После долгого, глубокого поцелуя они наконец вернулись к делу.
— Забираю всю партию, — произнёс Ду Синвэй.
Чэнь Чэнь прикрыл глаза тыльной стороной ладони, выдыхая с лёгкой запыхавшейся хрипотцой:
— Всю?
— Угу, — сдавленно откликнулся Синвэй. — Весь перец, что остался с прошлого года.
Чэнь Чэнь убрал руку и созумленным взглядом уставился на него:
— Переца с ферментированными бобами выйдет больше шестидесяти тысяч цзиней. Уверен, что осилишь такой объём?
— Вполне.
Чэнь Чэнь невольно заколебался. Почти сто тысяч юаней — деньги по тем временам астрономические. Он знал, что Синвэй далеко не беден, но для конца семидесятых годов подобная сумма казалась просто колоссальной.
Поразмыслив, Чэнь Чэнь предложил:
— Давай пока подпишем договор на сорок тысяч банок. Если дело пойдёт и сбыт окажется хорошим, просто оформим дополнительную партию. Как тебе?
Ду Синвэй оценил заботу:
— Годится.
Они ещё немного посидели в обнимку, давая улечься вспыхнувшей страсти. Лишь когда дыхание окончательно выровнялось, Синвэй поднялся, ушёл в дом за бумагой, ручкой и подушечкой с тушью, быстро составил договор от руки и поставил подпись.
— Вернусь домой — сразу покажу нашим, — проговорил Чэнь Чэнь, убирая бумагу. — К моменту отгрузки меня, скорее всего, в деревне не будет. Делами займутся дедушка или старший дядя, так что контактируй с ними.
— Когда уезжаешь в столицу провинции? — спросил Синвэй.
— Если всё пойдёт гладко, завтра-послезавтра.
— Кто с тобой?
— Думаю взять брата Мина и Сяо Цяня.
Синвэй понимающе кивнул: выбор был логичным.
— Главное, чтобы не один.
— Сейчас на дорогах куда спокойнее, чем раньше, — улыбнулся Чэнь Чэнь. — К тому же весь путь на автобусе, ничего не случится.
— Всё равно береги себя, — мягко напутствовал Ду Синвэй и добавил: — Приедете в Шэнчэн — останавливайтесь у меня.
Однако Чэнь Чэнь качнул головой:
— Мы лучше в гостинице.
Синвэй поджал губы.
— Будь ты сам в городе, я бы с радостью у тебя остановился, мы же из одной деревни, ничего такого, — пояснил Чэнь Чэнь, с теплой улыбкой глядя ему в глаза. — Но тебя там не будет. Если я приведу брата Мина и Сяо Цяня в пустой дом... Как я им это объясню?
Синвэй тихо вздохнул. Он прекрасно понимал причину. В деревнях не принято заходить в чужой дом и жить там, пока хозяина нет в городе.
Обиды он не чувствовал — лишь лёгкую, светлую досаду. В конце концов, Синвэй изначально был готов к тому, что их отношения долго останутся тайной для окружающих. Но всё же упустить возможность побыть ближе было жаль.
Он сделал шаг вперёд, сокращая расстояние. Их глаза встретились. Ду Синвэй поднёс руку к лицу Чэнь Чэня и подушечкой большого пальца ласково провёл у внешнего уголка его глаза.
— Если вы приедете ко мне, это никогда не будет в тягость, — произнёс он тихим, согревающим тоном.
Сердце Чэнь Чэня пропустило удар. Он накрыл ладонь Синвэя своей, переплетая пальцы. На мгновение густой, почти осязаемый уют окутал их обоих.
— В следующий раз. Когда ты будешь там.
— Договорились.
* * *
Сжимая в руке драгоценную бумагу, Чэнь Чэнь вернулся к себе.
В кухне вовсю пылал очаг: семейство наперегонки трудилось над первой партией соуса с ферментированными бобами. Несмотря на прохладную погоду, со лба Лю Дунсюэ град катился градом. Увидев племянника, она вытерла лицо рукавом:
— Сяо Чэн, пообедал?
— Да, тётушка. Опять заготовку крутите?
— Масло в котле вытапливаем, — откликнулась та.
— Понятно, — кивнул Чэнь Чэнь. — Я договорился с Ду Синвэем, контракт у нас в кармане. Пойду занесу в комнату.
Лицо Лю Дунсюэ мгновенно просияло:
— Подписали?! Вот ведь радость-то какая!
— Он и раньше хотел с нами работать, просто ждал, пока мы сделаем первый образчик, — с улыбкой пояснил Чэнь Чэнь.
— Главное — покупатель есть! — не скрывала ликования тётушка.
Чэнь Чэнь спрятал документы у себя в комнате. Выйдя на порог, он услышал, как Жэнь Фэнся с азартом обсуждала новость с Лю Дунсюэ. Женщины буквально лучились от счастья.
И их легко было понять: партию они затеяли огромную. Не найдись оптовый покупатель, пришлось бы таскаться с баночками по местному рынку. Забродивший перец расходился неплохо, но тут-то объёмы совсем иные — десятки тысяч банок! На торговлю вразнос ушли бы годы.
А теперь — целая сделка!
Из-под навеса за домом приковылял Чэнь Цзянье, сгибаясь под охапкой дров. Печь жрала поленья без остановки, так что Третьему дяде приходилось без устали орудовать топором, укорачивая плашки под размер топки.
Увидев Чэнь Чэня, он отложил топор и с нетерпением спросил:
— Сяо Чэн, ну что? Сколько Синвэй забрал?
— Пока подписали на сорок тысяч банок.
