Юй Нин стоял под ярким светом люстры с закрытыми глазами, будто происходящее вокруг нисколько его не касалось.
Лаобань Ван с ловкостью, не соответствующей его годам, сгреб со стола пакет с клейким рисом и швырнул белоснежные зерна в сторону Юй Нина. Однако вопреки всем законам физики рис, не достигнув цели, будто наткнулся на невидимую преграду. Округлые зерна сжались в воздухе, соприкоснулись друг с другом и веером отпрянули назад. По законам природы им следовало с тихим шорохом осыпаться на пол, но этого не произошло.
Присутствующие затаили дыхание. Каждому казалось, что рис так и останется парить вопреки гравитации.
Легкий сквозняк, гулявший по гостиной, вдруг набрал силу и превратился в настоящий порыв ветра. Набравший скорость поток подхватил зависшие в воздухе зерна, закружил их и увлек вверх. Рис превратился в невесомые снежные хлопья, сплетающиеся вокруг Юй Нина в призрачный белый вихрь.
Юй Нин поднял меч, нацелив острие в потолок. Мелодичный звон хрустальных подвесок на люстре смолк без всякого предупреждения. Время будто остановилось: вихрь замер, поднятые ветром пряди волос Юй Нина застыли в воздухе, а мгновение растянулось до бесконечности.
Шорох осыпающегося риса раздался внезапно. Зерна ударились о мраморные плиты, выбивая дробный, отчетливый гул, показавшийся людям в комнате оглушительным. Прошел ли час или промелькнула лишь секунда — никто не мог сказать наверняка.
Зерна продолжали подпрыгивать на гладком полу. Юй Нин тихо усмехнулся, убрал меч за спину и с бесстрастным спокойствием опустил взгляд, оглядывая помещение.
Клейкий рис ровным, тонким слоем покрывал весь пол гостиной. В этой кажущейся хаотичности прослеживался четкий порядок: зерна распределились по мраморным плиткам в строго определенной геометрической гармонии.
Чэнь Сюэчжэнь очнулся первым. Глядя на усыпанный рисом пол, он ощутил, как по спине струится холодный пот, и с трудом выговорил:
— Это... что?
— Это называется дяньсюэ — точечное определение точки фэншуй, — вполголоса ответил Лаобань Ван, не скрывая гордости. — Мастерство господина Юй в искусстве точечного определения фэншуй-точки без преувеличения не имеет равных под небесами.
— Ну зачем же так преувеличивать, — с легким смешком возразил Юй Нин, мгновенно разрушив атмосферу таинственности.
Сделав пару шагов, он зашуршал домашними туфлями по рису. Юй Нин остановился ровно под центром хрустальной люстры, с легким щелчком коснулся кончиком меча мраморной плиты, оставив едва заметную царапину:
— Вот здесь.
Лаобань Ван тут же подошел ближе, желая рассмотреть указанное место. Вся поверхность пола была равномерно покрыта рисом, и лишь вокруг точки, отмеченной мечом, образовался идеальный пустой круг размером с ладонь, в самом центре которого и находился след от клинка.
— Невероятно... — пробормотал Лаобань Ван. — Слыхивал я, что мастера древности могли ограничить точку кругом величиной с пиалу, великие мастера — с ширину пальца, а истинные гении попадали точно в кончик иглы. Господин Юй, вы ушли от кончика иглы буквально на какой-то шаг!
— Не стоит драматизировать, — отмахнулся Юй Нин. — Со стороны кажется, будто область совсем крошечная, но на деле тут полноценный палец. — Он возвысил голос, обращаясь к хозяину дома: — Господин Чэнь, у вас найдется стремянка?
Ассистент Янь, доселе смотревший на происходящее с открытым ртом, опомнился и закивал:
— Да-да, конечно! Я сейчас принесу, господин Юй, одну минуту!
Вскоре стремянку притащили в гостиную. Юй Нин обернул деревянный жуи алой тканью, туго обвязал оба его конца пеньковой веревкой и сделал знак Чэнь Сюэчжэню:
— Господин Чэнь, закрепите жуи поверх хрустальной люстры. Я подстрахую вас снизу.
— Я... я? — Чэнь Сюэчжэнь растерянно указал на себя. — Боюсь, я не справлюсь... Может, господин Юй сделает это сам?
— Господин Юй сказал вам идти — значит, идите, — наставительно произнес Лю Синьмин.
— Все в порядке, я буду следить за вами, — Юй Нин протянул завернутый артефакт.
Чэнь Сюэчжэнь не посмел спорить дальше, подошел и осторожно принял сверток.
