Ресторан семьи Чжан считался в городе H заведением камерным и малоизвестным. В день здесь принимали всего два стола, поэтому Юй Нин заранее настраивался на что-то изысканное и фешенебельное — вроде тех мест, куда его прежде возил Лань Сяо. Однако У Юн вместе с Чжу Хэфэном повели его в глубину пешеходной улицы местных традиций, петляя по узким подворотням, пока они не уперлись в фасад одноэтажного дома, которому на вид было никак не меньше полувека.
У Юн постучал. Изнутри донеслось бойкое «Иду!», и вскоре деревянная створка со скрипом приоткрылась. На пороге показалась девушка в спортивном костюме. Разглядев гостя, она просияла:
— Дядюшка У! Заходите скорее. Все уже готово, я как раз собиралась вам звонить!
Девушка распахнула дверь настежь и отступила в сторону, пропуская троицу. У Юн перешагнул через порог без тени стеснения, явно чувствуя себя как дома:
— Да мы тут двоюродного братца моего ждали! Опоздал больше всех, так что передай бабушке, пусть оштрафует его на три чарки!
Чжу Хэфэн слегка приподнял бровь:
— Я за рулем, пить не стану.
— Значит, нажмешь пару кнопок в приложении и вызовешь трезвого водителя! — У Юн кивнул на Юй Нина. — Господин Юй с нами, а у тебя ни капли искренности, когда просишь о помощи?!
Юй Нин торопливо качнул головой:
— Я тоже не пью. Алкоголь не ладит с моими снадобьями.
— Если это не антибиотики, все остальное пустяки, — отмахнулся У Юн и повел спутников в глубь дома.
Только теперь Юй Нин смог рассмотреть обстановку. Не скажи ему У Юн заранее, что это закрытый ресторан, он решил бы, будто пришел в гости к кому-то из местных жителей. Никаких роскошных или дорогих предметов интерьера — обычный уютный обжитой дом.
В гостиной стояли два больших круглых стола старого образца, покрытые прозрачными клеенками. Друг от друга их отделяла полупрозрачная резная ширма.
На столе уже красовались восемь холодных закусок на классических фарфоровых тарелках с синим узором. Рядом выстроились бутылка колы, кувшин апельсинового сока, графин с домашним желтым вином без этикетки и бутылка крепкого прозрачного байцзю.
Девушка приветливо улыбнулась:
— Дядюшка У, если вы не питейные сегодня, я крепкое унесу?
— Э-э, нет, постой! — замахал руками У Юн. — Я сюда только ради домашнего вина твоей бабушки и пришел. Его оставь, остальное забирай.
— Поняла, — девушка ловко унесла байцзю.
У Юн повернулся к спутникам:
— Господин Юй, Хэфэн, присаживайтесь... Предки бабушки Чжан служили при императорской кухне, стряпает она просто божественно! Кабы не старый должок передо мной, фиг бы мы сюда так просто попали.
Юй Нин выбрал первое попавшееся место. Большой стол был рассчитан на десятерых, так что втроем они расположились с королевским размахом.
Девушка подала им влажные горячие полотенца для рук и поинтересовалась:
— Дядюшка У, вы втроем, больше никого? Бабушка сказала, как все соберетесь — сразу подавать горячее.
— Все на месте! Пусть накрывает, когда ей удобно, — отозвался У Юн и тут же жестом предложил гостям взяться за палочки. — Давайте, налегайте! Сейчас бабушка Чжан принесет горячие блюда, закуски сразу унесут... Обязательно попробуйте свиную требуху и корень лотоса с корицей!
Юй Нин скромничать не стал. Он и впрямь успел проголодаться. Не прошло и десяти минут, как та же девушка унесла холодные закуски и поставила на стол три горячих блюда: окуня в кисло-сладком соусе, хрустящие жареные ломтики лотоса и пузатый глиняный супник.
Первые два блюда выглядели аппетитно, но едва сняли крышку с супника, у Юй Нина невольно потекли слюнки. Внутри томился густой, янтарно-прозрачный бульон.
