Юй Нин заворожённо слушал. Переведя взгляд на тыльную сторону ладони Третьего молодого господина, он сделал два шага вперёд. Однако юноша отпрянул, словно обжёгшись о раскалённые угли:
— Не подходи! Это заразно!
Юй Нин лишь махнул рукой и велел стоявшей подле Фужун:
— Позови управляющего Вана.
— Слушаюсь, — отозвалась Фужун и вышла.
Едва Третий молодой господин перевёл дыхание и немного расслабился, как Юй Нин молниеносно приблизился и сжал его ладонь.
Чужое тепло заставило юношу вздрогнуть. Он инстинктивно попытался вырвать руку, но Юй Нин досадливо проворчал:
— Перестань. Совсем с ума сошёл? Раз подхватил мор, зачем припёрся ко мне в комнату? А если уж пришёл, то к чему эти дырявые перчатки и шляпа? Думаешь, они тебя спасут или хоть что-то скроют?
— Чушь! Немедленно отпусти мою руку! — вспылил Третий молодой господин.
Юй Нин и не думал выпускать его пальцы, лишь спокойно и с улыбкой смотрел ему в глаза. Встретившись с ним взглядом, юноша осекся и смолк.
— Болит, наверное? — Юй Нин поднял его руку, разглядывая кожу.
Помочь он ничем не мог — всё-таки не лекарь. Его влияние на энергетическое поле могло лишь слегка поднять юноше удачу или запечатать его ауру, не дав заразе вырваться наружу. Впрочем, хотя ци Третьего молодого господина и ослабла, гибельной зловредной энергии в ней не ощущалось. Стало быть, на этот раз он выживет.
— Конечно, болит! Сам попробуй! — с ядовитой ухмылкой огрызнулся юноша и сдёрнул с головы бамбуковую шляпу. На его лице пока не было язв, но в нескольких местах проступали красные пятна — болезнь лишь набирала силу.
Юй Нин разжал пальцы и с наигранным отвращением заметил:
— Пожалуй, воздержусь. Уж больно уродливо выглядит...
Лицо юноши, доселе бледное, мгновенно налилось краской:
— Юй Нин, да пошёл ты к чёрту!
Юй Нин промолчал. Развернувшись, он подошёл к сундуку — благо вещи только начали разбирать, и большинство из них всё ещё оставались под рукой. Пошарив внутри, он достал деревянный талисман «Тыква-горлянка» и бросил его собеседнику. Тыква-горлянка символизировала счастье и процветание, а также обладала способностью вбирать в себя вредоносную цзи. Оставалось надеяться, что этот артефакт сослужит юноше добрую службу.
— Носи при себе, — произнёс Юй Нин. — Даже когда будешь мыться, не снимай.
В этот момент у дверей раздался тихий шорох, и снаружи донёсся голос управляющего Вана:
— Молодой господин!
— Входи, — откликнулся Юй Нин.
Управляющий Ван вошёл и, то ли не заметив плачевного вида Третьего молодого господина, то ли сделав вид, будто ничего не происходит, почтенно поклонился:
— Что прикажете, молодой господин?
Юй Нин, не скупясь, достал из сундука деревянную шкатулку шириной в полладони. Внутри ровными рядами лежали множественные амулеты и обереги — не меньше сотни.
— В поместье Личжуан вспыхнул мор, — распорядился он. — Раздай эти талисманы людям, по одному на каждого. А затем пусть все собирают вещи. Мы должны покинуть префектуру Тяньюй до наступления ночи.
— Слушаюсь, — ответил управляющий Ван. Замявшись на мгновение, он передал Юй Нину реестр и тихо произнёс: — Старому слуге уже известно об этом. Лекарь Ли тайно осмотрел больных. Мор хотя и весьма заразен, но не смертелен. При должном уходе болящие быстро оправятся... А как быть с Третьим молодым господином?
Юй Нин бегло пролистал записи: там числились все заражённые и причины их болезни. Часть слуг подхватила заразу во время закупки и доставки припасов — их тут же заперли в отдельном дворе. Что же до юношей из знатных семей, заболевших позже, то одни из них позволили себе дерзкие речи в адрес двора, а другие пострадали из-за того, что их родные чем-то не угодили Его Величеству. Рыбкам в пруду досталось за компанию.
— Действуй, как сказано, — свернул реестр Юй Нин.
