Человечество — странный вид, упорно шагающий против общего течения. Пока разумные расы во всей Вселенной стремительно погружаются в безумие, люди до последнего цепляются за рассудок. Для обитателей иных миров подобная упёртость — самое настоящее сумасшествие, ведь сам Творец по своей природе хаотичен и бесформен.
Великая Раса Ит не поклоняется Внешним Богам или Великим Древним. Их философия во многом перекликается с человеческой, хотя и доведена до крайнего, кристально чистого абсолюта. Подобно тому как люди изучают крысиные колонии, чтобы лучше понять собственный социум, итианцы исследуют человеческое поведение, пытаясь препарировать самих себя — отыскать иной ответ в зеркале похожей, но всё же чужой цивилизации.
Столкнувшись с гибелью родной планеты, Великая Раса Ит отбросила плотскую оболочку и совершила немыслимое — ментальный исход через пространство и время. Человечеству с его жалкими технологиями такое недоступно, однако перед лицом катастрофы люди демонстрируют не менее поразительную волю к жизни.
— Неужели они пытаются выяснить пределы человеческих возможностей? — задумчиво пробормотал Е Цзиньрань. — Создают экстремальные условия, чтобы подтолкнуть нас к эволюционному прыжку...
Но если судить по прошлому опыту Бай Яньчжоу, итианцы преследовали куда более практичную цель: извлечь выгоду из существ более высокого измерения. Ходили слухи, будто Великая Раса стремится искусственно сотворить Великого Древнего.
Е Цзиньрань долгие минуты размышлял над этим, чувствуя, как стремительно тают остатки рассудка, пока наконец не бросил попытки осмыслить немыслимое. В конце концов, перед ними была совсем другая группа итианцев — кто знает, в какую сторону вильнули их научные изыскания?
Ло Цянь, услышав его бубнёж, произнесла с невозмутимым видом:
— Не пытайся влезать в логику потусторонних сущностей. Попытки объять то, что лежит за гранью нормального восприятия, прямиком ведут в дурдом.
— Потерял бдительность, — Е Цзиньрань с досадой потёр лоб. — Впредь буду осторожнее.
Чжэн Цунхуа заботливо подложила ему в тарелку сочный кусок мяса:
— Сначала поешь, потом порассуждаешь.
— Невероятно признателен, — с лёгкой иронией отозвался тот.
Закончив с трапезой, группа отправилась к спортивной зоне — источнику недавнего ЧП.
Для компенсации негативных последствий невесомости на космических станциях обычно устанавливают самые разные тренажёры. Хотя «Вечность» была оборудована системой имитации гравитации, фиксировавшей людей на полу с земной точностью, необходимость в физических нагрузках никуда не исчезла.
Оглядывая разгромленное помещение, Чжэн Цунхуа поспешила ткнуть пальцем в развороченную беговую дорожку:
— Это не моя работа! В меня пустил заряд охранный дроид.
— А ведь штука была совсем новая, — Ло Цянь подошла к оставшемуся колесу от велотренажёра и носком ботинка отправила его в короткий полёт. — Раз уж на станции есть боевые роботы, могли бы завести и ремонтных, чтобы убирать этот мусор.
— Возможно, архитектор «Вечности» изначально проектировал её как одноразовую штуковину, — ровным тоном заметил Е Цзиньрань. — Ломается — и хрен с ней.
— И когда станция окончательно развалится, мы останемся дрейфовать в открытом космосе? — ухмыльнулась Ло Цянь.
Е Цзиньрань лишь развёл руками:
— Как знать. Если шаггайцы способны путешествовать сквозь вакуум в собственных телах, итианцы вполне могут рассчитывать, что и мы в процессе выживания развьём нечто подобное.
— Они развивают дух и ждут, что мы прокачаем тушки? — фыркнула Ло Цянь. — В представлении этих пришельцев эволюция — дело пары пустяков?
Е Цзиньрань задумчиво потёр подбородок:
— Ну, жёсткое космическое излучение вполне способно провоцировать стремительные мутации ДНК. Слышала про космическую селекцию?
— А в крайнем случае можно подпитаться силой Чёрной Козы Лесов или ещё какого-нибудь Внешнего Бога, — полушутливо добавила Чжэн Цунхуа. — Устроить человечеству экспресс-гиперэволюцию.
Среди обломков на полу валялись ярко окрашенные куски эластичных лент и лопнувших фитболов. Е Цзиньрань обследовал хаос спортивной зоны, но ничего подозрительного больше не обнаружил. Повернувшись к спутницам, он спросил:
— Где именно вы сработали сигнализацию?
Чжэн Цунхуа подпрыгнула к углу и указала на странный прибор, отлитый из бронзы и инкрустированный алой шпинелью:
— Вот тут. Он показался мне знакомым — похожим на старый коммуникатор, — ну я и решила повертеть его в руках.
Е Цзиньрань сразу узнал артефакт из Системного магазина. Товар был специфическим, редким; вряд ли кто-то, кроме него и пары узких специалистов по раритетам, знал его истинное назначение.
Временной коммуникатор. Устройство, напоминающее мобильный телефон, позволяло обладателям связываться сквозь временные пласты. Научно-фантастическая мечта о разговоре с самим собой из прошлого стала реальностью. Оперативники Великой Расы Ит часто брали такие приборы в дальние вылазки для связи с сородичами.
— Цунхуа, — помрачнел Е Цзиньрань, — похоже, у тебя провал в памяти.
Девушка недоумённо уставилась на него:
— В смысле?
