— Госпожа Энис очень просит вас о помощи. Не согласитесь ли вы немедленно пройти во дворец?
Подслушивавший у двери Ван Айминь недовольно фыркнул:
— Один в один, как в прошлый раз. Неужели в этой бесконечной игре NPC нельзя снабдить нормальным искусственным интеллектом?
Подкравшаяся Цунхуа тихо отозвалась:
— Временную линию сбросили, а мы толком ничего совершить не успели. С чего бы реакциям NPC меняться?
— Да и отмотали всего на день назад. Так себе технология у Великого жреца, — пробурчал Ван Айминь.
Е Цзиньрань обернулся к троице у дверей постоялого двора:
— Вы с нами?
— Идем, конечно! — выскочил Ван Айминь, активно размахивая руками.
Цунхуа уже собралась забраться в экипаж, как в прошлый раз, но напоследок бросила взгляд на Бай Яньчжоу. К её изумлению, тот дружелюбно улыбнулся и тепло кивнул.
«Что за чертовщина? Ему отмотка времени мозги повредила?»
Она замерла, пропуская мужчин вперед. И лишь когда Е Цзиньрань выбрал место, а Бай Яньчжоу уселся с ним бок о бок, девушка осторожно поднялась в карету и примостилась рядом с Ван Айминем.
Находиться рядом с непредсказуемым топ-игроком — всё равно что уживаться с диким зверем: никогда не знаешь, когда он цапнет.
Цунхуа чувствовала это всем нутром. Но еще сильнее её смущало то, как Бай Яньчжоу разглядывал черноволосого юношу. В этом сложном взгляде мешались исследовательский азарт, невольное восхищение, пренебрежение и тайное соперничество.
В этот раз Бога Чжоу, похоже, прогресс подземелья волновал куда меньше, чем выходки новичка.
«Дело дрянь... Он что, и впрямь взялся его тащить?»
В экипаже царило молчание. Чтобы сбить напряжение, Цунхуа заговорила с более сговорчивым «новичком»:
— Сяньюй, а что за штуковину ты раздавил в руке в самом конце прошлого витка?
— Ампулу с особым ароматом. Со вкусом золотого медового вина, — ответил Е Цзиньрань и открыл витрину системного магазина для наглядности. — Отлично снимает ментальную нагрузку при перемещениях во времени и пространстве.
Цунхуа расплылась в признательной улыбке:
— Спасибо тебе. Вещица-то явно недешевая, а ты не поскупился.
Е Цзиньрань лишь мягко улыбнулся в ответ, хотя про себя подумал, что брал эликсир исключительно для собственного удобства. Но раз уж девушка решила, будто осталась перед ним в долгу, переубеждать её он не стал.
* * *
Карета остановилась у покоев Энис. Служанки, как и прежде, встретили гостей и провели их во дворец. Во второй раз живописные виды никого не впечатляли: четверка шла молча, уставившись вперед. Их тяжелая, отстраненная аура напугала сопровождающих служанок — те решили, что где-то оступились, и стали кланяться еще сдержаннее.
Святая дева Энис восседала на привычном месте. Убранство залы точь-в-точь повторяло прежнее. Стоило им усесться, как она заговорила:
— Гости из страны Тан, доброго вам утра...
— Обойдемся без пустых приветствий, госпожа Энис, — резко перебил её Бай Яньчжоу. — Что от нас требуется?
Энис слегка изменилась в лице. Столь беспардонная прямота застала её врасплох, но безупречное воспитание взяло верх: мгновенно восстановив самообладание, она мягко произнесла:
— Ведомо ли вам, что уже завтра состоится наша свадебная церемония с Его Величеством?
— Ну да, а потом ты попросишь нас найти пропавшее приданое, реликвию, которую утащило в пустыню, прямо в... М-м-м!
Цунхуа мгновенно зажала рот Ван Айминю и, виновато улыбаясь, забормотала:
— Простите, госпожа! Малец молотит чушь, не обращайте внимания.
