В семье Чэнь авторитет Чэнь Чэня был настолько непререкаем, что если он упирался рогом и наотрез отказывался от какой-то затеи, шансов у неё не оставалось вовсе.
С предложением Чэнь Цяня крутить сомнительную ленту для завлечения публики вышло ровно так же: идея захлебнулась в зародыше.
Позже братья Чэнь Цзяньдан и Чэнь Цзяньцзюнь повесили над входом вывеску и просто отперли двери — без оглушительного треска петард и без разрезания красных лент. Остальные домочадцы даже не догадывались, что магазин уже торгует. Опытные уездные разведчики вроде Чэнь Мина подметили приготовления заранее, Чэнь Чэню о намерении открыть лавку сообщили лично, да Чэнь Цянь суетился со своим провалившимся «кинопоказом» — вот и всё, прочие члены семьи оставались в неведении.
Чэнь Цянь отлично понимал: раз уж Четвёртый брат упёрся, трезвонить старшим бесполезно. В глазах родни подобное зазывалово выглядело бы чистейшим непотребством.
Пришлось сделать вид, будто ничего и не намечалось.
Впрочем, отсутствие подворотного синематографа ничуть не помешало торговле. Чэнь Мин и сам считал идею с кино глупой и ненадёжной, а потому заранее подготовил проверенный, старый как мир способ привлечь народ.
Он принёс медный гонг.
Дело нехитрое: встал у порога, ударил со всей душой — и пол-улицы мгновенно обернулось! А стоило громко выкрикнуть пару фраз про открытие «перцев Чэньши», как любопытствующие со всех сторон устремились к дверям.
— «Чэньши»?
— Прошлогодние перцы Чэньши?
— Какой ещё «тот самый»?
— Да забродивший перец, из прошлого года!
— Тот самый?! — ахнул кто-то в толпе. — Из-за которого в прошлом году весь уезд на уши встал, а потом торговцы как сквозь землю провалились на несколько месяцев?
— Он самый! Посмотрите на наклейку на стеклянных банках — там чёрным по белому выведено «Чэньши»! И продавали тот перец парень с девчонкой по фамилии Чэнь! Точно они лавку открыли!
Мир не состоит из одних лишь гениальных сыщиков, но сообразительных людей вокруг хватает. Не успели сородичи толком развернуть зазывание, как толпа сама по косточкам разобрала всю подноготную, да ещё и разнесла весть дальше.
Новость о том, что продавцы знаменитого забродившего перца открыли собственный магазинчик в уезде Юнсин, со скоростью лесного пожара мгновенно охватила весь округ. Все, кто успел оценить вкус их соуса в прошлом году и не страдал от дефицита монеты, тут же прихвастили сбережения и поспешили к дверям. Даже те, кто считал каждую копейку и не мог позволить себе лакомство, бросили дела и прибежали поглазеть. Прошло совсем немного времени, а у порога уже яблоку негде было упасть.
А внутри лавки первые покупатели озирались с некоторой растерянностью.
— А где же забродивший перец? Вы что, им не торгуете?
— Урожай весеннего перца ещё не созрел, — с готовой улыбкой пояснил Чэнь Мин. — Забродивший делать пока просто не из чего. Зато наша семья приготовила новинку — перец с ферментированными бобами. Мы делаем его на свежем рапсовом масле с добавлением соевых бобов, целого букета ароматических пряностей и секретных приправ. Вкус ничуть не уступает забродившим перчикам, так что если интересно — милости просим попробовать!
Покупатели заворожённо разглядывали стеклянные банки, сквозь которые соблазнительно поблёскивал густой янтарный слой масла.
— А цена какая? Всё так же юань за банку?
— Юань и шесть цзяо, — отчеканил Чэнь Мин.
Народ насупился:
— Сколь-ко?! С чего вдруг так дорого?
Чэнь Мин терпеливо объяснил:
— Мы берем исключительно чистое, качественное рапсовое масло первого отжима. Вы и сами знаете, на вес золота нынче масло. Продавай мы соус по юаню за баночку — даже затраты на закупку сырья не отобьём.
Перец с ферментированными бобами и впрямь кусался по цене, но и масло было продуктом недешёвым. Соус выходил отменным, но не из дешёвых. У тех, кто шел сюда с намерением выложить привычную монету, в душе невольно зародился разочарованный холодок.
Но тут в дело включилась бывалая команда продавцов. Чэнь Мин, Чэнь Чэнь, Чэнь Цянь и Чэнь Фэнь за месяцы торговли съели на этом собаку, а подмогу им составляли острые на язык женщины семьи Чэнь во главе со старухой Ли.
— Ох, маслице-то какое чистейшее, капля к капле, дорогое!
— Надо же, сколько масла в банку щедро налили, не поскупились!
— Представить только, какой аромат стоит, когда такое масло с острым перчиком перетрётся!
