Чэнь Чэнь только убрал деньги и письмо-представление в портфель, как со двора донёсся голос Лю Дунсюэ — тётушка Лю звала его обедать.
Отложив сумку, он вышел в главную комнату.
На столе его ждала большая пиала лапши с яйцом и сочной молодой капустой. На дне аппетитно поблёскивали два поджаренных на масле яйца, а рядом стояла маленькая пиалочка с забродившим перцем — для остроты и вкуса.
Чэнь Чэнь присел к столу.
— Сяо Чэн, как поешь, брось пиалу в котелок, я вернусь и вымою, — наказывала на ходу Лю Дунсюэ. — И калитку замкнуть не забудь, как уходить будешь.
Понимая, что тётушка Лю спешит на подмогу — фасовать забродивший перец, Чэнь Чэнь кивнул:
— Хорошо, тётушка Лю, идите спокойно, обо всём позабочусь.
Она торопливо выбежала за ворота.
Чэнь Чэнь и впрямь проголодался: внушительная порция лапши исчезла за считаные минуты. Допив горячий бульон до последней капли, он почувствовал, как приятное тепло разливается по всему телу.
На кухне царил порядок — лишь у очага осталась лопатка, которой мешали лапшу. Оставить за собой грязную посуду Чэнь Чэню не позволяла совесть: зачерпнув воды из ушата, он вымыл пиалу.
Задерживаться дома он не стал. Закинув портфель за плечи и заперев калитку, Чэнь Чэнь направился к дому Ду Синвэя.
В доме Ду Синвэя уже вовсю растапливали угольную печку. Троица мужчин устроилась у огня: грели руки и пекли батат. Густой сладковатый аромат жареных клубней заполнил комнату, но сам вид троих взрослых мужиков, жмущихся к печурке, казался нелепым и даже несколько тоскливым.
— Может, всё-таки к нам пойдёте пообедаете? — предложил с порога Чэнь Чэнь.
— Нет-нет, спасибо! — тут же отнекался секретарь Сунь. — Босс Ду сказал, вам нужно в уезд. Езжайте скорее, а у меня ещё дела — завтра загрузим товар и отправимся в путь.
«Какая преданность делу, — мысленно усмехнулся Чэнь Чэнь. — Даже в такой момент не забывает поторопить с отгрузкой».
— Ну, тогда мы поехали.
— Бывайте!
Ду Синвэй обо всём договорился с Сунь Чжи и водителем Чжаном заранее, поэтому лишних слов тратить не стал: забил у Лао Чжана ключи от замка зажигания, и они вышли.
Грузовик стоял на дороге под холмом у дома Чэнь Чэня, так что им пришлось пройтись через всю деревню. Чем ближе к центру, тем чаще попадались навстречу сельчане. На этот раз деревенские глазели на Чэнь Чэня и Ду Синвэя словно на невиданных диковинных зверей, шушукаясь за спиной.
Гадать о причине не приходилось — наверняка обсуждали недавнюю сцену, устроенную приезжими.
Впрочем, подойти и расспросить напрямую никто так и не решился.
Ду Синвэй шел с невозмутимым видом, всем своим образом демонстрируя полное равнодушие к сплетникам.
Чэнь Чэню тоже было не до деревенской болтовни, и завязывать разговоры издалека он не стал. Повернувшись к спутнику, он поинтересовался:
— Ты и водить умеешь?
— Умею, — отозвался Ду Синвэй. — Раз уж купил машину, надо учиться ею управлять.
— Сложно было?
— Да нет. Позанимался пару дней с инструктором и поехал.
Чэнь Чэнь искренне удивился:
— А у тебя талант!
В уголках губ Ду Синвэя скользнула едва заметная усмешка:
— Сгодится.
— Мне бы тоже не мешало научиться, — задумчиво проговорил Чэнь Чэнь. — А в идеале — разжиться собственным транспортом. А то мотаться в уезд на рейсовом автобусе — сплошная мука.
— Семье Чэнь вполне по силам приобрести грузовик, — подкинул мысль Синвэй.
— Вот и я об этом думаю. Каждое утро наши возят партию забродившего перца на общественном автобусе, вечно подстраиваются под эти два рейса, суетятся, торопятся... А будь у нас своя машина, насколько бы облегчилась жизнь! Да и крупным заказчикам доставлять товар стало бы в разы удобнее.
Синвэй на мгновение задумался, а затем спросил:
— Чэнь Чэнь, не хочешь обсудить одно дело?
— Какое? — Чэнь Чэнь бросил на него быстрый взгляд.
— Забродивший перец.
Чэнь Чэнь сразу всё понял:
— Хочешь оптовую партию?
— Угу, — подтвердил Ду Синвэй. — Я хотел предложить это ещё тогда, когда впервые попробовал твой перец. Но ты сказал, что товара едва хватает на уездный рынок, да и урожай ещё не собрали, вот я и отложил разговор.
Против такого партнерства Чэнь Чэнь ничего не имел:
— Отчего бы и нет? Договорились.
Пока они беседовали, ноги сами привели их к машине. Как и следовало ожидать, вокруг грузовика вилась стайка деревенской детворы — мал мала меньше. Дети норовили пощупать блестящие бока машины и крутились вокруг колес.
Завидев Чэнь Чэня, ребятишки наперебой закричали приветствия, но, разглядев рядом с ним Ду Синвэя, тут же притихли. Некоторые от страха и вовсе бросились врассыпную.
Чэнь Чэнь на секунду запнулся.
Ду Синвэй не обратил на детвору ни малейшего внимания. Он с непринуждённой грацией забрался в кабину и занял водительское место. Мальчишки так и замерли с открытыми ртами, заворожённые его ловкими движениями.
