Чэнь Чэня разбудил шум. Снаружи, перекрывая друг друга, гремели изумлённые возгласы:
— Машина!
— Ого, ну и махина!
— Это к кому такую занесло?!
— Она что, прямо к нам в деревню въезжает?!
Сегодня были выходные, детворе не нужно было идти в школу, так что стоило грузовику появиться на улице, как малявки тут же увязались следом, заходясь в восторженном крике. Шум стоял сумасшедший.
В кузове царил полумрак. Слипающимися от сна глазами Чэнь Чэнь разглядел рядом силуэт Ду Синвэя.
— Уж в деревне? — пробормотал он, протирая глаза.
— Приехали, — тихо отозвался Синвэй.
— А ты давно проснулся?
— Только что.
Чэнь Чэнь сел, попытался стряхнуть остатки сна и спросил:
— Лао Чжан хоть дорогу знает?
Лао Чжан был их шофёром.
— Он тут уже пару раз бывал, — ответил Ду Синвэй. — Я заранее показал ему, где припарковаться.
Чэнь Чэнь удивился:
— Бывал? Что-то я не слышал.
— Приезжал ко мне по делу. Без машины.
Тут всё встало на свои места.
Чэнь Чэнь наспех оправил одежду, пригладил взъерошенные волосы, и в этот момент грузовик плавно замер. По железному боку кузова из кабины гулко постучали. Синвэй дважды стукнул в ответ, подавая знак, что всё в порядке.
Толпа зевак снаружи и не думала расходиться, наперебой строя самые дикие догадки.
Чэнь Чэнь откинул брезентовый полог, выглянул наружу и обомлел: батюшки, народу облепило грузовик — не протолкнуться!
Сельчане, вытянувшие шеи в предвкушении зрелища, при виде Чэнь Чэня опешили.
Разноголосый гул мгновенно стих. Наступила короткая, звенящая тишина.
А затем деревню просто взорвало:
— Чэнь Чэнь?! Ты-то откуда взялся?!
— Сяо Чэн, ты чего это из кузова вылезаешь?!
— Это что, твоя машина?!
— Ваша семья уже и на грузовик раскошелиться смогла?!
Вопросы сыпались один безумнее другого. Народ распалялся всё сильнее, а у Чэнь Чэня от этого гвалта едва голова не пошла кругом.
— Да нет же...
— Что «нет»?! А почему тогда ты из неё вылазишь? — Говоривший распалялся всё больше, логика у него выстраивалась железная. — Сказывали ж, ты в провинциальный центр подался! Так с чего вдруг на таком экипаже вернулся? Чьё это добро?..
На полуслове его трескотня осеклась.
Причина была проста: из глубины кузова показался Ду Синвэй.
Весёлое возбуждение мгновенно улетучилось. Люди замерли, боясь лишний раз вздохнуть, словно перед ними предстал не человек, а злой дух.
Чэнь Чэнь насупился, но, видя, как Ду Синвэй с невозмутимым видом легко спрыгнул на землю, подавил досаду и спрыгнул следом.
Ему хотелось громко объявить, что машина принадлежит Синвэю, однако он вовремя заставил себя сдержать язык, чтобы не навлечь на того лишних неприятностей.
Синвэй столько времени появлялся в деревне без лишней помпы, ни разу не приезжал на собственном авто и молчал о своих делах. Деревенские даже понятия не имели, чем он занимается во время долгих отлучек... Очевидно, светиться он не желал.
Значит, и болтать не следовало.
Грузовик встал прямо у подножия склона под двором семьи Чэнь — специально выбирали место, чтобы удобнее было разгружаться. Родственники, которые как раз сушили во дворе перец, услышали рёв мотора и повысыпали за ограду, вытягивая шеи. Разумеется, они сразу узнали своих.
Вся большая семья дружно спустилась к машине.
— Сяо Чэн, вернулся?! — окликнул его Чэнь Цзинь.
— Вернулся, брат Цзинь, — отозвался Чэнь Чэнь. Оглядев толпу, которая и не думала расходиться, он понял: скрывать купленные вещи бессмысленно, всё равно увидят. — Брат Цзинь, я тут привёз кое-что, помогите в дом занести.
— Без вопросов! Сейчас всё перетаскаем! — подскочил Чэнь Цзинь.
По склону спустился Второй дядя, Чэнь Сянву.
— Дома?