Разливая суп по пиалам, девушка пояснила:
— Это бабушка свежее «Будда прыгает через стену» сварила. Вообще-то для гостей за ширмой, но они еще не подошли, вот бабушка и велела налить вам пиалу-другую на пробу!
— Вот это забота! — У Юн принял первую пиалу и тут же с уважением переставил ее Юй Нину. — Господин Юй, отведайте.
Юй Нин зачерпнул ложку. Вкус оказался невероятно насыщенным, глубоким и бархатистым. С этим деликатесом он был знаком более чем хорошо: в бытность свою в уезде Пинбо он часами сбивал ноги, чтобы раздобыть его для Мастера Мэя. А уж когда они перебрались в префектуру Чанъань, в Резиденции Великого астролога это кушанье и вовсе не переводилось. Великий астролог Гу ради Мастера Мэя даже выкрал... то есть одолжил у одного князя шеф-повара на целый месяц — исключительно потому, что тот виртуозно готовил именно «Будда прыгает через стену».
В современной жизни Юй Нин пробовал это легендарное блюдо впервые. Оставалось лишь признать, что нынешняя логистика дает сто очков вперед древности: ингредиенты, которых нет на месте, можно за пару дней доставить из любого уголка страны. В древности же приходилось отбирать один случайный вариант из тысячи, хотя качество самих продуктов тогда, пожалуй, было повыше.
У Юн прищурился от удовольствия, наслаждаясь каждым глотком, а молчаливый Чжу Хэфэн без лишних слов налил себе уже вторую пиалу.
Когда трапеза была в самом разгаре, входная дверь отворилась, и в гостиную вошла новая компания. Почти все прибывшие были в строгих костюмах и галстуках. Возглавлял их, по странному совпадению, тот самый Линь Фан, который еще утром называл Юй Нина мошенником.
Переступив порог, Линь Фан сразу заметил Юй Нина, восседающего во главе соседнего стола. Лицо его дернулось, но идущий следом ассистент тихо произнес:
— Генеральный директор Линь, пройдемте за наш стол.
— Угу, — буркнул Линь Фан.
Его взгляд скользнул по У Юну и Чжу Хэфэну, однако развивать тему он не стал и прошел за ширму.
Вскоре на стол Юй Нина подали главное блюдо — половину запеченного до золотистой корочки, брызжущего соком молочного ягненка. Вслед за деликатесом выплыла и сама хозяйка — плотная пожилая женщина в фартуке и очках для чтения. Первым делом она от души огрела У Юна ладонью по плечу:
— Сяо У, надо же, не забыл еще старуху! С друзьями пришел? А где же Сяо Чжоу? Что-то не видать ее. Я уж соскучилась!
У Юн поморщился, потирая ушибленное место:
— Бабушка, вы бы хоть силу рассчитывали... Моя женушка не любит светские посиделки, и вы это прекрасно знаете. Да и к чему эти нежности? Между нашими домами и пятисот метров не наберется. Соскучились — глянули бы на нее по дороге с рынка!
— Пошел ты! Стану я к вам таскаться! То кодовые замки у вас, то клубные карты... Развели секретность, будто в генштабе, — добродушно проворчала бабушка Чжан и повернулась к Чжу Хэфэну: — О, и Хэфэн здесь. Ну прямо праздник у меня сегодня!
Затем ее взгляд упал на Юй Нина. Тот вежливо улыбнулся. Старушка расплылась в ответной доброй улыбке:
— А этот паренек мне нравится! Впервые у меня? Ну как, вкусно? Если чего-то еще захочешь — ты только скажи, старуха лично для тебя сготовит!
Юй Нин погладил себя по животу и абсолютно искренне ответил:
— Спасибо, бабушка, я сегодня так наелся, что больше ни кусочка не влезет. Можно я оставлю ваше предложение на следующий раз?
