Юй Нин спал без задних ног. Когда он наконец открыл глаза, день уже полностью вступил в свои права. За окном шелестел мелкий дождь: капли дробно стучали по черепичной крыше и срывались с резных карнизов изогнутой кровли, сплетаясь в прозрачную водяную завесу.
В прохладную погоду Юй Нин любил спать с приоткрытым окном, поэтому, едва очнувшись ото сна, сразу увидел, как ветер гоняет дождевую взвесь, точно колышет жемчужный полог.
Услышав шорох, в комнату вошла Фужун. В руках служанка держала изящную шкатулку. Наклонившись к бронзовой курильнице, она осторожно сгребла прогоревшую золу и положила свежую благовонную смесь. Внутри курильницы тихонько треснула угольная искра, и к потолку потянулась витая струйка ароматного дыма.
Юй Нин некоторое время сидел на кровати, невидяще уставившись в одну точку. Лишь когда до него донесся терпкий запах, напоминающий аромат старинных фолиантов и сухих осенних листьев, он поднес руку к лицу и потер переносицу, возвращаясь к реальности. Сбросив одеяло, юноша поднялся и, с трудом нащупав тапочки, сделал пару шагов. Фужун тут же подала ему влажное, отжатое полотенце. Умываясь, Юй Нин на ходу отдавал распоряжения:
— Я отправляюсь в кабинет. Никому меня не беспокоить. Все приглашения на пиры и застолья — отклонять без исключений.
— А если пожалуют третий молодой господин или господин Чэнь? — спросила Фужун, принимая полотенце и подавая чашку для полоскания рта.
— Никого не принимать. Не звать меня, даже если земля разверзнется. Исключение — только для отца и наставника, — отрезал Юй Нин. — И подбери толковых стражников, пусть встанут у кабинета намертво.
Он помедлил и добавил холодным, сухим тоном:
— Если кто-то попытается выведать, чем я там занимаюсь, — рубить голову на месте.
Юй Нин крайне редко отдавал столь жесткие приказы, распоряжаясь чужими жизнями, и Фужун мгновенно осознала всю серьезность положения. Покорно опустив ресницы, она глубоко поклонилась:
— Слушаюсь, молодой господин.
Успокоившись, Юй Нин кое-как проглотил пару ложек каши и с головой ушел в работу, заперевшись в кабинете.
* * *
— Ну же! Пьем! — хмельно выкрикнул третий молодой господин Лю, сжимая в руке кубок. Лицо его налилось пунцовой краснотой.
В центре залы под томительные, дурманящие звуки музыки кружились танцовщицы в откровенных нарядах. С каждым их быстрым па золотые бубенчики на полах шелковых юбок заливались веселым перезвоном.
— Третий молодой господин, поберегите себя, не спешите! — угодливо суетился помещик Чжан.
Он не дерзнул занять главное место во главе стола и вместо этого обходил гостей, поднося каждому чашу за чашей. Несмотря на почтенный возраст, этот человек обладал подвешенным языком и сомнительным талантом втираться в доверие: пропустив по кубку с юными вельможами, он уже держался с ними как заправский приятель. Дошло до того, что он сбросил лишний официоз и нагловато отбросил фамилию, величая Лю Фэйюя просто «третьим молодым господином».
— А винцо-то у тебя... ик... знатное! Настоящее, выдержанное! — заплетающимся языком пробормотал Лю Фэйюй. — Я такое пробовал раз в жизни, у отца... И то ему из... из самого императорского дворца прислали!
Помещик Чжан расплылся в подобострастной ухмылке:
— Ох, благодетель мой, смущаете! Куда моему скромному погребу до императорских погребов...
— Кто... кто сказал, что нельзя?! — во хмелю возразил тот.
В этот миг одна из танцовщиц, извиваясь в грациозном па, метнула к его ногам яркую шелковую ленту. Лю Фэйюй подхватил ее, прижал к лицу и откинулся на подушки с видом полного блаженства:
— А девки-то у тебя... ух, хороши!
— Коли пришлись по душе, так это для нее величайшая честь! — торопливо всплеснул руками помещик Чжан и подал знак.
Девица тут же изогнулась в воздухе и порхнула прямо на колени к молодому вельможе, обвив его шею точеными ручками. Лю Фэйюй пьяно хохотнул, сгреб ее в охапку и, пригубив из кубка, стал бессовестно флиртовать. Однако посреди этого веселья его вдруг осенило:
— Слушай... эй, Чэнь!
Чэнь Хэгуан, сидевший за соседним столиком, брезгливо отмахнулся от подлетевшей к нему цветной ленты.
— Не зови меня так, — с холодным отвращением уронил он.
— А где Юй Нин?.. Почему его нет? — Лю Фэйюй пьянел все сильнее и напрочь забыл, что Юй Нин наотрез отказался от приглашения. — Юй... брат Юй ведь тоже ценитель! Ему бы тут точно понравилось... Господин Чжан, нехорошо! Почему не позвал брата Юя?!