Сквозь красную ткань энергетика деревянного жуи почти не ощущалась, но актер сжимал его с таким трепетом, будто держал императорский указ. Юй Нин поправил стремянку. Потолок в этой зоне был двусветным, высотой не менее шести метров.
— Подержите стремянку вдвоем, чтобы господин Чэнь не потерял равновесие, — попросил Юй Нин.
— Хорошо, — Ассистент Янь и Лю Синьмин встали по обе стороны от лестницы.
— Не застывайте, поднимайтесь быстрее, — поторопил Лю Синьмин.
Чэнь Сюэчжэнь закинул жуи за спину и аккуратно пополз наверх. По счастью, на съемочной площадке ему часто приходилось работать на тросах без дублеров, так что высоты он не боялся. Пристегнув страховочный пояс к стремянке, он поднял руки и уложил артефакт на основание люстры:
— Господин Юй, так подойдет?
Юй Нин сопоставил положение артефакта с точкой на полу:
— Чуть левее.
Актер передвинул сверток. Юй Нин заставил его поменять положение артефакта еще несколько раз, пока не добился идеального совпадения. Чэнь Сюэчжэнь хотел было наклониться и посмотреть, насколько точно жуи соответствует точке на полу, как его рука случайно задела ткань.
В то же мгновение актер замер. По его телу разлилась волна благодатного тепла, снимая накопившуюся усталость и даруя небывалую легкость.
Длинные хрустальные подвески под люстрой пришли в движение без единого дуновения ветра. Они соприкоснулись, издавая чистый, мелодичный перезвон, подобный звуку нефритовых подвесок. Но стоило вслушаться внимательнее, как звук растаял в воздухе.
— Готово, спускайтесь, — окликнул его снизу Юй Нин.
Чэнь Сюэчжэнь отстегнул страховку и спустился вниз невероятно легко.
Лаобань Ван оценил изменившуюся атмосферу помещения и с уважением поднял большой палец:
— Высший класс! Потрясающе! Господин Юй, когда вы успели освоить это искусство создавать незаметные, но мощные изменения? В этом явно чувствуется дух традиции Школы Чжоутянь.
Лю Синьмин тоже с восхищением закивал:
— Невероятно!
Ассистент Янь, единственный присутствующий, абсолютно не чувствительный к фэншуй, тихо спросил:
— И... это все?
— Все, — Юй Нин медленно убрал меч в чехол, подошел к дивану, ступая по рису, и отпил воды из бутылки. — Господин Чэнь, если у вас нет съемок, старайтесь чаще бывать дома. А лучше как можно скорее перевезите сюда родителей из родного города. Дому необходимо живое тепло, чтобы он оставался домом.
— Истинно так, — улыбнулся Лаобань Ван. — Не понимаешь? Это называется "через малое видеть великое". Выглядит просто, но во всем нашем ремесле людей, способных на такое, можно пересчитать по пальцам одной руки...
Лаобань Ван посмотрел на юношу:
— Я только сходу предположу, господин Юй, а вы не смейтесь, если ошибусь. Обычно размещения фэншуй требуют масштабной перестройки. Взять хотя бы размещение «Золотая жаба, изрыгающая деньги» в моем родном городе — там пришлось срывать весь бетон и перекладывать заново. Но вам повезло, господин Чэнь! Каким-то чудом ваш мраморный пол имеет рисунок воды, под потолком висит хрустальная люстра, сам потолок выполнен в форме купола, а найденный артефакт оказался деревянным жуи.
Лаобань Ван продолжил разбор:
— Взаимопорождение Воды и Дерева, гармония Круглого Неба и Квадратной Земли, слияние трех начал — как тут не превратить беду в благополучие?
Лю Синьмин указал на покачивающиеся хрустальные элементы:
— Именно! Вода внизу, Дерево вверху. Жуи подпитывается энергией Воды и стремится ввысь, словно могучее дерево. А входящие потоки цзи подхватываются хрустальной люстрой — она работает как музыка ветра, рассеивая негативную ша и превращая ее в благодатную влагу... Сюэчжэнь, когда разбогатеешь благодаря такой структуре, не забудь про меня!
Юй Нин слегка прокашлялся:
— Вы перегибаете.
Лаобань Ван мгновенно уловил намек юноши и осекся:
— Эх, да что это я... Наверняка я снова все перепутал! Господин Чэнь, не обращайте внимания, мы с Лю — любители, просто фантазируем.