— Ну, такое лакомство, чай, только зажиточным семьям и по карману...
Эти подкинутые невзначай фразы подливали масла в огонь вспыхнувшего азарта. А когда Чэнь Чэнь предложил откупорить одну баночку и дать всем желающим снять пробу — плотину окончательно прорвало.
Сомневающиеся, как ранее и сами члены семьи Чэнь вместе с Ду Синвэем, подспудно ожидали от сочетания ферментированных бобов и острого перца чего-то банального. Но едва соус коснулся языка, каждый из них получил знатную пощёчину.
Реальность доказала: не обладай этот продукт феноменальным вкусом, у торговцев ни за что не хватило бы дерзости выставить его на продажу!
— Постойте... Это совсем не то, что я думал!
— Вообще не то!
— Господи, да это же невероятно вкусно! Прошлый забродивший перец был с кислинкой и сладостью, а этот — густой, пряный, с дымным ароматом, густой и солоноватый! А какие бобы вкусные!
— А самое главное — масло! Смотрите, сколько в нём масла!
— Куплю такую банку — и готовить ничего не надо! Ложку соуса на пареный рис или в лапшу — и ум отъешь!
Осчастливленная толпа наперебой принялась делиться восторгами, в лавке поднялся невообразимый гвалт.
Пока одни сомневались и высчитывали медяками остатки жалованья, покупатели посмелее уже лезли в карманы за хрустящими купюрами. Некоторые, памятуя, как прошлый забродивший перец пропал с концами на полгода, всерьёз опасались остаться ни с чем и сгребали банки десятками.
Ван Гуйчжи только рот раскрыла от изумления:
— Десять банок разом! Это же шестнадцать юаней за один приход выложил!
Фэн Чжаоди, успевшая пожить в городе, держалась куда спокойнее:
— Видать, семья не бедствует, любят вкусно поесть, вот и не скупятся.
— Вот уж воистину у городских денег куры не клюют... — пробормотала Ван Гуйчжи.
— Городские из рабочих семей неплохо получают, — пояснила Фэн Чжаоди.
Свояченицы шептались вполголоса, теряясь в общем шуме.
Впрочем, теперь ни одна из них не смотрела на заводских рабочих с прежним благоговением и завистью. Поглядывая на деловую хватку Чэнь Чэня и расцветающий бизнес, они отлично понимали: пока их торговля держится на плаву, доход с неё посрамит любую заводскую зарплату!
Вспомнив о текущих семейных накоплениях, обе невольно расплылись в довольных улыбках.
Конечно, далеко не каждый житель уезда мог разбрасываться деньгами. Большинство горожан располагали весьма скромным достатком. Выложить шестнадцать юаней частями за месяц — куда ни шло, но отдавать такую сумму за один раз ради приправы им было больно. Поэтому большинство покупало сдержанно — по одной-две баночки.
Один из мужчин средних лет подал голос:
— Босс Чэнь, раз уж вы открыли постоянный магазин, значит ли это, что за перцем теперь всегда можно приходить сюда?
— При обычных обстоятельствах — да, — ответил Чэнь Чэнь.
Покупатели насторожились:
— А при «необычных»?
Чэнь Чэнь с улыбкой привёл пример:
— Если приготовленная партия перца полностью закончится, магазин, понятное дело, будет закрыт. Или если дома возникнут неотложные дела и присмотреть за лавкой будет некому, двери тоже могут временно закрыться.
Народ в толпе аж приуныл.
Вспомнив, как прошлым летом семья Чэнь ни с того ни с сего сгинула на несколько месяцев, люди почувствовали, что дело снова пахнет неладным.
— Эй, Босс Чэнь, вы же целый магазин отгрохали! Как это — закрыться? Вы что же, от живых денег отказываться соберетесь?
— От денег никто не отказывается, — рассмеялся Чэнь Чэнь. — Но ведь к нам могут обратиться оптовики за крупными партиями. К тому же перца у нас пока посажено не так много — землю ведь нужно оставлять и под зерновые культуры. Так что хватит ли перца на всех до конца сезона... Это дело будущего, загадывать не стану. Я просто заранее предупреждаю о возможных накладках, чтобы потом без обид.
Мужчина средних лет заинтересованно вскинул брови:
— Ого! Так вы и крупным оптом торгуете?
— Отчего же нет? — кивнул Чэнь Чэнь. — Если брать большую партию, мы готовы дать хорошую скидку.
— И какова же скидка?
Чэнь Чэнь спокойно озвучил условия перед всей толпой:
— При разовой закупке от пяти тысяч банок мы сбрасываем по десять фэней с каждой банки.
Мужчина задумчиво погладил подбородок:
— А вы, Босс Чэнь, толк в торговле знаете.
Чэнь Чэнь даже глазом не моргнул:
— Большой объём требует уступки. Если человек берёт такую партию, а мы не уступим ни фэня — это было бы просто не по-человечески.