Глава 136. Неофициальный бонус
Третий день первого месяца — Праздник Малого Нового года, день Красного Пса.
Юй Нин устроился в уютном тепле под боком у Мастера Мэй и Великого астролога Гу, с аппетитом уплетая праздничный горячий котелок-хого. Золотистая, жарено-тушеная свинина Цзоуюэжоу была настолько сочной и нежной, что от одного её вида слюнки текли.
После сытного ужина Мастер Мэй велел ему ложиться пораньше, освободил от вечерних уроков и спровадил в собственные покои.
Юй Нин слегка поджал губы: время-то совсем раннее! Быстро приняв ванну, он тайком стащил на кровать любовный роман и устроился под одеялом, намереваясь провести вечер за чтением. Фужун, заметив у него в руках книжку, не стала перечить — лишь тихонько улыбнулась.
Прочитав с полглавы, Юй Нин заметил, что служанка ходит по комнате и что-то раскладывает. Не удержавшись от любопытства, он спросил:
— Фужун, чем это ты занята?
— Молодой господин, сегодня вечер «мышиной свадьбы». Раскладываю для свадебного поезда угощение да медяки, — пояснила она, оставляя кусочки недоеденных сладостей по углам.
Юй Нин от неожиданности аж подпрыгнул:
— У нас в доме что, мыши завелись?!
— Да что вы... Откуда им взяться? — рассмеялась Фужун. — Обычай такой, не берите в голову. Хотите попробовать?
— А давай!
Юй Нин соскочил с кровати. Фужун отвязала от пояса вышитый парчовый мешочек и жестом попросила его протянуть ладонь. Стоило Юй Нину подставить руку, как служанка отсыпала ему щедрую горсть риса:
— Вам нужно просто рассыпать зерно по углам.
Человек — создание по натуре своей довольно вредное, а в детстве Юй Нин и вовсе был тем ещё озорником: то кошку за хвост подергает, то с деревьев листья обдерет. Лишь с возрастом природная стыдливость заставила его угомониться. Но сейчас, получив официальный повод поозорничать, он, несмотря на солидный возраст, засиял от восторга.
Сжав рис в кулаке, он размашисто метнул его в угол. Белоснежные зерна со звонким стуком посыпались на каменные плиты, разлетаясь во все стороны. От этой картины у Юй Нина внутри вспыхнуло странное, почти ребяческое удовлетворение.
Но разве могла одна-единственная горсточка утолить его азарт? Разумеется, нет!
В два шага подскочив к Фужун, Юй Нин снова вытянул ладонь и уставился на нее горящим взглядом.
Служанка, глядя на его протянутые руки, не знала, смеяться ей или плакать:
— Молодой господин!
— Фужун, ты весь год трудилась не покладая рук, так что иди-ка отдыхать! — с готовностью заявил Юй Нин. — Отдай мешочек мне. По углам собственной спальни я и сам зерно раскидать сумею.
Фужун провела рядом с ним не один год и прекрасно знала его натуру. К счастью, мешочек был невелик — внутри оставалось всего на три-четыре горсти, так что она решила уступить его маленькой капризной слабости. Передав парчу в его руки, служанка приклонила колени. Юй Нин расцвел в улыбке и махнул рукой:
— Ступай, ступай отдыхать!
— Тогда я пойду. Доброй ночи, молодой господин.
Стоило двери закрыться, Юй Нин окончательно распоясался. Взвесив мешочек на ладони, он принялся щедро разбрасывать рис во все стороны. Зерна со звоном прыгали по плиткам пола. Три-четыре взмаха — и мешочек опустел. Чтобы вытрясти последнее, он хорошенько встряхнул его над полом, после чего, полностью довольный собой, забрался обратно на кровать. Закинув ногу на ногу и взявшись за роман, он буквально лучился счастьем.
То ли сказывалась праздничная истома, то ли вечерняя прохлада, но вскоре глаза стали слипаться. Завернувшись в одеяло, Юй Нин сладко провалился в сон.
* * *
— Молодой господин! Молодой господин!
