Спецассистент Чжан вызвался довезти его до самой лавки, но стоило им съехать с эстакады, как узкую улочку намертво перекрыли несколько легковых машин. Чжан, не выпуская руля, сигналить не стал, лишь покосился на Юй Нина и недовольно буркнул:
— Вот же хамы.
— Наверное, к соседям родственники нагрянули... Обычное дело, — Юй Нин высунулся в окно, огляделся по сторонам и, поняв, что водителей в ближайшее время не дозовешься, предложил: — Ничего страшного. Тут пешком минут десять, я сам дойду.
— Ну уж нет. Шеф велел доставить тебя прямо к порогу, так что довезу до упора. Узнает — три шкуры спустит.
За сорок километров пути — расстояние не то чтобы огромное, но и немалое — они успели вволю поболтать о всякой ерунде и проникнуться чем-то вроде классовой солидарности. Услышав такой ответ, Юй Нин махнул рукой в сторону:
— Тогда давай в объезд. Вон туда сверни, там как раз мой задний двор.
— Ого, у тебя и задний двор есть? Недурно устроился...
Чжан послушно свернул на узкую дорожку. К счастью, он был за рулем внедорожника: высокий клиренс позволял не бояться выбоин и кочек, на которых низкая спортивная машина оставила бы все днище.
Минут через пять они уже притормозили у ворот заднего двора. Юй Нин взялся за ручку двери, но вдруг вспомнил, что на обратную дорогу Чжану потребуется не меньше двух часов.
— Зайдешь воды попить? — спросил он.
Под этим предложением, само собой, подразумевалась возможность заглянуть в уборную.
— Не откажусь, — ожидаемо согласился Чжан.
— Прижимайся к забору, там и ставь, — кивнул Юй Нин.
Оставив машину, Юй Нин нащупал ключ и отпер калитку. Шагнув во двор, Чжан первым делом ощутил непривычную прохладу, так разительно отличавшуюся от уличного зноя, и невольно подивился про себя. Оглядев пышные шпалеры винограда и пестрые грядки с овощами и зеленью, он с чувством протянул:
— Красота какая! Теперь понимаю, почему ты в деревню сбежал. Будь у меня такой угол, я бы тоже никуда отсюда не вылезал.
Юй Нин повел гостя вглубь двора:
— Ты про воздух?
— Ага... Здесь куда свежее, чем на улице.
Юй Нин лишь развел руками:
— Я сначала думал, это из-за колодца. А теперь, когда выяснилось, что двоюродный дедушка занимался фэншуй, подозреваю, тут его рук дело... Уборная вон там. Тебе что налить — воды или чего-нибудь сладкого?
— А холодного лимонного чая «Вита» не найдется? — машинально брякнул Чжан, но тут же смутился, решив, что наглеет: — Да ладно, простой воды сойдет... Я отойду на минутку.
— Договорились, я пока подготовлю все.
Юй Нин прошел в переднюю часть дома и достал из холодильника несколько бутылок минералки и лимонного чая. Вернувшись во двор и увидев, что гость еще не вышел, он зачерпнул ведро ледяной колодезной воды, нарвал с кустов спелой вишни и помидоров черри, сполоснул их и выложил на тарелку. Едва он закончил, появился Чжан. Юй Нин жестом пригласил его в плетеное кресло, а сам пристроился рядом на круглом табурете.
— Собственный урожай, угощайся.
Чжан скромничать не стал. Взяв с блюда крупную, почти черную ягоду, с которой еще стекали капли воды, он отправил ее в рот. Сладкий сок брызнул на язык, и ассистент блаженно зажмурился:
— М-м... До чего сладкая! Это правда вишня?.. Сам вырастил? Ничего себе!
— Ну да, — Юй Нин кивнул на дерево в углу сада. — Купил уже взрослое, десятилетнее. Наверное, из-за прохлады во дворе оно плодоносит до сих пор. Сам съесть не успеваю.
Обычная вишня спеет в мае-июне, привозная чилийская появляется ближе к декабрю — сейчас же время не подходило ни для той, ни для другой. Чжан умял добрый десяток ягод, прежде чем смог остановиться. Вытерев губы салфеткой, он сделал глоток воды, смывая приторную сладость, и откинулся на спинку шезлонга. Не заботясь о том, что дорогой костюм безнадежно помнется, он удовлетворенно выдохнул:
— Все, если я продолжу тут валяться, меня отсюда и трактором не вытащишь.
— Гостевая комната свободна, можешь остаться на пару дней, отдохнуть, — предложил Юй Нин.
Чжан парень толковый и приятный, так что Юй Нин был не против ненадолго побыть хозяином постоялого двора.
— Куда там... Родился пахать — вот и паши, — Чжан помахал экраном телефона, где в мессенджере рябило от красных меток непрочитанных сообщений. — Обменяемся контактами?
— Давай.
Они добавили друг друга в друзья. Заметив, как осунулось лицо собеседника от усталости, Юй Нин поднялся:
— Ты посиди, переведи дух, а я пока соберу тебе ягод в дорогу.
— Да неловко как-то, напрягаю тебя... — пробормотал Чжан.
К этому моменту он уже окончательно растекся по креслу аки вяленая рыба и лениво тыкал пальцем в экран, но для приличия все же пытался отказаться. Впрочем, на лице его крупными буквами читалось: «Да-да, сыпь побольше, килограмма два еще сверху накинь!»
Юй Нин ушел в дом, принес несколько коробок и доверху наполнил две из них отборной вишней — набралось килограммов десять, не меньше. Затем срезал с грядок свежих огурцов и спелых томатов, уложил в третью коробку, а после обернул все крафтовой бумагой и перевязал бечевкой. Получился аккуратный и солидный гостинец — хоть себе оставляй, хоть людям дари.