Чэнь Чэнь кивнул, поочерёдно поздоровался со старшими и, заметив, как у всех горят глаза при виде грузовика, пояснил:
— Машина приехала за товаром. Пойдёмте в дом, там всё расскажу.
Услышав это, родные просияли.
Они знали, зачем Чэнь Чэнь ездил в провинциальный центр. Раз за ним прислали целый грузовик — значит, дело выгорело!
Второй дядя Чэнь Сянву несколько раз воодушевлённо повторил: «Хорошо, хорошо!»
Сельчане продолжали допытываться, в первых рядах стояли даже староста с бригадиром. Назойливых соседей можно было бы сухо отшить, но с деревенским начальством так поступать не следовало. К счастью, Чэнь Сянву вовремя заметил стоящих неподалёку шофёра Лао Чжана и секретаря Сунь Чжи. Поняв, что к чему, он велел племяннику идти домой, взяв разговор с односельчанами на себя.
Лучшего исхода и представить было нельзя.
Чэнь Чэнь благодарно улыбнулся старшим и сразу пригласил Сунь Чжи и Ду Синвэя к себе.
Деревенские продолжали вытягивать шеи. Не окажись на их пути Чэнь Сянву, они бы наверняка увязались следом за гостями. Вслед Чэнь Чэню всё ещё летели градом вопросы.
Переведя дух, Чэнь Чэнь виновато сказал Сунь Чжи:
— Извините. В нашей глуши приезжие — редкая диковинка.
Сунь Чжи понимающе усмехнулся:
— Да бросьте, дело житейское. Народищу всегда интересны новости.
— Это уж точно, — улыбнулся Чэнь Чэнь.
В эти дни семья сушила перец, и все три двора были сплошь засыпаны ярко-красными стручками. Чтобы не мешать рабочему процессу, Чэнь Чэнь повёл секретаря к себе в дом, налил свежей воды. Тётушка Лю — Лю Дунсюэ — даже достала семечки и арахис, которые берегла для особых случаев. Сунь Чжи принялся вежливо отказываться, прося не проявлять лишнего усердия.
Пока секретарю наливали чай, Чэнь Чэнь проскользнул на кухню, где суетились женщины.
— Тётушка, у нас ведь остаётся ещё тысяч пять цзиней забродившего перца?
Ван Гуйчжи всплеснула руками:
— Сяо Чэн! Ты что, решил сразу столько продать?!
— Угу, — подтвердил Чэнь Чэнь. — Им нужно пять тысяч банок.
Старуха Ли и три её невестки ошеломлённо ахнули. Никто не ожидал, что Чэнь Чэнь за пару дней отлучки отхватит такой грандиозный заказ!
— Я смотрю, брата Мина и остальных дома нет. Ушли продавать перец? Как успехи?
— Говорят, неплохо идёт, — быстро опомнилась старуха Ли. — Пока ты был в отъезде, мы ещё наготовили. Готовых забродивших перцев, тех, что уже выстоялись и окрепли, на пять тысяч банок точнёхонько хватит. Смело иди и договаривайся!
У Чэнь Чэня словно от сердца отлегло:
— Понял!
Он уже собрался вернуться к гостям, как его окликнула Лю Дунсюэ:
— Сяо Чэн, а приезжие у нас обедать будут? Мне на них готовить?
Чэнь Чэнь на миг задумался:
— Мы с утра в городе поели, в дороге ни крошки во рту не было. Тётушка Лю, приготовь на всех, парни явно проголодались.
— Сделаем! — закивала она.
В небольшой гостиной уже восседал Второй дядя Чэнь Сянву — похоже, с уличной толпой он разделался быстро. За столом примостились Старший дядя Чэнь Цзиньдан и Третий дядя Чэнь Цзянье. Двоюродных братьев и младших видно не было.
Чэнь Чэнь присел к столу.
Завидев его, Сунь Чжи сразу перешёл к делу:
— Босс Чэнь, сам понимаешь, нам забродивший перец нужен срочно. Когда сможем забрать товар?
— Готовая продукция в наличии, отгрузить можем хоть сейчас, — ответил Чэнь Чэнь. — Но вы же вымотались с дороги. Как бы мы ни спешили, выезжать стоит только завтра утром.
Сунь Чжи перевёл взгляд на Ду Синвэя:
— Пока дело не сделано, у меня душа не на месте... Босс Ду, ты что скажешь?