Чэнь Чэнь уселся на пассажирское сиденье.
Толпа ребятишек опять дружно ахнула.
Откуда ни возьмись выскочил Чэнь Хуайцин. Ему жутко хотелось прильнуть к окну кабины, но подойти ближе он не решался. Застыв в шаге от подножки, мальчуган с надеждой уставился на дядю:
— Дядюшка Сяо Чэн, вы куда?
— В уезд. А ты почему не дома?
Чэнь Чэнь помнил, что Хуайцина обычно в первую очередь привлекали к фасовке перца.
— Прабабушка велела нам с Хуайцэ выгулять Хуайфан и мелких, чтобы под ногами у взрослых не путались.
— И где же Хуайфан с остальными? — нахмурился Чэнь Чэнь.
Хуайцин озадаченно почесал затылок, огляделся и ткнул пальцем в сторону межи:
— Вовочки идут!
Чэнь Чэнь проследил за его жестом. Вдоль узкой земляной насыпи к ним бежала стайка малышей. Первым мчался Чэнь Хуайсин, за ним, не отставая, неслась Чэнь Хуайфан. Тропинка была узкая, шириной аккурат в одну ступню, но оба бежали во весь дух. Самый младший, Чэнь Хуайчжи, изо всех сил семенил сзади на своих коротких ножках, пытаясь догнать старших. Замыкал шествие Чэнь Хуайцэ. Ему явно надоело тащиться вслед за спотыкающимся коротышкой, но бросить брата он не мог, а потому шел замыкающим с невероятно мрачной миной.
Чэнь Чэнь перевёл строгий взгляд на Хуайцина:
— Ты старший брат. И вот так присматриваешь за малышнёй?
Хуайцин искренне не понимал, в чём провинился:
— Да что с ними случится в родной деревне? Не потеряются!
— Ясно, — кивнул Чэнь Чэнь. — В следующий раз я возьму гулять и угощать только младших. А тебя с собой не возьму. Зачем за тобой присматривать? Всё равно не потеряешься.
Мальчишка растерялся:
— А-а?! Почему?!
— Ну ты же сам сказал: мы в родной деревне, не потеряешься.
Хуайцин сообразил, что дядюшка всерьёз недоволен, но так и не понял причины. Он стоял, виновато взъерошивая вихры, и не знал, куда девать руки.
Тем временем подбежала остальная орава. Завидев Чэнь Чэня в кабине, ребятишки наперебой зазиговали, окружив машину:
— Дядюшка Сяо Чэн! А почему вы в машине сидите?
— В уезд собрался, — ответил Чэнь Чэнь.
Хуайфан косо взглянула на Ду Синвэя:
— Вы вместе поедете?
— Называй его дядюшкой Синвэем, — мягко поправил её Чэнь Чэнь.
Девочка послушно перевела взгляд на водителя:
— Дядюшка Синвэй!
Ду Синвэй на секунду смешался. Воспользовавшись моментом, Чэнь Чэнь незаметно вложил ему в ладонь леденец в яркой обёртке. Синвэй сжал конфету, и глаза Хуайфан тут же вспыхнули от восторга. Едва заметно помешкав, Ду Синвэй протянул ей угощение:
— Держи.
Девочке очень хотелось взять конфету, но она всё же вопросительно взглянула на дядю.
— Дядюшка Синвэй угощает тебя. Что нужно сказать, Хуайфан?
Девочка радостно подскочила:
— Спасибо, дядюшка Синвэй!
Уголок губ Ду Синвэя чуть подрагивал в едва заметной улыбке:
— Пожалуйста.
Маленький Чэнь Хуайчжи — большой любитель сладостей — мгновенно сообразил, что за вежливое обращение дают конфеты. Размахивая ручонками, он звонко и картаво заверещал:
— Дядюшка Синвэй!
Чэнь Чэнь щедро отсыпал Ду Синвэю ещё несколько леденцов. На этот раз движения того были куда увереннее. Ответив малышу кивком, он протянул сладость. Хуайчжи заходился от восторга, схватил конфету и запричитал:
— Спасибо, дядюшка Синвэй!
Остальные девчонки и мальчишки тут же опомнились и наперебой затараторили приветствия. Ду Синвэй наделил леденцами каждого, заслужив в ответ целую россыпь звонких детских «спасибо».
От этой картины у Чэнь Чэня потеплело на душе.
Чэнь Хуайцин был самым бойким. Увидев раздачу конфет, он моментально забыл о дядином недовольстве и выпалил, обращаясь к Ду Синвэю:
— Дядюшка Синвэй, а я тоже хочу прокатиться! Можно мне с вами?
Не успел Синвэй отреагировать, как Чэнь Чэнь отрезал:
— Нет.
Лицо Хуайцина тут же вытянулось:
— Это еще почему?
— Потому что ты провинился, — непреклонно отчеканил Чэнь Чэнь.
— Я-а?!
— К тому же мы едем в уезд по делу, катать вас некогда.
Хуайцин озадаченно почесал затылок:
— А в следующий раз возьмёте?
— Вот когда поймёшь, в чём был неправ, тогда и поговорим.
Мальчишка тихо забубнил под нос:
«Да в чём я неправ-то?..»
Чэнь Чэнь не стал вступать в споры, а обратился к малышне:
— Ну-ка, отступите от машины! Сейчас поедем, смотрите, под колёса не попадите!
Дети были понятливыми: видя, как досталось старшему брату, спорить не дерзнули и дружно отошли к обочине.
Ду Синвэй поворотил ключ, двигатель грузовика взревел, и под восхищенные вопли детворы и ошеломленные взгляды взрослых машина тронулась с места. А вслед за набирающим ход грузовиком ещё долго бежала вереница босоногих деревенских ребятишек.