Под воздействием феромонов, распыляемых Королевой, рой шаггайцев охватила безудержная ярость. Насекомые, не щадя жизни, бросались на врага.
Наземные шаггайцы из Антарктиды не намерены были уступать: они молниеносно перешли в контратаку, и воздушно-наземная бойня закипела с новой силой. Хотя противник превосходил габаритами, рой Восточного континента брал числом. Подстрекаемый призывами своей владычицы, он кое-как удерживал хрупкое равновесие на поле боя.
Посреди этого ревущего месива лишь сам Королева оставался неподвижным, замерев на высоте.
Терпение Е Цзиньраня окончательно лопнуло. Буш высказал свою гнилую позицию прямо при всех. Если спустить ему это с рук, то кем тогда считать самого Е Цзиньраня — глухим дураком?
Без лишних слов он сгреб Буша за загривок и с силой швырнул прочь.
Буш, ещё мгновение назад упоенно созерцавший кровавую панораму, потерял равновесие. Он едва не камнем пошел вниз, но в последний миг успел вцепиться в лапу Королевы и теперь беспомощно болтался в воздухе.
— Постой! К чему это?! — в панике закричал он, пытаясь карабкнуться наверх. Однако гладкое хитиновое брюшко Королевы не давало никакой опоры.
Е Цзиньрань лишь гневно усмехнулся:
— Это расплата за предательство.
Сидящие впереди девушки опешили от такой резкой развязки. Впрочем, Чжэн Цунхуа доверяла соратникам и задавать лишних вопросов не стала, а Пакет из Волмарта попросту лишилась дара речи от испуга.
Шаэнь, подлетев ближе, принялась с силой разжимать пальцы Буша, стараясь при этом не навредить самой Королеве:
— Ах ты, тварь! Я с самого начала чуяла от тебя смердящий дух Чёрной Козы Лесов! Ты с первого дня продался Матери-Богине!
В голосе Буша прорезались безумные, фанатичные нотки:
— Нет... Не я пошел к Ней на поклон, это Она выбрала меня...
Ему уже вывернули одну руку, но он даже не попытался снова ухватиться — вместо этого инстинктивно прикрыл собственный живот.
— Я удостоился Её благословения. Дитя Божье зародилось в моем чреве!
Шаэнь в ярости продолжала ломать ему суставы:
— Сумасшедший! Мужская особь не может выносить плод! Это священная привилегия самок!
— Тебе не понять. Чёрная Коза Лесов, взрастившая тысячи чад, — источник всей жизни во Вселенной, само воплощение плодородия. Любое существо обладает генами, способно делиться, размножаться и продолжать свой род лишь потому, что Она установила законы бытия.
Буш опустил взгляд на свой живот. Его глаза светились болезненной, искажённой нежностью:
— Она способна даровать радость материнства абсолютно каждому. Ибо само размножение смертных — лишь продолжение Её божественной воли.
Чжэн Цунхуа покачала головой, с отвращением глядя на фанатика:
— Конченый ублюдок. Законченный отброс и фанатик Черной Козы Лесов.
Подобную слепую веру нельзя приобрести за пару дней в подземелье. Буш Гомэнь был адептом Черной Козы Лесов еще там, в реальном мире. А в этот отряд он затесался ради своего кровавого паломничества.
Впрочем, удивляться не приходилось: в Подземелья Безысходности по своей воле отправляются либо безумцы, либо конченые мазохисты.
— Пёс, прислушник злых богов, — Бай Яньчжоу глядел на культиста с ледяным презрением. — Сбросить тебя отсюда — слишком милосердная смерть.
Бушу было плевать на презрение. Его не заботило, выживут ли прочие последователи Матери-Богини; к тому же гибель тоже могла ублажить жестокое божество. По этой причине он всю дорогу с упоением наблюдал, как игроки вырезают шаггайцев, не пытаясь ни помешать, ни предупредить.
Шаэнь обладала недюжинной силой и уже почти выломала ему все пальцы:
— Пошел прочь!
— Дитя Божье вот-вот явится на свет... Бесполезно сопротивляться...
Буш опустил руки. Смысл его последних слов потонул в реве высоковекового ветра.
