Перелёт продолжительностью более трёх часов остался позади. Стоило им вышагнуть из здания аэропорта, как накатившая душная волна зноя с ходу обдала их с головы до ног. Юй Нин, прежде никогда не выезжавший так далеко от дома, замер в полном замешательстве: он-то рассчитывал укрыться от летней жары, а попал в Город Y — и обнаружил, что здесь палит ничуть не меньше!
Досада, да и только!
Впрочем, разительное отличие между зноем Города S и Города Y угадывалось сразу. В Городе S влага смешивалась с липкой духотой, превращая воздух в подобие парной, тогда как здесь сухой, прокаливающий зной выжигал всю сырость. Справедливо говорят: всё познаётся в сравнении. После влажного зноя Города S сухой жар Города Y переносился куда легче.
— Учитель! Мы здесь! — раздался громкий оклик.
Неподалёку у обочины стоял автомобиль, возле которого суетился коренастый, плотный мужчина средних лет, удивительно похожий на хозяина Вана. Завидев их, он бегом устремился навстречу:
— Вот вы где!
Хозяин Ван с улыбкой похлопал запыхавшегося ученика по плечу и представил его спутникам:
— Это мой старший ученик, Цзин Чуньюй. — Он поочерёдно указал на даоса Фана и остальных: — А это твой дядюшка-наставник Фан! Это младший брат Юй, а это ученик Сюй. Поприветствуй старших!
Юй Нин удивлённо моргнул. Трудно было вообразить, что у этого круглого, плотного мужчины окажется столь поэтичное и изящное имя.
— Здравствуйте, дядюшка Фан! Здравствуй, братец Юй! И тебе привет, ученик Сюй! — Чуньюй бойко поклонился каждому, подхватывая багаж хозяина Вана. — Ну всё, учитель, я уже заказал стол! Сначала отвезём вещи домой, а за обедом обо всём спокойно переговорим.
Он воровато огляделся по сторонам, сжимая чемоданы:
— Давайте живей, пока полиция не нагрянула! Здесь же стоянка запрещена.
— Ладно-ладно, грузимся!
Юй Нин подскочил следом и помог уложить сумки в багажник. Впятером они с трудом разместились в салоне. Убедившись, что все устроились, Цзин Чуньюй выкрутил руль и выехал на дорогу:
— Ну наконец-то мне выпала честь увидеть дядюшку Фана! Учитель про вас все уши прожужжал — только и твердит, какое у вас невероятное мастерство!
Цзин Чуньюй был учеником, которого хозяин Ван взял ещё в родных краях, и с тех пор бессменно ведал местным семейным делом. Поскольку хозяин Ван каждый год на праздники возвращался в родные места, Чуньюй ни разу не бывал в Городе S и сегодня впервые увидел давнего соратника своего наставника. Даос Фан, хоть и старался сохранять невозмутимый вид, от похвалы младшего заметно повеселел:
— Ха, твой учитель тоже не скупился на похвалы в твой адрес! Не будь у него такого толкового ученика, способного в одиночку подставить плечо под семейное дело, разве вырвался бы он на покой в Город S? Мне-то о таком счастье только мечтать. Мои собственные — сплошь бестолковые шалопаи. Ладно бы толку от них не было, так они меня едва в гроб не загнали! Молился бы, да, видать, в прошлой жизни мало добрых дел совершил.
Цзин Чуньюй добродушно рассмеялся:
— Дядюшка Фан, вы уж слишком скромничаете! Даже я, хоть ни разу и не бывал в Городе S, слышал о великой славе даоса Цзинсина. Если уж он — «бестолковый», то нам, простым смертным, и жить на белом свете совестно. — Он перевёл взгляд на зеркало заднего вида, поглядывая на Юй Нина на переднем сиденье: — А братец Юй — тоже выдающийся ученик дядюшки Вана?
Прежде чем Юй Нин успел вымолвить слово, даос Фан отмахнулся:
— Если бы Сяо Ю был моим учеником, я бы от счастья по ночам во сне смеялся! Он — названый брат А-Хуана, ученика твоего дядюшки Ло. Тоже наш человек, из ремесла. Мы, старики, берём на себя смелость просить его звать нас дядюшками из уважения к А-Хуану.
— Вот оно как!
