Спускаясь по лестнице, Е Цзиньрань лишь со смутным запозданием сообразил, насколько сильно рассыпался их отряд: в конце концов рядом не осталось никого, кроме Бай Яньчжоу.
Бай Яньчжоу пребывал в дурном расположении духа. Он с мрачным видом плёлся следом, за весь путь не обронив ни слова.
Они вышли в холл первого этажа. На первый взгляд здесь было абсолютно пусто. Дверь давно вырвали с петлями, оставив лишь прямоугольный проём. И пол, и стены выглядели тщательно вычищенными — ни единой капли крови, ни малейшего подозрительного следа, никакого намека на заброшенность. Кафельные плитки буквально сияли чистотой.
Путь к спасению был открыт настежь, словно заманивая непрошеных гостей, однако ни Е Цзиньрань, ни Бай Яньчжоу даже не взглянули в сторону выхода. Свернув, они сразу направились к пункту охраны.
Бай Яньчжоу опередил его, торопливо взявшись за дверную ручку:
— Не заперто. Ловушек тоже нет.
— Открывай, — отозвался Е Цзиньрань.
Они толкнули дверь. Готовность к худшему не спасла от оцепенения: зрелище заставляло кровь стыть в жилах. В разных углах комнаты под потолком висели десять истощенных, доведенных до состояния скелетов жителей. Их конечности были аккуратно ампутированы — остались лишь обрубленные туловища. Срезы на месте рук и ног запеклись черной обугленной коркой — кровотечение было явно остановлено прижиганием, а неаккуратно зашитые животы разверзлись: вывалившиеся петли кишечника сплетались под потолком в плотный толстый жгут, уходящий сквозь пробитый проём к механизму на втором этаже.
Е Цзиньрань подошел к ближайшему телу и закинул голову. Под грудной клеткой несчастного проглядывал металлический блеск — судя по всему, именно туда вмонтировали взрывчатку.
Кроме десяти человеческих обрубков, в комнате находились лишь ветхая односпальная койка да письменный стол. Простыня на кровати насквозь пропиталась кровью, заскорузшей и потемневшей до грязно-бурого цвета. Столешница была исчерчена множеством глубоких и мелких царапин — невозможно даже вообразить, сколькими отчаянными ногтями они были оставлены.
Хмурясь, Е Цзиньрань окинул помещение быстрым взглядом. Заподозрив неладное, он вытащил терминал и вывел на экран ориентировки, ранее отправленные Рао Цинсюэ.
В файле содержались подробные личные данные всех десяти похищенных жителей Города Полярного Сияния, включая их фотографии. Е Цзиньрань начал скрупулезно сличать лица висящих трупов с изображениями в досье. Ни единого совпадения.
Нанизанные на жгуты кишок тела не имели никакого отношения к похищенным горожанам.
— Ни одно не сходится? — спросил Бай Яньчжоу. Он ни на секунду не спускал глаз с Е Цзиньраня, а потому мгновенно понял, в чём дело.
— Угу, — задумчиво протянул Е Цзиньрань. — Надо выяснить, кто они вообще такие.
В отчетах предыдущих отрядов упоминалось это несоответствие. Входным группам так и не удалось докопаться до истины, хоть это и не помешало им получить истинную концовку подземелья «Падение в звёзды».
Однако Е Цзиньрань чуял: тут кроется важнейшая зацепка, которая может выстрелить в следующих подземельях.
— У меня есть одна догадка, но нужны неопровержимые улики. — Е Цзиньрань подошел к письменному столу. — Бай Яньчжоу, помоги-ка.
Тот подхватил мысль без лишних слов. Подойдя с противоположной стороны, они вдвоем подняли тяжелый стол и приволокли его прямо под одного из висящих бедолаг.
Е Цзиньрань взобрался на столешницу и, вытянувшись во весь рост, задрал обрывки одежды на теле.
— Тут чисто... Давай следующего.
Переставив стол под соседний труп, Е Цзиньрань повторил манипуляцию с истлевшими тряпками.
— Странно, опять ничего. Неужели на предплечьях?..
Бай Яньчжоу не задавал лишних вопросов. Он молча и терпеливо сдвигал тяжеловесную мебель от тела к телу.
— Есть! — радостно воскликнул Е Цзиньрань на шестом обрубке, будто откопал клад. — Я так и знал! Бай Яньчжоу, глянь сюда.
Бай Яньчжоу проследил за его пальцем. Возле ключицы несчастного вырисовывалась изящная, едва заметная татуировка каллиграфической вязью: «Bloated Woman».
