Выслушав пылкую, исполненную пафоса речь Осквернителя, Е Цзиньрань ненадолго погрузился в раздумья.
Концепция этого предмета оказалась... поразительно безупречной!
Разумеется, если смотреть на вещи с точки зрения Верховного бога. Изделие в полной мере оправдывало дурную славу своего создателя — оно безукоризненно отвечало эстетическим вкусам высших сущностей.
Е Цзиньрань ни капли не сомневался, что товар не залежается. На первый взгляд возможность заглушить голод не казалась жизненно необходимой, однако в критические моменты подземелья игроки отдадут за неё всё что угодно.
В Системном магазине огромной популярностью пользовались артефакты, блокирующие боль или откладывающие слабость от кровопотери. В решающих битвах подземелий именно такие вещи позволяли рядовым участникам прыгнуть выше головы и вырвать победу на пределе возможностей.
Что же до голода... Пусть он и не выбивал из колеи так резко, как физическая боль, изнурял он человека изо дня в день. Еда — основа жизни, а Е Цзиньрань прекрасно помнил, как совсем недавно некоторые участники валились с ног от банального истощения.
Большинство игроков панически боялось местной стряпни и опасалось прикасаться к еде в подземельях, а питательные растворы из Системного магазина казались им редкой дрянью, так что бедолаги предпочитали терпеть до последнего. Разумеется, из-за этого страдала и острота ума, и физическая выносливость. А ведь порой именно этих крох силы не хватало для выживания.
Поэтому представьте: на рынок выходит амулет, позволяющий забыть о пропитании и сохранять бодрость тела — достаточно лишь носить с собой плюшевую игрушку. Вряд ли кто-то удержится от покупки. Что же до «незначительных» побочных эффектов «Детских игрушек»... Судя по повадкам Верховного бога, их мелким шрифтом упрячут в самом конце описания товара.
Очередная изысканная ловушка, в которую игроки ринутся по собственной воле.
Уголки губ Е Цзиньраня невольно поползли вверх.
Зачем заказывать партии сносных питательных гелей, когда появилось изящное решение — вовсе избавить игроков от потребности в еде?
Слишком завышать цену не стоит, иначе упадут объёмы продаж, а ведь вещь должна стать массовой. Но и занижать обидно: исполнение штучное, заслуживает высокой оценки...
Е Цзиньрань на мгновение засомневался, а затем принял компромиссное решение — присвоить предмету C-ранг. Для серийного производства это весьма солидный уровень.
Е Цзиньрань мягко огласил вердикт.
Осквернитель лишь махнул лапой — решение его полностью устроило.
— Линия проверена, предмет одобрен. Что-то ещё требуется от меня?
— Дело сделано, — отозвался Е Цзиньрань. — Дальше у меня личные вопросы.
До того как покинуть подземелье, следовало поставить точку во вражде между Бай Яньчжоу и Грейс. Смотреть на их очередную грызню в следующем подземелье совсем не входило в его планы, а в голове как раз созрел идеальный компромисс.
— Не смею удерживать, — Осквернитель тяжело опустился в крутящееся кресло за рабочим столом, и мебель, вопреки законам физики, не развалилась под его тушей.
Попрощавшись с директором, Е Цзиньрань вышел из кабинета и направился во второй производственный цех.
Бай Яньчжоу и Грейс работали в одном помещении, но рассредоточились по противоположным углам огромной фабрики, выдерживая молчаливый нейтралитет.
Е Цзиньрань первым делом подошёл к Бай Яньчжоу и слегка коснулся его плеча, знаками предлагая остановить станок.
— Бай Яньчжоу, я не могу позволить тебе добить Грейс. Но я прекрасно понимаю твои мотивы. Давай договоримся: я сотру из её памяти всё, что ты пытаешься скрыть, а ты оставишь её в покое.
Бай Яньчжоу вскинул взгляд:
— Вы уже заключили сделку?
— Угадал. Наняла меня телохранителем за очень кругленькую сумму, — шутливо отозвался Е Цзиньрань. — Но как я мог забыть о своём постоянном клиенте? Вот и пришёл узнать, можно ли решить дело миром.
Бай Яньчжоу замер на мгновение, взвешивая предложение:
— Ты сможешь точно найти и вырезать нужные воспоминания?
