что тот сумеет хотя бы попасть по Бай Яньчжоу: реальный бой — это не виртуальный тир.
Ван Айминь не сумел скрыть разочарования:
— Точно… А если взять парочку зелий вспышки силы?
— К сожалению, раскупили, — развел руками Е Цзиньрань.
Е Цзиньрань мысленно сверялся с остатками. Прошлый заказ Бай Яньчжоу с лихвой истощил все запасы: Фабрика предметов работала на износ, буквально пуская дым из конвейеров, но пополнить склад до сих пор не удалось.
Ван Айминь чуть не плюхнулся на пол от досады, но в последний момент упрямо выпрямился:
— Тогда хотя бы координаты убежища Бай Яньчжоу! Это-то ты можешь мне продать?
Е Цзиньрань про себя ликовал: он давно ждал, когда хоть кто-нибудь из участников попытается штурмовать импровизированную крепость Бай Яньчжоу, дабы проданные арсеналы наконец пошли в дело. Скрывая азарт за непроницаемой маской, он загадочно уронил:
— Любые сведения стоят денег. И немалых.
Радуясь уже тому, что не получил моментальный отказ, парень выдохнул и заметно повеселел:
— Называй цену, не стесняйся.
— Есть два варианта, — Е Цзиньрань неспешно поправил поля шляпы. — Первый: я выдаю его текущие координаты и место постоянной дислокации в этом подземелье. Второй: снабжаю тебя артефактом отслеживания, который каждые пять минут обновляет маркер его местоположения.
— Ничего себе! — ахнул Ван Айминь. — Вторая опция, небось, ощутимо дороже?
— Естественно. Сто тысяч очков, — отрезал Е Цзиньрань. Своевременное целеуказание в PVP-режиме ценилось на вес золота.
От озвученной суммы у подростка перехватило дыхание. Схватившись за грудь, он с сарказмом выдавил:
— Ты мог бы просто прибить меня на месте, господин Лавочник, но вместо этого проявляешь щедрость и даришь шпионскую штучку... Какой душевный человек!
— Поверь, предложение весьма выгодное. Кстати говоря, можете обращаться ко мне по имени — Блэк, — с непроницаемым лицом проговорил Е Цзиньрань. Раз уж он навешал лапши на уши Аманде, стоило придерживаться той же легенды и перед остальными.
Ван Айминь долго приходил в себя, переваривая услышанное, и наконец пробормотал:
— Давай... пожалуй, первый вариант.
Сто тысяч были для него неподъемной астрономической суммой.
Е Цзиньрань расплылся в благожелательной улыбке:
— Десять тысяч очков. Благодарю за покупку.
Ван Айминь потерял дар речи.
Ощущение, что его снова внаглую обобрали, ставило в тупик. Наверное, так и работал знаменитый эффект разбитых окон: отдашь малое — спустишь и оставшееся.
Скрепя сердце и едва не плача от жадности, парень списал со своего счета десять тысяч очков.
Получив оплату, Е Цзиньрань мгновенно переслал точный точечный маркер Бай Яньчжоу через интерфейс системы, попутно добавив:
— Объект по-прежнему находится в своей укрепленной базе и не перемещается. Так что полученные координаты одновременно являются местом его базирования.
Ван Айминь едва не завыл в голос:
— Я-то думал, ты мне два разных ценных сведения продашь, а это одно и то же!
Муки совести Е Цзиньраня ничуть не терзали. Малолетнему дерзкому игроку полезно пройти суровую школу жизни и усвоить уроки жесткой реальности — а заодно добровольно расстаться с накопленными средствами.
Ван Хэжань, едва удерживаясь от смеха, похлопала младшего брата по спине:
— Ладно тебе. Разве ты перед входом в подземелье не хвастался, что покажешь высший класс? Затарился уже? Если нужны еще какие-то предметы, я заплачу своим временем.
Залившись краской от досады и пытаясь сохранить лицо, Ван Айминь буркнул:
— Забудь. Не трать попусту ресурсы, сестра. Эта лавка — чистой воды грабеж средь бела дня!
Мальчишка артачился исключительно из упрямства: видимо, намеревался блеснуть мастерством, да не припас нужного снаряжения, а признать промах при посторонних гордость не позволяла. Сокрушенно качнув головой, Е Цзиньрань заметил:
— Предметы низкого ранга стоят в разы дешевле информации. Раз уж ты только что совершил крупную сделку, я готов предоставить скидку. Упустишь момент — второго шанса не будет.
Стоило им переступить порог лавки в обратном направлении, и он без малейших угрызений совести вернул бы прежний прейскурант. Лови момент, пока дают!