Он стремительно полетел вниз — ровно туда, где пульсировало гигантское полупрозрачное сердце. Казалось, он специально выбрал это мгновение и место для своего падения.
Человеческое тело рухнуло на сердце, но не разбилось и не разорвало его нежную оболочку. Подобно тому как шаггайцы проникают в мозг жертвы, Буш без сопротивления прошел сквозь внешние ткани. Неизвестное вещество, из которого состояло сердце, медленно и бесшумно поглотило его, не оставив и следа.
— Как же так... — Шаэнь ошеломленно смотрела вниз. — Он слился с моей дочерью...
— С твоей дочерью? — не поняла Чжэн Цунхуа.
Крылья Шаэнь стали загребать воздух медленнее, взгляд приковался к земле, став предельно тяжелым:
— Взгляните. По этим уродливым сосудам течет ее кровь... А это ядро — ее еще бьющееся сердце...
В месте схождения кровавых жил полупрозрачный органоид, казавшийся доселе лишь декоративным выростом, толкнулся в отчетливом, тяжелом ударе.
— Она — новая Королева южнополярных шаггайцев, — с болью в голосе произнесла Шаэнь. — В ходе мутаций она стала частью этой земли. Ей пришлось отдать собственное тело, чтобы питать почву и рой... Ради изобилия. Ради выживания рода.
Чжэн Цунхуа опешила:
— Так вот почему ты так ненавидишь Мать-Богиню...
Какому родителю каково видеть своего ребенка в таком чудовищном состоянии? Как тут не проникнуться лютой ненавистью к виновнику этого кошмара?
Порыв ветра всколыхнул длинные волосы Шаэнь, словно пытаясь унести ее скорбь и ярость, но та лишь замерла, неподвижная и непреклонная.
— Осторожнее, — внезапно предостерег Е Цзиньрань. — Следите за обстановкой на поле боя.
Все тут же посмотрели вниз. После жестокой рубки земля была усеяна трупами шаггайцев. В основном гибнуть приходилось шаггайцам Восточного континента: со сломанными крыльями, оторванными лапами, превращенные в кровавое месиво, они лежали вперемешку с гигантскими самками из Антарктиды, которым тоже досталось.
Одни еще дергались в посмертных судорогах под действием угасающих нервных импульсов; другие, давно мертвые, оказались погребены под грудами сородичей.
Сама по себе гора дохлых жуков не заставила бы Е Цзиньраня забить тревогу. Настоящая аномалия крылась в кровеносных сосудах.
Эти гигантские темно-бордовые жилы словно ожили: они ползали, раздувались и жадно впитывали останки. Сосуды буквально переваривали разорванные тела шаггайцев, затягивая их в межтканевые щели.
Дети возвращались в лоно матери.
— Она пожирает мой рой! — в ярости закричал Королева Шаггай, неся на себе людей.
Поглощенная плоть превращалась в золотистую энергию и по жилам устремлялась к центру, стекаясь прямо в гигантское сердце. Получив сочную подпитку, оно забилось с удвоенной силой.
Сквозь полупрозрачный алый желеобразный слой просвечивало нечто черное, испускавшее зловещую, отталкивающую ауру. С каждым ударом этот сгусток увеличивался в размерах, заполняя внутреннюю полость сердца и готовясь прорвать оболочку.
Плод, зародившийся в чреве Буша Гомэня, паразитировал на ядре Матери-Насекомой, неутомимо высасывая все соки из роя. Едва явленный миру, он был чист и неведающ в своем неведении добра и зла, но являл собой концентрированное, абсолютное зло.
Черная бесформенная туша, скрючившаяся внутри предсердия, постепенно обретала очертания: угадывались массивные, подобные стволам деревьев конечности и верхняя часть тела, напоминающая развесистую крону.
— Это Тёмное Детище Чёрной Козы, — Е Цзиньрань с ходу опознал тварь. Лицо его потемнело как никогда. — Такие твари принимают жертвоприношения вместо самой Матери-Богини. Это Её дар самым верным фанатикам.