Кто-то осторожно потормошил его за плечо. Сонный Юй Нин обнял одеяло, чуть приоткрыл веки и глянул в окно. Снаружи стояла беспросветная тьма. Снова смежив веки, он пробормотал:
— Небо же совсем тёмное... Фужун, что стряслось?
— Пора вставать, молодой господин.
Юй Нин перевернулся на другой бок, проявив твердое намерение спать дальше:
— Нет уж, на дворе ночь. Я и часу не проспал. Дай мне еще хоть немного подремать...
— Молодой господин! Мастер зовет вас! Поднимайтесь скорее!
— Наставник не мог меня позвать... — буркнул Юй Нин, зарываясь носом в подушку. — Он у меня родной, он не станет поднимать ученика ни свет ни заря! Какая нужда гнать меня из постели в такую рань?!
— Поднимайтесь, а то Мастер разгневается! Да и господин Гу вас ждет! — Служанка, не найдя иных доводов и не смея ослушаться приказа хозяев, решилась на крайнюю меру и просто сдёрнула с него одеяло.
Юй Нин мгновенно проснулся. Сжавшись от нахлынувшего холода, он возмутился:
— Фужун! Ты совсем страх потеряла?!
Девушка лишь тихонько улыбнулась:
— Простите нерадивую служанку, молодой господин.
— Смотри у меня! Не думай, что я тебя не накажу! — Юй Нин сел на кровати, все еще недовольно ворча, но сонливость как рукой сняло. — И зачем я понадобился наставнику и господину Гу?
Фужун подала одежду и помогла ему одеться:
— Пойдёте — сами всё увидите.
Юй Нина буквально выпихали за порог — он даже сделать глоток воды не успел. Едва он переступил порог спальни, как ледяной ночной ветер заставил его передернуть плечами и чихнуть. Ночь дышала абсолютной, неживой тишиной. Лишь холодный диск луны одиноко освещал двор. Вдоль галерей были спущены бамбуковые шторы, дробившие лунный свет на узкие, зыбкие полосы. По случаю зимы не было слышно даже стрекота сверчков — кругом царил зловещий покой.
Вглядываясь в непроглядный мрак, Юй Нин спросил:
— Фужун, доведи меня до их покоев... Холодно же, я сам идти не хочу.
Ответа не последовало.
— Фужун?
Он обернулся. Дверь его комнаты была наглухо закрыта. Служанки и след простыл.
Юй Нин опешил.
— Фужун?! — снова окликнул он и попытался толкнуть дверь. Но та словно вросла в косяк — даже не шелохнулась. — Фужун!
Порыв ветра скользнул по загривку, будто кто-то ледяной нарочно дунул ему за ворот. Кожу покрыли мурашки.
— Фужун... Ты где? Перестань меня пугать, выходи!
В ответ — лишь глухое безмолвие.
— Эй! Есть кто?! Стража! — крикнул Юй Нин. В резиденции Великого астролога стражники обычно стояли на каждом шагу, но сегодня коридоры были пусты. Юй Нин, не веря собственным глазам, позвал громче: — Стража здесь?!
Ночь хранила молчание. Казалось, во всей резиденции Великого астролога остался только он один.
Главная беда современного молодого человека — избыток свободного времени и богатая фантазия. Увидев, что дверь заперта, служанка исчезла, а стража испарилась, Юй Нин мгновенно прокрутил в голове добрую дюжину сюжетов для фильмов ужасов категории «18+». Он уже воображал, как сейчас из темноты выбежит Мастер Мэй, схватит его за руку и крикнет, что в резиденции Великого астролога стряслась беда, все мертвы и надо бежать, а на полпути появится Великий астролог Гу и заявит, что сам Мэй Миньчжи давно погиб и его неупокоенный дух заманивает ученика в могилу...
Юй Нин тряхнул головой и принялся отчаянно шептать себе под нос, словно молитву, главные ценности современного государства:
— Процветание, демократия, гармония, дружелюбие, законность...
Увы, священная формулировка не сработала — на галерее так никто и не появился. Впрочем, пожалуй, оно и к лучшему: встретить кого-нибудь прямо сейчас было бы куда страшнее.
