Поскольку мероприятие проходило под эгидой правительства, на следующий день на церемонию открытия дороги съехалось множество журналистов и местных жителей.
В те годы средства массовой информации были исключительно печатными и государственными — частные издания ещё не появились. Приглашённые корреспонденты отличались высокой выучкой: фотографы готовили тяжёлые аппараты, интервьюеры уже расспрашивали первых участников, а репортёры на ходу делали пометки в блокнотах. На площади царило непередаваемое оживление.
Именно эту бурлящую толпу и увидели Чэнь Чэнь со своими спутниками, когда их машина подкатила к месту торжества.
Вместе с начальником отдела Вэем и остальными уездными чиновниками Чэнь Чэнь поднялся на помост у самого начала дороги Юнпин. Ведущий открыл митинг, после чего слово предоставили руководству.
На этом этапе от Чэнь Чэня и Ду Синвэя ничего не требовалось — они просто стояли рядом, ожидая своей очереди.
В своей речи представитель властей подробно изложил характеристики дороги Юнпин, вспомнил о невероятных трудностях, с которыми столкнулись строители, поблагодарил смежные предприятия и, наконец, отдельно отметил вклад главных инвесторов — фабрику «Перцы Чэньши» и лично Ду Синвэя. Хотя выступление изобиловало официальными формулировками, интонации выступавшего отличались искренностью: было видно, что слова идут от самого сердца.
Затем черед выступать дошёл до Чэнь Чэня и Ду Синвэя.
Эта возможность предоставлялась представителю «Перцев Чэньши». Изначально Чэнь Чэнь хотел уступить трибуну Второму дяде, Чэнь Сяну, однако старик наотрез отказался и настоял, чтобы на сцену вышел племянник.
Все члены семьи Чэнь в этот миг сияли от гордости.
— Хорошо-то как, Господи, до чего же хорошо! — от избытка чувств повторяла Старуха Ли.
Чэнь Сян молчал, но нескрываемое торжество так и светилось в его глазах.
В толпе то и дело вспыхивали оживлённые шепотки. Ни единого дурного слова — вокруг звучали лишь искренние похвалы и одобрение.
Речь Чэнь Чэня оказалась краткой и ёмкой. Финал его выступления прозвучал так:
—... Древняя мудрость гласит: «Коли беден — храни личную добродетель; коли достиг успеха — помоги всему миру». Наша фабрика «Перцы Чэньши» сумела подняться лишь благодаря поддержке и любви простого народа, и наш святой долг — вернуть этот долг людям. Руководство страны провозгласило курс: «Сначала разбогатевшие ведут за собой остальных». Как верные сыновья своего Отечества, мы обязаны следовать этому призыву и всеми силами поднимать благосостояние народа. Один цветок — ещё не весна, лишь сотни распустившихся бутонов приносят в сад настоящую весну. И если нашему предприятию посчастливилось заложить хотя бы один кирпичик в фундамент процветания государства и богатства народа, значит, вся наша работа была не напрасной.
Когда он умолк, над площадью грянул шквал аплодисментов.
Руководство уезда и даже прибывшие из провинциального центра чиновники непрестанно кивали. Пусть они не спешили с громкими заявлениями, по их довольным лицам было ясно: речь молодого предпринимателя произвела на них глубочайшее впечатление.
Чэнь Чэнь отступил в сторону, уступая место Ду Синвэю.
Слушая одним ухом выступление партнёра, а другим ловя обрывки разговоров в толпе, Чэнь Чэнь наблюдал за улыбками гостей из провинциального центра. Главное испытание было успешно пройдено: имя «Перцев Чэньши» теперь закрепилось в памяти высоких начальников, а значит, дальнейший путь обещал быть куда более гладким.
После завершения торжественных речей представитель руководства объявил дорогу Юнпин официально открытой.
В этот миг присутствующие затаили дыхание. Чиновник в строгом костюме-фасонке громко и чеканно произнёс:
— Покрытая бетоном магистраль от уезда Юнсин до деревни Пинба провинции Фэншэн — дорога Юнпин — десятого октября тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года официально вводится в эксплуатацию!
