— Ты вообще представляешь, сколько я плутал всё утро, пока искал твоё захолустье?! — Юноша шагнул вперёд, молниеносно выхватил из рук Юй Нина бутылку напитка, которую тот собирался вернуть в холодильник, и в один миг осушил её наполовину. Затем он с возмущением обличил хозяина лавки: — Я пришёл обсудить с тобой сделку на десятки миллионов, а ты как себя ведёшь?! Да ты к покупателю, берущему газировку за пять юаней, относишься с большим уважением!
— Извини, но наш лимонный чай стоит шесть с половиной, — фыркнул Юй Нин. — У меня, к слову, тоже есть на призоре дело на пару сотен миллионов. Не хочешь обсудить?
— Колёса прямо по лицу проехали... Подозреваю, что ты пошловато шутишь, но доказательств у меня нет, — пробормотал юноша.
Однако он тут же согнал с лица дурашливое выражение и серьёзно спросил:
— Господин Ю, неужели у вас и впрямь есть артефакты такого уровня?! Сам я подобное решать не могу... Вы подождите минуту, я наберу отцу. Может, я пока переведу пять миллионов в качестве задатка?
Юй Нин от усталости приложил пальцы к вискам:
— Не надо. Тебе через WeChat или Alipay?
— В WeChat и Alipay стоит лимит, — возразил тот. — Продиктуйте номер карты, я сделаю банковский перевод.
— Ты что, за бутылку чая собрался платить банковским переводом? — Юй Нин окончательно устал от этого бессмысленного приставания и просто указал на дверь: — Всё, иди отсюда. Напиток за мой счёт.
— Господин Ю, ну подумайте ещё, пожалуйста! — слёзно умолял юнец.
— Если ты прямо сейчас не выйдешь, твою машину эвакуируют, — нетерпеливо урезал его Юй Нин.
— А? — Юноша обернулся и обомлел: прямо возле его авто стоял автоинспектор и уже готовился сфотографировать номер, чтобы выписать штраф. Парень выскочил на улицу: — Извините! Простите! Я уже уезжаю!
Инспектор опустил планшет, убрал его в карман и строго предупредил:
— Здесь стоянка запрещена. Чтобы это было в последний раз!
— Да я всего лишь за водой отлучился! — Парень тоскливо потряс недопитой бутылкой. — У меня на правах последние два балла остались, если снимут — опять на пересдачу идти!
Полицейский окинул взглядом его роскошное авто и коротко бросил:
— Водите аккуратнее.
С этими словами он удалился.
Юнец ухватился за дверцу машины и бросил на Юй Нина полный тоски взгляд. Но тот с абсолютно невозмутимым видом со звонким резким стуком задвинул стеклянную дверь. Более того, он отыскал табличку с надписью «Хозяин ушёл, лавка закрыта» и повесил её на самое видное место, чтобы больше ни одна живая душа его не тревожила.
"Ну неужели так трудно дать человеку спокойно склеить тарелку и выполнить домашнее задание?!"
Юй Нин даже представить боялся, что произойдёт во время их следующей встречи. Ладно бы Мастер Мэй просто узнал о его тайной отлучке, так если выяснится, что он ещё и к домашней работе отнёсся спустя рукава, не сумев нормально восстановить простую тарелку... Зная суровый нрав наставника, тот без колебаний пустит в ход розги и перебьёт ему ноги!
Под приятным прохладным веянием кондиционера Юй Нин поужинал привезённой едой и в отличном расположении духа поднялся на второй этаж. Заодно он пролистал Taobao, где заказал пару десятков самых дешёвых фарфоровых тарелок и пиал, чтобы задать себе дополнительную практику. Лиха беда начало! Неужели он настолько бездарен, что не сможет набить руку? Стоит купить посуду, разбить её на мелкие осколки и пару раз собрать заново — вот опыт и накопится.
Немного отдохнув, Юй Нин поднялся и принялся замешивать клей точно по рецепту Мастера Мэй. Затем он крайне осторожно начал кусочек за кусочком соединять осколки блюда, с расположением которых разобрался ещё утром. Процесс этот не терпел спешки. Сам клей сох довольно долго, но по прочности не уступал моментальному: достаточно было нанести его на край и аккуратно приложить деталь, как та — при условии целостности скола — срасталась с соседней без единой щели. Разумеется, если у мастера дрогнет рука и осколок встанет криво, винить придётся лишь собственную неуклюжесть, а никак не состав.
Склеенным фарфоровым фрагментам требовалось около десяти минут на застывание, поэтому Юй Нин решил действовать поэтапно: сперва соединял осколки парами. Пока он проходил весь круг, клей на первых заготовках успевал схватиться. После этого он уже скреплял полученные крупные блоки между собой. В итоге перед ним и впрямь оказалось нечто, весьма похожее на цельное блюдо!