— Конечно! Приходи в любой день! Не будет мест — я тебе прямо во внутреннем дворике отдельный столик поставлю! — с готовностью согласилась бабушка Чжан. — Сама не пойму почему, а только глянула на тебя — и сразу душа легла... Ты ведь не из наших краев, сынок? Откуда будешь? Сколько лет? Чем занимаешься? Женился уже?
У Юн поначалу кивал, но под конец разговора занервничал и торопливо вмешался:
— Бабушка! Бабушка Чжан! Это мой почтенный гость, господин Юй! Не нужно расспросов.
Слово «господин» У Юн выделил особым, уважительным тоном.
Старушка мгновенно подхватила:
— Охо-хо, молодой да ранний! Люблю таких! Так откуда вы, господин Юй? Есть кто на примете?
— Бабушка... — беспомощно вздохнул У Юн.
— Я из города S, — мягко улыбнулся Юй Нин. — И да, простите, бабушка, у меня уже есть пара.
Бабушка Чжан разочарованно вздохнула:
— Эх, жаль-то как... Вы уж не серчайте, господин Юй, просто моей внучке уже двадцать восемь, а все в девках сидит. У меня уж сердце за нее болит... Если будет у вас на примете достойный молодой человек, вы шепните старухе!
— Хорошо, бабушка, я буду иметь в виду, — пообещал Юй Нин.
Старушка удовлетворенно кивнула и замахала рукой:
— Ну, кушайте, кушайте. Нам тут как раз арбузы из Синьцзяна привезли, я потом велю вам парочку с собой упаковать. А сейчас пойду к соседнему столу загляну.
— Разумеется, идите, не смеем задерживать! — У Юн сложил ладони в защитном жесте, моля о пощаде.
Бабушка Чжан, едва сдерживая смех, снова шутливо стукнула его по плечу и ушла за ширму. В той стороне сидела большая компания, так что вскоре оттуда донесся оживленный гул голосов.
Выждав, пока Юй Нин отложит приборы, У Юн под столом осторожно толкнул Чжу Хэфэна ногой. Тот сразу все понял: вытер губы салфеткой и, глядя Юй Нину прямо в глаза, серьезно произнес:
— Не стану ходить вокруг да около. Господин Юй, за какую цену вы готовы уступить древесину, пораженную молнией?
Юй Нин задумался. Недавно он ездил с хозяином Ваном на северо-восток и примерно представлял расценки на настоящие артефакты. Однако раскрывать карты первым он не спешил.
Увидев его сдержанную улыбку, У Юн поднял один палец:
— Господин Юй, как насчет одного миллиона?
Юй Нин взглянул на него с легким прищуром. Не маловато ли загнул этот делец?
Перехватив его взгляд, в котором читалось ироничное понимание, У Юн про себя чертыхнулся. Он рассчитывал сыграть на неведении юноши, но теперь понял, что номер не пройдет, и мгновенно переобулся:
— Тьфу ты, язык мой — враг мой! Оговорился! Десять миллионов! Десять миллионов юаней! Это абсолютно честная цена, мы без фокусов. Что скажете?
Десять миллионов вполне вписывались в ожидания Юй Нина. Но раз уж У Юн только что пытался сбить цену до миллиона, Юй Нин понял, что у торговца есть запас. К тому же долг в пятьдесят миллионов висел над ним тяжелым грузом, так что лишний миллион-другой явно не помешал бы.
— Мне кажется, эта цена...
— Двенадцать миллионов, — перебил Чжу Хэфэн, бросив строгий взгляд на У Юна. — И если артефакт действительно сработает, я лично добавлю еще три миллиона сверху в качестве благодарности.
Пятнадцать миллионов за кусок дерева — предложение более чем щедрое.
Юй Нин немного помолчал и спросил:
— Позвольте узнать, господин Чжу, для чего именно вам понадобилась эта древесина?
Чжу Хэфэн скосил глаза на ширму и вполголоса ответил:
— Дома начались нелады. Подозреваю, кто-то приложил руку. Хочу купить мощный артефакт, чтобы утихомирить нечисть и защитить семью.