Чэнь Сюэчжэнь огляделся. В отличие от фэншуистов, он не мог видеть потоки цзи, но как хозяин дома отчетливо ощутил: в тот миг, когда жуи лег на люстру, все вокруг изменилось. Он посмотрел на хрустальный свет и глубоко вздохнул. Тяжесть, давившая на плечи долгие месяцы, окончательно исчезла.
— Как бы там ни было, глубоко благодарю вас, господин Юй... Я ваш должник.
Юй Нин мягко улыбнулся:
— Взял деньги — избавил от беды. Никаких долгов, не стоит об этом. — Юй Нин достал телефон и открыл QR-код для оплаты: — Господин Чэнь, переведете оплату? Вам удобнее через онлайн-банк или картой?
— Господин Юй, ну вы даете... — опешил Лю Синьмин, не ожидавший столь прозаичного поворота, но тут же расхохотался: — А вы умеете спустить на землю!
Чэнь Сюэчжэнь не стал медлить:
— У переводов через приложение есть суточный лимит. Господин Юй, подождите немного, я отправлю человека в банк оформить платежное поручение. Не волнуйтесь, я заплачу сполна.
Лаобань Ван махнул рукой:
— Ладно вам, расчеты подождут. Время к общему обеду... Раз уж закончили, может, пойдём перекусим? Мои старые кости требуют регулярного питания, не то что ваша молодежь.
Ассистент Янь тут же подхватил:
— Я знаю отличный ресторан неподалеку! Если господин Ван, господин Юй и брат Лю не против, я отвезу вас.
— Идет, — отозвался Юй Нин, собрал вещи и вместе со всеми вышел из квартиры.
* * *
Дело завершилось успешно, и у Юй Нина было прекрасное настроение. Они с Лаобанем Ваном взяли билеты на скоростной поезд до Города S. Усевшись в кресла, Лаобань Ван спросил:
— Сяо Ю, почему ты не разрешил мне договорить? Это же идеальная структура для причаливания богатства и процветания! Будь я на твоем месте, я бы так расписал его перспективы, что он бы в ножки мне кланялся!
— Ни к чему это, — Юй Нин потянулся. — Клиент просил лишь о спокойной жизни, а не о невероятном богатстве. Излишние посулы только вредят... К тому же господин Чэнь — человек достойный, он мне симпатичен.
Лаобань Ван кивнул:
— Согласен... Сразу видно: парень честный, чистый. В наши дни такие редкость. Но теперь, А-Ю, у тебя от клиентов отбоя не будет... Кстати, тот мой приятель — ужасный болтун. Если не хочешь лишней огласки, я звякну ему, чтобы рот на замок держал.
Юй Нин немного подумал:
— Не стоит, пусть говорит... Все должно идти своим чередом. Известность не помешает, а то история в Городе H может повториться. Не хотелось бы снова портить себе настроение из-за чужой слепоты.
Лаобань Ван, имевший представление о том случае, махнул рукой:
— Эх, да они просто не разглядели гору Тайшань! Ты не бери в голову. Помяни мое слово, скоро к тебе в очередь выстраиваться будут!
Юй Нин улыбнулся:
— Я еще молод, амбиции во мне говорят. Не смущайте меня, Дядюшка-наставник Ван.
За разговорами они и не заметили, как поезд прибыл в Город S. У Лаобаня Вана на привокзальной парковке стояла машина, так что они попрощались и разъехались. Не успел Юй Нин добраться до дома, как на телефон пришло банковское уведомление: Чэнь Сюэчжэнь перевел за работу пять миллионов юаней. С учетом стоимости деревянного жуи общая сумма сделки составила семь миллионов четыреста тысяч.
Юй Нин не знал, сколько зарабатывают популярные актеры, но понимал: Чэнь Сюэчжэнь только что купил элитное жилье, и эта сумма, вероятно, истощила все его сбережения. Уважение к артисту в душе юноши возросло еще сильнее.
Тем временем в Городе H Чэнь Сюэчжэнь и Лю Синьмин вернулись в квартиру. Едва они переступили порог, как у Лю Синьмина зазвонил телефон. Послушав трубку, менеджер менялся в лице на глазах, а затем сияющий повернулся к актеру:
— Сюэчжэнь! Твой час пришел! Звонил режиссер Чжан. Говорит, исполнитель главной роли в его новом фильме начал выкручивать руки при подписании контракта, и Чжан решил его заменить. Перебрал всех молодых актеров и понял, что идеальнее тебя кандидатуры нет! Спрашивает, интересен ли тебе проект!
Чэнь Сюэчжэнь ошеломленно хлопал глазами, не веря ушам:
— Брат Лю... Что вы сказали? Главная роль?! Мы же пробовались на роль второго плана!