Правда, из-за крошечных крошек, которые так и не удалось вставить на место, вдоль некоторых трещин оставались микроскопические изъяны. В этих местах сколотая глазурь обнажала серовато-белый черепок, напоминавший уродливый шрам на лице красавицы. Юй Нин со вздохом провёл пальцами по этим «отметинам». Мастер Мэй в реставрации всегда придерживался принципа естественности: идеальной считалась та работа, следы которой оставались полностью невидимыми. По этой причине он не признавал ни золотопись «кинцуги», ни металлические скобы, предпочитая кропотливо заделывать трещины простейшими составами по самой трудоёмкой технологии.
Нацепив очки и установив лупу, Юй Нин кончиком иглы с предельной осторожностью стал заносить клей в щели. Здесь требовалась филигранная точность: нанесёшь чуть больше — образуется бугорок, капнешь меньше — останется канавка. А рассчитывать на шлифовку наждачкой с его уровнем мастерства не приходилось. Юй Нин прекрасно понимал, что ему ни за что не повторить виртуозную технику Мастера Мэй, способного полировать застывший состав до идеальной глади, не задев при этом ни единого микрона оригинальной глазури.
Через руки наставника проходили исключительно бесценные раритеты, а сам он любил старинные вещи больше жизни. Разве мог такой человек допустить со своей стороны хоть малейшую оплошность? Мастер Мэй скорее содрал бы с себя кусок кожи, чем позволил повредить хоть каплю глазури или лака на антикварном предмете.
Третий старший брат Мэй Чэнчжи как-то рассказывал, что по молодости и глупости попытался соскоблить излишки клея наждачной бумагой, за что получил от мастера жесточайший нагоняй. Его едва не выгнали в подмастерья к ремесленнику, ставящему железные скобы! Мастер Мэй органически не переносил любых действий, способных повредить сам раритет. Лучше было проявить избыточную осторожность при заливке состава, чем потом браться за абразив: стоит хоть на мгновение упустить контроль и стачать слой глазури — и пусть это потом можно исправить, для наставника подобная оплошность всё равно оставалась непростительным грехом.
К тому моменту, как Юй Нин заполнил последнюю микротрещину, на город уже опустились сумерки. Он выпрямился, разминая затёкшую шею, включил настольную лампу и принялся пристально разглядывать работу. Все швы были аккуратно заделаны, хотя оттенки на месте сколов слегка разнились с основным тоном — видимо, позже придётся слегка подкрасить фарфор. Он провёл подушечками пальцев по поверхности: та казалась гладкой, словно зеркало. Наконец-то юноша смог перевести дух.
Откинувшись на спинку стула, он задумчиво размышлял над реставрацией цвета. Обычные краски со временем неизбежно сотрутся... А использовать глазурь, требующую повторного обжига в печи, совершенно нереально: при нескольких сотнях градусов клей моментально расплавится. Юй Нин состроил унылую мину: считать ли в таком случае тарелку успешно восстановленной?
При этой мысли он осторожно взялся пальцами за край блюда и попробовал приподнять его. От волнения юноша даже затаил дыхание.
"Только бы не развалилось прямо в руках!"
Дюйм за дюймом фарфор отрывался от столешницы. Увидев, что блюдо цельным куском держится на его пальцах, Юй Нин не удержался и довольный расплылся в широкой улыбке.
Однако в следующее мгновение край, за который он держался, с сухим треском отломился. Блюдо рухнуло на столешницу и со звонким грохотом разлетелось на куски. Юй Нин ошарашенно уставился на рассыпавшиеся повсюду осколки; улыбка так и застыла на его губах, не успев сойти с лица.
Посидев несколько мгновений в полном оцепенении, Юй Нин медленно опустился на стул, изо всех сил сдерживая подступившие слёзы. И тут его ровный пульс неожиданно сбился, сердце будто пропустило удар. Юй Нин инстинктивно прижал руку к груди. В то же мгновение окружающие звуки будто растворились: остался лишь оглушительный, бешено колотящийся стук в грудной клетке и шумящая в сосудах кровь.
Наваждение длилось, казалось, целую вечность, хотя в реальности прошла едва ли пара секунд. Внешний мир вновь обрёл чёткие звуки. Юй Нин прижал пальцы к запястью — пульс всё ещё учащённо колотился. Дождавшись, пока сердцебиение хоть немного выровняется, он с трудом сглотнул слюну и потянулся за телефоном. Первым делом нужно было заглянуть в поисковик.