Юй Нин понимал, что разумнее всего оставаться на месте и ждать. Но ноги неожиданно перестали слушаться и сами собой пошли вперед. Он в ужасе пытался заставить себя остановиться, но тело не подчинялось — стопы уверенно вели его к внутреннему дворику, где жили Мастер Мэй и Великий астролог.
«Может, просто глаза закрыть? — отчаянно подумал Юй Нин. — Всё равно ноги сами идут...» Но тут же отбросил эту мысль: если он закроет глаза, то не увидит, как наткнется на какого-нибудь кровожадного упыря! За собственную фантазию он не ручался — с него станется умереть от разрыва сердца еще до того, как нечисть до него доберется.
Вскоре он оказался у дверей нужного павильона. Юй Нин осторожно толкнул створку и с облегчением перевел дух: Мастер Мэй и Великий астролог Гу спокойно восседали на широкой кушетке у окна. Один заваривал чай, другой растирал благовония. Оба были облачены в нарядные халаты темно-алого цвета. Юй Нин редко видел наставника в столь ярких одеждах, но, переполненный пережитым страхом, не придал этому значения. Подбежав к кушетке, он опустился на пол у ног Мэй Миньчжи:
— Учитель! Господин Гу! Что происходит? Почему в доме ни души?!
Великий астролог усмехнулся:
— А-Ю, ты чего так испугался? Все заняты приготовлением, вот ты никого и не встретил.
— Что за дела такие, ради которых даже Фужун убежала? — пожаловался Юй Нин. — Я обернулся — а ее нет! Чуть со страху не умер!
— Дела важные, — тихо проронил Мастер Мэй, откладывая серебряную лопаточку для благовоний.
— Какая ещё важная задача?
— Хочешь знать? — бесстрастно спросил наставник.
— Конечно! Так что за праздник?
Гу Мэнлань поставил чашку, поднялся с кушетки и подошел к Юй Нину. Поправив широкие рукава, он с мягкой улыбкой произнес:
— У тебя сегодня свадьба. Неужто забыл?
У Юй Нина волосинки на загривке встали дыбом:
— Какая еще свадьба?! С чего бы мне жениться?!
— Воля старших, решение сватов — тебя никто спрашивать не обязан, — строго нахмурился Мастер Мэй. — И почему ты до сих пор в этом наряде? Где твои свадебные одежды?
— Какая еще свадебная одежда?! — вылупил глаза Юй Нин.
В ту же секунду Гу Мэнлань выхватил откуда-то кусок красной ткани и набросил ему на плечи:
— Вот и ладно, сойдет.
— Глупости! Как можно относиться к свадьбе А-Ю с такой беспечностью!
— Подумаешь, свадьба! Экая невидаль, — Великий астролог весело подмигнул Юй Нину. — Не надевать же на нашего А-Ю женский головной убор с фениксами да расшитое наплечное покрывало? Скажи, я прав?
— Да-да, господин Гу совершенно прав! — закивал Юй Нин. Кожа на голове чесалась уже от безумия происходящего. — Учитель... Господин Гу... Вы оба случайно никаких ядовитых снадобий не приняли?
— Дерзость! — строго осадил его Мастер Мэй. — Невеста вот-вот переступит порог, а ты всё паясничаешь! Отныне ты становишься главой семьи, так веди себя степенно и достойно, нечего вести себя как дитя!
— Юй Нин, тебе уже двадцать шесть, а не шестнадцать и не шесть лет.
— Учитель, если вам так невтерпеж с внуками потешкаться, вы хотя бы предупредить меня заранее могли?!
— Вот сейчас и предупреждаем, — улыбнулся Гу Мэнлань.
В этот момент во дворе оглушительно затрещали петарды. Великий астролог поднялся:
— Ну вот, невеста прибыла. Пошли в Главный зал — пора совершать поклоны Небу и Земле.
—... Я не пойду! — Юй Нин сделал два шага вслед за Гу Мэнланем, но тут же опомнился и уперся ногами в пол. — Господин Гу, да что с вами со всеми?! Вы меня пугаете!
— Вижу, ты совсем от рук отбился, — покачал головой Мастер Мэй и сделал легкий жест рукой.
Словно из воздуха появились две служанки в зеленых платьях. Схватив Юй Нина под руки, они мертвой хваткой зафиксировали его так, что он не мог даже пошевелиться.