Убедившись, что мор не несёт смертельной угрозы, он рассудил, что так оно и есть: в поместье собрались дети высокопоставленных сановников, и пёс-император, судя по всему, лишь решил припугнуть их, решив убить одну курицу на показ другим. В эти времена эпидемии практически не поддавались контролю. Будь это настоящая чума или оспа, всё могло бы обернуться мёртвым городом, и никакое поместье не удержало бы заразу в своих стенах.
Но терпеть подобное он не намеревался.
Юй Нин повернулся к Третьему молодому господину:
— Пойдёшь с моими людьми и будешь вести себя тихо. Я сохраню твою собачью жизнь.
Третий молодой господин только-только перевёл дух, узнав, что от этой болезни не умирают, и его натянутые как струны нервы расслабились, но слова Юй Нина снова заставили его закипеть:
—... Что ты сейчас сказал?
— Сказал, что сберегу твою собачью шкуру в целости и сохранности! — с улыбкой повторил Юй Нин. — Время не ждёт. Живо отправляйся к себе и вели своим людям собираться. Выезжаем через полчаса.
— Хм! — Юноша резко взмахнул рукавом и выскочил из комнаты.
Управляющий Ван поспешно проводил его поклоном. Как только дверь за юношей закрылась, лицо Юй Нина мгновенно потемнело.
— Возьми людей и иди за мной, — тихо приказал он.
— Слушаюсь!
Управляющий Ван последовал за Юй Нином. По знаку молодого хозяина к ним присоединились восемь охранников и Фужун. Внушительная группа грозно покинула двор. Помещик Чжан и не подозревал, что строгие правила его дома, которыми он так гордился, превратились в смертельную ловушку. С помощью слуг Юй Нин без труда разыскал хозяина усадьбы.
Завидев Юй Нина, помещик Чжан хоть и не понимал причины его визита, но по мрачному выражению лица догадался о неладном. Он поспешно шагнул навстречу и склонился в глубоком поклоне:
— Приветствую молодого господина Юй... Молодой господин, неужто слуги ослушались вас или еда оказалась не по вкусу?
Обычно Юй Нин не любил лишних церемоний и сразу же просил подняться, но на этот раз лишь бесцеремонно занял главное кресло в зале и, приподняв бровь, ледяным тоном произнёс:
— Неужели помещик Чжан сам не догадывается, чем я недоволен?
— Прошу молодого господина просветить глупого старика, — не поднимая головы, ответил помещик Чжан, демонстрируя глубочайшую покорность. Лишь в глубине его опущенных глаз на мгновение мелькнул подозрительный огонёк.
Юй Нин лишь усмехнулся, ничего не ответив.
Управляющий Ван служил Юй Нину далеко не первый день и отлично понимал характер своего господина. Заметив, что тот не расположен к разговорам, он сделал шаг вперёд и спросил:
— Помещик Чжан, дозвольте узнать, кто проживает в Дворе Зеленого Моста в вашем поместье?
Именно там заперли всех заражённых мором.
— Двор Зелёного Моста? — помещик Чжан словно смаковал каждое слово, изображая крайнее изумление. — Там живут лишь дворовые слуги. Почему управляющий Ван спрашивает об этом? Неужели случилось что-то непредвиденное?
— В вашей усадьбе вспыхнул мор. Известно ли вам об этом, помещик Чжан? — продолжал допрос управляющий Ван.
— Что?! Мор?! Да как такое возможно! — Помещик Чжан изобразил глубочайший испуг и с грохотом упал на колени. — Молодой господин Юй, выслушайте меня! В поместье нет никакой болезни! Какой злой язык распускает подобные слухи?! У меня в гостях столько знатных господ — случись с кем беда, я же головой отвечу!
Фужун, стоявшая подле господина, тихо произнесла:
— Молодой господин, не стоит тратить слова на этого человека. Он годами заправлял в префектуре Тяньюй, грабил и творил бесчинства, и на его совести не одна человеческая жизнь. Бросьте его во Двор Зелёного Моста — к чему бесполезные разговоры?
Юй Нин не стал спрашивать о доказательствах: если уж Фужун заговорила об этом, значит, улики были неопровержимы. Достаточно было взглянуть на пышное убранство усадьбы — без огромного богатства и связей на самом верху подобную роскошь не возведёшь. Среди чиновников чистых на руку не бывает.
Юй Нин молчал, неспешно крутя в пальцах нефритовый веер и предаваясь размышлениям.
Помещик Чжан, всё ещё стоя на коленях, осторожно поглядывал на юношу. Видя его холодное бесстрастие и грозных слуг, замерших вокруг, помещик почувствовал, как капли холодного пота выступают на коже и струятся по спине, заставляя его дрожать от липкого страха.
Его не покидало дурное предчувствие.