— Неужто этот юноша наделен даром прозорливости? — с любопытством взглянула на него Энис. — Все так. Но видишь ли ты, что это за сокровище?
Ван Айминь с зажатым ртом лишь мычал.
Е Цзиньрань подхватил нить разговора:
— Коли речь о реликвии для бракосочетания, вероятно, это некое драгоценное украшение?
— Именно так, — Энис пристально посмотрела на Е Цзиньраня. — Это неровный многогранник, отливающий кроваво-алым светом. Я обронила его в песках во время одной из поездок.
Е Цзиньрань задумчиво кивнул:
— Вот как... Понятно. Я купец, жизнь провел в разъездах, так что к суровым пустыням мне не привыкать. Желаете, чтобы мы вернули вам эту вещь?
Энис с прижатыми к груди руками выглядела искренне тронутой:
— Вы так проницательны, господин. Как мне обращаться к вам?
Е Цзиньрань запнулся. Еще недавно он потешался над игроками с дикими псевдонимами, представляя, как нелепо те звучат в диалогах с NPC. Теперь же колесо судьбы совершило оборот, и он сам оказался в тупике.
— Сяньюй. Зовите меня Сяньюй.
К счастью, в этом подземелье системный ID не впечатывался в память персонажей заранее, так что можно было представиться хоть кем.
— Пусть пребывание в Баграде принесет вам радость, и да вернетесь вы на родину с золотом и славой, — от души напутствовала Энис.
Обменявшись еще несколькими любезностями, они приступили к утренней трапезе по приглашению хозяйки. Главное задание было получено, так что Бай Яньчжоу окончательно потерял интерес к беседе. Он подпер щеку рукой и с откровенной скукой барабанил пальцами по кубку, дожидаясь, пока Е Цзиньрань закончит разглагольствовать.
Насытившись, четвёрка покинула дворец. За окнами экипажа окончательно рассвело, на улицах города забурлила пестрая толпа.
— Мы что, опять тащимся в ту дыру? — с содроганием спросил Ван Айминь. — Снова тащить камушек и отдавать его этой девице?
— Едем, — отрезал Е Цзиньрань. — Даровым артефактом разбрасываться глупо. Ты хоть представляешь, насколько ценится накопитель магии такого уровня?
Забрать редкую вещь — дело одно, а передавать её Энис — совсем другое. К тому же подземные пещеры под зыбучими песками они уже разведали: опасности там особой нет, бояться нечего.
Цунхуа воззрилась на него с изумлением:
— Ты иногда швыряешься добром как транжира, а иногда трясешься за каждый медяк. Что за двойственность такая?
— Я никогда ничего не разбазаривал, — не согласился Е Цзиньрань.
Ассортимент системного магазина принадлежал Верховному богу. Е Цзиньрань торговал без затрат, снимая сливки на пустом месте — так с чего бы стесняться?
На постоялом дворе за городскими воротами они перегромоздились на верблюдов и снова двинулись в пустыню. По знакомой схеме провалились сквозь зыбучие пески. В этот раз Ван Айминь и Цунхуа подготовились на славу: набрав защитных амулетов в магазине, они вынырнули в подземелье сухими и чистыми, избежав былого позора.
— Я переродился! Переродился в первый день в пещере! — взревел Ван Айминь и, вскинув два ствола, с яростью разрядил обоймы в тёмные провалы штреков. — Сегодня я смою прошлый позор! Вы за все заплатите! Ха-ха-ха!
Пули били без промаха, гильзы со звоном сыпались на камни под безудержный хохот стрелка.
Е Цзиньрань лишь сочувственно вздохнул: подростковый синдром, что с него взять. Впрочем, благодаря ураганному огню подстерегавшие в темноте песчаные чудовища полегли прежде, чем остальные успели шевельнуться. Уцелевшие твари в панике врассыпную кинулись прочь; в это гнездо они вернутся не скоро.