— Ведите молодого господина в зал. Пора начинать обряд! — велел Мэй Миньчжи.
— Слушаемся, Мастер.
Мэй Миньчжи и Гу Мэнлань чинно вышли из комнаты, а служанки потащили сопротивляющегося Юй Нина вслед за ними.
Главный зал был сплошь увешан красным шелком. На центральной стене алел гигантский иероглиф «Двойное счастье». По обе стороны неподвижно замерли гости. Стоило хозяевам войти, как присутствующие, будто заведенные манекены, синхронно затянули поздравительные речи:
— Поздравляем господина Юй со вступлением в брак! Желаем молодым согласия и любви до ста лет!
— Счастья в семейной жизни!
— Совет да любовь!
Юй Нин отчаянно забился:
— Отпустите меня!
Естественно, никто не обратил на его крики ни малейшего внимания.
Видя его сопротивление, Гу Мэнлань с улыбкой шепнул служанкам:
— Сделайте так, чтобы молодой господин присмирел. От этой свадьбы тебе всё равно не отвертеться, А-Ю.
— Слушаюсь.
Одна из девушек легко коснулась пальцем точки возле уха Юй Нина, и у него тут же отнялся голос. Юй Нин уже догадывался, что находится внутри какого-то дикого сна, но этот сон был слишком реалистичным. Он пробовал кусать язык, пытался изо всех сил распахнуть глаза, но всё было тщетно — проснуться не удавалось.
«Что за дьявольский бред мне снится?!»
Мастер Мэй и Великий астролог заняли почтенные места на возвышении. Снаружи вновь загрохотали петарды, и голос распорядителя огласил:
— Невеста входит в дом!
В зал медленно вошла фигура в роскошном свадебном наряде и красном покрывале. Невеста оказалась необычайно высокой и плечистой — на женщину она была похожа меньше всего. Юй Нин, вспомнив про «мышиную свадьбу», о которой рассказывала Фужун, содрогнулся от ужаса: он ведь не женится на гигантской мыши?! Даже во сне это уж слишком!
Однако его мнение никого не волновало: подхватив под локти, его жестко наклонили, заставив совершить традиционные поклоны Небу, Земле и предкам, после чего незамедлительно препроводили в Брачные покои.
Едва створки дверей за ними закрылись, гости и слуги мгновенно испарились. В комнате воцарилась гнетущая тишина. Юй Нин с тревогой уставился на «невесту», чинно восседавшую на краю супружеского ложа. Он ни за что на свете не решился бы сдернуть с нее красный покров — увидят там морду огромной мыши, и разум его не выдержит такого удара.
Пока они молча сидели друг напротив друга, невеста неожиданно шевельнулась.
Юй Нин в страхе отшатнулся. К счастью, она лишь сменила позу, не пытаясь броситься на него с разверзнутой пастью.
Раздался голос:
— Почему же господин не спешит снять с меня покров?
Юй Нин обомлел. Мужчина?!
Голос звучал подобно чистому перезвону нефрита в ледяном источнике — звенящий, удивительно приятный, но пропитанный несказанным холодом и властным величием.
Юй Нин сжался:
— А можно... не снимать?
— Господин шутит? — медленно произнес незнакомец. В его речи слышалась странная, размеренная интонация, исполненная спокойного и непререкаемого достоинства.
Юй Нин зажмурился и закрыл лицо руками. Сдаваясь перед неизбежным, он пробормотал:
— Сними сам...
Раздался шорох шелка. Незнакомец спросил:
— Почему господин не хочет взглянуть на меня? Неужели я так уродлив?
«Да я не уродства боюсь, а мышиной морды!» — подумал Юй Нин и, не отнимая ладоней от лица, буркнул:
— Да тут свет слишком яркий, глаза слепит... Дай мне секунду прийти в себя.
«И морально подготовиться!»
В то же мгновение его запястья обхватили пальцы. Юй Нин вздрогнул. Прикосновение было человеческим — мужская рука с длинными, изящными пальцами. Прохладная, но несомненно живая. Эта рука прочно и уверенно отвела ладони Юй Нина от лица.