— Главная! — Лю Синьмин потащил его к гардеробной. — Живо переодевайся! Режиссер Чжан летит из Города Q в Город B с пересадкой у нас, у него есть ровно час между рейсами, и он хочет встретиться с тобой!
Заторможенность Чэнь Сюэчжэня мгновенно сменилась ликованием. Он ткнул пальцем себе в грудь:
— Главная роль?! В самом деле главная?!
— Да-да-да! Переодевайся, выезжаем в аэропорт, нельзя опаздывать!
* * *
Вернувшись в древний мир, Юй Нин первым делом отправился к Мастеру Усуну. На этот раз он создал размещение фэншуй без масштабных перестроек, используя особенности местности, и ему хотелось обсудить свои выводы с наставником.
Мастер Усун сегодня выглядел гораздо лучше, чем вчера — видимо, сказывался здоровый сон. Опершись на подушки, он выслушал рассказ Юй Нина, в котором юноша адаптировал современные термины под понятия, понятные старику. Немного подумав, Мастер Усун попросил кисть и бумагу.
Будучи великим мастером, способным соперничать с самим Великим астрологом Гу, Усун лишь по нескольким фразам Юй Нина точно воспроизвел весь чертеж. Он указал кончиком кисти на место, где располагалась люстра:
— Не знаю, в чьем доме ты работал, но установить там хрустальный перезвон такой чистой работы могла лишь невероятно богатая семья.
Юй Нин указал на рисунок пола:
— Мне кажется, в самой структуре нет ошибок, но осталась незавершенность. Рисунок плитки хоть и напоминает водную гладь, но узоры идут строго в одну сторону. Это весенние воды, уходящие на восток: есть уход, но нет возврата. В этом кроется некоторая холодность.
— Верно мыслишь, — одобрил Мастер Усун. — Однако хрустальный перезвон на пути потока смягчил движение, не позволив воде стать истощающей. К тому же, судя по описанию внешнего окружения, там нет разрушительных ветров, так что этот изъян не критичен.
Юй Нин нахмурился:
— А как бы поступили вы, Учитель?
Мастер Усун с улыбкой нарисовал на стене напротив окна изображение зеркала:
— Я бы повесил здесь бронзовое зеркало. Зеркало, отражающее водную гладь, создает обратный поток — и вот перед нами гармоничное движение цзи... Или же поставил бы в том углу сосуд с цветущим лотосом. Эффект был бы схожим.
Юй Нин всплеснул руками, пораженный простотой решения:
— И как я сам не додумался до зеркала! Я так старался не нарушать привычную обстановку хозяев, а ведь одно зеркало никому бы не помешало!
— Ничего страшного, — улыбнулся Мастер Усун. — Если это так тебя тревожит, вернись и предложи им добавить бронзовое зеркало.
— Ну нет... — пробормотал Юй Нин. — Я забрал плату и ушел. Вернуться и сказать, что моя работа была с изъяном — это же позор!
— И много ли стоит твой позор? — раздался резкий голос от дверей.
Юй Нин обернулся. В комнату, плотнее запахивая тяжелый чекмень, вошел Великий астролог Гу. Он подошел к кровати, мазнул взглядом по наброску в руках Мастера Усуна и фыркнул:
— Из-за такой глупости ты сидишь тут и ломаешь голову?
— Но ведь работа действительно была не идеальной... — смущенно оправдывался Юй Нин. — Я взял с человека деньги и обязан избавиться от беды без остатка, а тут осталась недоделка.
— Великий Дао содержит пятьдесят путей, но Небеса открывают лишь сорок девять, всегда оставляя один шаг для проявления судьбы. Ты кем себя возомнил, чтобы претендовать на абсолютное совершенство? — Гу Мэнлань присел на край кровати и перевел взгляд на Усуна: — Как самочувствие сегодня?
— Терпимо, — тихо ответил Мастер Усун. — Не ругай А-Ю. В его возрасте добиться таких результатов — уже великое достижение.
— Вот-вот, — хмыкнул Великий астролог Гу. — Из-за того, что вы все его нахваливаете да пестуете, парню скоро тридцать, а у него ни ума, ни статности. В его возрасте ученики его отца уже становились главными смотрителями, а этот всё возле нас крутится.
Юй Нин возмущенно возразил:
— Это потому, что я поздно начал учиться! С нашего знакомства и года не прошло!
— Все равно ты бестолковый.
Юй Нин посмотрел на него с укором:
— Учитель, а кто раньше всеми правдами и неправдами заманивал меня учиться фэншуй?