— Общество Раздутой Женщины изначально подвязалось под формат тайной секты, — пояснил Е Цзиньрань. — Поэтому адепты этого воплощения обожают клеймить себя сокровенными символами, выказывая верность и благоговение перед своим божеством.
— Тч. Значит, эти висельники — культисты Раздутой Женщины. — Бай Яньчжоу окинул труп брезгливым взглядом.
Ловкий трюк с подменой.
— Исключительно изящно, — с живым интересом проговорил Е Цзиньрань. — Использовать в качестве живой взрывчатки не невиновных заложников, а самих похитителей. Мне сразу следовало сообразить: обычным смертным не под силу соорудить столь концептуальный арт-объект.
Мастером, сотворившим сей шедевр, была сама Раздутая Женщина. А уж Она-то обожает обращать собственных почитателей в игрушки для потехи.
— Вывод: выбрав путь еретика, никогда не набивай на себе одиозных меток. Раскусят в два счета. Единственное, на что хватило мозгов у этих идиотов — не напяливать черные балахоны.
— Не сори словами. Я никогда не стану поклоняться мерзким тварям, — пренебрежительно бросил Бай Яньчжоу.
Е Цзиньрань спрыгнул со стола и по неосторожности врезался грудью прямо в Бай Яньчжоу.
— Что, испугался? — с усмешкой поддел его Бай Яньчжоу. — Вот, смотри внимательно: именно так закончит каждый, кто свяжется с темным божеством.
Е Цзиньрань потер ушибленную переносицу:
— Нашел время нотации читать. У каждого своя судьба.
Тик-так, тик-так, тик-так...
— Бегите-е-е!
Истошный, сорванный вопль Цзянь Син эхом прошёл сквозь пролом в потолке.
Бай Яньчжоу рывком цапнул Е Цзиньраня за руку — не рассчитав силы, до синяков — и рванул вперед. Скорость была такой, что стены по обе стороны слились в сплошную смазанную полосу.
Стоило им выскочить за порог, как оглушительный, закладывающий уши грохот разнесся по округе. Волны палящего зноя, перемешанные с языками пламени, вырвались наружу, разрывая кирпич и арматуру на мелкие куски. Не раздумывая ни секунды, Бай Яньчжоу под действием чудовищной ударной волны рухнул на землю, накрыв собой Е Цзиньраня.
Е Цзиньрань крепко зажмурился. Жар. Ослепляющий, удушающий адский зной поглотил все чувства. И раскаленный воздух, и плотно прижавшееся тело сверху — казалось, еще мгновение, и его кожа отслоится, плавясь в этом огне.
Вдох, выдох... Даже элементарный рефлекс требовал невероятных усилий. От дикого грохота мысли Е Цзиньраня вылетели из головы, и его сознание погрузилось в гулкую пустоту. Он перестал ощущать самого себя.
"Так вот каков он — конец?.."
"Что есть жизнь?.."
"Кто я такой?.."
В бездонном мраке небытия затеплилась тусклая искорка света.
Она исходила от невероятного, мистического предмета, не принадлежащего здешнему миру — Сияющего Трапецоэдра.
Тонущая в удушье заблудшая душа из последних сил протянула к этому лучу ладонь, пытаясь сжать его в пальцах.
Иссиня-черная длань перекрыла последний проблеск.
Вдруг распахнулись три пылающих, трехлепестковых глаза. Затаившись в бездонной тьме, они жадно впились взглядом в давно позабытый мир.
* * *
Получив сигнал, Чжэн Цунхуа взвалила на закорки Ло Цянь и выпрыгнула в окно. Она бежала без оглядки, пока опасное здание не осталось далеко позади.
Лишь когда она оказалась вне зоны поражения взрывной волны, до ушей донесся запоздалый грохот.
— Уф... уф... — Выбившись из сил, она сгрузила Ло Цянь на землю. — Всё, вырвались.
Теперь оставалось лишь сохранить жизнь всем членам группы, дождаться системного расчета и гарантированно получить нужную концовку.
Заложники по умолчанию считались погибшими — до сих пор ни один игрок не нашел способа вытащить их живыми. Поэтому, едва у Ло Цянь начался приступ, Цунхуа не колеблясь осталась подле нее, чтобы вовремя убраться подальше.
Сяньюй и Бай Яньчжоу отправились на верхние этажи. Они наверняка добудут оставшиеся улики — Чжэн Цунхуа свято верила в это.
