Один за другим люди непрерывно устремлялись к высочайшей вершине. Даже расставаясь с жизнью, в свой последний миг они сохраняли порыв ввысь.
Ради прогресса, ради высоких идеалов, ради того самого… сияющего величием будущего.
Хотя кислорода хватало с избытком, дыхание Цзянь Син невольно участилось, а к лицу прилила горячая волна. Запутанные подземные ходы, механизмы, перемещающиеся сами по себе, — всё указывало на то, что древние правители обустроили это место с изощрённым расчётом, поджидая непрошеных гостей.
Что же они пытались скрыть? Что охраняли?
Ответ на этот вопрос, по-видимому, придётся оплатить жизнями.
Е Цзиньрань то и дело сверялся с прибором, следя за высотой: они поднялись примерно на восемьсот метров — даже до середины склона было ещё далеко. Чтобы добраться до вершины, одного дня явно не хватит, а скудный запас энергии, полученный во время недавнего перекуса в пещере, почти иссяк.
Он скосил взгляд на Бай Яньчжоу, который, несмотря на голод, выглядел на удивление бодрым. Е Цзиньрань даже заподозрил, что этот парень эволюционировал до состояния, когда для восстановления сил еда попросту не требуется.
Бай Яньчжоу слегка сбавил шаг:
— Устал?
— Вовсе нет, — поспешно отвёл взгляд Е Цзиньрань. — Просто руки и ноги немного закоченели, тяжело двигаться.
На самом деле он не чувствовал особого дискомфорта, но предполагал, что остальным приходится несладко — каждый шаг давался спутникам с огромным трудом.
Цзянь Син незаметно отстала и оказалась в самом хвосте отряда. Заметив это, Эвелин поспешила к ней и, быстро оценив состояние, крикнула:
— Погодите! У неё тяжёлая горная болезнь!
Идущие впереди остановились и обернулись. Цзянь Син буквально распласталась на снегу, из последних сил ползя на четвереньках, а когда Эвелин попыталась её поддержать, бессильно рухнула в сугроб.
— Спокойно! Ты меня слышишь? Говорить можешь? — Хотя сама Эвелин чувствовала себя паршиво, профессиональный долг заставлял её действовать. — Кислород кончается? Дай я проверю…
Однако баллон работал исправно, и стрелка манометра показывала достаточный запас.
Чжэн Цунхуа встревоженно огляделась по сторонам и вдруг указала рукой вдаль:
— Там, кажется, лагерь!
Сперва можно было подумать, что это мираж, но, вскинув голову, Е Цзиньрань действительно различил на ослепительно-белом склоне несколько оранжево-красных палаток, ярко выделявшихся на фоне снега.
Эвелин с трудом подняла Цзянь Син, закинув её руку себе на плечо:
— Нужно срочно найти укрытие для привала. Мне надо осмотреть её как следует.
Медлить было нельзя. Сменив направление, отряд двинулся к загадочному лагерю, до которого по прямой оставалось меньше двухсот метров.
Е Цзиньрань притормозил и, поравнявшись с Эвелин, предложил:
— Одолжишь коммуникатор? Ты займёшься Цзянь Син, а я пока попробую связаться с остальными.
— Держи, — без колебаний согласилась Эвелин.
Чжэн Цунхуа прищурилась, разглядывая приближающиеся палатки:
— Разве сюда раньше поднимались альпинисты?
— Из Города Полярного Сияния людей сюда ещё не посылали, ограничивались разведкой с дронов, — отозвалась Эвелин. — Это… скорее всего, исследователи из других подземных городов.
Ло Цянь насторожилась:
— Интересно, остался ли там кто-нибудь внутри?
— Ничего страшного, — бодро отозвалась Чжэн Цунхуа. — Даже если там кто-то есть, внезапность на нашей стороне. Мы не проиграем.