Родные Чэнь Чэня с изумлением переглянулись. Они и понятия не имели, что в этой сделке замешан Ду Синвэй.
Синвэй же оставался привычно непроницаем. На его суровом лице не дрогнул ни один мускул.
— Ночуете здесь. Завтра с утра оформите бумажки — и в путь.
Раз вопрос был решён, Чэнь Чэнь не стал терять времени:
— Раз так, я пойду готовить партию. К вечеру всё подсчитаем и сверим, идёт?
— Идёт, — согласился секретарь.
Ду Синвэй поднялся из-за стола:
— Работайте. А я заберу этих двоих к себе.
Семья Чэнь тоже дружно поднялась, не рискуя вставлять замечания — они пока не до конца понимали, что вообще происходит.
Чэнь Чэнь знал: Синвэй в хороших отношениях с Боссом Баем, они даже ведут общий бизнес. А Сунь Чжи — человек Бая. Понятно, что у них своя компания, и секретарю будет куда комфортнее у Ду Синвэя, чем в чужом крестьянском доме.
Чэнь Чэнь настаивать не стал:
— Хорошо. Отдохните как следует, а вечером приходите ужинать.
— Они поедят у меня, — отрезал Синвэй.
Сунь Чжи тоже проявил скромность — он был всего лишь доверенным посыльным и не хотел стеснять хозяев, чувствуя себя незваным гостем:
— Босс Чэнь, не стоит хлопот.
Чэнь Чэнь улыбнулся:
— Да какие хлопоты, так, простая деревенская стряпня.
— Всё равно не надо, — возразил Сунь Чжи. — Мы с Боссом Ду и Лао Чжаном давненько не виделись, как раз будет повод посидеть, перетереть дела.
Раз так, Чэнь Чэнь не стал навязываться:
— Ну, тогда не буду ломать ваши планы.
Сунь Чжи вежливо попрощался с Чэнь Сянву и остальными старшими, после чего вместе с Ду Синвэем и шофёром отправился к нему в дом.
Перед самым уходом Чэнь Чэнь окликнул Ду Синвэя:
— Синвэй, мне чуть позже, возможно, понадобится твоя машина.
Синвэй обернулся:
— Зачем?
— Забыл сказать Лао Чжану, чтобы он притормозил в уезде — мне нужно кое-что там сделать. А автобусы туда на сегодня уже отменили.
Синвэй не стал расспрашивать о деталях, а просто коротко бросил:
— Я сам тебя отвезу.
— Отлично. — Чэнь Чэнь почувствовал неловкость. — Прости, всё время тебя напрягаю: то машину одолжи, то партнёров размести...
Ду Синвэй запнулся на шагу, посмотрел на него и тихо сказал:
— Я с Сунь Чжи не чужой человек. Чего ты церемонишься?
Чэнь Чэнь улыбнулся:
— Да просто столько от тебя помощи принимаю, аж неловко становится.
Ду Синвэй едва заметно хмыкнул:
— Не бери в голову.
— Понял, — кивнул Чэнь Чэнь.
Едва троица скрылась за воротами, родные тут же обступили Чэнь Чэня плотным кольцом. Не дожидаясь расспросов, он быстро изложил суть заключённого договора.
Как и следовало ожидать, семья лишилась дара речи от масштаба сделки.
Не давая им опомниться, Чэнь Чэнь перешёл к поручениям:
— Вы сами слышали, товарищи из провинциального центра торопятся. Нам нужно срочно разлить по банкам пять тысяч порций забродившего перца. Вечером Сунь Чжи придёт всё проверять, так что задерживаться нельзя.
Услышав о выгоде, родные мигом забыли про расспросы. Продажа товара — вот что сейчас главное!
Чэнь Сянву скомандовал:
— Живо! Все за работу!
Народ уже намылился бежать во двор Старшего дяди, но Чэнь Чэнь окликнул их:
— Погодите!
Чэнь Сянву обернулся:
— Сяо Чэн, что ещё?
— Фасуйте перец только в те стеклянные банки, на которых ещё нет этикеток. В этот раз цена другая, я сейчас сгоняю в уезд, а вечером мы наклеим новые ярлыки.
Переглянувшись, родственники недоумённо спросили:
— А почему цена-то другая?