«Эх ты... ну что за лопух!» — У Юн с досадой посмотрел на родственника. Сам он до этого пел Юй Нину сказки про «защиту дома для профилактики», опасаясь, что, узнав о крайнем положении, продавец заломит космическую цену.
В их бизнесе такое сплошь и рядом! Чужая душа — потемки, нельзя выкладывать все карты при первой же встрече.
Однако Юй Нин лишь понимающе кивнул:
— Я так и думал.
Обычно энергетическое поле человека пребывает в состоянии покоя. Изменения происходят лишь под внешним воздействием — как та черная скверна, которую он видел на юноше из семьи Чу, или увядание ауры у старика Линя. У Чжу Хэфэна же ситуация была иной. Его собственная жизненная цзи оказалась куда мощнее, чем у рядовых людей, — сказывалось либо крепкое здоровье, либо наличие защитного амулета. Но при этом его аура непрерывно пульсировала и деформировалась.
Словно нечто извне измораживало и пробивало его личную защиту.
— На вас есть какой-то артефакт? — уточнил Юй Нин.
Чжу Хэфэн достал из-за воротника красный шнурок, на конце которого висела фигурка смеющегося Будды Миле из безупречного белого нефрита:
— Наследство от предков. У Юн говорит, это настоящая вещь.
Юй Нин окинул подвеску беглым взглядом. Предмет действительно обладал некоторой духовной силой, но слишком слабой. Теперь все сходилось.
Чжу Хэфэн собрался было снять амулет и передать для осмотра, но Юй Нин оставил его жестом:
— Носите не снимая. И постарайтесь никому не давать его в руки. Даже когда принимаете душ — оставляйте на себе.
Предметы личной защиты быстро впитывают чужую энергетику, поэтому посторонним касаться их категорически не стоит.
Чжу Хэфэн кивнул и убрал нефритовую фигурку обратно под рубашку:
— Господин Юй, вы заметили что-то неладное?
Юй Нин помешкал, но все же произнес:
— Господин Чжу, ваши подозрения оправданы. На девять десятых вы правы.
У Юн и Чжу Хэфэн переглянулись. Юй Нин тем временем продолжил:
— Я уступлю вам древесину, пораженную молнией, за названную сумму. Вот только одной лишь древесиной вашу беду не решить... Вы обращались к специалистам?
Поняв, что таиться бессмысленно, У Юн ответил:
— Да. Я знаю одного мастера по фамилии Тянь. Он-то и велел нам раздобыть подобный артефакт.
— Что ж, разумно, — одобрил Юй Нин.
Он нагнулся, достал из дорожной сумки деревянный брусок и положил его на стол:
— Проверяйте товар.
Чжу Хэфэн, сидевший рядом, первым протянул руку. Но едва его пальцы коснулись поверхности, как его собственная аура столкнулась с мощным полем артефакта. Подушечки пальцев прожгло острой колкой волной, и он невольно отдернул руку.
У Юн с удивительной ловкостью подхватил падающую древесину и, вытерев несуществующий пот со лба, прошипел:
— Ты соболезнуешь моим нервам?! С каждым годом все косоруче! Вдребезги разобьешь — считай, твои денежки сгорели!
— Ничего с ней не случится от обычного падения, — улыбнулся Юй Нин.
У Юн еще в поезде заглядывался на эту вещь. Теперь же, взяв ее в руки, он ощутил не легкую деревяшку, а весомый, будто отлитый из стали шедевр. Древесина, пораженная молнией, отсвечивала глубоким темным глянцем, а рукоять была аккуратно обмотана льняным шнуром. У Юн поднялся и сделал плавное движение, словно взмахнул мечом.
От артефакта во все стороны разошлась видимая его глазу волна плотной духовной энергии, и по комнате пронесся чистый, освежающий ветерок.
Будь у него такая драгоценность, он бы дома на нее молитвенно дышал да курения кадил, а Юй Нин таскает ее с собой в обыкновенной сумке! Поистине, кому-то достается все, а кто-то умывается слезами.
