Три часа ночи.
Е Цзиньрань бессильно висел на спине Бай Яньчжоу, со скрипом пытаясь разлепить веки. Насколько лихо он держался прежде, настолько жалко выглядел теперь. Погасни сейчас искусственное небо над Шестнадцатым районом, он бы отключился прямо на ходу.
Энергия молодёжи не ведала границ, особенно когда речь шла об игроках, привыкших засиживаться за играми до рассвета. Е Цзиньрань мысленно выбросил белый флаг — организму пришёл предел. По правде говоря, он уже раза два клевал носом и на секунды проваливался в небытие, но Бай Яньчжоу вовремя замечал его отключки и не давал споткнуться.
Чжэн Цунхуа старательно вносила имена культистов в блокнот размером с ладонь. Стоило ликвидировать очередную цель, как она хладнокровно вычеркивала строчку, с видом вершителя судеб.
Для биометрической идентификации требовался терминал Е Цзиньраня. Первое время тот ещё находил силы подносить камеру к лицам убитых, но вскоре выдохся окончательно. Ло Цянь попыталась было подсобить и взять его за руку, однако ледяной взгляд Бай Яньчжоу мгновенно отбил у неё всякое желание проявлять инициативу.
В итоге дело пошло по новому сценарию: Бай Яньчжоу сам направлял предплечье Е Цзиньраня с терминалом к ликвидированным преступникам, сканировал их для подтверждения и отдавал команду Чжэн Цунхуа вычеркнуть очередную запись.
Когда в блокноте не осталось ни одной невычеркнутой строчки, отряд двинулся в обратный путь. Е Цзиньрань, окончательно расслабившись, уткнулся подбородком в плечо спутника и сладко захрапел.
— А у нашего Сяньюя режим-то какой здоровый, — вполголоса завистливо проговорила Чжэн Цунхуа, косясь на спящего. — Ну прямо шёлковый мальчик.
Бай Яньчжоу сокрушённо ухмыльнулся:
— Ты тоже от усталости бредишь? Он постарше меня будет.
— Да нет же, я о другом! — замахала руками девушка. — Просто хотела спросить: ты не устал? Может, сменить тебя?
Она явно видела, что Бай Яньчжоу на пределе. При создании Врат пространства и времени он выплеснул почти всю магию, и пары часов отдыха не хватило бы для полноценного восстановления.
— Я справлюсь, силы есть, — добавила Чжэн Цунхуа. — Я ведь уже поднимала его.
— Не стоит. Ему совесть не позволит, правда ведь? — Бай Яньчжоу нарочно качнул ношу, будя спутника.
— А-а... ну да, конечно, — сквозь сон пробормотал Е Цзиньрань.
— Вот видишь, — с довольным видом заключил Бай Яньчжоу. — Эксплуатировать он предпочитает только меня.
— Ф-фу, — буркнула Ло Цянь. — В каком веке живём, а всё туда же: один пашет, другой пользуется. Жертвенность нынче не в моде.
Бай Яньчжоу повернул к ней голову со святой невинностью во взоре:
— Кажется, у тебя сложилось ложное впечатление о наших отношениях.
— Просто кто-то у нас слишком невинный, словно вчера из теплицы вылез, — ядовито парировала Ло Цянь.
Вообще-то в этом подземелье она планировала прикончить Бай Яньчжоу: сорвать куш, снискать славу и избавить мир от опасного элемента. Однако Чжэн Цунхуа по какой-то причине встала грудью против этой идеи, и Ло Цянь пришлось загнать жажду крови поглубже. Со временем жажда крови уступила место упрямой враждебности. Бай Яньчжоу бесил её сам по себе, но в командном испытании прихоти приходилось придерживать.
— Тш-ш, хватит вам, — шёпотом перебила их Чжэн Цунхуа. — Впереди лагерь. Хоть основные силы и ушли, там остаются раненые.
На расчищенной площадке смутно вырисовывались разнокалиберные палатки. На случай внезапного нападения в лагере дежурил отряд прикрытия; где-то там находился и штаб главы группы Рао.
