— Брат Нин, ты чего тут спрятался? — раздался из-за двери голос Чжоу Хуана.
Судя по всему, тот уже некоторое время разыскивал приятеля. Увидев, что Юй Нин увлечён непринуждённой беседой с незнакомцем, Чжоу Хуан без лишних церемоний направился к ним, но, подойдя ближе, разглядел его собеседника и опешил:
— И как тебя умыкнули к заднему выходу покурить?.. Э-э-э? А ты случайно не тот... ну, что пришёл вместе с тем важным господином?
Спецассистент Чжан мгновенно преобразился: расправил плечи, нацепил безупречно-официальную улыбку и протянул руку:
— Моя фамилия Чжан. Вы, должно быть, молодой хозяин «Богучжай», господин Чжоу?
Чжоу Хуан на мгновение замер, прежде чем ответить на пожатие:
— Да какой из меня молодой хозяин... Просто учитель проявил снисхождение. А вы?..
— Я ассистент господина Ланя, можете звать меня просто Чжаном.
Юй Нин затянулся, неспешно выпустил струйку сизого дыма и усмехнулся:
— Кончай паясничать. — Он подбородком указал на Чжоу Хуана: — Мой друг детства. — Затем повернулся к Чжану: — Тоже приятель.
Переглянувшись, Чжоу Хуан и ассистент Чжан пришли к молчаливому согласию. Все трое вышли на улицу. Устроившись под навесом заднего крыльца, Чжоу Хуан вытянул у Юй Нина сигарету. Прислонившись к дверному косяку, эта троица замерла с абсолютно идентичным выражением глубочайшей отрешённости на лицах — выжатые и совершенно безучастные к миру.
— Ну и денёк, — выдохнул дым Чжоу Хуан. — Устал не меньше, чем на собственной свадьбе.
— Тебе ещё повезло, — закатил глаза Чжан. — Ты попробуй каждый день с моим боссом покрутиться — вот где настоящая каторга.
Юй Нин промолчал. Ему тоже хотелось излить душу — расписать свои бесконечные заучивания трактатов, фехтование и игру на цитре, — но он вовремя сообразил, что это прозвучит скорее как хвастовство и вызовет лишь волну праведного гнева.
— Ваш босс? Тот самый, что выглядел так, будто сошёл с небес? — Чжоу Хуан перевёл взгляд с Чжана на Юй Нина. — А вы-то как познакомились?
Юй Нин достал телефон, мельком глянул на экран и небрежно бросил:
— Да так... Помнишь, я в аварию попал? Он как раз виновником и оказался.
— Чушь! — фыркнул Чжан, задрав голову к небу. — Виновником был его водитель, а босс... босс у нас в роли высшей инстанции.
— Так твой босс — благодетель брата Нина! — воскликнул Чжоу Хуан.
— Это ещё почему?
Юй Нин сделал последнюю затяжку и затушил бычок:
— Да потому что благодаря этой аварии я обрёл полную трудовую независимость.
— Раз так, тебе стоит сказать спасибо мне и не зажимать угощение, — подмигнул спецассистент Чжан. — Я, между прочим, выбил тебе тройную компенсацию и расходы на лечение!
— Договорились, — нахально заявил Юй Нин. — Сейчас вернёшься в зал и уплетёшь за обе щеки всё, что захочешь. Подарок можешь не дарить, я разрешаю!
— Заметано, — усмехнулся Чжоу Хуан. — Хочешь, велю на кухне подать на ваш стол пару лишних порций австралийских лобстеров с чесноком?
Чжан поднял указательный палец:
— Две мало. Я успел изучить меню: как минимум ещё и поднос с камчатским крабом! — Он ненадолго задумался и добавил: — И тыквенный пирог! Его я заберу с собой.
Все трое дружно расхохотались. Выкурив по сигарете, они поправили галстуки, отряхнули костюмы и с невозмутимо-солидным видом вернулись на банкет — навстречу бесконечным тостам и светским разговорам.