— Господин Юй душой не лежит к подобным сборищам, — отчеканил Чэнь Хэгуан. Повернувшись к слугам, он сухо приказал: — Третий молодой господин пьян вдребезги. Уведите его, пусть проспается.
— Я... не пойду! — попытался брыкаться Лю Фэйюй, но тут же уткнулся носом в нежную грудь подсевшей к нему девицы и отключился.
Прислуга подхватила обмякшее тело под руки и увлекла прочь. Помещик Чжан осторожно перевел взгляд на Чэнь Хэгуана. Этот юноша происходил из резиденции гуна Цзинго; пусть он был всего лишь племянником и двоюродным братом, все знали, что у старого гуна растет одна-единственная дочь! Заметив, как у Чэнь Хэгуана хмурятся брови, Чжан Юньчжи сообразил, что тот едва терпит окружающий балаган, и торопливо сделал знак рукой. Танцовщицы мгновенно уловили мысль хозяина и стали объезжать столик Чэнь Хэгуана стороной.
Помещик с угодливой улыбкой подобрался ближе:
— Молодой господин Чэнь, под «господином Юем» вы имели в виду... молодого господина Юя из резиденции Великого астролога?
Чэнь Хэгуан скупо кивнул. Утром он и сам посылал слуг в усадьбу Остаточного Аромата, однако старшая служанка Фужун ответила, что ее хозяин ушел в себя и в ближайшие дни никого не принимает. Вспомнив об этом, Чэнь Хэгуан сочел нужным предостеречь хозяина дома:
— Господин Юй ценит покой. Если у вас нет действительно неотложных дел, господин Чжан, не смейте его тревожить.
— Разумеется, разумеется! — закивал помещик. Однако любопытство пересилило, и он осторожно поинтересовался: — У меня есть лишь один вопрос к вам, молодой господин Чэнь...
— Спрашивайте.
— Почему вы зовете господина Юя «господином»?
Заметив, как изменилось лицо собеседника, Чжан Юньчжи торопливо добавил:
— Вы только не поймите предвзято, молодой господин Чэнь! Вам и остальной высокой знати предстоит пробыть у меня некоторое время. Я из кожи вон лез, пытаясь укомплектовать усадьбу по образцу столичных покоев Чанъани, но, видно, где-то прогадал. Вчера господин Юй, едва ступив в отведенный ему двор, распорядился отослать всю обстановку и убранство назад. Я прямо-таки места себе не нахожу от страха! Не окажете ли услугу, не просветите ли старика?
— Господин Юй — прямой ученик Великого астролога, а потому титул «Мастер» или «Господин» принадлежит ему по праву, — ответил Чэнь Хэгуан.
История с вещами не прошла мимо его ушей. В доме успели разгореться пересуды: одни потешались над Юй Нином, считая, что дорвавшийся до богатства деревенщина просто не разбирается в роскоши, другие списывали все на дурной характер или причуды знати... Но самые догадливые — те, кто помнил о репутации и способностях Юй Нина как мастера фэншуй, — без лишних слов взяли с него пример и тоже выставили из своих комнат всю хозяйскую мебель.
В числе этих умников, разумеется, оказались сам Чэнь Хэгуан и Лю Сань.
Не заяви Юй Нин о своем уединении, Чэнь Хэгуан уже сегодня стоял бы у его дверей с просьбой проверить, нет ли в отведенном дворе мистического подвоха или дурного расположения сил фэншуй. Все-таки им жить здесь не один месяц, а если кто-то решит применить сокровенные искусства против них, защититься будет почти невозможно. В конце концов, если враги не погнушались применить тяжелые градобойные арбалеты, от них можно жутких вещей ожидать.
Поразмыслив, Чэнь Хэгуан туманно резюмировал:
— Раз господин Юй так поступил, значит, у него были на то веские причины. И поскольку никаких упреков с его стороны не последовало, вам, господин Чжан, лучше просто выбросить это из головы.
— Да-да, конечно, премного благодарен! — рассыпался в реверансах помещик.
Чэнь Хэгуан, не имея ни малейшего желания оставаться на этом празднике жизни, поднялся и сухо попрощался, отправившись к себе.
* * *
Еще день спустя Юй Нин наконец завершил отбор всех материалов, представлявших хотя бы малейшую ценность. Откинувшись на спинку кресла, он перевел дух, но когда взял в руку кисть, чтобы переписать весь этот массив текстов, его вдруг осенило: а за каким чертом он вообще мучается?
Почему бы не переправиться в современный мир, не нанять там людей и не поручить им скопировать книги тушью и традиционными иероглифами? Тем более что временной поток между мирами он способен сжимать до предела: целый день в том мире может промелькнуть на той стороне буквально за одну секунду.
Таким образом, за сегодня можно переписать все бумаги, переплести их в аккуратные брошюры и отправить со скорым гонцом в бедствующую провинцию лично заму министра Чжоу.