Когда Юй Нин закончил с упаковкой и обернулся, Чжан уже висел на трубке, обсуждая какие-то рабочие дела компании. Вслушиваться в чужие служебные тайны не хотелось. Чжан тем временем сообразил, что пора закругляться, поднялся и одними губами показал: «Я поехал». Свободной рукой он показал на коробки, предлагая передать их ему. Юй Нин послушно протянул одну, но Чжан, явно не ожидавший такого веса, едва не выронил ее на землю и с трудом удержал в охапке.
— Пойдем, провожу до машины, — шепотом сказал Юй Нин.
Чжан кивнул. Собеседник в трубке сказал что-то такое, от чего брови ассистента сошлись на переносице. Видя это, Юй Нин забрал у него коробку, сам вышел за ворота и уложил весь груз в багажник. Чжан торопливо вышел следом, прикрыл ладонью динамик и шепнул:
— Спасибо, выручил, брат!
Юй Нин лишь махнул рукой: мол, пустяки. Чжан запрыгнул в салон, но заводить мотор не стал — вместо этого достал планшет и запустил видеозвонок. Юй Нин с сочувствием покачал головой и закрыл за собой калитку: похоже, будь ты хоть спецассистентом топ-менеджера, хоть работягой у конвейера, наемный труд везде не сахар.
Минут через десять Чжан завершил видеоконференцию и тут же набрал другой номер. Ответили почти мгновенно. На экране появился господин Лань — судя по обстановке, он тоже ехал в машине.
— Господин Лань, господина Юя доставил в целости и сохранности. Он передал для вас небольшие подарки.
— Угу, — послышался негромкий, сдержанный ответ.
— По поводу вашей аварии все выяснили, отчет я уже отправил, — продолжил Чжан. — Что касается господина Юя, люди отчитались: задержали двоих местных хулиганов, но они с той стороной никак не связаны. Можете не беспокоиться, те люди, похоже, на господина Юя внимания не обратили.
— Возвращайся, — помолчав, негромко распорядился господин Лань, словно обдумывая какую-то мысль.
* * *
Слова господина Ланя о том, что он разберется с семьей Бай, пустым звуком не оказались. Уже на следующий день Юй Нину позвонил с извинениями сам Бай Чжиюань. Юй Нин держался подчеркнуто холодно, давая понять, что знать их больше не желает и пути их в этой жизни разошлись навсегда. Бай Чжиюань оказался человеком понятливым: передав позицию семьи, он без лишних споров завершил разговор.
Всю одежду и дорогие украшения, в которые его накануне обрядили в доме Бай, Юй Нин без сожаления упаковал в коробку и отправил курьерской службой обратно, ничуть не заботясь о том, что посылка тянет на пару миллионов. Он прекрасно понимал: за его спиной стоит господин Лань, и даже если посылка пропадет в пути, семья Бай не посмеет и слова поперек сказать.
Спустя еще несколько дней Юй Нин договорился о встрече с Чжоу Хуаном. Приехав к нему домой, он передал отреставрированную пиалу, чтобы тот отнес ее обратно старику на Улицу Антиквариата. Открыв коробочку, Чжоу Хуан так и застыл в изумлении. Он был не из тех, кто слаще морковки ничего не пробовал, и отлично понимал, какого заоблачного мастерства требует подобная тонкая работа.
Окинув Юй Нина подозрительным взглядом, он спросил:
— Ты что, втайне заказал точную копию?
— Новодел за такой срок не состряпаешь, — Юй Нин захлопнул крышку и пододвинул коробку Чжоу Хуану: — В общем, верни старику при первой возможности.
— Да-да, само собой, — Чжоу Хуан потянулся за коробкой, но заметил, что ладонь Юй Нина все еще лежит на крышке, не выпуская ее. — Что-то не так?
— Слушай дальше, — Юй Нин не убирал руки, глядя другу прямо в глаза. — Такие прожженные антиквары старой закалки непременно предложат тебе вознаграждение. Денег ни в коем случае не бери. Скажи, что остался без работы и хочешь напроситься к нему в лавку учеником — чисто ради куска хлеба.
Он сделал небольшую паузу и добавил:
— Я тогда слышал ваш разговор. Учеников у него больше нет, наследников тоже.
— Чего?! — до Чжоу Хуана вдруг дошел скрытый замысел, и он уставился на Юй Нина так, словно видел его впервые в жизни. — Как-то это... нехорошо, нет?
— Если сразу откажет — не отступай, бери измором. Поплачься в жилетку, скажи, что по миру идешь, что кредиторы в спину дышат... — Юй Нин наконец убрал руку и окончательно вложил коробку в ладони приятеля. — Выгорит дело — и твоим долгам наконец-то придет конец.
Чжоу Хуан долго молчал, а затем тяжело, решительно кивнул.
Юй Нин прекрасно знал всю его подноготную: семья Чжоу Хуана разорилась, бизнес пошел с молотка, а родители свели счеты с жизнью, шагнув с крыши. Но от долгов так просто не убежишь. Чжоу Хуан не пытался скрыться или объявить себя банкротом — бывший барчук, никогда в жизни не державший ничего тяжелее чашки чая, пошел в простые мастера по ремонту кондиционеров и теперь вкалывал по полтора десятка часов в сутки, отдавая каждую копейку. Вот только доход у простого работяги копеечный: с такой работой расплатиться по старым счетам не хватило бы и целой жизни.
Юй Нин попытался указать ему другой путь. Выйдет из этого толк или нет — покажет время, но не попытаться было нельзя.