Бай Яньчжоу не стал повторять сказанное — он знал, что Е Цзиньрань и так всё усвоил.
— Мы как раз направлялись на Змеиную тропу, — заговорил Е Цзиньрань, — когда совершенно внезапно нарвались на земляных червей-монстров.
Кровавый Язык подушечкой пальца погладил кристалл на перстне и снисходительно хмыкнул:
— Прекрасно. Там обитает немало занимательных личностей. Например, тот самый директор аэрокосмического института, с которым тебе уже доводилось пересекаться.
— Ты его знаешь? — не скрывая удивления, спросил Е Цзиньрань.
Он никак не ожидал, что сущность подобного уровня помнит о такой мелкой сошке.
— Разумеется. Я когда-то продал ему одну любопытную книжицу, и тот сумел применить её с умом. Говорят, результаты вышли весьма нетривиальными. Жаль только, что жадная Федерация всё заграбастала. Звучит абсурдно, но факт остаётся фактом: именно человек — главное препятствие на пути человечества к будущему.
Е Цзиньрань прекрасно понял, о чём речь. Книга, упоминаемая Им, — это «Перевод табличек Эльтдауна». Верховный бог питал особую слабость к тому, чтобы подталкивать смертных к постижению губительных знаний. Коварное, изощрённое отродье.
Чжэн Цунхуа резко подалась вперёд:
— Господин Лавочник! А можно купить у вас свежие сведения?
— Я свято блюду принцип равноценного обмена, — с вежливой улыбкой отрезал Кровавый Язык. — Однако прямо сейчас у меня нет информации, ради которой вам стоило бы платить назначенную цену. Может... отложим этот разговор до следующей встречи?
Чжэн Цунхуа так и застыла с открытым ртом. Подобный отказ застал её врасплох. Неужели в Системном магазине может закончиться товар, когда речь идёт об информации?!
Впрочем, не она одна растерялась — Е Цзиньрань и сам оторопел. Вспоминая своё недавнее прошлое на посту управляющего, он невольно подумал, что по сравнению с Кровавым Языком был настоящей дырявой бочкой, разбазаривающей тайны налево и направо. Новый Лавочник всё-таки слишком уж потворствовал игрокам.
Преподав бывшему преемнику наглядный урок того, как нужно вести дела, Кровавый Язык соизволил попрощаться:
— Буду рад снова увидеть вас в супермаркете «Спокойствие». А на сегодня, пожалуй, откланяюсь.
Не обращая внимания на попытки окликнуть Его, Он бесшумно взвился в воздух, вспрыгнул на крышу ближайшей постройки и в пару стремительных скачков растворился вдали.
— Сейчас расплачусь, — без малейшего выражения произнесла Ло Цянь. — Нас просто кинули.
Цзянь Син ободряюще улыбнулась:
— Ну хватит киснуть! С чего бы нам вообще верить каждому слову отъявленного преступника? Доберёмся до Змеиной тропы — и всё сразу станет ясно.
Пятёрка снова двинулась в путь. Теперь, когда за спинами не стелилась гигантская тварь, напряжение спало. Отряд двигался неспешно, словно совершал размеренную прогулку по бескрайней пустоши. Цзянь Син даже весело напевала какой-то незамысловатый мотивчик, помахивая рукой в такт мелодии.
Преодолев ещё несколько извилистых поворотов, они наконец возвратились к месту, где не так давно пересеклись с мальчишкой.
Разбитый остов автомобильного хлама всё так же покоился на обочине. Тянувшаяся за ним широкая дорога казалась абсолютно вымершей. Порывы ветра свободно гоняли по разбитому асфальту жёлтый песок. Приземистые строения по обе стороны выглядели заметно приличнее халуп в Птичьем гнезде. Судя по всему, здесь теплилась жизнь — в мутных оконных проёмах то и дело мелькали смутные силуэты.
— Это бывшие рабочие бараки, — вполголоса пояснила Цзянь Син. — Их возводили ещё во времена строительства Города Полярного Сияния. Эвакуация шла в спешке, подрывать ничего не стали, вот они и уцелели. По сути, единственные пригодные для жизни дома во всём районе.
Сомнений не оставалось: отжать столь лакомые куски территории могли только самые лютые и опасные головорезы.
Взгляд Бай Яньчжоу зацепился за оконный проём метрах в двухстах слева — там на мгновение блеснула оптика. Какой-то местный отморозок оборудовал там снайперское гнездо и терпеливо поджидал зазевавшуюся дичь на открытой дороге.
Е Цзиньрань подобрал с земли камушек и небрежно швырнул его на середину улицы. Галька подпрыгнула, подкатилась на пару метров и замерла.
— Мин нет, — резюмировал он, убирая руку. — Если опасаетесь — иду первым.
