Ду Синвэй так и не дождался сбора данных для удостоверений личности. Погрузив очередную партию перца с ферментированными бобами, он уехал из деревни Пинба вместе со своим водителем.
Похоже, в этот раз он уезжал надолго.
Чэнь Чэнь расставался с ним с тяжёлым сердцем, но поделать ничего не мог. У каждого из них было своё дело, и предаваться нежностям целыми днями напролёт они просто не могли.
После того как грузовик с Ду Синвэем скрылся за поворотом, семья Чэнь с головой ушла в работу. Нужно было совмещать весенний сев с расфасовкой и отправкой оставшихся заказов на перец с бобами. В этом деле и сами Чэни, и деревенские уже набили руку. На упаковку наняли местных жителей: плата ежедневная, работа не пыльная, так что люди трудились с удовольствием и получали свои деньги с чистой душой.
Семья Чэнь тоже не могла не радоваться.
Переболев от переутомления в прошлом году, они намотали это на ус и полностью пересмотрели свой подход к жизни. Сколько бы денег ты ни заработал, толку от них никакого, если не доживёшь до того дня, когда сможешь их потратить. Гробить здоровье ради сиюминутной выгоды — глупость чистой воды.
Сказать по правде, рассуждать подобным образом — всё равно что сытому учить голодного: в прежние времена, когда в доме и зёрнышка рисá не водилось, о здоровье никто и не помышлял. Но раз уж теперь они могли позволить себе такие мысли, значит, жизнь семьи Чэнь и впрямь наладилась.
Как только развезли последние банки перца с бобами, пришло время готовить острый соус со свежим мясом.
А значит, пора было забивать свиней!
Условия обговорили ещё полтора года назад, до того как поросят раздали по дворам: семье Чэнь достаётся только мясо, а головы, копытца, почки, сердце, лёгкие и потроха остаются у тех, кто скотину выкормил. Забитую тушу разделывают, взвешивают чистое мясо и расплачиваются по уездным рыночным ценам.
Деревенские ждали этого события ещё с праздника Весны, но забой затянулся до самого окончания весенне-полевых работ.
В тот день стояла ясная, безоблачная погода. Солнце палило вовсю, но жители Пинба, бросив все дела, дружно высыпали во двор первого хозяина, чью свинью пускали под нож. Народ толпился вокруг, вытягивал шеи и с азартом наблюдал за происходящим.
Чэнь Чэнь искренне не понимал подобного ажиотажа. Подумаешь, свинью режут! На что тут смотреть?
Тем временем под взглядами десятков глаз откормленный боров весом под центнер зашёлся пронзительным визгом, после чего деревенский мясник ловко и сноровисто сделал своё дело.
Семья Чэнь специально купила для этого случая большие рычажные весы. Чистого мяса вышло сто сорок два цзиня. По уездной цене — рубль пятьдесят за цзинь — выходило двести тринадцать юаней.
Чэнь Чэнь присмотрелся к свиным рёбрышкам — уж больно хороши — и спросил:
— Дядя, рёбра продашь?
— Продам! — с охотой отозвался мужик. — Тебе сколько?
Чэнь Чэнь ткнул пальцем:
— Отруби-ка вот эти пять штук.
— Сделаем! — просиял хозяин.
Пять рёбер вытянули аккурат на пять цзиней и восемь лянов. Поскольку мяса на них было негусто, отдали их дешевле мякоти — сошлись на круглых восьми юанях.
За полтора года откорма одна лишь эта свинья принесла хозяину двести двадцать один юань — огромные деньги!
Что уж говорить об остальных деревенских: при взгляде на свиные окорока, почки и печень, у каждого слюнки текли. Пока шла страда, ни у кого не было времени съездить в уезд за мясом, а тут на их глазах разделывают свежую тушу — как тут брюху не заурчать?
— Окорок продашь?
— А печёнки отрежешь кусочек? Возьму домой, под водочку!
— Какая отличная требуха!
— Мне тоже парочку рёбер отруби, бульон сварганю!
Вопросы посыпались со всех сторон.
Погода стояла тёплая, свеженина долго не пролежит. Засаливать — лишняя волокита, куда проще продать прямо на месте и тут же получить звонкую монету.
— Продам! Всё продам! — веселился хозяин.
* * *
Пока во дворе кипела бойкая торговля, Чэни спешно перетаскивали свою долю мяса домой. Там его тщательно промывали в горячей воде, пропускали через измельчитель, перетапливали жир и запускали в котлы — делать острый соус со свежим мясом.
Мясник в деревне был всего один, силы у него не бесконечные, так что больше трёх свиней в день он забить не мог. Первую партию мяса требовалось пустить в переработку как можно скорее: к полудню уже привезут тушу со следующего двора, и работа закрутится с новой силой.
Глядя на закипающие котлы, старшие Чэни не уставали нахваливать покупку:
— До чего же хорош этот измельчитель!
Если бы пришлось рубить фарш вручную, топориками да ножами, они бы согнулись в три погибели — мясо измельчать куда тяжелее, чем перец. А с машиной — одно удовольствие!
Производство соуса со свежим мясом встало на широкие рельсы. Процесс ничем не отличался от готовки соуса с курицей, так что постоянного присутствия Чэнь Чэня на кухне не требовалось.
На его долю выпало другое: следить за забоем скота, взвешивать туши, расплачиваться с хозяевами и вести ежедневный учёт. Параллельно нужно было организовать второй этап выращивания свиней.
В прошлом году из-за нехватки средств поросят смогли купить лишь двадцати-тридцати семьям. Теперь же подкопили денег почти все жители деревни, и каждый горел желанием поучаствовать. Кому доверить скотину, а кому отказать — задачка оказалась не из лёгких.
Чэнь Чэнь долго взвешивал все «за» и «против» и решил первым делом обойти прошлых участников. Если те согласятся, отдать приоритет им: во-первых, они уже доказали, что умеют ухаживать за поросятами, и дело пойдёт без накладок; во-вторых, бросать тех, кто поддержал тебя в самом начале, просто нечестно.
Ответ, разумеется, был предсказуем. Только что выручив за свинью больше двухсот юаней — невиданное богатство! — никто не собирался упускать такой лакомый кусок.
— Неужто опять нам доверите?
— Вот уж не думал!
— Я-то грешным делом решил, что вы, как с работой на фасовке, решите по очереди между дворами делить...
Хозяева и впрямь были приятно ошарашены.
Чэнь Чэнь с улыбкой качнул головой:
— На работу мы тоже берём не абы кого, а только сноровистых да трудолюбивых. Вы в прошлом году со свиньями справились на отлично, опыт есть, скотина у вас сытая и ухоженная. Зачем нам искать кого-то другого? Нам так тоже проще.
От этих слов у мужиков ажно на душе потеплело: целый год горбатились, и вот — труды оценены по достоинству!
— Уж вы не сомневайтесь, выкормим в лучшем виде! — наперебой заверещали они.
— Договорились, — улыбнулся Чэнь Чэнь. — Будем ждать осеннего забоя.
Узнав о решении семьи Чэнь, остальные жители Пинба заметно приуныли. Все полагали, что выгоду станут распределять по очереди, а тут...
Оставалось только вздыхать.
Однако не успели деревенские как следует погрустить, как Чэнь Чэнь присмотрелся к тем дворам, где после Праздника весны уже завели поросят для себя, и отобрал ещё два десятка семей. Пришёл к ним и спросил: не хотят ли они взять на откорм ещё по одной свинье?
Те двадцати с лишним хозяев аж рты разнули от неожиданности.
Это что же... счастье с неба привалило?!