Дядя Цзянье так и замер с открытым ртом, лишившись дара речи. Лю Дунсюэ и Жэнь Фэнся в кухне тоже опешили.
— Сорок тысяч?! — прошептала Вторая невестка. — Это же... считай, больше половины всей нашей партии?!
— Именно.
Женщины переглянулись. В их глазах читался неверующий восторг. По девяносто фэней за баночку — это же больше тридцати тысяч юаней!
Но Чэнь Чэнь огорошил их ещё сильнее.
— Почём отдал-то? — с замиранием сердца спросил Цзянье.
— Оптовая цена — юань и пятьдесят фэней за банку.
Все трое онемели.
Сорок тысяч банок по полтора юаня... Это же шестьдесят тысяч! Целое состояние!
Пока они пытались переварить оглушительную цифру, с улицы донёсся звонкий детский крик.
— Дядюшка Сяо Чэн! Ты дома?
Чэнь Чэнь направился к калитке:
— Дома!
За воротами, семеня короткими ножками, к нему спешил Сяо Хуайсин. Следом Хуайфан вела за ручку маленького Хуайчжи.
— Дядюшка Сяо Чэн, тебя прадедушка зовёт! — выпалил малыш с самым важным видом.
— А зачем зовёт, не сказал?
— Не-а! — Хуайсин упрямо мотнул головой. — Просто велел тебя привести!
Хуайфан подтянула братишку и добавила:
— Там ещё дядя деревенский староста и остальные.
Чэнь Чэнь удивился:
— Староста тоже у прадедушки?
Все трое дружно закивали:
— Ага!
Гадать было бесполезно — малышня всё равно ничего не знала.
— Ладно, пойдём поглядим. А вы домой возвращаетесь?
— Не, мы гулять! — замахал руками Хуайсин.
— Смотрите под ноги, не ушибитесь. И Хуайчжи крепко держите, не потеряйте.
— Не по-те-ря-ю-сь! — пискнул карапуз.
Чэнь Чэнь потрепал его по макушке:
— Вот и молодец. Держись за старших.
Дети стайкой побежали по меже к проезжей дороге, а Чэнь Чэнь направился к дому старшего дяди.
По пути воздух был насквозь пропитан аппетитными запахами: калёное масло, жареные специи, пряный дух забродивших бобов и жгучий, щекочущий нос аромат перца.
Во дворе у дяди работа кипела вовсю. Кухню полностью захватили женщины, а мужчины носили тяжести, кололи дрова и выполняли всю чёрную работу.
Чэнь Чэнь думал, что застанет только старосту, но, войдя в главную комнату, обнаружил там не только дедушку Чэнь Сяну и старосту Чжоу, но и бригадиров производственных отрядов.
Заметив замешательство на лице парня, староста сразу перешёл к делу. И дело касалось... свиней.
— Староста, вы предлагаете выращивать свиней всей деревней? — не удержался Чэнь Чэнь.
Чжоу Пинъань кивнул:
— Твой дедушка обмолвился, что вы хотите делать соус с мясом. Курицу ваша семья и Цзяньлань поднимут сами, а вот со свининой затор: объёмы нужны огромные, и в одиночку никто за такое не возьмётся. Мы посовещались с бригадирами и подумали... Почему бы не взяться за это всем миром?
Чэнь Шэнли подхватил:
— Мы не знаем точно, как вы планируете пускать свинину в дело, но ясно одно: мяса требуется много. Кабы у нас в Пинба появилось десятка полтора-два свиней — вы бы смогли выкупить их полностью?
— Если наберётся такое количество, выкупим без вопросов, — подтвердил Чэнь Чэнь и уточнил: — Но как именно вы хотите организовать общую заготовку?
— Одной семье десяток свиней не прокормить — пупок развяжется, — охотно пояснил староста. — А вот по одной голове на двор — дело подъемное. Мы сперва решили узнать у тебя: если вам точно нужна свинина, я соберу сходку. Посмотрим, сколько дворов согласится взять по поросёнку. Вырастет скотина — вы заберёте мясо, а люди получат верную монету. Глядишь, и жить в деревне станет полегче.
Чэнь Чэнь моментально оценил задумку.
Идея сделать соус со свежим мясом простаивала как раз из-за сырья: ни у кого в округе не было крупного свиноводческого хозяйства, а выходить на государственные мясокомбинаты пока не удавалось. Староста же предложил гениальный ход: превратить всю деревню в распределённую ферму.
Семьям, у которых найдутся медяки на поросёнка, нужен гарантированный сбыт. Если люди поймут, что подросшую тушу гарантированно выкупят за живые деньги, многие с радостью возьмутся за дело.
— Если деревня вырастит хотя бы два десятка свиней, мы заберём всё, — свёл дебет с кредитом Чэнь Чэнь.
— Серьёзно?! — подался вперёд староста.
— Абсолютно.
Бригадиры переглянулись. Чэнь Шэнли, сохраняя хладнокровие, переспросил:
— Сяо Чэн, а предел есть? Сколько голов вам нужно в общей сложности?
Чэнь Чэнь на секунду задумался, подсчитывая пропорции:
— Нам нужно только чистое мясо. Головы, копыта, печень, лёгкие, кишки — всё это нам без надобности. По объёмам... От двадцати до тридцати туш. Пока за глаза хватит.
Староста и бригадиры переглянулись, и Чжоу Пинъань хлопнул ладонью по колену:
— Пойдёт!
Чэнь Чэнь, однако, решил уточнить один деликатный момент:
— А люди согласятся, если мы будем брать только мясо, а не тушу целиком?