Однако время шло, а они с Ло Цянь всё сидели на месте. Черный дым над руинами валился столбом, терпение таяло, но ни системных оповещений, ни возвращения двух игроков так и не было.
Что же пошло не так? Неужели они не успели выскочить?
Да быть того не может!
Цзянь Син тоже как сквозь землю провалилась, но судьба NPC сейчас волновала Цунхуа меньше всего. Она спешно открыла групповой чат.
[Цунхуа в эмо: Эй, вы где? Помощь нужна?]
Групповой чат системы позволял набирать текст одной лишь мыслью. Так что даже если игрока искалечило взрывом, пока у него теплится сознание и есть возможность открыть интерфейс, он ответит.
Чжэн Цунхуа с тревогой вглядывалась в системный экран, но прошло немало времени, а новых сообщений не появлялось.
Проглотив мерзкую, едкую микстуру, Ло Цянь немного пришла в себя:
— Они еще не вернулись?
— Нет, — угрюмо отозвалась Чжэн Цунхуа.
— Говорила же, не надо было брать с собой Бай Яньчжоу! От него одни проблемы! — Ло Цянь раздраженно зашагала взад-вперед. — Гайд по подземелью все знают. Если бы ему не мешали, Е Цзиньрань один прекрасно довел бы дело до конца.
Чжэн Цунхуа сомневалась:
— Да ладно тебе... Пусть Бог Чжоу и вел себя странно, но он правда просто хотел уберечь Сяньюя. Ничего дурного он не планировал...
— Цунхуа, у тебя мораль флюгером вертится вслед за имбовостью игроков, — удрученно фыркнула Ло Цянь.
В интерфейсе чата всплыло уведомление.
[Бай Яньчжоу: Идем. Медленно.]
Чжэн Цунхуа и Ло Цянь разом повернулись к дымящимся обломкам.
В конце улицы показалась знакомая фигура. Высокий силуэт хромал, растрепанные серебряные волосы развевались на ветру, а из уголка рта струилась алая кровь.
Его раны выглядели ужасающе: грудь и живот рассекали глубокие кровавые разрезы, обнаженная кожа сплошь покрылась багровыми потеками, а на плече зияла рваная рана — отклонись лезвие чуть в сторону, и ему срубило бы голову.
Чжэн Цунхуа потрясенно прижала ладонь к губам. Ей еще никогда не приходилось видеть Бай Яньчжоу в столь плачевном состоянии.
Е Цзиньрань висел у него на спине без сознания. Наряды на нем превратились в жалкие черные обноски. Бай Яньчжоу накинул на него собственную куртку и так донес до девушек.
— Что стряслось?! — Ло Цянь подбежала к ним и помогла уложить Е Цзиньраня на лавку.
— То же, что и с тобой, — обессиленно пробормотал Бай Яньчжоу. — Временное безумие. Только куда тяжелее.
Чжэн Цунхуа едва выдавила из себя слова:
— Неужели... склонность к насилию?..
Проявлений временного безумия существовало множество. Перед отправкой на задания исследователи изучали методички Бюро расследования аномалий, где подробно разбирались типы психозов у напарников.
Приступ Ло Цянь выразился в классической потере сознания — если это происходило вне боя и рядом оставались соратники, особых угроз не возникало. По правде говоря, большинство форм сумасшествия были не так уж опасны, и Бюро давно выработало против них четкие протоколы.
Но имелась одна форма безумия, наводившая ужас на каждого исследователя — склонность к насилию.
Охваченный ею игрок слетал с катушек и без разбора крушил всё подряд. И чем сильнее был боец, чем мощнее артефакты лежали в его арсенале, тем жутче становилась кровавая баня.
Согласно статистике Бюро, гибель групп в бесконечных играх реже всего происходила из-за ультимативных атак боссов или тупиковых заготовок сюжета. Чаще всего отряды гибли оттого, что их сильнейший игрок в приступе безумия выкашивал собственную команду.
Да даже если крыша ехала у рядового игрока-середняка, тот с простым кухонным ножом мог устроить резню. А потеря хотя бы одного бойца взвинчивала сложность подземелья в разы.
— Сяньюй... он на тебя напал? — со страхом спросила Чжэн Цунхуа.
— Нет, — лицо Бай Яньчжоу оставалось невероятно спокойным. — Он меня пырнул.
Чжэн Цунхуа аж поперхнулась:
— Чтобы пробить тебя... тут кухонным ножиком не обошлось. Не иначе как зачарованный тесак.