Уже направившийся было к выходу Ван Айминь замер, развернулся и после недолгих колебаний снова подошел к стойке:
— Ладно! Не думай, будто я клюнул на скидку, просто так действительно удобнее. Мне нужен один литр человеческой крови — группа не имеет значения, но тара должна быть герметичной и непрозрачной. Еще тонкая пеньковая веревка, заговоренные серебряные иглы…
Парень выдал целый перечень швейных и ритуальных принадлежностей. Выслушав внушительный список, Е Цзиньрань с нескрываемым интересом смерил покупателя взглядом:
— Собрать комплектующие — не проблема. Но скажи… Ты что, вознамерился состряпать то зловещее проклятие родом из Африки?
— А ты осведомлен, Блэк, — смущенно отводя глаза, пробормотал Ван Айминь. — Только при сестре не разглашай подробностей… Сколько за всё?
— По правде говоря, большинство из этих вещей можно раздобыть и в обычном мире. Но ты прав, купить всё разом куда удобнее. За оптовый набор с тебя пятьсот очков.
Сумма оказалась вполне разумной, так что подросток без лишних сомнений мгновенно рассчитался.
В итоге он покинул Системный магазин, бережно сжимая в руках пузатый металлический термос, пока Ван Хэжань несла пакет с остальным реквизитом.
Толкнув стеклянную дверь, девушка тихим шепотом поинтересовалась:
— Ты уверен, что твоя затея сработает?..
— Не парься, сестра. Высунется — и сразу на респ!
Их фигуры быстро растворились в сумерках.
В последующие несколько часов к дверям круглосуточного магазинчика почти никто не приближался, если не считать редких местных жителей, заходивших за бытовыми мелочами. Участники подземелья были целиком поглощены собственными задачами.
Е Цзиньрань откровенно скучал, прокручивая ленту актуальных новостей на экране смартфона.
Официальные СМИ наперебой опровергали слухи о надвигающемся конце света и отрицали вероятность катастрофического урагана. Зачинщиков паники задержали, однако в ходе спецоперации полиция упустила одного из репортеров: тот оказал сопротивление и скрылся. За его поимку назначили солидное вознаграждение.
Игрок «Я не бог медицины» перешла в решительное контрнаступление.
На экстренной пресс-конференции молодая женщина-депутат гневно обрушилась на сетевую прессу, обвинив журналистов в погоне за дешевым хайпом. Она в очередной раз заверила общественность, что экологическая ситуация под контролем, а аномальные проявления погоды носят временный характер и вскоре сойдут на нет, так что поводов для паники нет.
Прежде у нее не было никакого опыта публичных выступлений, но за три дня она словно переродилась: стоя перед десятками объективов телекамер, женщина держалась абсолютно уверенно, а в ее тоне звучала непреклонная убежденность.
Жажда жизни способна пробудить в человеке колоссальный потенциал. Участники подземелья изо всех сил задействовали свои козыри, отчаянно борясь за выживание. Е Цзиньрань числился в Системе чуть больше месяца, но за PVP-схватками наблюдал редко: дела в лавке и разгребание хаоса, оставленного прежним владельцем, отнимали почти всё время. Подобное зрелище стало для него в новинку.
Порой он ловил себя на мысли: а как поступил бы он сам, окажись на месте рядового игрока? Смог бы справиться лучше? Впрочем, пока не попробуешь на собственной шкуре, ответа не узнать.
«Вот когда торговля окончательно встанет на рельсы и не придется беспрестанно караулить за лавкой или выискивать выброшенные артефакты, можно будет попробовать войти в пару испытаний под видом игрока».
Выход представителя администрации на арену отдавал читерством, но Е Цзиньрань слишком дорожил собственной шкурой, чтобы переживать из-за соблюдения правил.
На экране трансляции молодая женщина китайского происхождения завершила длинную тираду. Воспользовавшись паузой, она взяла термокружку из рук ассистента, открутила крышку и сделала крупный глоток. Спустя секунду ее лицо резко изменилось.
Впрочем, она моментально взяла себя в руки. И хотя секундный всплеск ужаса уже зафиксировали десятки телекамер, она не дрогнула — без колебаний выпила содержимое термоса до последней капли.
Наблюдавший за этой защитой Е Цзиньрань тихо ухмыльнулся: мотивы сторон стали предельно ясны. Покушение совершалось без применения системных артефактов — в ход пошли обычные подручные яды местного мира. Замешанное зелье с головой выдавало себя специфическим вкусом, и «Я не бог медицины» уловила подвох с первым же глотком.
Однако, распознав отраву, она всё равно осушила сосуд. Пойти на подобное можно было лишь в одном случае: яд дала Аманда.
Аманда прислушалась к совету Е Цзиньраня и решилась ликвидировать напарницу. А «Я не бог медицины», осознав мотивы союзницы, ответила беспрекословным доверием: дабы гарантировать спасение всей группы, она без колебаний приняла смертельную дозу.