Впрочем, У Юна небеса тоже не обделили. Способности у него были скромнее, чем у Юй Нина, которому дар достался в избытке, но кое-что он умел. В детстве один странствующий мастер открыл ему духовное зрение, благодаря чему У Юн мог различать ауры предметов. Потому-то он и занялся торговлей антиквариатом и артефактами.
Слабые предметы он видит плохо, но у этого ветвистого обрубка энергетика была столь мощной, что в поезде У Юн потерял покой и бросился следом за юношей.
У Юн удовлетворенно кивнул Чжу Хэфэну. Тот без колебаний достал банковскую карту и передал ее Юй Нину — видно, подготовился заранее.
Юй Нин зашел в мобильное приложение, проверил счет и подтвердил перевод. Сделка состоялась.
Тем временем У Юн раздобыл у бабушки Чжан рулон чистого бинта и принялся бережно, слой за слоем, бинтовать артефакт. На этой улице хватало знающих людей, а У Юн, в отличие от простодушного Юй Нина, привык проявлять осторожность. Речь шла о жизни семьи его родственника, так что следовало укрыть ценность от чужих глаз.
Пока он был занят делом, из-за ширмы вышел Линь Фан. С бокалом вина в руке и натянутой вежливой улыбкой на лице он направился к их столу:
— Это ведь генеральный директор Чжу из сетевой компании Ихан?
— Здравствуйте, генеральный директор Линь, — Чжу Хэфэн поднялся, сразу узнав собеседника. — Что-то произошло?
Линь Фан непринужденно ответил:
— Увидел вас на входе и подумал, что обознался. А оказалось — и впрямь вы! Вот, решил подойти, поздороваться.
— Какая приятная неожиданность, — в тоне Чжу Хэфэна проскользнул холодный намек на прощание. — Сегодня я принимаю важного гостя, так что разговор не совсем к месту. Давайте свяжемся позже и обсудим наши дела.
— Наше сотрудничество оставляет только приятные впечатления, — глубокомысленно заметил Линь Фан, скользнув взглядом по Юй Нину. — Однако я подошел не только ради вас, генеральный директор Чжу. Я заметил господина Юя. Судьба снова сводит нас, было бы некрасиво пройти мимо.
Юй Нин смерил его равнодушным взглядом, искренне не понимая, чего добивается этот человек, и сухо уронил:
— Какая встреча, господин Линь.
— И не говорите, господин Юй, — уголок губ Линь Фана изгибался в едва заметной усмешке. — Я-то думал, вы уже вернулись в город S, а вы, оказывается, успели закинуть удочки генеральному директору Чжу. Ловко работаете.
У Юн перевел взгляд с Юй Нина на Линь Фана:
— Господин Юй, вы знакомы?
— Это сын моего прежнего заказчика. Сам он в подобное не верит, — коротко пояснил Юй Нин.
У Юна эта история ничуть не удивила — за годы работы в сфере фэншуй он и не такое видал:
— Генеральный директор Линь, верно? Я — двоюродный брат Чжу Хэфэна, а господин Юй — наш глубоко уважаемый гость. Не знаю, какие у вас отношения с моим недотепой-братом и что вы думаете о господине Юе, но у нас тут, считай, семейный обед. Если у вас вопросы по бизнесу — назначайте встречу в рабочее время. А сейчас мы закончили и уходим.
— Бабушке Чжан пора освобождать стол, так что не будем мешать.
Слова У Юна звучали предельно резко. Чжу Хэфэн поддержал родственника:
— Действительно, сейчас не лучшее время. Обсудим все в другой раз, господин Линь.
Но Линь Фан и не думал уходить:
— Господин Чжу, в некоторых вопросах лучше проявить сугубый прагматизм и не поддаваться суевериям, чтобы не дать ловкачам обвести себя вокруг пальца.
