Сбор первой партии сушёного перца завершился, и пришла пора закупать птицу. Цена на курятину зависела от возраста и упитанности, но, поскольку дела велись с родственниками, Чэнь Чэнь и не думал кого-то обвешивать или занижать стоимость. Закупку оформили по стандартной оптовой цене — той самой, о которой договорились ещё до того, как те взялись за выращивание. Ни у семьи Чэнь Сянвэня, ни у семьи Чэнь Цзяньлань никаких возражений не возникло.
Чэнь Сянвэнь жил в той же деревне, поэтому привезти его кур не составляло труда. А вот с Чэнь Цзяньлань дело обстояло сложнее: её семья обосновалась в другом месте, и тащить птицу вручную было бы сущим мучением.
К счастью, у Чэнь Чэня имелся грузовик, на котором он и отправился за закупкой.
В поездку с ним поехал Чэнь Цун. После того громкого скандала в доме семьи Чжэн Чэнь Цзяньлань с мужем и детьми окончательно отделилась от остальной родни. Поговаривали, что они почти перестали общаться — разве что на праздники заносили какие-то подарки из чувства долга, а в остальное время держались как чужие.
В деревне у людей нет иных развлечений, кроме работы в поле, поэтому любая новость мгновенно разносилась по окрестностям на десятки ли. О разладе в семье Чжэн высказались буквально все: одни обвиняли Чэнь Цзяньлань в невнятности и неуважении к старшим, другие утверждали, что родня Чжэн — законченные мерзавцы. Семья Чэнь тоже слышала эти сплетни. Чужой роток не закроешь, но при случае они всегда защищали свою родственницу.
Чэнь Цун отправился вместе с Чэнь Чэнем как раз на тот случай, если обиженная родня Чжэн решит устроить пакость или выплеснуть досаду — вдвоём всё же надёжнее.
Грузовик тяжело въехал в деревню. Встречные крестьяне вытягивали шеи, а ребятишки с криками бежали следом. В деревне только и разговоров было, что о неожиданном приезде машины. Самые догадливые сразу вспомнили о семье Чэнь — те давно стали знаменитостями в округе, и весть о покупке собственного грузовика уже обошла каждый двор. Раз машина въехала в деревню, значит, наверняка приехали Чэнь!
Чэнь Чэнь не обращал внимания на зевак. После ссоры тётушки с роднёй мужа он здесь ни разу не был и не знал, где именно выстроили новый дом, так что дорогу приходилось сверять по указаниям Чэнь Цуна.
Узкие деревенские улочки не позволяли проехать к самому участку — давить чужие огороды никто не собирался. Пришлось припарковаться на полпути и идти дальше пешком.
— Оставим грузовик здесь, — предложил Чэнь Цун. — Дальше пешком поднимемся.
Чэнь Чэнь заглушил двигатель:
— Идём.
Они пошли наверх по узкой козьей тропке. По обочинам, прямо на полях, промышляли куры, а чуть дальше виднелась бамбуковая изгородь, не дававшая птице разбредаться.
Не успели они дойти до ворот, как навстречу вынырнул парень, волочивший два длинных бамбуковых ствола. Завидев гостей, он прищурился:
— Брат Цун, брат Чэнь! Вы, что ли?
Чэнь Чэнь присмотрелся. Перед ними стоял младший сын тётушки Цзяньлань — Чжэн Юн. Он был немного младше Чэнь Чэня и пока не успел жениться.
— Мы, А-Юн, — отозвался Чэнь Цун.
Чжэн Юн сбросил бамбук и подбежал ближе:
— Откуда вы здесь? Я сначала даже глазам своим не поверил!
— Приехали по делу, — ответил Чэнь Цун. — Тётушка с дядей дома?
— Отец с братом и снохой на поле ушли, а мама в деревню пошла — бобы на тофу молоть, — затораторил Чжэн Юн. — Вы проходите в дом, отдохните с дороги, а я сейчас быстро за ними сбегаю!
Чэнь Чэнь улыбнулся:
— Не торопись, мы подождём.
Они поднялись ещё на пару ступеней и вошли во двор.
Новый деревянный дом был срублен из недорогого леса, но выглядел просторным — места хватало всей семье. Чуть отдаль располагался вместительный курятник. Поскольку птица находилась на вольном выгуле, огород возле дома засаживать не стали, но снующие повсюду куры придавали двору обжитой вид.
В доме никого не было. Чжэн Юн налил гостям воды и, не слушая возражений Чэнь Чэня, помчался за родителями.
Чэнь Цун лишь развёл руками:
— Вот ведь шустрый!
— Простой он душой, — замечает Чэнь Чэнь.
Не прошло и пяти минут, как снаружи раздался голосистый оклик Чэнь Цзяньлань:
— Сяо Чэн, вы здесь?
Братья поднялись навстречу:
— Здесь, тётушка!
В дом вошла запыхавшаяся Чэнь Цзяньлань, сияя от радости:
— Слышу в деревне шум, говорят, грузовик приехал! Я сразу подумала на вас, бросила бобы — и назад. И точно, вы!
— Так мы тебя без свежего тофу на ужин оставили? — пошутил Чэнь Чэнь.
— Да ну что ты! — махнула рукой тётушка. — Сейчас Чуньпин подтянется, в четыре руки быстро всё смолем.
— Мы бы и подождали, не к спеху ведь.
— Вы редкие гости, какое уж тут подождать!