— Не стоит, — остановил его Бай Яньчжоу. — Я пойду.
И, не откладывая слов в долгий ящик, уверенно ступил на территорию Змеиной тропы, шагая прямо и ничуть не демонстрируя страха.
Когда кто-то взял на себя роль авангарда, остальные вздохнули с облегчением и прибавили шаг. Е Цзиньрань, ощущая висящую в воздухе глухую враждебность, заранее дослал патрон в патронник пистолета-пулемёта и вскинул оружие, готовый в любую секунду открыть огонь на поражение.
Чжэн Цунхуа по привычке крутила головой по сторонам, как вдруг её взгляд наткнулся на странную гирлянду из шарообразных предметов под крышей ближайшего дома. Разглядев, ЧТО ИМЕННО там висит, она в ужасе зажала рот ладонью, едва не выдав отборный мат:
— Твою ж...
— Ты чего? — нахмурились остальные, мгновенно проследив за её взглядом.
Под свесом крыши барака ровным рядком висели отрезанные человеческие головы.
Каждая была аккуратно подвязана, лица обращены к дороге. Застывшие гримасы разнились, но все до единой дышали смертным ужасом и оскалом.
Хозяин этого жуткого обиталища, дремавший на подоконнике первого этажа, почувствовал на себе чужие взгляды и смерил чужаков зверским, обещающим расправу взором.
Развешанные вдоль карниза головы — словно вяленый окорок на просушке — по всей видимости, служили свирепому ублюдку предметом гордости и наглядными трофеями.
— Желание заходить в гости как-то резко отпало, — подавив подступившую тошноту, буркнула Ло Цянь. — Но если мы просто будем шляться по улицам, когда мы вообще отыщем эту госпожу Дун?
Чжэн Цунхуа несмело ткнула пальцем в сторону одного из зданий и шепнула:
— Можем попробовать спросить у тех двоих...
На крыльце перед указанным бараком устроилась странная парочка — мужчина и женщина. Мужчина с поразительной нежностью расчёсывал смоляные волосы спутницы, ниспадавшие почти до самого бетона.
Но стоило подойти ближе, как Чжэн Цунхуа аж оторопела от открывшейся картины: нижняя часть тела у них была одна на двоих — гибридный кибернетический протез. Перед ними сидели кустарно сросшиеся сиамские близнецы.
Подобное уродливое извращение человеческой анатомии смотрелось дико даже для эпохи поголовной кибернетизации. Трудно было представить, какая извращённая логика или болезненная привязанность заставила их сварить свои тела воедино.
— Пойдёшь расспрашивать? — Ло Цянь косо посмотрела на Чжэн Цунхуа.
Девушка замялась. Чёрт её дёрнул за язык! Теперь хоть локти кусай.
Однако не успела она смалодушничать, как мимо неё проскользнула тёмная тень. Кто-то решительно направился прямиком к кибернетической парочке.
Е Цзиньрань остановился перед преступниками — чёрт их разберёт, кем они друг другу приходились: братом с сестрой или любовниками, — и сдержанно кивнул:
— Внушительная конструкция.
— Правда? — Женщина с блаженной улыбкой смежила веки, с головой уходя в своё искажённое счастье. — Теперь мы навсегда останемся неразлучны...
Решив проявлять вежливость и уважение к чужим девиациям, Е Цзиньрань терпеливо продолжал:
— Решиться на такое — нужна недюжинная смелость. В Шестнадцатом районе с подобной комплекцией не слишком хлопотно жить?
— Хи-хи... — Парочка противоестественно изогнулась, переплетаясь в объятиях. — Мы спаяны уже много лет. Стоит привыкнуть — и никаких неудобств.
Е Цзиньрань изобразил наигранное восхищение:
— И то верно. Раз уж укоренились на Змеиной тропе, значит, хватка у вас что надо. Я здесь человек новый, мало что знаю. Вы-то сами давно в этих краях?
Удивительно, но гибриды оказались довольно контактными. Даже угадав в собеседнике оперативника Отдела специальных служб, они не проявляли агрессии.
— Пять лет, — тихо ответила женщина. — Рядом с ним время летит невпроворот.
— Понятно-понятно. Слушайте, а вы не слыхали, тут не так давно некая «госпожа Дун» не объявлялась?
Логика Е Цзиньраня была проста как день: раз уж госпожа Дун обошла стороной трущобы Птичьего гнезда, значит, обосновалась среди местной элиты на Змеиной тропе. Это вполне соответствовало её статусу верховной жрицы культа. Да и в отчётах предыдущей группы разведки чётко отмечалось: след разыскиваемой терялся где-то в пределах Змеиной тропы, хотя точное логовище установить так и не удалось.
Мужская половина срощенного тела медленно проскрипела:
— Было дело. Новая. Своего угла не имела, вот и приметила хату одной местной ведьмы.