— Завершая обмен разумами с другим существом, итианцы стирают воспоминания о произошедшем, чтобы субъект мог вернуться к привычной жизни, — восстановил в памяти факты Е Цзиньрань. — Убеждён: ты обменялась разумом с одним из итианцев. И ты просто этого не помнишь.
Итианец вошёл на «Вечность» в теле Чжэн Цунхуа, но поскольку его ментальная подпись отсутствовала в белом списке станции, автоматика расценила это как проникновение незарегистрированной жизненной формы. Человеческое оборудование такую подмену не распознало бы, но «Вечность», построенная итианцами, обладала куда более изощрёнными сенсорами.
— Но он же должен был знать, что спровоцирует тревогу! — растерялась Чжэн Цунхуа. — Зачем тогда пробираться внутрь?
— Цунхуа, а при каких обстоятельствах ты бы согласилась отдать свой разум? — вместо ответа спросил Е Цзиньрань.
— А?
— Итианцы обычно не действуют силой. Они прибегают к обмену только с согласия носителя, — пояснил он. — Значит, где-то за пределами станции ты сама заключила сделку с одним из них. За какую-то награду.
Ло Цянь с холодным прищуром посмотрела на подругу:
— Перед тем как завыли сирены, Цунхуа ненадолго пропала из моего поля зрения.
Чжэн Цунхуа в шоке уставилась на неё.
— Ты действительно ничего не помнишь, — констатировала Ло Цянь. — В спортивной зоне есть звукоизолированный бокс для бокса — прямо у тебя за спиной.
Чжэн Цунхуа обернулась и увидела в правой стене серебристую металлическую дверцу.
— Ты зашла туда, — Ло Цянь подошла к двери, и сенсоры тут же отреагировали, раздвинув створки. — Я проверяла соседний сектор и не стала тебя контролировать — доверяла твоим навыкам.
Чжэн Цунхуа опустила голову. Её плечи мелко задрожали:
— Я... я... Если я согласилась на такое, то наверняка ради того, чтобы спасти всех нас...
Она отчаянно пыталась вспомнить, но в голове зияла пугающая пустота.
— Выходит, во время побега со мной была не ты, а пришелец в твоём теле? — Ло Цянь почувствовала, как по спине пробежал ледяной холодок. — Когда ты вернулась, Цунхуа?
Она вспомнила поведение «Цунхуа» во время бегства. Обычно игроки при совместном чтении логов просто делают скриншот и кидают в общий чат, а не просят другого переслать данные. Пришелец не был игроком и не знал о существовании Системы.
— Судя по всему, итианец оставался в твоём теле с момента включения защитных систем и до нашей встречи в центре управления, — подытожила Ло Цянь. — Мы проходили через рабочую зону и скачивали архивы. Ему нужны были данные оттуда.
— Всё сходится, — кивнул Е Цзиньрань. — Он действовал как шпион, ворующий научные секреты. Великая Раса Ит тоже не монолитна. Ему пришлось пойти на риск и проникнуть на станцию под чужой личиной.
Ло Цянь перевела взгляд на Временной коммуникатор:
— А это что за штука? Ты её знаешь?
— Связное устройство итианцев, — ответил Е Цзиньрань. — Выйдя из боксёрского зала, он достал артефакт, чтобы связаться с сообщниками, но не учёл, что системы «Вечности» мгновенно запеленгуют постороннее излучение.
Чжэн Цунхуа пробормотала себе под нос:
— Похоже... я согласилась на обмен, чтобы получить ответ на главный вопрос.
Е Цзиньрань мгновенно всё понял. Чжэн Цунхуа отправилась в подземелья серии «Промчаться сквозь Вечную Ночь» именно за ответами — это было обещание, данное ей давно. Итианцы, покорившие время и сбежавшие от гибели, казались идеальным источником знаний. Но девушка не учла, что по возвращении её память просто сотрут.
— Теперь картинка сложилась, — Е Цзиньрань шагнул к бронзовому прибору. — Одни итианцы превратили станцию в полигон для встряски человеческого потенциала. Другие — пытаются скомпрометировать эксперимент и умыкнуть данные. А мы зажаты между ними, и шансов выжить у нас почти нет.
Существует ли новая пригодная для жизни планета? Человеческий организм слишком хрупок, слишком требователен к среде.
«Нет. Всё не так!»
Он зажмурился. В груди вспыхнула и быстро разрослась глухая, всепожирающая ярость.
Они не подопытные кролики. Люди не должны смиренно ждать, пока высшие сущности решают их судьбу. Хотите говорить — садитесь за стол переговоров на равных. А если не желаете проявлять уважение — мы решим вопрос силой.
Так же, как когда-то поступил ребёнок, разнёсший вдребезги исследовательский центр, чтобы вернуть собственный мозг.
Ло Цянь почувствовала неладное и сделала шаг вперёд, пытаясь перехватить его руку:
— Стой, ты что задумал?!
Но Е Цзиньрань сработал быстрее. Его пальцы стремительно опустились на алый камень Временного коммуникатора.
— Поговорим, Великая Раса, покорившая время? — с ледяным презрением произнёс он, глядя на резной артефакт. — Мы, люди, знаете ли, существа ужасно гордые.
Если вам не дают места за столом переговоров — переверните этот стол. Если обе стороны играют против вас — замутите воду так, чтобы захлебнулись все.
Красная шпинель вспыхнула слепящим светом. Неизвестная энергия побежала по сложной вязи резных канавок на корпусе. Спустя пару минут артефакт, подобно проектору, выплеснул в воздух плотный сгусток света, соткав из него гигантский силуэт, мгновенно заполнивший тесное, четырёхметровое помещение.
«Приветствую вас, люди».