— Не придумывайте, господин, дайте я гляну.
Потянув за руки, незнакомец усадил Юй Нина на край кровати, оказавшись с ним бок о бок. Отпустив его запястья, он прикоснулся своими подобными нефриту прохладными пальцами к векам Юй Нина и мягко помассировал их. Спустя мгновение он отстранился:
— Ну вот, господин. Попробуйте открыть глаза.
К этому моменту фантазия Юй Нина уже нарисовала вместо мышиной морды ужасный окровавленный труп. Он отчаянно замотал головой:
— Нет-нет-нет, ни за что!
В комнате повисла пауза. Затем суженый огорченно вздохнул:
— Раз господин не желает смотреть на меня, я гашу свечи. Благоприятный час настал — пора нам исполнить супружеский долг!
«Нет! Я категорически отказываюсь от эротических ужасов во сне!»
Юй Нин не успел возразить, как почувствовал, что прохладные пальцы соскользнули к его поясу и принялись распутывать завязки. Выбирая между ужастиком категории «18+» и обычной чертовщиной, Юй Нин решил выбрать меньшее из зол. Схватив незнакомца за запястье, он набрался храбрости и распахнул глаза:
— Постой...
Перед ним не было ни мышиной рожи, ни разлагающегося трупа. На него смотрел невероятно статный мужчина с гордой выправкой, чей лик пленял благородством и красотой. Густые брови, проницательные глаза, величественный и холодный вид — перед ним стоял человек, явно привычный повелевать. По красоте он едва ли уступал Лань Сяо, но превосходил его своей незыблемой властностью.
Потрясенный этим зрелищем, Юй Нин застыл и вымолвил:
— Ты... кто ты такой?!
Мужчина мягко улыбнулся:
— Кто я? Неужели господин не узнает?
— Откуда мне...
Договорить Юй Нин не успел — из глубины комнаты раздался насмешливый голос:
— Господин, разумеется, понятия не имеет, кто ты такой.
Юй Нин от неожиданности повернул голову. В брачных покоях, где секунду назад они были вдвоем, появился еще один человек. Это был изысканный, утонченный мужчина в черных жертвенных одеждах с вышитыми двенадцатью императорскими узорами. Встретившись взглядом с Юй Нином, он тепло улыбнулся ему, после чего с ядом в голосе обратился к «невесте»:
— Ты — всего лишь неодушевленная вещь. И у тебя хватает дерзости претендовать на статус законного супруга?
— А ты чем лучше? — холодно усмехнулся красавец в красном. — Забытая безделушка, пылящаяся на дальней полке. Как ты смеешь дерзить мне?
— Ого! Кое-кто уже возомнил себя главной женой! — с отвращением смерил его взглядом мужчина в черном. — Взрослый муж, а нарядился в женское свадебное платье... Ни стыда, ни совести.
— Всё лучше, чем кое-кто, способный лишь наряжаться в розовое.
— Что ты сказал?! Повтори, если смелости хватит!
— А я и повторю: некоторым только розовое и носить! — Невеста одарила соперника презрительным взглядом и обернулась к Юй Нину: — Господин, не бойтесь. Я сейчас же выгоню этого невежу, чтобы он не мешал нашей первой брачной ночи.
— Нет-нет-нет... — замахал руками Юй Нин. — Да кто вы такие?! И ты кто, и он кто?!
* * *
* * *
— Ха-ха! — неожиданно раздался звонкий смешок. — Что же вы умолкли? Если такие храбрые — скажите ему!
Юй Нин вновь обернулся. На тахте неподалеку устроился белокожий юноша лет четырнадцати-пятнадцати. В его облике читалась юношеская дерзость и упрямство. Насмешливо оглядев присутствующих, он заявил:
— Что, языки проглотили? А ну-ка выложите правду! Я дольше всех нахожусь подле господина, а вы двое смеете распускать перья в моем присутствии?!
Из угла донесся еще один голосок:
— Вообще-то, первым был я...
Юй Нин перевел взгляд — за цитрой восседала красавица в алых одеждах, перебирая струны:
— Во всем должен соблюдаться порядок череда за чередой...