В Шестнадцатом районе убийство ради захвата чужого имущества считалось делом обыденным, и никто не собирался осуждать захватчицу.
Услышав это, Е Цзиньрань мгновенно сопоставил факты с тем, что узнал на Земляном холме: госпожа Дун прикончила ведьму и заняла её дом, а труп несчастной выкинули на свалку, где тот переродился в крысу с человеческим лицом и искусал ночной патруль.
Вывод напрашивался сам собой: ренегатка прямо сейчас отсиживается в бывшем жилище убитой.
— Извините за беспокойство, — Е Цзиньрань чуть опустил веки, придавая облику максимально безобидный вид. — Не укажете ли дорогу?
Ходили слухи, будто прошлые оперативные группы на Змеиной тропе непрерывно попадали под засады и перекрёстный огонь снайперов. Е Цзиньрань подозревал, что причиной тому было отсутствие местного проводника. А эта неординарная парочка явно пользовалась авторитетом и могла стать отличным живым щитом от мелких сопляков с винтовками. Лишний раз разбазаривать силы отряда на бессмысленные перестрелки ему совсем не хотелось.
— Всё равно делать нечего.
Сросшиеся выпрямились легко и непринуждённо. Со стороны даже не верилось, что одной парой стальных опор управляют два разных мозга — шаг у них был плавный, ничем не отличавшийся от походки здорового человека.
— Обалдеть... — подавленно пискнула из засады Чжэн Цунхуа. — И так сработало?!
Е Цзиньрань показал спутникам пальцами знак «всё под контролем» и пристроился вслед за проводниками.
Расчёт Е Цзиньраня оправдался на все сто. Чуя присутствие гибридов, затаившиеся в окнах засады быстро прижали хвосты, и зловещие блики оптики больше не появлялись. Прошагав метров триста без единого выстрела, отряд остановился перед приземистой деревянной избушкой.
Проводники обернулись:
— Пришли. Дальше сами, мы внутрь ни ногой.
— Благодарю, — отозвался Е Цзиньрань.
Те и так сделали больше, чем от них требовалось.
Остальные подтянулись ближе. Дверь домика оказалась приоткрыта, приглашая войти.
Чжэн Цунхуа набралась храбрости и приложила ухо к рассохшимся доскам. Затаив дыхание, она прислушивалась несколько секунд, после чего разочарованно качнула головой:
— Глухо.
— Либо пусто, либо засада, — нахмурилась Ло Цянь. — Давайте я первой зайду на разведку.
Цзянь Син скорчила глубокомысленную мину:
— Гм... Как по мне, ищи ветра в поле.
Е Цзиньрань пару секунд постоял на пороге, улавливая внутреннее пространство. Убедившись, что внутри никого нет, он просто толкнул дверь от себя.
Скри-и-ип...
В лицо ударила густая, затхлая вонь гнилой древесины и спёртого воздуха, от которой стоящие на пороге невольно поморщились и закрыли носы.
Для сухого климата Шестнадцатого района подобная сырость казалась абсолютной аномалией. Однако внутри их встретила лишь самая обыденная обстановка: узкая кровать, платяной шкаф, письменный стол, стеллаж для книг, очаг и небольшая выгородка, смахивавшая на уборную.
Е Цзиньрань заглянул в выгородку. Никакого водопровода в этих бараках не водилось и в помине, так что вся «ванная комната» состояла из единственного массивного деревянного ушата.
Бай Яньчжоу тем временем со скрипом распахнул створки шкафа. Внутри плотным рядом висели наряды — преимущественно тяжёлые тёмные балахоны и глухие платья. Лишь одна вещь выбивалась из мрачной гаммы: яркое сине-зелёное одеяние.
Он потянул вещь на себя, но тут же брезгливо отдёрнул руку. Это было ципао с провокационно высоким разрезом.
Дальше смотреть не требовалось. Одеяние бесспорно принадлежало адептке Общества Раздутой Женщины — в нынешние времена об этой старинной китайской одежде уже мало кто помнил.
Цзянь Син подошла к кровати. Постель была аккуратно застлана, одеяло сложено — ничего примечательного. Девушка опустилась на корточки: под койкой гулял ветер, никаких заначек или забытых вещей там не оказалось.
Е Цзиньрань обошёл комнату по периметру и остановился у книжного шкафа. Провел пальцем по полке — на подушечке остался тонкий слой пыли. Когда-то здесь явно стояли фолианты, но сейчас полки пустовали.
Внезапно подушечка пальца нащупала нечто иное. Он прижал предмет и вытащил наружу плотный клочок бумаги.
Развернув записку, Е Цзиньрань увидел выведенную чёрным маркером строчку, размашистую и острую:
«Все книги, одолженные тобой в супермаркете „Спокойствие“, я забрал обратно».