Новость о том, что у Ду Синвэя есть собственная машина, не была для Чэнь Чэня полным сюрпризом, однако, когда они остались наедине, он не удержался от расспросов. Синвэй таиться не стал и выложил всё как есть.
— Сперва о машине я и не думал, — открыто признался Ду Синвэй. — Но когда пошли первые деньги, стало ясно: на поездах много не навозишься. Того бесплатного багажа, что дают на билет, катастрофически не хватает. Платить за перевес дорого, да и сами билеты встают в копеечку. Вот и рассудил, что без собственного транспорта никуда.
Любое крупное дело вырастает из малого. Для Ду Синвэя, у которого за душой не было стартового капитала, скопить первичные средства оказалось единственным выходом. Поначалу они с Бай Сюем возили товар на свой страх и риск прямо в вагонах поезда. Один перебивался без гроша, второй панически боялся прогореть и не решался развернуться по-крупному.
Но когда в руках появились живые деньги, Синвэй больше не захотел зависеть от поезда и предложил купить грузовик. Бай Сюй, успевший оценить хватку партнёра и уже заработавший с ним приличные суммы, безоговорочно доверился его чутью. Они вложились вдвоём и приобрели первую машину.
С собственным транспортом объёмы перевозок взлетели, а вместе с ними выросла и прибыль.
Когда же Бай Сюй решил отойти от челночного промысла и полностью сосредоточился на семейном ресторане, грузовик перешёл в единоличную собственность Синвэя — тот просто выкупил его долю.
Теперь в его автопарке числилось уже три грузовика, да ещё и команда наёмных водителей. В свободное от собственных рейсов время он брал сторонние заказы на перевозку грузов, имея с этого отличную маржу.
Услышав это, Чэнь Чэнь так и обомлел. Он не знал, чему удивляться больше — прозорливой хватке своего мужчины или его размаху. В эти годы даже собственный велосипед считался роскошью и предметом зависти всего двора, а тут — три полноценных грузовика!
— И что за машины? — не удержался он от вопроса.
— «Цзефан», — ответил Синвэй. — Есть среднетоннажные, есть большегрузы.
Чэнь Чэнь, разумеется, знал эту марку — легендарные грузовики завода «Цзефан» знала вся страна.
— И во сколько встала эта красота?
— Да в пределах разумного, — пожал плечами Ду Синвэй. — Тысяч по десять с копейками за штуку.
Один грузовик — за десять с лишним тысяч! На всю троицу ушло почти пятьдесят тысяч юаней. Синвэй вбухал в дело буквально всё, что у него было, да ещё и влезал в рассрочку. Иначе откуда у одного человека возьмутся такие сумасшедшие суммы? Впрочем, риск себя оправдывал: один рейс приносил солидный куш.
Чэнь Чэнь мог лишь про себя восхититься: а ведь его избранник — настоящая богатая птица!
Хотя эпоха реформ и открытости только набирала обороты, а хозяйства-десятитысячники перестали быть сенсацией на первых полосах газет, для уезда Юнсин Ду Синвэй оставался промышленным магнатом местного масштаба.
— Что-то я не замечал, чтобы ты приезжал в деревню на грузовике, — с улыбкой поддел его Чэнь Чэнь.
— Случая не выпадало, — откликнулся Синвэй.
— Ну, теперь-то случай есть.
Ду Синвэй лишь тихо хмыкнул в ответ.
Сделку с Бай Сюем закрыли, и основная задача Чэнь Чэня в провинциальном центре была выполнена. Ему очень хотелось приобрести здесь собственное жильё. Синвэй настойчиво предлагал останавливаться у него, и Чэнь Чэнь, разумеется, соглашался, но от мысли об отдельном доме не отказался.
— Сам-то я у тебя остановлюсь без проблем, — рассуждал Чэнь Чэнь. — Но не везти же мне отца или дядьев к тебе в дом? Им нужно своё пристанище, чтобы не чувствовали себя в гостях и не рвались уехать в тот же день.
Синвэй прекрасно понимал эту житейскую логику: чужой угол всегда остаётся чужим.
— Жильё сейчас нарасхват, наобум не купишь, — согласился он. — Попрошу своих людей пошарить вокруг, пусть подыщут варианты.
Понимая, что в эти годы частная недвижимость — дефицит, Чэнь Чэнь не стал торопить события.
Перед отъездом в деревню он решил как следует пройтись по городским магазинам. Глаза разбегались от изобилия товаров, которых в их глуши было не сыскать.