Не успел Чжу Хэфэн ответить, как У Юн вспылил и грохнул ладонью по столу:
— Слышь, ты! Ты вообще понимаешь, где находишься?! Я угощаю гостей, а ты приперся и оскорбляешь моего спутника! Намять тебе бока, что ли?!
— Я вовсе не хотел вас задеть, — с легким пренебрежением ответил Линь Фан. — Просто мы с господином Чжу работаем в одной сфере, и мне тяжело смотреть, как его вводят в заблуждение. А господин Юй... надо же, второй раз натыкается именно на меня. Я-то надеялся, у вас хватит гордости не выставлять себя в подобном свете, но вы, похоже...
Юй Нин сохранял абсолютное спокойствие:
— Не стоит беспокоиться обо мне, господин Линь.
Но У Юн молчать не намеревался:
— Да что ты о себе возомнил, индюк надутый?! Соображаешь хоть черта лысого?! Это я виноват, не то место выбрал для обеда, вот господин Юй и вынужден слушать твой собачий лай. Господин Юй, не берите в голову, я потом перед вами заглажу вину!
Юй Нин качнул головой:
— Все в порядке. С такими людьми сталкиваться приходится часто, да и вы, хозяин У, наверняка видали подобных. Не стоит тратить нервы.
— Вы, господин Юй, человек великодушный! А вот у меня терпение не железное! — У Юн ткнул пальцем в сторону Линь Фана: — Чжу Хэфэн! Кого ты выбрал в партнеры?! У этого типа хоть капля воспитания есть?! Если глаза не работают — отдай тому, кому они нужнее!
Линь Фан оставался невозмутим, словно брань его не касалась:
— Господин Чжу, вам бы не помешало разузнать, чем именно занимался этот господин Юй до вашей встречи.
— Да какая тебе разница, чем он занимался?! — рявкнул У Юн. — Не веришь — проваливай мимо! Зачем ты перед нами вышагиваешь?! Намозолил глаза!
— Ты не веришь, а я верю! И Хэфэн верит! Ты что, думаешь, ты один умный, а вокруг одни дураки?! Господин Юй — гость, которого я умолял о встрече! То, что он согласился прийти, — благословение для предков наших родов! А ты, сопляк, лучше бы язык прикусил да о карме подумал! А то ведь и весь твой род до седьмого колена сглазить можно!
Слова У Юна звучали грубо, но суть отражали верно. Случись подобное с другим мастером фэншуй — ладно бы первая сделка сорвалась из-за слепоты заказчика, это полбеды. Но влезать в дела нового клиента и устраивать сцены — за такое иные мастера могли навлечь на обидчика тяжелые беды, а то и вовсе сжить со свету весь его род.
— Весь род обеднеет? — Линь Фан усмехнулся, бросив на Юй Нина насмешливый взгляд. — Боюсь, у господина Юя кишка тонка для такого.
Взгляд Юй Нина мгновенно остыл. Заметив это, У Юн завопил с новой силой:
— Заткнись уже и проваливай! Хэфэн, живо разберись со своим знакомым!
Юй Нин был из тех редких мастеров, кто легко распоряжается артефактами вроде древесины, пораженной молнией. Кто знает, какие силы стоят за его спиной?! Этот Линь Фан явно искал погибели, если позволял себе так открыто провоцировать мастера!
Чжу Хэфэн поднялся, железной хваткой сжал локоть Линь Фана и потащил его за ширму:
— Господин Линь, вам не следует совать нос не в свои дела.
Благодаря У Юну, Чжу Хэфэн прекрасно знал, что среди мастеров фэншуй встречаются люди с реальной, пугающей силой. Они с Линь Фаном вели общий бизнес, и Чжу Хэфэн вовсе не хотел, чтобы тот накликал на себя беду и пустил их совместные проекты под откос.
Но в этот момент Юй Нин поднялся со своего места. Не скрываясь и не отводя взгляда, он посмотрел прямо в глаза Линь Фану:
— Что ж, господин Линь... не желаете проверить лично?