Чэнь Чэнь терпеливо пояснил:
— Я дал им оптовую цену — девять цзяо за банку. Но товар пойдёт в провинцию Чаншэн, путь неблизкий. Они специальную машину прислали, транспортные расходы ого-го какие. Хоть они берут не для перепродажи в розницу, но раз уж мы начинаем серьёзный бизнес, всё должно быть по правилам. Чтобы потом никто не обвинил нас в топорной работе.
Семья мгновенно всё усвоила. Разумеется, они понимали, что у Чэнь Чэня голова варит куда лучше, чем у них. Ему виднее, надо просто слушать!
— Как Сяо Чэн скажет, так и сделаем! Он плохого не посоветует!
Чэнь Чэнь улыбнулся:
— Потрудиться придётся на славу. Сроки поджимают, нужно поворачиваться быстрее.
Фэн Чжаоди отмахнулась:
— Сяо Чэн, ну что за разговор! Деньги-то в общий кошелёк пойдут, каждому перепадёт! Как тут не стараться?
Ван Гуйчжи подхватила:
— Вот-вот! Народу у нас много, быстро справимся.
Все закивали. Старший дядя Чэнь Цзиньдан, прикинув что-то в уме, почесал затылок:
— Сяо Чэн, раз ты едешь в уезд, прикупи-ка там ещё банок. Чистых, без наклеек, у нас на пять тысяч не хватит.
— Сколько не хватает? — тут же уточнил Чэнь Чэнь.
— Тыщи две точно надо.
— Понял. Заскочу на Стеклянный Завод Уезда Юнсин, узнаю, есть ли у них готовые. Если двух тысяч не найдётся, придётся отмачивать и сдирать старые этикетки, а потом клеить новые. — Подумав, Чэнь Чэнь уточнил: — Но всего-то пять тысяч банок в доме наберётся?
— Пять тысяч наберётся железобетонно! — уверенно ответил Цзиньдан.
— Ну и отлично.
Разобравшись с делами, все кучей рванули к Старшему дяде.
Фасовать забродивший перец по банкам для них было делом привычным, так что помощь Чэнь Чэня не требовалась.
Тётушка Лю ещё до этого затопила печь, думая, что придётся резать петуха на ужин гостям. Горячая вода в котле уже закипела, но резать птицу теперь не требовалось.
Наводя порядок на кухне, Лю Дунсюэ увидела вошедшего Чэнь Чэня:
— Сяо Чэн, с утра рис не остался. Давай я тебе лапши сварю?
— Тётушка Лю, идите отдыхайте, я сам.
— Да брось, ты же с дороги уставший. Посиди, передохни, тебе же ещё в уезд ехать. — Она на секунду запнулась. — Кстати, второй автобус в уезд уже ушёл. Ты на чём добираться-то собрался?
— Внизу грузовик стоит, на нём и поеду.
Лю Дунсюэ облегчённо вздохнула:
— Ну, раз есть на чём, тогда ладно.
Она снова подкинула дров в печь, сходила в кладовую и вынесла пару яиц — явно собиралась пожарить яичницу-глазунью к лапше. Движения у неё были ловкие, маслице на сковороде заскворчало в мгновение ока.
Чэнь Чэнь не стал спорить и пошёл к себе в комнату разбирать вещи, занесённые братьями.
Покупки ещё не распаковали, и их было много. В спальне, где и без того стояли две кровати, шкаф, письменный стол и стулья, от этой горы коробок и свёртков стало совсем не протолкнуться.
Чэнь Чэнь почесал затылок, даже не зная, с чего начать.
В итоге он первым делом выудил две сумки, купленные для себя.
Одна — большая, похожая на современный туристический рюкзак. Вместительная штука: если придётся уезжать на несколько дней, туда спокойно поместится сменная одежда и еда.
Вторая — обычный городской портфель с двумя лямками. Хотя абсолютное большинство учеников в те годы носили простые холщовые армейские сумки защитного цвета, на рынках уже появлялись такие портфели — вещь по тем временам редкая, дорогая и жутко модная.
Чэнь Чэнь взял её вовсе не из-за моды. Честно говоря, для человека, привыкшего к изобилию XXI века, этот рюкзак казался довольно топорным и неказистым.
Он купил его исключительно ради удобства.
Если ехать в уезд или провинциальный центр, нужно брать с собой деньги, письма-представления, документы и кучу мелочей. Такой портфель подходил идеально — и не надо, как прежде, таскать всё в джутовом мешке.