Юй Нин повернулся к Цзин Чуньюю и с улыбкой проговорил:
— Я ведь в наших северо-восточных краях отродясь не бывал, вот и напросился за дядюшкой Ваном да дядюшкой Фаном — посмотреть, что тут да как. Надеюсь, братец Цзин не станет на меня досадовать за навязчивость.
Сидевший сзади хозяин Ван шутливо погрозил Юй Нину пальцем:
— Чего тут досадовать! Дорогой племянник, ты уж имей в виду: ты сюда не просто так развлечься приехал. У Чуньюя трое своих учеников, твои сверстники. Как увидишь их — смотри не скупись! Многого не прошу: вынь из своей шкатулки пару мелочовок — им на полжизни безбедного сытого житья хватит!
— Тьфу на тебя! Так я и знал, что ты замышляешь недоброе! — даос Фан всплеснул руками. — Ax ты старый пройдоха, оттого-то ты так легко согласился на поездку?! — Он тут же повернулся к Юй Нину: — Ты Старого Вана не слушай! Совсем совесть потерял под старость лет! Сам тебе при встрече никакого подарка не поднёс, а с тебя для младших требует? Ничего не давай! Пока сам не раскошелится на достойный подарок — ни крохи им от тебя!
Цзин Чуньюй весело подхватил игру, наигранно вздохнув:
— Ну раз так, учитель, придётся нам уступить! Вы уж преподносите братцу Юю подарок пощедрее, а то мои трое сопляков только и ждут, когда он с барского плеча оделит их богатством на полжизни вперёд!
Лавка хозяина Вана в Городе L тоже именовалась «Лавкой Собрания Сокровищ» и убранством до мельчайших деталей походила на заведение в Городе S. Если бы не утончённый глаз Юй Нина, подметивший едва различимые штрихи в отделке, он решил бы, что каким-то чудом снова оказался в родных стенах.
Оставив багаж на заднем дворе, они уселись за стол: заботливый Цзин Чуньюй уже распорядился принести пышное угощение прямо в лавку. Проголодавшиеся с дороги путешественники дружно принялись за еду, и какое-то время за столом царило аппетитное молчание.
Покончив с обедом, даос Фан и хозяин Ван завели неторопливый, полуконфиденциальный разговор. Желая обсудить дела без лишних ушей, они отослали Цзин Чуньюя прогуляться вместе с Юй Нином и А-Чао.
Юй Нин охотно согласился. Улыбаясь, он взял за руку А-Чао, который всё ещё дожёвывал данный ему Чуньюем кусочек шоколада, и проследовал за хозяином.
— Братец Цзин, а куда мы идём?
— Сюда, за мной.
Выведя их через задние ворота, Цзин Чуньюй привёл гостей на длинную, оживлённую торгово-ремесленную улицу. Юй Нин подспудно ожидал увидеть привычную антикварную барахолку с редкими вкраплениями лавок, торгующих магическими атрибутами, однако спутник пояснил:
— Эта улица у нас на весь край гремит. Зовётся Улицей Фэншуй. Здесь абсолютно все торговцы специализируются на фэншуй-артефактах и оберегах. Вы с А-Чао на досуге наведывайтесь сюда почаще — среди торговцев порой попадаются поистине редкие вещицы.
Юй Нин оглядел снующие отовсюду толпы покупателей и глазеющих прохожих:
— Братец Цзин, неужто всё это людское море пришло за фэншуйскими предметами?
— Да где там, — Цзин Чуньюй вытащил бумажку в двадцать юаней, подскочил к небольшому лотку и купил две порции холодного лакомства. Зачерпнув палочкой, он протянул их спутникам: — Попробуйте-ка! Большинство — просто зеваки.
А-Чао вежливо поблагодарил и принял баночку, доверху наполненную замороженным десертом. Юй Нин насадил кусочек на шпажку и отправил в рот. Нежная, насыщенная молочная сладость мгновенно растаяла на языке.
— Как вкусно! — искренне восхитился он.
— А то! — улыбнулся Цзин Чуньюй, с удовольствием отправляя свой кусок в рот и щурясь от нахлынувшего холода. — Наше местное лакомство, в других краях такого не сыщешь. Когда мы с братьями были совсем маленькими, учитель покупал нам одну такую порцию на троих. Столько лет прошло, а вкус остался прежним!
— У вас есть братья-соученики? — поинтересовался Юй Нин, прежде думавший, что Ван выучил лишь одного ученика.