Е Цзиньрань слегка закопошился, и Бай Яньчжоу аккуратно спустил его на землю, поддержав за плечи, пока тот восстанавливал равновесие.
— Пойду отчитаюсь, — проговорил Е Цзиньрань, потирая глаза.
— Иди, я подожду.
Е Цзиньрань пару раз хлопнул себя по щекам, разгоняя остатки сна, и направился к импровизированному кабинету Рао Цинсюэ.
В четыре тридцать утра Е Цзиньрань вышел из палатки с новыми указаниями главы группы. В этот момент в штаб как раз возвращались разведчики — делегаты от групп поочерёдно заходили внутрь с докладами.
Е Цзиньрань отыскал остальных игроков возле транспорта. Цзянь Син возилась с беспилотниками.
— Опробовали всё, — пересказал он новости от других групп. — Статуя Ненависти не поддаётся уничтожению. Впрочем, ожидать иного не приходилось.
— Значит, со счетов не списать — придётся воевать с мертвецами... — мрачно резюмировала Цзянь Син.
— Из хороших новостей: колдунов, способных открывать Врата пространства и времени, мы перещелкали. Всех допросили и пустили в расход на месте, — лицо Е Цзиньраня немного смягчилось. — Так что даже если эта орда поднимется, под удар попадут лишь Шестнадцатый район и внешние выселки Города Полярного Сияния.
На окраинах населения немного, так что при ковровых зачистках о макроэвакуации можно не печься — Федерация уверена, что удержит периметр.
А главное — воротилам из Первого района ничего не угрожает. Что до того, придушить ли гидру в зародыше или позволить ей пожрать лишние рты из бедноты, — такие решения принимаются явно не рядовыми легавыми из Отдела специальных служб.
В глазах Цзянь Син полыхнул гнев:
— Простых людей бросать нельзя! Мы обязаны сдержать эту мразь на подступах!
— Верно! — горячо поддержала её Чжэн Цунхуа. — Дадим бой нечисти!
— Раз уж ввязались, — ухмыльнулась Ло Цянь, — надо дожимать до конца, чтоб потом локти не кусать.
Бай Яньчжоу пожал плечами:
— А у меня выбор есть? Куда ты, туда и я.
— Замечательно, дезертиров нет, — подвёл итог Е Цзиньрань. — Глава группы Рао ведёт нас к Земляному холму. Нужно занять позиции до того, как мертвяки попрут из-под земли.
В гарнитурах зашипел голос Рао Цинсюэ. Из палаток высыпали командиры, собирая личный состав. На свет извлекли тяжёлое вооружение — Е Цзиньрань замешкался взглядом на мощной импульсной электромагнитной пушке, которую в своё время решил не брать.
— Приготовиться к бою! Выдвигаемся!
Отряды построились и строем двинулись в заданный квадрат. Пятёрку игроков, как и прежде, укрыли в центре колонны. Добротное подземелье всегда оставляет участников в фокусе событий, не давая им слиться в массовку или досрочно сбежать с поля боя.
Маршрут пролегал мимо Птичьего гнезда. В этом трущобном клоповнике царствовал привычный хаос: бездельники валялись прямо на кучах своего «имущества».
В пыли возилась орава сопляков под предводительством того самого пацана, с которым они давеча спорили. Малец, судя по всему, пользовался у шпаны непререкаемым авторитетом — мелочь смотрела на него с откровенным благоговением. Зазвездившись, он даже не заметил, как совсем рядом прошла штурмовая колонна в форме Отдела специальных служб.
Е Цзиньрань хотел было подкинуть ему под ноги камушек — подразнить, — но в плотном окружении бойцов даже ногу вытянуть было некуда, пришлось затею оставить.
В пять тридцать утра колонна достигла Земляного холма. Из-за того что игроки выкосили кучу бандитов и бросили трупы как попало, несколько предприимчивых местных сейчас как раз копали свежие ямы, а за их спинами высилась гора мертвецов.
— По-хорошему, их бы сжечь, — Е Цзиньрань заворожённо уставился на этот завал. — Только условий нет...