Вспомнив слова Сяньюя о том, что строение пещер напоминает песочные часы, Цунхуа вытащила хронометр. Стоило им соскользнуть под землю, как прибор показал: внутри уже пронеслось несколько часов.
— Если двигаться из верхней чаши вниз, время течет вперед. Если снизу вверх — вспять... — размышляла она вслух. — Выходит, ритуал Великого жреца просто перевернул песочные часы, на которых стоит Баград? И потому время открутилось на день назад?
Е Цзиньрань задумчиво произнес:
— На первый взгляд да, но есть пара вещей, которые меня смущают...
Бай Яньчжоу включил мощный фонарь и шагнул вперед, давя сапогами туши убитых монстров. Навигатор ему был не нужен — дорогу он помнил безупречно.
Е Цзиньрань пошел следом, а Цунхуа поманила Ван Айминя, чтобы тот не отставал.
Парень со вздохом спрятал оружие и припустил вдогонку:
— Подождите! Тут же хоть глаз выколи, ничего не видно... Ой!
Оступившись обо что-то на полу, он едва не растянулся во весь рост, уткнувшись носом в спину Е Цзиньраня.
Е Цзиньрань обернулся, чтобы взглянуть на камень раздора, и мгновенно замер. Зрачки его сузились.
— Что там? — Бай Яньчжоу остановился и направил луч фонаря под ноги спутнику.
Е Цзиньрань тяжело перевел дыхание:
— Мы упустили кое-что крайне важное...
Подземные туннели не были диким произведением природы — их выдолбили под рудники и древние святилища. А значит, здесь полным-полно сопряжений: стыков стен, углов, выступов и ступеней.
За пределами Баграда строительные правила не действовали. Никто не скруглял и не заглаживал эти острые грани — они оставались обнаженными, образуя четкие углы.
— К бою! — выкрикнул Е Цзиньрань, мгновенно прижавшись спиной к ровной стене, чтобы убрать слепые зоны. — Они близко!
Каждый нерв вопил о смертельной угрозе.
— Кто? — Цунхуа еще не до конца поняла смысл его предупреждения, но въевшиеся рефлексы сработали быстрее мысли: ладонь легла на рукоять клинка, взгляд впился в темноту.
И тут край глаза уловил, как из ничем не примечательного стыка стен сочится струйка черного дыма. Вязкий край угловой тени сгущался, превращаясь в гигантскую плотную массу. Из клокочущей жути вырвался низкий рык, ударивший прямиком в разум и грозивший сокрушить рассудок.
Дыхание Е Цзиньраня сбилось. Перед лицом столь чудовищного порождения даже ему приходилось действовать на пределе:
— Гончие Тиндала! Твари, скользящие сквозь трещины между измерениями. Они охотятся за теми, кто дерзнул тревожить время и пространство, и обитают в угловом времени! Любой острый угол — для них вход в наш мир!
Песчаные чудовища по сравнению с ними — детские игрушки. Гончие из углового пространства навевали на игроков первобытный ужас: сбежать от них практически невозможно. Отдельные особи способны идти по следу жертвы сквозь любые подземелья — неумолимо, до самой смерти.
— В Баграде вводят комендантский час и сглаживают все углы именно из-за регулярных отмоток времени! Это единственный способ не привлечь Гончих! — громко крикнул Е Цзиньрань.
Бай Яньчжоу глянул на сгущающийся мрак, и в его глазах вспыхнул безумный азарт.
— Пренебрегают расстояниями времени и пространства, неуязвимы для обычного оружия, бессмертны... — прошептал он с хищной ухмылкой. — Давно мне не попадалось ничего столь любопытного.
Вместе с приближающимися тенями по пещере разлилась удушливая вонь. Из небытия уставились сотни взглядов, полных безудержной ярости и голода: хищники из чуждого измерения вышли на охоту.