Чуньюй на мгновение замялся, но ответил:
— Я старший. Было ещё двое младших...
Почувствовав, что тема собеседнику не слишком приятна, Юй Нин не стал расспрашивать дальше и легко сменил тему:
— К слову... Неужели власти сквозь пальцы смотрят на то, что здесь вот так открыто торгуют магическими предметами?
— Так ведь официально мы продаём сувениры да предметы традиционного ремесла. Честно платим налоги, законов не нарушаем — к чему властям цепляться? — Цзин Чуньюй подмигнул с лукавой ухмылкой. — А что цена кусается... Ну так ручная работа всегда в цене! К тому же, как говорится, один рад продать, другой рад купить. Если покупатель доволен, кто ж станет жаловаться?
Юй Нин понимающе кивнул. Цзин Чуньюй, заложив руки в рукава, зашагал вальяжной, преисполненной достоинства походкой и подбородком указал на незамысловатый лоток неподалёку:
— Вон видишь ту старушку? Внимательно присмотрись. Нрав у неё ох какой непростой: продаёт товар только тем, кто пришёлся ей по душе. Попробуй подступиться — авось глянешься ей! А-Чао! Слышишь? Ты тоже иди.
— Дядюшка Цзин? — А-Чао поднял личик от баночки; от ледяного угощения его губы заметно покраснели. Было видно, что он пропустил наставления мимо ушей, и теперь сбивчиво перевёл взгляд на Юй Нина: — Дядюшка Юй?
Юй Нин с добродушным смешком забрал у него лакомство. Стаканчик был пуст больше чем наполовину:
— Ну-ка хватит, а не то животик прихватит, и дедушка тебя отругает.
Мальчик послушно кивнул и с лёгкой грустью посмотрел на сладость:
— А можно А-Чао доест потом?
— Конечно, я понесу.
— Спасибо, дядюшка Юй.
Цзин Чуньюй потрепал мальчугана по щеке и напутствовал:
— Держись рядом с дядюшкой Юй. Если бабушка спросит, не хочешь ли ты что-нибудь выбрать, говори прямо, какая вещица приглянулась.
— Но дедушка учил не брать чужого без спросу...
— Это не подарок, это покупка! Считай, мой вам скромный подарок при встрече, — со смехом возразил Цзин Чуньюй.
Подойдя ближе, он почтенно окликнул старушку:
— Бабушка Чжоу, вы сегодня снова за торговлей?
Старушка была одета в старинное синее полотняное платье. Её седые волосы были аккуратно уложены на затылке в пучок, скреплённый простой деревянной шпилькой и украшенный бархатным цветком. Несмотря на преклонные лета, во всём её облике чувствовалось благородство. Она медленно подняла взгляд, окинула взором Цзин Чуньюя, а затем задержала взор на Юй Нине и А-Чао.
— А, это ты, управляющий Цзин... — проговорила она холодным, бесстрастным голосом.
Её взгляд пристально изучал лицо Юй Нина. Спустя долгое мгновение она медленно произнесла:
— Знакомые черты... Очень похож на ребёнка из рода Юй.
Юй Нин вздрогнул. Шагнув вперёд, он исполнил традиционный поклон, сложив руки перед грудью:
— Младший Юй Нин приветствует Бабушку Чжоу.
— Значит, и впрямь из рода Юй, — старушка указала сухой рукой на свой разложенный товар. — Раз уж пришёл с Цзин Чуньюем, правила знаешь: выбери один предмет. Считай это моим подарком.
— Младший не смеет проявлять такую дерзость, — искренне ответил Юй Нин. Старушка почему-то казалась ему странно знакомой, будто они уже встречались давным-давно.
Цзин Чуньюй слегка подтолкнул его в бок и зашептал:
— Да ты не стесняйся! В её школе правило такое: человек, с которым есть судьба, может взять один артефакт бесплатно... Но только один раз в жизни! Упустишь шанс — другого не будет!
Слыша эти слова, Юй Нин замер на месте.
Где-то он уже слышал точно такую же фразу.
Тогда, в Тереме Изумрудного Моря и Лазурного Неба, Мастер Усун сказал ему то же самое:
"По правилам моего клана, любой, кому улыбнулась судьба, может забрать из Павильона Лазурного Неба один артефакт. Неужели ты и вправду отказываешься?"