Памятуя о том, что любые попытки искать симптомы в интернете обычно заканчиваются диагнозом «осталось жить два дня», Юй Нин разумно открыл сразу онлайн-энциклопедию. Причиной пропущенного удара сердца числилась экстрасистолия, возникающая обычно из-за стресса, хронического недосыпа или элементарного переутомления.
Юй Нин бросил взгляд на часы, облизнул пересохшие губы и неспешно спустился на кухню. С почти благоговейным трепетом он засыпал в мультиварку целебные снадобья, радетельно выписанные для него придворным врачом Ваном, и поставил их отвариваться. Заодно юноша дал себе твёрдое обещание: сразу после ужина отправляется на прогулку, а вернувшись — немедленно ложится спать. Никаких ночных сидений в сети и никаких гаджетов!
Затем он выскочил на задний двор, выудил оттуда Дахэя и, крепко прижав к себе, пару раз уткнулся носом в его густую шерсть. Забрав кота с собой, он вернулся на кухню. Человек, кот и телефон выстроились возле плиты в ожидании отвара — картина выходила по-настоящему уютной. Впрочем, вскоре Дахэй не выдержал резкого травяного запаха, вырвался из объятий хозяина, принялся нервно вылизываться и жалобно мяукнул:
— Мяу-у!
Юй Нин погладил питомца по голове. Он уже вознамерился побаловать Дахэя консервами, но вовремя вспомнил, что если уж у него самого в двадцать пять лет начались проблемы с сердцем, то раскормленному коту тем более нельзя давать волю! Взяв кота за передние лапы и приподняв перед собой, он с глубоким сочувствием принялся вразумлять пушистого друга:
— Дахэй, дело вовсе не в моей скупости, но ты у нас и так парень упитанный. У котов от избыточного веса тоже бывает гипертония и высокий холестерин, да и живут они из-за этого куда меньше... Так что давай-ка переходить на умеренный рацион, а?
— Мяу? — Кот недоуменно склонил голову, явно не проникшись хозяйскими рассуждениями.
Юй Нин усмехнулся и опустил его на пол. Дахэй на мгновение замешкался, а затем вцепился зубами в штанину хозяина и настойчиво потащил того к выходу. Удивлённый Юй Нин покорно пошёл вслед за котом. Едва они переступили порог кухни, Дахэй разжал зубы. Юй Нин осмотрелся по сторонам, но не заметил ничего необычного, и недоуменно спросил:
— Дахэй, ты чего вытворяешь?
Кот в ответ лишь отчаянно завёл:
— Мяу-а-а-у-у!
Ещё раз внимательно оглядевшись и окончательно убедившись, что кругом всё спокойно, Юй Нин собрался вернуться к мультиварке — теперь даже насыщенный травяной дух казался ему источником умиротворения. Заметив его намерение, Дахэй молниеносно метнулся назад и встал прямо в дверном проёме, громко мяукая и не пуская хозяина внутрь.
Юй Нин лишь недоуменно нахмурился. Он попытался обойти питомца, но тот упорствовал: кот буквально плашмя улёгся на его ступни, блокируя каждый шаг. Решив, что Дахэй просто дурачится, юноша подхватил усатого бунтовщика, сгрузил его на стоявший поблизости столик и юркнул на кухню. Быстро задвинув стеклянную дверь, он стал корчить коту смешные рожи через прозрачное стекло.
Дахэй лёгким прыжком перемахнул на тумбу и с нескрываемой тревогой на мордочке принялся скрести лапами по стеклу, издавая душераздирающие рулады:
— Мяу-а-а-а-а-у-у!
Слушая эти вопли, Юй Нин невольно забеспокоился. Он снова вышел из кухни и взял кота на руки. Дахэй мгновенно умолк и прижался к нему, словно плюшевая игрушка, демонстрируя невероятную покорность. Юноша предпринял ещё несколько попыток переступить порог кухни, но каждый раз кот впадал в крайнюю тревогу и пытался оттащить его назад, будто внутри таилась смертельная опасность.
Юй Нин искренне недоумевал: с чего бы это? Раньше Дахэй спокойно заходил с ним на кухню, отчего же теперь он воспринимает её как вражескую территорию?
Вдруг юношу озарила догадка. Он подошёл к мультиварке и откинул крышку. Дахэй с испуганным визгом слетел с его плеча, выскочил из кухни и замер снаружи, продолжая обеспокоенно мяукать. Юй Нин с усмешкой взял половник, зачерпнул немного тёмного отвара, слегка подул на него, после чего присел на корточки у самого дверного проёма и на глазах у кота сделал глоток. Дахэй мгновенно замолк, а в его карих глазах застыло нечто похожее на священный трепет.
"О боги! Мой двуногий слуга только что выпил монстра, который так ужасно пах!"