— Кто угодно, только не я, — с каменным лицом открестился Великий астролог Гу. — Кто заманивал, к тому и предъявляй претензии.
Юй Нин тут же вцепился в рукав его чекменя и запричитал:
— Вот этот человек! Мастер Усун, заступитесь за меня!
— Прочь, — Великий астролог Гу сбросил его руку. — Прекрати паясничать.
Мастер Усун, наблюдавший за этой сценой, тихо рассмеялся:
— А-Ю, не приставай к нему, лучше иди ко мне. Кое-кто считает, что тебе не хватает таланта, а я не привередливый. Пойдешь ко мне в ученики?
Юй Нин просиял дурашливой улыбкой:
— С радостью! Я давно об этом мечтал! Подождите немного, я сейчас же объявлю о разрыве отношений с прежним учителем и перейду под ваше крыло!
— Я смотрю, ты давно розги не пробовал? — Великий астролог Гу поднял руку, давая знак вошедшей Молань.
Служанка держала поднос, накрытый красным шелком.
— Я приготовил для тебя жертвенную мантию для Большого жертвоприношения. Но если ты собираешься менять учителя, то и на церемонии тебе делать нечего. Найду кого-нибудь другого подержать государственную печать.
Молань почтительно сдернула шелковое покрывало. Фужун подхватила одеяние и развернула его.
Юй Нин тихо ахнул. Пред ним предстало нечто ослепительное. Подол внешнего одеяния из тяжелой ткани касался пола. Мантия была покрыта настолько плотной вышивкой и узорами, что первоначальный цвет ткани угадывался не сразу.
Приглядевшись, Юй Нин разглядел глубокий, насыщенный алый цвет. По червонному полю золотыми и серебряными нитями, жемчугом и драгоценными каменьями были вышиты диковинные звери, символы солнца и луны. Несмотря на изобилие деталей, узоры располагались гармонично, оставляя свободные пространства, но создавая ощущение невероятного величия и мощи.
Самым удивительным было то, что это была не просто одежда — мантия обладала собственной, ощутимой аурой! Это был настоящий ритуальный артефакт.
Видя, как Юй Нин застыл с открытым ртом, Великий астролог Гу переглянулся с Мастером Усуном и усмехнулся:
— Посмотри на этого деревенщину.
Мастер Усун всматривался в шитье с легким обеспокоением:
— Нельзя винить мальчика... Но не слишком ли вызывающе выглядит эта жертвенная мантия?
— В чем же тут вызов? — возразил Гу Мэнлань. — У меня с этим старым псом Чжу Фэйсином уговор на двадцать лет, но А-Ю никаких клятв не давал. Если он хочет занять место Великого астролога, пусть возвращается и забирает его по праву.
— Что?! — Юй Нин округлил глаза, уловив главное: — Должность Великого астролога передается по наследству? Это же неправильно! К тому же я совсем не хочу становиться Великим астрологом!
— Чтобы хотеть, нужно сначала иметь для этого достаточно сил, — Великий астролог Гу щелкнул его по лбу. — Посмотри на себя. Даже если бы я захотел передать тебе пост прямо сегодня, завтра тебя сожрут с потрохами... Я не хочу, чтобы придворные устроили бунт.
— Истинно так, — с улыбкой поддержал Мастер Усун.
— Учитель, вы сами завели разговор про должность! А теперь снова меня ругаете! — обиженно пробормотал Юй Нин. — Я понял, у вас сегодня просто день нападок на меня.
Великий астролог Гу изогнул бровь:
— Скажешь еще хоть слово?
Юй Нин мгновенно притих и вернулся к созерцанию мантии.
Мастер Усун тихо спросил:
— Ты серьезно задумываешься об этом?
— Есть грех... Отдавать все результаты труда своими руками мне кажется слишком расточительным, — признался Гу Мэнлань. — В свое время я получил этот пост не из чужой милости, а вырвал его в честной борьбе.
Мастер Усун на мгновение задумался:
— Дни стоят ясные. Было бы хорошо, если бы А-Ю до наступления нового года отправился в путь и осмотрел место, которое я выбрал для своего вечного покоя.
— Зачем ты снова заводишь эти речи? Не боишься навлечь беду?
— Чего бояться? Все смертны, — улыбнулся Мастер Усун. — Гу Мэнлань, ты ведь сам мастер фэншуй, а веришь в глупые предрассудки... Если место выбрано верно, А-Ю сможет почерпнуть от него благословение и силу.
— Для этого тебе сначала придется умереть.