* * *
К обеду празднество завершилось. Гости сытно поели, выпили и постепенно разошлись. Чжоу Хуан к тому моменту напоминал скорее бесформенную тушку: его наставнику, старому господину Ло, повезло больше — в силу почтенного возраста никто не дерзал докучать ему долгими возлияниями, а вот Чжоу Хуану досталось по полной. Ему пришлось выпить за каждого и раздать сотни фальшивых улыбок. Теперь он распластался в кресле, слегка приоткрыв рот и уставившись в потолок абсолютно стеклянным взглядом — не хватало только высунутого языка для полной картины окончательной гибели.
Не поворачивая головы, он лишь вяло помахал рукой:
— Брат Нин, извини... провожать не пойду.
— Отдыхай давай. А как придёшь в себя — проведай учителя, — ничуть не обиделся Юй Нин.
Забрав куртку, он вместе со спецассистентом Чжаном направился к выходу. Однако у самых дверей у Чжана зазвонил телефон, и после короткого разговора его лицо заметно омрачилось.
— Что стряслось? — пошутил Юй Нин. — Неужели и впрямь уволили?
— Если бы, — расстегнув верхнюю пуговицу рубашки и нервно ослабив галстук, выдохнул Чжан. — Срочное дело. Давай я тебя быстро заброшу домой.
— Перестань, у меня свои ноги есть, — Юй Нин уже открыл приложение такси и продемонстрировал экран: — Есть дела — езжай. Пришли потом адрес в мессенджер, я, как доберусь до дома, отправлю тебе черешню курьером.
Чжан явно колебался:
— Если босс узнает, что я бросил тебя одного, мне крышка.
— А кто ему скажет? Ты молчишь, я молчу.
—... Ладно, с меня должок! — решился Чжан, быстро сел в авто, и чёрный бизнес-седан, взвизгнув шинами, стремительно растворился в конце улицы.
Юй Нин уже собирался сесть в подъехавшую машину, как вдруг из желудка к самому горлу подступил ком воздуха. Издав пару громких отрыжек, он вспомнил, что за обедом, пока остальные общались, сидел в одиночестве, уткнувшись в телефон, и не заметил, как приговорил три или четыре банки колы. Потрогав раздувшийся живот, он понял, что сыт по горло.
«Ладно, пройдусь пешком, утрясу обед».
Лишних неудобств Юй Нин терпеть не любил, поэтому вернулся в «Богучжай», одолжил у Чжоу Хуана лёгкую футболку и шорты, а свой пиджак и брюки аккуратно упаковал в пакет. Какой бы непринуждённой ни была летняя классика, прогуливаться в ней по жаре — сомнительное удовольствие.
У входа в лавку дворники убирали обрывки красной бумаги, оставшиеся от праздничных хлопушек. Юй Нин подошёл к ним, вручил от имени Чжоу Хуана каждому по чаевым в двести юаней и попросил официанта вынести рабочим по бутылке прохладной газировки. Лишь после этого он неспешно отправился дальше.
То ли погода благоприятствовала, то ли сошлись звёзды, но обычно пустующая Улица Антиквариата сегодня кишела народом. Мимо шествовали две экскурсионные группы: гиды размахивали пёстрыми флажками и что-то громко вещали в мегафоны. Взрывы смеха, оживлённый гомон и многоголосый гул наполняли воздух духом настоящего праздника.
Юй Нин остановился у одного из открытых лотков. Наряду с солидными магазинами здесь стояли небольшие крытые павильоны-беседки. Торговцы укрывались в них от солнца и дождя, хотя сквозняк продувал сооружения насквозь. В таких местах продавали в основном недорогие сувениры.
Перед лотком, у которого застыл Юй Нин, стоял сноп из соломы, утыканный десятками деревянных шпилек — из персикового дерева и сандала. Чуть ниже ровными рядами лежали гребни, массажные валики и прочая резная утварь, а в углу приютилось несколько глиняных окарин-сюнь. Внимание Юй Нина привлекла одна из шпилек: вырезанный на конце цветок лотоса выглядел весьма изящно. И хотя штамповку видно было сразу, сама форма отличалась тонкой, почти живой грацией. Решив, что вещь прекрасно подойдёт мастеру Мэй, Юй Нин не задумываясь расплатился.
Однако, спрятав покупку, он поразмыслил и решил докупить точно такую же. Если подарить шпильку только мастеру Мэй, Великий астролог Гу непременно вспыхнет бессмысленной ревностью и запретит мастеру Мэй носить подарок.