— Порядок? — фыркнул юноша. — Господин о тебе по целому году не вспоминает! Какая от тебя польза?!
— А сам-то ты чем лучше? Все мы товарищи по несчастью, к чему эта язвительность?
— Хм!
— Да пождите вы! Вы кто вообще такие?! — взмолился Юй Нин, окончательно сбитый с толку этим балаганом.
Вдруг чьи-то сильные руки обняли его сзади. Юй Нин вскинул голову и встретился взглядом с темнокожим мужчиной дьявольски привлекательной наружности. Высокий, статный, он держал Юй Нина на руках легко, словно ребенка. Наклонившись к самому уху Юй Нина, он обдал его теплым дыханием, отчего у парня вновь поползли мурашки, и прошептал:
— Господин так бессердечен... Стоило мне покинуть вас, как вы ни разу не пришли меня навестить.
Юй Нин попытался вырваться, но «невеста» резко потянула его на себя, выхватывая из чужих объятий. Наградив темнокожего красавца ледяным взглядом, он произнес:
— Раз тебя подарили, так и веди себя как подобает подарку. Юйлун, ты переходишь границы!
— Перехожу так перехожу! Я с самого начала принадлежал господину!
— Полно вам спорить, — в комнату вошел мужчина в зеленых одеждах с благородными чертами лица. На руках он держал пухлого, словно сошедшего с новогодней картины, белолицего младенца. — Устраивать такую перепалку на глазах у господина — никуда не годится!
Подойдя ближе, он ниц поклонился Юй Нину. Малыш у него на руках тоже забавно сложил ручонки в приветствии:
— Личи и Корень Лотоса приветствуют господина!
«... Личи? Корень Лотоса?!» — Сердце Юй Нина ушло в пятки. Смутные догадки превратились в ужасающую уверенность. Он ткнул пальцем в темнокожего обольстителя:
—... А ты — Нефритовый Дракон?!
Изысканный мужчина в черной мантии улыбнулся и сжал ладонь Юй Нина:
— Господин догадался? Я — Меч Небесных Звезд правителя Вэня... Мечтаю лишь о том, чтобы господин почаще держал меня подле себя. — С этими словами он одарил «невесту» уничтожающим взглядом.
Мужчина в красном наряде величественно кивнул:
— Мое имя — Цинцан. Для меня величайшая честь быть рядом с господином день за днем.
В этот момент кто-то тихо кашлянул. В комнату вальяжно вошел ещё один статный муж в ярко-красном халате. Оглядев разношерстную компанию, собравшуюся в спальне Юй Нина, он иронично изогнул бровь:
— Юй Нин?..
* * *
— Молодой господин! Молодой господин!
Фужун увидела, как Юй Нин метался по кровати, и, отдернув полог, с тревогой вгляделась в его лицо. Юй Нин, весь покрытый холодным потом, с диким криком вырвался из объятий сна.
Он был до полусмерти напуган. Распахнув глаза и увидав перед собой служанку точно в такой же позе, как в кошмаре, он едва не закричал от ужаса:
— Фужун?!
— Это я, молодой господин! Вам что, кошмар приснился?
Юй Нин провел рукой по лбу — ладонь мгновенно стала мокрой от липкого ледяного пота.
— Мне приснилась какая-то несусветная дичь...
Юй Нин попытался сесть, чтобы налить себе воды, но ощутил тяжесть на груди. Откинув одеяло, он обнаружил, что сжимает в кулаке Нефритовую печать Лазурного Дракона. Эту печать он обычно держал у изголовья, но ночью, видимо, случайно сгреб во сне и прижал к сердцу, пока спал на боку.
«... Немудрено, что такой сон приснился! Сонный паралич чистой воды!»
Фужун распахнула бамбуковые шторы и открыла окно. Взору открылся ослепительный, покрытый свежим снегом двор.
— Утро четвёртого дня, молодой господин. Пора вставать, сегодня ведь день встречи божеств...
— Молчи, молчи! — Юй Нин со страхом уставился на служанку и вскинул руки: — С этой минуты строго-настрого запрещаю тебе говорить со мной о богах, духах и прочей нечисти! Делай свои дела, но мне ничего не рассказывай!