Площадь взорвалась оглушительным ликованием.
Люди радовались до безумия. В особенности это касалось жителей окрестных деревень: их восторженные крики, казалось, способны были разогнать тучи над головой и долететь до самых звёзд.
После этого начались нескончаемые интервью.
Корреспонденты расспрашивали всех подряд: чиновников, инженеров, техников, простых рабочих-дорожников, меценатов и обычных крестьян.
Фотокоры щёлкали затворами, запечатлевая ликующие лица, а репортёры с блокнотами наперевес торопливо записывали живые эмоции людей.
Уже на следующий день в центральной газете появился обширный репортаж. На самом видном месте первой полосы красовался крупный снимок, на котором замерли в обнимку руководство уезда, представители семьи Чэнь и Ду Синвэй.
Заголовок аршинными буквами гласил: «Дорога Юнпин, возведённая союзом государства и частного почина, — яркий пример того, как разбогатевшие ведут за собой остальных».
Дорога Юнпин! Бетонное шоссе! Полное открытие движения!
Это событие стало не просто удобством для сельчан — оно протрубило победный горн в битве за процветание всего края.
Высокое руководство осталось в полном восторге от действий Чэнь Чэня и Ду Синвэя. Чиновники из провинциального центра даже удостоили их личной аудиенции, на которой горячо похвалили за высокую сознательность, назвали передовиками провинции и пожелали не сходить с избранного пути.
Оба предпринимателя с уважением заверили, что оправдают доверие.
Чуть позже начальник отдела Вэй поделился с Чэнь Чэнем важной новостью:
— Раз уж дорога Юнпин готова, уездное руководство, взвесив все аргументы, решило построить в деревне Пинба начальную школу. Чтобы детишкам не приходилось мыкаться.
Чэнь Чэнь от неожиданности опешил, голос его дрогнул:
— Когда... когда планируют начать строительство?
— Проект уже утверждён, — ответил Вэй Го. — Как только уладим организационные вопросы с посёлком Цинъян и самой деревней Пинба, сразу приступим к работам.
Чэнь Чэнь невольно вспомнил события прежней жизни — или той книги, где оригинальный хозяин этого тела умер, так и не дождавшись школы в родной деревне. Все дети Пинба, несмотря на проливной дождь, лютый мороз или палящий зной, ежедневно вынуждены были брести с сумками больше часа в соседнее селение ради учёбы.
От захлестнувшей его благодарности перехватило дыхание:
— Спасибо правительству! Спасибо государству! Если школу действительно возведут, нашим детям больше не придётся терпеть эти лишения!
Начальник отдела Вэй добродушно улыбнулся:
— Наша страна с каждым днём становится всё сильнее. И жизнь у людей дальше будет только лучше.
У Чэнь Чэня увлажнились уголки глаз. Он твёрдо вымолвил:
— Я всегда верил в это. И ни на миг не сомневался.
* * *
Этой оглушительной новостью Чэнь Чэнь сразу поделился с родными. Дома поднялся настоящий праздник, а вскоре весть молнией облетела всю Пинба. Деревня гудела как улей. Некоторые, опасаясь, что это лишь пустые слухи, одолевали расспросами самого Чэнь Чэня, после чего бежали к старосте, парторгу и бригадиру, чтобы перепроверить всё до последнего слова.
Чэнь Чэнь, спасаясь от назойливых односельчан, едва успел спрятаться в доме.
— Настоящее нашествие, — перевёл он дух.
Ду Синвэй с ухмылкой заметил:
— Народу просто не верится от счастья. Вот и переспрашивают по сто раз.
— Да я и сам рад без памяти, — улыбнулся Чэнь Чэнь. — Не услышь я это лично от начальника Вэя, тоже, наверное, усомнился бы.
Ду Синвэй слегка сжал его щёку пальцами:
— Это чистая правда.
— Ой, больно же! — Чэнь Чэнь отшатнулся и шутливо нахмурился. — Ты мне просто мстишь при удобном случае!
Ду Синвэй мягко погладил задетое место:
— Вовсе нет. Просто хотел, чтобы ты окончательно ощутил реальность происходящего.