Юй Нин обшарил весь соломенный сноп, но второй точно такой же шпильки не нашёл. Заметив его метания, торговец нагнулся, вытащил из-под полы увесистый полиэтиленовый пакет и брякнул его на прилавок:
— Копайся сам. Найдёшь — твоё, не найдёшь — не обессудь.
— Понял, спасибо.
Юй Нин ничуть не расстроился. Маленький вентилятор, стоявший на столе у продавца, дул как раз в его сторону, даря приятную прохладу в этот жаркий день, так что он с удовольствием погрузился в поиски.
Шпилек в пакете набралось не меньше пары сотен. Выудить среди этого хаоса второй лотос оказалось не так-то просто. И вдруг краем глаза Юй Нин уловил короткую фиолетовую вспышку. Он присмотрился: на самом дне вороха деревяшек лежала шпилька — настолько тёмная, что чернеющее дерево отливало глубоким пурпуром. Вокруг неё струилось мягкое, но невероятно насыщенное, густое фиолетовое сияние.
Не подав вида, Юй Нин сжал ценную находку в кулаке и тут же подцепил пальцами вторую шпильку с лотосом.
— Хозяин, эти по той же цене? Я возьму обе.
Продавец мельком глянул на товар:
— Да, по двадцать пять. С тебя полтинник, код на стойке.
Переведя деньги, Юй Нин показал торговцу экран с подтверждением оплаты:
— Готово.
Продавец уже собрался было выдать стандартное «приходите ещё», как вдруг откуда ни возьмись выскочил мужчина средних лет и, ткнув пальцем в руку Юй Нина, выпалил:
— Сколько за эту? Я забираю!
Юй Нин без лишнего шума опустил шпильку в карман шорт и спокойным тоном ответил:
— Я её уже купил. Если нужна похожая — поищите в пакете, там их полно.
Осознав, что покупка уже состоялась, незнакомец повернулся к Юй Нину:
— Мне приглянулся именно этот оттенок... Парень, может, перепродашь?
— В пакете точно такие же, по двадцать пять юаней за штуку, — Юй Нин обернулся к собеседнику.
Перед ним стоял упитанный мужчина в слегка поношенном френче типа «чжуншань». Вытащив из кармана купюру в сто юаней, тот с благодушной ухмылкой попытался впихнуть её Юй Нину:
— Ну уступи вещь! Я заплачу сотню, а?
Увидев это, торговец тут же спохватился и зашуршал пакетом:
— Гость, этот парень брал оптом из общего куля! У меня тут ещё есть! — Он вытащил шпильку с лотосом и протянул покупателю: — Вот, взгляните!
Продавец хотел было отыскать и второй образчик, но поскольку товар закупался мешком без разбора, он и сам толком не знал, что там внутри. К тому же Юй Нин показал шпильку лишь мельком — торговец успел заметить только тёмно-пурпурный ствол. В кульке валялось ещё несколько эбеновых заготовок, но продавца не покидало ощущение, что они отличались от той, которую выбрал парень.
Мужчина даже не взглянул на предложенный товар. Не снимая с лица маслянистой улыбки, он продолжал одолевать Юй Нина:
— Мне нужна именно эта! Ну что тебе стоит? Если мало — я добавлю!
— Не продаётся, — отрезал Юй Нин и сделал шаг в сторону, собираясь уйти.
Однако незнакомец мгновенно перегородил ему путь и цепко схватил за рукав:
— Тысяча юаней! Продашь?
Юй Нин едва не расхохотался. Ей-богу, обычная деревяшка, купленная на уличной барахолке! Напор этого типа буквально кричал о том, что со шпилькой что-то нечисто.
— С чего такая спешка? Поищите в куче, найдёте точно такую же. Зачем вам именно моя?
Мужчина упёрся намертво:
— В нашем деле главное — судьба и предзнаменование... Я лишь взглянул на неё и сразу понял: моя вещь! Молодой человек, деньги не проблема, назови цену!
Юй Нин уже приготовился назвать абсурдную сумму в пару миллионов, чтобы раз и навсегда отвадить назойливого покупателя, как вдруг со стороны раздался суровый возглас:
— Сяо Лю, ты что тут устроил?!