Расспросив про здоровье домашних и про то, как прошёл осенний сбор урожая, тётушка усадила гостей. Вскоре вернулись с поля Чжэн Чанхай, Чжэн Лян, Му Чуньпин и малец Чжэн Сяофэй.
Обменявшись приветствиями, все устроились в комнате. Чэнь Чэнь присмотрелся к дяде Чжэн Чанхаю. Тот держался спокойно, как и во время праздников. Скандал и разрыв со Старухой Чжэн, похоже, ничуть на него не повлияли. Напротив, дядя выглядел даже более уверенным и жизнерадостным, чем прежде. Чэнь Чэнь мысленно улыбнулся: кажется, окончательный разрыв с вздорной старухой пошёл Чжэн Чанхаю только на пользу. Впрочем, главное — чтобы тётушку Цзяньлань никто не обижал.
Перейдя к делу, Чэнь Чэнь изложил цель приезда. На мгновение в комнате воцарилась тишина — хозяева явно не ожидали, что за курами приедут так быстро.
Первой опомнилась Чэнь Цзяньлань:
— Забродивший перец уже готов?
— Готов, — подтвердил Чэнь Чэнь. — Первая партия уже ушла заказчикам, пора браться за острый соус с курицей. Птица как раз набрала вес.
— Я слышала, ты из провинции Гуандун привёз специальный измельчитель? Он правда подходит для перца?
— Ещё как подходит.
— Ну теперь понятно, почему забродивший перец так быстро распродали! С такой машиной работа куда быстрее спорится.
— Вот именно. Теперь будем делать перец с курицей, так что птицу пора пускать в дело.
— Всех сразу резать будете? — удивилась тётушка.
— Нет, — пояснил Чэнь Чэнь. — Сегодня заберу половину, а как пустим её в переработку, приеду за остальными.
— Договорились! — без колебаний согласилась Чэнь Цзяньлань.
Сто кур — количество солидное. Тётушка решила лично проконтролировать взвешивание. Отправив Му Чуньпин доделывать тофу, она позвала остальных на подмогу и принесла ещё несколько весов, одолженных у соседей.
Работа закипела. Куриц взвешивали, записывали и тут же рассчитывали стоимость. Спустя пару часов упорного труда закончили: вышло чуть больше шестисот девяноста юаней. Чэнь Чэнь округлил сумму и выложил ровно семьсот.
Чэнь Цзяньлань попыталась отсчитать сдачу, но Чэнь Чэнь категорически отказался брать лишние медяки. Тогда тётушка заявила, что не выпустит племянников из дома, пока те не поужинают.
Пришлось остаться. На дворе стояло лето, темнело поздно, так что времени до ночи оставалось с запасом. За столом господствовало всеобщее оживление, малец Чжэн Сяофэй вовсю шумел, а обычно строгая мать даже не стала на него кричать.
Положив палочки, Чэнь Чэнь вернулся к делам:
— Дядя, тётушка, ещё один момент. Весенний перец, который вы собрали, придётся пока подержать у себя. На складе сейчас шаром кати от заготовленного сырья, свободного места совсем нет.
— Да о чём речь! — отмахнулась Чэнь Цзяньлань. — У нас места предостаточно. Лежит себе и лежит, заберёте, когда понадобится.
— Спасибо, тётушка. Мы же договаривались расплачиваться сразу при сдаче, а тут задержка выходит... Но вы не переживайте: весь весенний перец мы обязательно заберём по той же цене и расплатимся наличными на месте.
— Ну что за глупости! — с добродушным упрёком ответила тётушка. — Я же тебе родная тётя, неужто подумаю, будто ты меня обманешь?
— Такого я бы точно не посмел, — рассмеялся Чэнь Чэнь.
После отделения от клана Чжэн в доме безоговорочно главенствовала Чэнь Цзяньлань. Дядя Чжэн Чанхай по мягкости характера привык во всём соглашаться с женой. Вот и сегодня он лишь радостно кивал, не вмешиваясь в решения супруги.
Посидев ещё немного, Чэнь Чэнь и Чэнь Цун стали прощаться.
— Аккуратнее на дороге!
— Не беспокойтесь, возвращайтесь в дом!
На обратном пути за руль сел Чэнь Цун. Ездить он научился совсем недавно — его и Чэнь Цзиня обучал Ду Синвэй перед самым отъездом в провинцию Чаншэн. Ученики старались, но из-за нехватки практики и естественной боязни поначалу опасались выезжать на сложные участки. Лишь в последние дни, постоянно тренируясь вдвоём, они наконец обрели уверенность.
Чэнь Чэнь внимательно наблюдал за действиями брата. Чэнь Цун водил крайне осторожно: вцепившись обеими руками в руль, он сидел прямо, всем видом выражая предельную собранность. Было видно, как он волнуется, но именно эта ответственная напряжённость делала его надежным водителем. С таким за безопасность пассажиров можно было не волноваться.
Когда грузовик въехал в деревню, Чэнь Чэнь ободряюще хлопнул брата по плечу:
— А ты отлично водишь, Цун!
— Правда? — просиял тот.
— Без дураков. Очень уверенно.
Чэнь Цун, просидевший весь путь в напряжении, расплылся в довольной улыбке.
Грузовик остановился на просторном дворе перед домом Чэнь Чэня. Услышав шум мотора, наружу высыпали домочадцы — старшие братья с семьями уже ждали, чтобы помочь с разгрузкой.
Ли Ши выбежала на крыльцо и распорядилась:
— Первым делом несите к свинарнику!
Мужики дружно отозвались и принялись за работу.