Чэнь Чэнь тут же сцапал его за щёку в ответ.
Перешучивание быстро переросло в объятия и пылкий поцелуй. Когда оба наконец перевели дыхание, Чэнь Чэнь, обняв Ду Синвэя за шею, прошептал:
— Синвэй... Я правда так счастлив. Невероятно, просто безумно счастлив!
— Я знаю, — тихо отозвался Ду Синвэй, гладя его по спине.
Чэнь Чэнь и сам не мог толком объяснить, отчего весть о какой-то школе так глубоко тронула его душу. Быть может, сказывалась память о будущем, где девятилетнее обязательное образование стало нормой, а учебные заведения стояли на каждом шагу, отчего вид местных ребятишек, преодолевавших долгий и опасный путь в соседнюю деревню, отзывался в нём острой болью. А может, он видел в этом первое реальное проявление того, как поднимается с колен страна. Так или иначе, к глазам подступили горячие слёзы.
Немного успокоившись, он проговорил:
— Хоть бы её построили побыстрее... Поскорее бы открыли двери для ребят.
— Обязательно построят, — заверил Ду Синвэй.
Чэнь Чэнь пока не знал, что Ду Синвэй от своего имени уже перевёл на счёт отдела образования внушительную сумму под предлогом «вклада в дело народного просвещения» — специально на возведение этой школы.
Этот щедрый взнос стал для чиновников от образования настоящей спасительной соломинкой. Ранее на повестке дня стоял вопрос о строительстве сразу нескольких учебных заведений в уезде, но из-за нехватки бюджета часть проектов решили отложить до лучших времён. Благодаря же деньгам Ду Синвэя отложенные стройки мгновенно вернули в план, чтобы ввести объекты в строй как можно скорее.
Впрочем, Чэнь Чэня сейчас больше занимали иные заботы. Первая волна ликования спала, и наступили суровые рабочие будни.
Благодаря шумихе вокруг дороги Юнпин, о событии написали не только уездные и провинциальные газеты — весть докатилась до самой столицы, где инициативу отметили на высшем уровне.
Совместный проект государства и частного капитала! Это стало образцовым примером не просто для провинции Фэншэн, а для всей страны, искавшей новые пути экономического развития. В эпоху, когда государство нащупывало методы подъёма народного хозяйства, появление передовых артелей и фабрик, берущих на себя социальную ответственность, было истинным благом для державы.
Да и дело заключалось не только в дороге.
Благодаря бренду «Перцы Чэньши» вся деревня Пинба окончательно выбралась из беспросветной нужды. Сельчане один за другим возводили добротные двухэтажные дома из кирпича и бетона, разводили скот, досыта ели и сытно одевались. Настроение у людей было приподнятым, а их доходы в разы превышали средние показатели по региону... Настоящий флагман на пути к всеобщему процветанию!
История о том, как один человек и одна фабрика вытащили из бедноты целое селение, гремела отовсюду.
Каждое слово высших руководителей находилось под пристальным вниманием прессы. Стоило лидеру страны упомянуть «путь процветания деревни Пинба» в качестве успешного примера, как газетчики и радиовещатели подхватили тему, раструбив о ней на всю страну.
После столь мощной всекитайской огласки Чэнь Чэнь мгновенно обрёл невероятную популярность. Гремела слава Пинба, а за ней — и бренда «Перцы Чэньши»!
Предприниматели со всех уголков страны, почуяв огромную выгоду, всеми правдами и неправдами добывали контактные данные фабрики. Телефон в доме Чэнь теперь не замолкал ни на минуту; Чэнь Чэнь буквально с ног валился от бесконечных звонков.
Но разве можно было отказываться от заказов, которые сами плыли в руки?
Ни в коем случае!
Несколько дней Чэнь Чэнь только и делал, что с утра до ночи висел на трубах, обговаривая и подписывая контракты. Едва оформив очередную партию сделок, он, уставший, но невероятно довольный, созвал весь семейный совет.
На повестке дня стоял один-единственный вопрос:
Расширять производство! И сажать как можно больше перца!