Первоначально Чэнь Чэнь опасался, что накупленные пожитки будет тяжело тащить на себе в автобусах или поездах. Но Синвэй успокоил: обратно они поедут на его же грузовике. Как раз требовалось доставить первую партию товара для ресторана Бай Сюя, а одна из машин простаивала без рейса в провинциальном центре.
Это решало все проблемы. На собственной машине можно было вывезти хоть целую ярмарку!
И Чэнь Чэнь развернулся вовсю.
Сначала отправился в универмаг за хлопковой ватой. Лю Дунсюэ как-то обмолвилась, что купленной в уезде ваты хватит лишь на пару комплектов одежды да на одно одеяло. А ведь старые домашние перины и одеяла давно отслужили свое — сколько их ни стегай и ни взбивай, греть они лучше не станут. Появится возможность — надо обязательно набить новые.
Помимо ваты, Чэнь Чэнь приобрёл семь пар зимних тёплых кед «Цзефан» с плотной меховой подкладкой. Мягкие, добротные — в самый раз для холодов. По паре каждому члену семьи, а оставшиеся две — старикам.
Затем настал черёд сладостей и деликатесов: печенье, конфеты, редкие в уезде лакомства. Заметив на полке сухое молоко, Чэнь Чэнь, не задумываясь, прихватил несколько банок — и для младших, и для старших.
Заполнив корзины съестным и обиходом, он заглянул в книжный магазин. Хотя учёным мужем Чэнь Чэнь себя не считал, чтение любил страстно — от классических романов до лёгкой беллетристики. После перерождения он давно мечтал собрать собственную библиотечку, но в Юнсине книжных лавок не водилось, так что упустить такой шанс было бы преступлением.
Кроме того, его отец Чэнь Цзянье и Второй дядя Чэнь Сяну питали нежную привязанность к хорошему алкоголю. В прежние бедственные времена приходилось довольствоваться дешёвым самогоном, так что Чэнь Чэнь твердо вознамерился привезти им по-настоящему знатного пойла.
Впрочем, раскошеливаться на алкоголь не пришлось. Узнав о задумке, Синвэй без лишних слов выкатил две бутылки отборного «Маотая» из своих личных запасов. Объяснил просто: закупал партию прямо с завода на продажу, а пару ящиков отложил себе для души.
— Решил задобрить тестя? — с лукавой ухмылкой подмигнул ему Чэнь Чэнь.
— А хоть бы и так, — с готовностью принял подачу Синвэй, вызвав у Чэнь Чэня приступ искреннего смеха.
Но «Маотаем» дело не ограничилось. На запястье Чэнь Чэня очутились те самые наручные часы, которые Ду Синвэй обещал подарить ещё раньше.
Несмотря на то что изготовлены они были на частной фабрике, выглядели часы безукоризненно: широкий стальной корпус, лаконичный циферблат, обрамлённый дорожкой крошечных бриллиантов, игравших на солнце сдержанным блеском. Вещь смотрелась изысканно, элегантно и без лишней цыганщины — настоящая сдержанная роскошь.
Чэнь Чэнь влюбился в них с первого взгляда, хоть и понимал: стоит такая игрушка целое состояние.
— Слушай, давай я лучше заплачу, — смутился он, поправляя ремешок. — И алкоголь, и часы... Мне даже как-то неловко.
Синвэй, не поднимая глаз, бережно застёгивал пряжку на его запястье:
— Водка — тестю, часы — тебе. Не путай.
От этих спокойных, но до краев полных нежности слов у Чэнь Чэня сладко защемило в груди.
— Ничего себе у тебя размах...
— Никакого размаха, — ровным тоном возразил Синвэй. — Тебе нужно было, у меня нашлось. Всё к месту.
Эта будничная, но чертовски соблазнительная манера ухаживать подействовала на Чэнь Чэня сильнее любого вина. Он подался вперёд и жарко поцеловал мужчину. Целовал долго, самозабвенно, пока ноги не стали ватными, а дыхание не сбилось окончательно.
Изначально Чэнь Чэнь хотел спросить у Синвэя, нельзя ли достать через него талон на промышленные товары, чтобы купить велосипед для Чэнь Бэя и Чжоу Пинъаня. Автобус из деревни в поселок ходил по неудобному расписанию, в часы занятий на него было не попасть, и школьникам приходилось ежедневно топать пешком километры пути. Велосипед спас бы положение.