Чжэн Цунхуа не удержалась от сочного ругательства. Она видела описание этой твари на форуме в бестиарии подземелий. Этот монстр силового типа наводил ужас даже на ветеранов высокого уровня — его не всегда удавалось завалить даже с помощью тяжелой военной техники.
Под копытами Тёмного Детища Чёрной Козы погибли неисчислимые сонмы душ.
Сейчас, когда гражданская война шаггайцев была в самом разгаре, силы, подконтрольные игрокам, катастрофически сократились. Чтобы сойтись с этой тварью в открытом бою, без парочки танков из Системного магазина делать было нечего.
— Тёмное Детище Чёрной Козы сожрет любого, кто проявит неуважение к Матери-Богине, — быстро пояснил Е Цзиньрань. — Лучше покончить с ним до того, как оно окончательно вылупится.
Шаэнь замялась. Хотя это ядро когда-то принадлежало ее дочери, и его уничтожение, скорее всего, означало окончательную смерть ее дитяти, она еще меньше хотела, чтобы скверное порождение Матери-Богини явилось в этот мир и принесло новые жертвы.
На ее лице промелькнула решимость, достойная правительницы:
— Да! Пока не поздно — убейте чудовище!
Будучи связанной с дочерью узами крови, Шаэнь «слышала» ее отчаянный плач. Та испытывала невыносимые муки, вынашивая в себе табуированную жизнь колоссальной мощи. Ментальная связь роя превратилась в цепь, транслировавшую лишь боль. Обе королевы оказались в ловушке.
Е Цзиньрань посмотрел на Шаэнь. Заметив, как слегка дрожат ее плечи, он смягчил тон:
— Есть способ попроще. Мы можем применить Заклятие изгнания.
Заклятие изгнания, иногда называемое Заклятием отсылания божества, позволяло выдворить некоторых тварей, связанных с Древними Богами, обратно в глубины космоса.
— Верно говоришь, — кивнул Бай Яньчжоу. — Раньше, когда я сталкивался с Тёмным Детищем Чёрной Козы, а огневой мощи не хватало, я пользовался этим трюком.
Е Цзиньрань спросил:
— Отлично. Маны у тебя должно быть в избытке. Попробуешь?
— Давай.
Бай Яньчжоу демонстративно размял плечи, похлопал глазами... и вдруг застыл.
— Э-э... Забыл заклинание.
Е Цзиньрань от ярости едва не врезал ему по физиономии:
— Ты даже ЭТО сумел забыть?!
— Ну не вини меня, — Бай Яньчжоу виновато и беспомощно улыбнулся. — Я выучил не меньше двух сотен заклинаний. Кроме пары десятков ходовых, остальные в голове смазались. Ошибешься хоть в одном слове — и эффект будет не тот. Если использовать, надо сверяться с книгой.
Чжэн Цунхуа тут же перебила:
— Бог Чжоу, ты помнишь, в какой именно гримуар занесена эта чара? Я прямо сейчас куплю ее в магазине!
Бай Яньчжоу перевел взгляд на Е Цзиньраня:
— Лавочник, помнишь?
Е Цзиньрань ответил с каменным лицом:
— Помню. Но у меня нет денег.
Ему просто не хотелось давать Бай Яньчжоу повод выманивать предметы за его счет.
Однако они не учли одного: жизненная сила роя подпитывала Тёмное Детище Чёрной Козы с немыслимой скоростью. Его развитие опережало любые расчеты.
Даже если бы они нашли нужную книгу, выкупили ее в Системном магазине и передали Бай Яньчжоу для чтения, времени все равно бы не хватило.
Черный сгусток разрастался, пока не прорвал тонкую прозрачную оболочку. Наружу выплеснулась мутная жижа, и чудовище издало свой первый, оглушительный вопль.
— А-а-а-а!..
Этот крик новорожденного заставил волосы встать дыбом у всех присутствующих.
Тёмное Детище Чёрной Козы расправило тело и шатко поднялось. Четыре массивные ноги, похожие на стволы деревьев, удержали на весу верхнюю часть туловища, похожую на густую крону. На его теле со свистом открывались и закрывались многочисленные пасти, жадно заглатывая воздух.
Оно пришло, чтобы исполнить волю Матери-Богини и втоптать эту землю в грязь.