— Цзянь Син пробовала поджарить парочку лазерной пушкой, — подала голос Ло Цянь, — но КПД нулевой, забросили это дело.
Е Цзиньрань повернулся к спутнику:
— Бай Яньчжоу, а у тебя нет какого-нибудь зажигательного заклинания?
— Это называется «фокус», — качнул головой тот. — Не моя специализация. Фабрики я предпочитаю взрывать по старинке — динамитом.
— Ладно, проехали. Просто думаю: не оживут ли эти жмурики под действием Статуи Ненависти? Не получится ли так, что нашей зачисткой мы сами пополнили армию врага?
— Едва ли, — успокоил Бай Яньчжоу. — Трупы колдовать не умеют, да и мозгов у них нет. С зомби воевать куда проще, чем с фанатиками.
Рао Цинсюэ уже распоряжался откопать часть свежих тел, сковать их цепями и нацепить наручники — чтобы в случае воскрешения они не смогли сделать и шага.
В воздухе висел тяжёлый трупный дух. Оперативники и детективы в противогазах не обращали на смрад внимания, зато местных грузчиков вывернуло наизнанку, и те разбежались.
Часть бойцов отправили минировать подступы. Чжэн Цунхуа с готовностью примкнула к сапёрам и теперь с энтузиазмом махала лопатой.
Е Цзиньрань подошёл к самому подножию Статуи Ненависти. На вершине стелы всё отчётливее проступал каменный силуэт демона с распахнутыми нетопыриными крыльями.
Жутковатый, чужеродный ритм вошёл в резонанс с его пульсом. Мысли хаотично заметались, а из глубины естества поднялась волна подсознательного отклика.
Ползущий Хаос. Необратимая энтропия.
Он вновь и вновь являлся в этот мир, сея бесконечное безумие.
Статуя Ненависти, также именуемая Живым тотемом войны, была сплошь покрыта барельефами душ, сгоревших в пламени конфликтов. Извиваясь от боли, они карабкались вверх в надежде прикоснуться к единственному спасению.
И у этого спасения было лишь одно имя.
«Месть».
Е Цзиньрань уже протянул руку к зловещему узору, как кто-то мёртвой хваткой вцепился в его левое плечо и с силой рванул назад.
— Назад! — сорванным голосом крикнул Бай Яньчжоу.
Е Цзиньрань широко распахнул глаза. Демон на верхушке стелы взмыл в воздух, завис на высоте десяти метров и камнем устремился вниз — прямо на оперативника, стоявшего ближе всех к монументу.
Распахнув чёрную пасть, тварь мгновенно поглотила несчастного, словно втянула мягкое желе. Не делая паузы, она метнулась к бросившимся на выручку бойцам. Считанные секунды — и трое мужчин испарились без следа, не оставив даже костей.
Всё произошло слишком стремительно. Взрыв воплей сокрушил оцепенение лишь мгновение спустя.
Технологичные винтовки открыли огонь, но тварь демонстрировала нечеловеческую юркость. Она вилась перед прицелами снайперов, открыто глумясь над людьми.
— Похоже, босс-файл активировался раньше времени... — задрав голову, пробормотала Чжэн Цунхуа.
— Кто-то принёс свою душу в жертву Статуе Ненависти, — сквозь зубы процедила Ло Цянь. — Ритуал завершился досрочно.
Третья фаза. Аватар Внешнего Бога оторвался от пьедестала. Теперь, пожирая жертвы, он набирает полную силу.
В этот момент земля под ногами содрогнулась. Но виной тому были не Земляные черви-монстры. Почва разверзлась, и наружу полезли гниющие останки.
Оголённые скелеты, полуразложившиеся смертные обрубки — изувеченные, искажённые, но упорно ползущие вверх.
Выбираясь из разрытых холмов, мертвецы сохраняли на разложившихся ликах следы предсмертной муки. Они несли в себе единственное чувство — лютую, чистую ненависть к Федерации. И с этой ненавистью они возвращались в мир живых.