— Не сомневайся. Я не слепой, просмотрю всё досконально, — заверил Е Цзиньрань.
— Но я не хочу, чтобы ты это видел.
Бай Яньчжоу оперся рукой о набивочный аппарат и слегка наклонил голову; серебристая прядь сдвинулась, затеняя лицо. Е Цзиньрань впервые видел его таким смущённым и уязвимым. Эта фраза лишь подлила масла в огонь вспыхнувшего любопытства.
— Что там? Неужели твои детские милые секретики?
Бай Яньчжоу резко обернулся, полоснув его разъярённым взглядом:
— Заткнись!
— Ладно-ладно, шучу! Значит, по рукам. Я пошёл к Грейс.
Е Цзиньрань предпочёл ретироваться, пока не получил по шее.
Прикорнувшая в углу Грейс уловила шаги. Распахнув глаза, она подогнула ноги и настороженно уставилась на приближающегося Е Цзиньраня.
— Что именно Бай Яньчжоу так отчаянно пытается скрыть, стирая свидетелей? — без лишних прелюдий спросил тот.
Грейс задумалась на пару секунд, восстанавливая события в памяти:
— Остальных он вырезал, чтобы единолично забрать куш после той совместной облавы. А вот со мной история отдельная... Я помню его ещё ребёнком.
— Скоро ты об этом забудешь, — спокойно произнёс Е Цзиньрань.
— Что?..
Е Цзиньрань не собирался спрашивать её согласия. Договор обязывал защитить Грейс и Аманду от клинка Бай Яньчжоу, но способа не оговаривал. Опустившись на корточки, он приложил ладонь к её лбу и начал шептать заклинание, высвобождая магическую силу.
Благодаря «покровительству» Верховного бога доступный ему лимит энергии заметно возрос.
Техника затуманивания памяти не требовала грандиозных затрат. Достаточно было удерживать цель в поле зрения и превосходить её волей. Магия срабатывала мгновенно, возводя слепое пятно вокруг нужного эпизода. Но Е Цзиньрань не присутствовал при тех событиях, поэтому, чтобы не ошибиться, ему пришлось погрузить сознание в чужой разум и двинуться вспять по реке воспоминаний Грейс.
Хаотичный калейдоскоп мыслей и образов в мгновение ока поглотил его.
* * *
Грейс смотрела, как из дымящихся обломков выбирается юноша, странным образом похожий на неё чертами лица.
Раньше здесь стояла обычная школа. Теперь же под грудами обвалившегося бетона покоились сотни тел — и людей, и монстров. Ни звука, ни стона: кругом царила мертвенная тишина.
Одежда сереброволосого юноши превратилась в рваньё, пропитанное грязью и чужой кровью, но на его собственном теле не виднелось ни царапины. В его глазах пылал алый азарт, смешанный с неестественным розоватым оттенком, напоминавшим о порождениях безумных бредней — грибоподобных тварях из иных миров. Грейс почувствовала, как её собственная радужка наливается той же розовой гнилью.
— Ты... — прошептала Грейс. — Значит, выжил.
Улыбка на его губах заставляла кровь стынуть в жилах. Каждый его шаг впечатывался в кровавое месиво из останков — не разобрать, принадлежали они аномалиям или игрокам.
— Ты тоже оттуда, — сереброволосый с одного взгляда раскусил её происхождение. — Любопытно. Дожить до сегодняшнего дня — нетривиальная задача.
Грейс лишь горько усмехнулась:
— Везение. Я попала в систему довольно поздно.
До этого она жила обычной жизнью под именем Аманды, не ведая о скрытом ужасе.
— Будем работать вместе. Прочие игроки, попадая в систему, цепляются за знакомых из реала. У меня таких нет.
В голосе Бай Яньчжоу сквозило ледяное презрение.
Так Грейс совершенно неожиданно получила приглашение. Сидя на куче обломков посреди тотально уничтоженного подземелья, она слушала безумнейший замысел в истории игры — план по убийству Бога.