Оказавшись на краю стоянки, они поняли, насколько здесь тихо — лишь завывал ледяной ветер. Время от времени порыв трепал полог одной из палаток, открывая пустующее нутро.
Лагерь был совершенно заброшен, а сами альпинисты бесследно исчезли.
Е Цзиньрань по привычке подметил детали:
— Палатки целы, следов борьбы нет. Зачем им бросать снаряжение? Скорее всего, планировали вскоре вернуться.
— Вот только вряд ли вернутся, — с лукавой усмешкой заметил Бай Яньчжоу. — Эта гора ведь пожирает людей.
Е Цзиньрань обошёл территорию по периметру. Недавний снегопад надёжно укрыл любые следы, не оставив ни единой зацепки.
Чжэн Цунхуа распахнула входной полог самой крупной палатки и помогла Эвелин завести Цзянь Син внутрь, уложив больную на одну из коек.
— Заходите скорее! — выглянув наружу, махнула рукой Чжэн Цунхуа. — Тут работает обогреватель!
Услышав это, остальные один за другим протиснулись в просторную оранжевую палатку. Места внутри хватало: здесь стояло целых шесть складных кроватей, а в дальнем углу мерно гудел тепловой конвектор.
Ло Цянь подошла и легонько хлопнула по корпусу прибора:
— Надо же, эта штуковина до сих пор работает?
— Значит, люди ушли совсем недавно, — заключил Е Цзиньрань. — Надо быть начеку: они могут неожиданно вернуться.
От разлившегося по палатке тепла налипший на штанины снег начал таять, и отсыревшая ткань неприятно потяжелела.
Е Цзиньрань покрутил ступней, разминая лодыжку. Будь на его месте обычный человек, ноги бы уже онемели от холода, но он чувствовал себя превосходно — пожалуй, даже слишком, отчего терялось само ощущение сурового восхождения.
Чжэн Цунхуа, понимая, что внутри от неё мало толку, направилась к выходу:
— Я встану на караул. Отдыхайте спокойно.
Бросив эту фразу, она вышла наружу, обратно в ледяную круговерть.
Е Цзиньрань кивнул, взял у Эвелин коммуникатор, закрепил его на правом ухе и, непривычно повозившись с настройками, вызвал канал связи.
Когда в динамике раздались смутные шорохи и помехи, он негромко произнёс:
— Приём, как слышно?
Терминальная сеть не покрывала этот заснеженный хребет, поэтому приходилось полагаться на спецсвязь, работавшую через раз и с постоянными перебоями.
Секунд через пятнадцать сквозь треск донёсся встревоженный голос:
— Кто это?.. У нас тут беда… человек сорвался в пропасть…
По тембру Е Цзиньрань узнал географа Эллисон.
Не обращая внимания на режущий ухо скрежет помех, он терпеливо уточнил:
— Говорит оперативная группа Отдела спецслужб. Что произошло, подробнее?
— А, это ты… Где Эвелин, с ней всё в порядке? Наш военврач тоже пропал без вести: он поскользнулся на тропе прямо над бездонным обрывом. Связующий трос, как назло, оборвался, мы даже схватить его не успели… Маяк показывает, что он где-то внизу, внутри горного массива…
— Эвелин с нами, оказывает помощь раненой, угрозы нет, — ответил Е Цзиньрань. — И Ли Чжана мы только что видели.
— Правда?! Как он?
— Новости дурные: его сожрала тварь, — невозмутимо произнёс Е Цзиньрань. — Перед нами предстал фальшивый дубликат, но мы вовремя его раскусили и уничтожили.
— Дубликат?.. Я не совсем понимаю… — Вторая группа явно не сталкивалась с подробностями и понятия не имела о природе шогготов.
Е Цзиньрань вкратце описал повадки монстра — уверенно и твёрдо, чтобы его слова не приняли за бред или дурную байку.
На том конце провода предсказуемо засомневались:
— Такие твари действительно существуют? Это же противоречит науке.