Вскоре стражники притащили троих молодых людей в дорогих шелковых одеждах. Все трое были туго скручены веревками, а в рты им вставили кляпы. Начальник охраны поклонился:
— Молодой господин, они здесь.
— Хорошо, — кивнул Юй Нин. — Отправьте их во Двор Зелёного Моста и заприте ворота.
— М-м-м! — пленники забились в судорожных попытках вырваться.
Помещик Чжан вцепился в полы своего халата и закричал:
— Молодой господин Юй! Погодите! Чем мои сыновья провинились перед вами? Скажите мне, я сам жестоко накажу их...
— Не стоит, — перебил его Юй Нин. — Стоит лишь запереть их во Дворе Зелёного Моста, и мой гнев остынет.
Не желая больше попусту тратить время, Юй Нин поднялся. Управляющий Ван и Фужун поспешили за ним, совершенно проигнорировав вопли семейства Чжан.
Холодный пот градом застилал глаза помещика Чжана. Он в оцепенении глядел на пол, не зная, как спасти положение. Увидев, как полы одежд Юй Нина мелькнули совсем рядом, а его сыновей с мычанием уволакивает охрана, Чжан в отчаянии рванулся к ногам молодого господина:
— Молодой господин Юй!
Внезапно неведомая и колоссальная сила обрушилась на него сверху, сбив на лету и прижав к полу. Его лицо врезалось в полированные мраморные плиты. Эти плиты были насколько тверды, что даже при случайном падении синяк не сходил неделями, а тут — такой сокрушительный удар! В носу и во рту вспыхнула дикая боль, лишившая помещика способности даже просто открыть рот. От шока он не мог вымолвить ни звука.
Юй Нин обернулся к распластанному на полу Чжану и тихо проговорил:
— Я давно хотел это сделать.
— Что ты натворил, знаем мы оба, так что избави меня от оправданий, — голос юноши оставался безучастным. — Каждый родитель заботится о будущем своих детей, но ты, помещик Чжан, решил построить благополучие собственных сыновей на чужих жизнях. Не слишком ли далеко ты зашёл?
От этих слов и без того бледное лицо Чжана окончательно посинело, пот полился с него ручьями. Он невнятно пробормотал через силу:
— Мо-молодой господин Юй... Я же... я же выполнял приказ...
Юй Нин приложил палец к губам:
— Цыц. Договоришь — и тогда уже не я приду за твоей головой.
— Заберите его и заприте во Дворе Зелёного Моста вместе с остальными, — распорядился он и, не оглядываясь, пошёл прочь.
Стражник коротко отчеканил ответ, подошёл к помещику и точным ударом по шее отправил его в беспамятство. Вслед за сыновьями Чжана уволокли во Двор Зелёного Моста. Во дворе собрались сбежавшиеся на шум дворовые слуги. Сжимая в руках дубинки, они в смятении переглядывались, не понимая, стоит ли останавливать гостей.
Помещик Чжан сам когда-то строго-настрого запретил им вмешиваться, даже если знатные господа начнут убивать прямо в усадьбе.
Но ведь на этот раз забивали самого хозяина!
Юй Нин даже не удостоил их взглядом и уверенно прошёл мимо. Люди из Резиденции Великого астролога уже собрались в дорогу и ждали лишь его приказа. Юй Нин не скрывал своих действий, а потому на шум прибежали несколько молодых дворян. Видимо, родня предупредила их заранее: бросив недоразобранные пожитки, они собрали своих людей и пристроились к его отряду. Стоило Юй Нину появиться, как они, не задавая лишних вопросов, приветственно сложили руки:
— Выходцы из рода Инь готовы следовать за господином Юем!
— Выходцы из рода Ци готовы следовать за господином Юем!
— Род Чжан...
Юй Нин остановил их жестом. Управляющий Ван сразу всё понял и отправил несколько служанок в пурпурных одеждах оповестить остальные семейства. Что же до прочих, всё ещё остававшихся в поместье... Смерть им всё равно не грозила, и Юй Нин решил не забивать себе этим голову.
— Выдвигайтесь, — распорядился Юй Нин, сам не садясь в экипаж.
— Слушаемся!
Он проводил взглядом уходящую кавалькаду. В этот миг поднялся ветер.
Юй Нин точным движением бросил некий предмет прямо в точку цзи поместья Личжуан.
У мастеров фэншуй всегда находились свои особые, проверенные временем приёмы.
Например, сделать так, чтобы семья, перешедшая им дорогу, из поколения в поколение нищала и никогда больше не смогла подняться.