— Начать нужно с физических филиалов Системного магазина... — Он даже не проверял, слушает ли она, полностью ушедший в свои мысли. — Я убивал Лавочника восемь раз. Каждое воплощение отличалось от предыдущего, но схема работает: стоит уничтожить аватара, как эта форма на некоторое время погружается в небытие и больше не проявляется ни в одном из миров. Создание воплощения требует огромных ресурсов, поэтому мгновенно восстановить его Он не способен. А значит, методичное уничтожение аватаров истощает Его силы.
Грейс тихо перебила:
— Ты рассчитываешь просто спилить полоску здоровья божества?
Бред сумасшедшего.
— Заодно удастся нащупать Его уязвимости. В любом случае попытаться стоит, — настойчиво возразил Бай Яньчжоу. — Найти рабочий способ навредить Богу — невероятная удача.
Он не намеревался упускать ни единой зацепки.
— В одиночку я изничтожаю аватаров слишком медленно, — пробормотал Бай Яньчжоу, прекрасно осведомлённый о скорости регенерации божественной сущности. — Придётся привлечь к охоте сторонние силы.
Грейс не удержалась от иронии:
— Надо же! Сам Бай Яньчжоу решил снизойти до союза с простыми смертными.
Она читала форум и отлично знала, какую репутацию заслужил этот игрок.
— Если это поможет навсегда вырваться из-под Его власти, я пойду на всё.
Спустя пару минут система подвела итоги, и Грейс покидала подземелье — единственная выжившая, помимо самого Бай Яньчжоу. Лишь статус полезного инструмента временно уберёг её от расправы.
Грейс взялась набрать отряд. Понимая, чем чревато сотрудничество с Бай Яньчжоу, она не стала рисковать знакомыми и принялась вербовать отчаянных сорвиголов на игровом форуме.
Системный магазин был настоящим клондайком: на его полках пылилось недоступное в реальном мире оружие, футуристическая техника, чернокнижные фолианты и невероятные эликсиры. Весть о планируемом разграблении этой сокровищницы привлекла стаи любителей наживы, слетевшихся как мухи на мёд.
Учитывая чудовищную силу Лавочника, Грейс отобрала шестерых бойцов из первой сотни Рейтинга общей боевой мощи. Вместе с ней и Бай Яньчжоу они сформировали группу из восьми человек и зашли в совместное подземелье.
Бай Яньчжоу провёл какую-то манипуляцию, заблокировав виртуальный интерфейс Системного магазина. Как и предполагалось, внутри подземелья они наткнулись на его физическое воплощение — неприметную лавчонку с тусклой керосиновой лампой над входом.
Однако то была лишь обманчивая ширма — подобно тому, как аватарам Хаоса чужда человеческая хрупкость. Стоило им переступить порог под заливистый звон колокольчика, как реальность раздвинула границы.
Внутреннее пространство, спрессованное в крошечном здании, распахнулось грандиозными залами, затмевающими самые величественные библиотеки мира. Стеллажи ломились от разнообразных артефактов, а фолианты занимали отдельный гигантский массив полок.
На верхних ярусах витрины походили на клетчатые вольеры, где извивались бесформенные тьмы — аморфные сгустки мрака, бившиеся о прутья в попытках вырваться на свободу. Тяжёлое вооружение, не помещавшееся на витринах, выстроилось вдоль центральной галереи первого этажа, точно почётный караул из осадных орудий.
Грейс замерла посреди красной ковровой дорожки и подняла взгляд.
На балконе третьего этажа непринуждённо вальяжно расположилась женщина с длинными светло-золотистыми волосами. Без грамма искусственного лоска её естественный магнетизм затмевал легендарных красавиц прошлого.
Она лениво опустила веки; за густыми ресницами блеснула лукавая искорка. Её скользящий, кажущийся равнодушным взгляд задержался на каждом из вошедших, обдавая гостей тонким, пьянящим духом иронии.
— Столько гостей разом... Какая редкая удача.
Золотовласая небрежно оперлась о перила, не выказывая ни малейшего желания спускаться навстречу.
Бай Яньчжоу вошёл последним и сразу устремил взор кверху, встретившись с Нею глазами.
Глаза женщины под золотистой челкой мигом поглотила непроглядная тьма: белков и радужек больше не существовало, осталась лишь беспросветная бездна за пределами мироздания, где миллиарды зловещих замыслов сплетались в симфонию хаоса.
— Девятая попытка, Бай Яньчжоу. Что же ты урвёшь на этот раз?