— В мире полно вещей, которые современная наука объяснить не в силах. Разве это повод отрицать их существование? — с наигранным раздражением парировал Е Цзиньрань.
— Я не об этом… — Эллисон тяжело вздохнула. — Ладно, если всё так, Ли Чжан уже не дойдёт с нами до вершины.
— Жизнями товарищей я не шучу, — отрезал Е Цзиньрань. — В любом случае, будьте начеку: чудовище может подменить кого-то из ваших. Скиньте координаты, и как только Цзянь Син придёт в себя, мы попробуем соединиться.
Отключив связь, он прикрыл глаза, прокручивая в голове слова Эллисон.
Если всё обстояло именно так, то во время перехода Ли Чжан оступился и сорвался вниз, страховочный трос не выдержал именно в эту секунду, и всё произошло настолько молниеносно, что никто не успел среагировать.
Не слишком ли много совпадений? Бывает ли столь чудовищное невезение?
— Жить будет, — закончив осмотр, Эвелин выпрямилась и размяла затёкшие плечи. — Сильное обморожение конечностей. Я обработала раны и наложила повязки с мазью, но дальше нужно беречься вдвойне, иначе ткани отомрут и придётся ампутировать.
Впрочем, в их эпоху ампутация не считалась трагедией: поставить кибернетический протез не составляло труда. Некоторые и вовсе добровольно заменяли здоровые руки и ноги на импланты ради расширенных возможностей.
Цзянь Син начала приходить в себя. Она с трудом разлепила веки:
— Я… со мной всё в порядке…
Она попыталась приподняться, но Ло Цянь мягко уложила её обратно:
— Полежи ещё. Мы никуда не торопимся.
— Люди… там снаружи столько людей… — с пылающим румянцем на щеках, в полубреду пробормотала Цзянь Син.
Ло Цянь наклонилась и сжала её ладонь:
— Что ты говоришь? Где ты видела людей?
— На… — еле слышно выдохнула девушка, — на горе…
Ответ мало что прояснял, и спутники лишь беспомощно переглянулись.
Е Цзиньрань убрал коммуникатор и подошёл ближе к кровати:
— Скорее всего, это галлюцинации. Успокойся, не поддавайся мо́року.
— Я понимаю, — сыщица всё ещё цеплялась за остатки рассудка, отчаянно сопротивляясь накатывающему безумию. — Не обращайте внимания…
Её нервы звенели от запредельного напряжения, а мороз, казалось, проникал в самые кости, сковывая кровь ледяной коркой.
Цзянь Син никогда не страдала клаустрофобией, но в беспросветном мраке подземных пещер испытала такое удушающее давление, что даже выбравшись на поверхность, чувствовала, будто часть её души осталась запертой в толще камня.
Ло Цянь бережно промокнула выступившую на её лбу испарину:
— Не бойся, мы рядом.
Бывалым исследователям не составило труда понять: Цзянь Син охвачена приступом временного безумия, и галлюцинации вызваны вовсе не гипоксией. Встреча лицом к лицу с шогготом и прикосновение к тайнам древних владык неизбежно подтачивали рассудок.
Однако подчас безумие становилось откровением, вознося сознание на недосягаемый прежде уровень.
Видения Цзянь Син значили лишь одно: несметное множество людей ступало по этим тропам до них, стремясь раскрыть тайну горного пика.
Истина, навеки запечатанная во льдах.
— Начинаю опасаться, что нас опередили, — в глазах Е Цзиньраня мелькнула горечь. — Если в самом конце выяснится, что все наши усилия были напрасны… что тогда?
— А разве не забавно? — невозмутимо усмехнулся Бай Яньчжоу. — Людям ведь свойственно тешить себя иллюзиями и тратить силы впустую.
— Неправда. Сам путь порой важнее цели, — серьёзно возразила Ло Цянь. — Что бы нас ни ждало, нужно выложиться на полную, чтобы потом не о чем было жалеть.