Но теперь язык не поворачивался просить.
Они уже обсуждали ассортимент товаров, с которыми имел дело Синвэй. О таких крупных покупках, как велосипед, тот обязательно упомянул бы, а раз молчал — значит, прямого выхода на заводские поставки у него нет.
Выпрашивать талон означало заставить Синвэя подставляться, искать связи и оставаться кому-то должным. А главное — Чэнь Чэнь панически боялся, что тот снова откажется брать деньги.
Принять в подарок «Маотай» и дорогой хронометр — это одно, но повесить на него еще и велосипед было бы уж совсем перебором.
Слова так и застряли в горле. Чэнь Чэнь решил отложить этот вопрос и разобраться с талоном позже своими силами.
Ду Синвэй, разумеется, и не догадывался о сомнениях партнёра. В день погрузки он, помимо прочего, закинул в кузов несколько деревянных ящичков с отборным чаем — некоторые были в подарочном исполнении.
— Это ещё зачем? — удивлённо хмыкнул Чэнь Чэнь. — Тебе деньги девать некуда?
— В Фэншэне скупал за бесценок, — пояснил Синвэй. — Это после фасовки и красивой обёртки он стоит прилично, а мне обошёлся в гроши. Дома пригодится — сам попьёшь или людям подаришь.
— А продать не выгоднее?
— С меня не убудет.
Чэнь Чэнь лишь качнул головой.
В дорогу отправились вчетвером: Чэнь Чэнь, Ду Синвэй, шофёр из артели Синвэя и секретарь, присланный Бай Сюем для оформления документов на забродивший перец.
Водитель и секретарь устроились в кабине, а Чэнь Чэнь с Синвэем забрались в закрытый кузов.
От непогоды и ледяного ветра кузов был намертво затянут плотным брезентом, так что внутри сохранялось относительное тепло. А чтобы многочасовая тряска по разбитым дорогам не превратилась в пытку, Синвэй припас старое, но тёплое ватное одеяло. Расстелив его прямо на деревянном настиле, можно было устроить вполне сносное лежбище.
«Ну и изобретательный же у меня мужик!» — мысленно усмехнулся Чэнь Чэнь, устраиваясь на мягкой подстилке.
Они забрались под одеяло вдвоём. Места в кузове хватало, но двум взрослым крепким мужчинам под одним покровом неизбежно приходилось прижиматься плечом к плечу и касаться руками.
Сон не шёл. Слыша мерный гул мотора, Чэнь Чэнь повернул голову к Синвэю:
— И часто ты так ездишь?
— Раньше постоянно, — отозвался тот. — Бывало, по трое суток из кабины не вылезаешь. Если кузов пустой, отлеживаешься там. Ребята быстро к этому привыкли — так хоть поспать человечески можно.
— Но ведь это не только тяжело, а ещё и опасно? — тихо проговорил Чэнь Чэнь.
— В самом начале бывало всякое, — пожал плечами Синвэй. — Дорог не знаешь, связей нет, лихие люди шастают. Потом обжился, оброс людьми — стало проще.
— Нападали? — Чэнь Чэнь пристально взглянул на него.
— Случалось, — отмахнулся Синвэй.
Сердце Чэнь Чэня болезненно сжалось.
— Ранили?
— Ерунда, — с легким смешком ответил Синвэй, словно речь шла о пустяке. — Жив остался, а вот тем парням досталось куда сильнее. Надолго запомнили.
Чэнь Чэнь нахмурился, не разделяя его бравады.
Синвэй протянул руку и ласково разгладил складку между его бровями:
— Не бери в голову. Встречаться со мной желающих мало — дурная слава опережает. Да и отчаянных сейчас поубавилось.
Чэнь Чэнь перехватил его ладонь и крепко сжал в своей:
— Шутки шуточками, а мне от твоих баек не весело.
— Всё в прошлом, — мягко привлёк его к себе Синвэй. — Сейчас торговля под защитой закона, да и в одиночку никто не ездит. Всё будет в порядке.
Он прижал Чэнь Чэня ближе. Тот охотно уткнулся носом в его плечо. В тесном кузове под плотным брезентом царил полумрак, машина мерно покачивалась на колдобинах, а тепло чужого тела и тихое дыхание располагали к покою. Разговор сам собой сошёл на нет, глаза начали слипаться.
Чэнь Чэнь сладко проспал почти всю дорогу до самой деревни.