Если прикинуть по календарю, сам Чжоу Чжихэн с основными силами доберется до затопленных земель разве что к сегодняшнему вечеру. А одиночный курьер на легком скакуне летит быстрее любой колонны — при хорошем раскладе он вручит пакет заму министра за какие-то сутки. Чжоу Чжихэн как раз будет погружен в первичную хаотичную рутину, и полученные чертежи спасут его от трагических ошибок вроде перестройки дамбы прямо посередине работ.
Решено!
Довольный собой Юй Нин совершил переход в современность.
На часах в современном мире шёл одиннадцатый час утра. Лань Сяо, по идее, совсем недавно приехал в офис. Юй Нин долго размышлять не стал и решил без зазрения совести припрячь к делу сотрудников корпорации Лань: в подчинении у его возлюбленного числилась тьма талантливого народа, а если искать каллиграфов со стороны, уйдут целые сутки.
С этой мыслью Юй Нин подхватил ключи и спустился в подземный гараж.
На телефон пришла целая кипа уведомлений. Помимо унылого спама, выделялась одна SMS-ка от некоего Юнь Ми. Из-за того что Юй Нин проигнорировал запрос на добавление в друзья в WeChat, тот решил написать напрямую. Если бы не раздражающий красный значок пропущенного сообщения, Юй Нин, пожалуй, вообще бы не стал открывать диалог.
Текст был коротким, но предельно ясным: хвосты после расправы над Богом Черного Дракона в Городе B оказались подчищены не до конца, и старец Хэ поручил ему довести дело до ума. Автор также упоминал, что хорошо знал двоюродного деда Юй Нина, а потому настойчиво звал поужинать при следующем визите в Город B. Ну и, разумеется, требовал одобрить заявку в WeChat.
Юй Нин с легкой улыбкой зашел в мессенджер и принял заявку от господина Юнь Ми. Заодно он одобрил запрос от какого-то Ло Цзяня с пометкой «помощник старца Хэ». Ответ от последнего прилетел мгновенно.
[Ло Цзянь: Здравствуйте, господин Юй! Я Ло Цзянь, помощник старца Хэ. Нефритовая подвеска, которую вы передали в подарок, чрезвычайно понравилась господину Хэ, и он поручил мне выразить вам глубочайшую признательность.]
[Ло Цзянь: Когда в следующий раз окажетесь в Городе B, непременно дайте нам знать. Старец Хэ мечтает принимать вас в качестве почетного гостя.]
Юй Нин отпечатал в ответ:
[Юй Нин: Старец Хэ слишком великодушен. К сожалению, в ближайшее время я загружен делами и выехать не смогу, но в другой раз — обязательно.]
[Ло Цзянь: Договорились.]
От господина Юнь Ми никаких сообщений больше не поступало.
Пока шла эта короткая переписка, Юй Нин уже спустился в гараж, прыгнул за руль своего ярко-красного «Мерседеса» и погнал в сторону головного офиса корпорации Лань.
Ныне Юй Нин числился официальным сотрудником корпорации Лань, так что звонить спецассистенту Чжану и просить пропуск не требовалось. Закинув на плечо увесистый рюкзак с бумагами, он приложил палец к сканеру в лифте и сразу отправился на верхний, представительский этаж.
Цифры на табло лифта стремительно ползли вверх. Юй Нин закусил губу. Удивительное дело: пока он находился в древнем мире, тоску по Лань Сяо он почти не ощущал, но стоит очутиться в этих стенах, как сердце начинает щемить от неистового желания увидеть его. Эти несколько секунд ожидания казались пыткой.
Когда двери наконец распахнулись с мягким кликом, Юй Нин стремительно перешагнул порог. В приемной гендиректора его знали в лицо: едва он появился, секретарь за первым столом слева подскочила и вежливо с поклоном произнесла:
— Доброе утро, помощник Юй.
— Здравствуйте, — замешкался Юй Нин, лишь секундой позже сообразив, что обращаются к нему.
Секретарь улыбнулась:
— У господина Ланя сейчас посетитель. Пожалуйста, подождите минуту, я предупрежу его о вашем визите.
— Спасибо, — терпеливо кивнул Юй Нин.
Девушка тянулась к трубке внутреннего телефона, но в этот момент из коридора вышел Чжан Жань:
— О, Юй Нин? Ты какими судьбами? — удивился спецассистент. — Ты же вроде... в командировку уезжал?
Чжан Жань вовремя вспомнил, что они находятся при подчиненных, где за Юй Нином числилась официальная должность спецассистента, и на лету заменил слово «удрал развлекаться» на строгий рабочий термин. Повернувшись к секретарю, он добавил:
— На будущее: когда приходит господин Юй, проводите его к генеральному директору сразу, без предварительных звонков.
— Поняла, помощник Чжан, — кивнула секретарь.
— Занимайся делами, я сам его провожу, — Чжан Жань махнул папкой с документами.
Юй Нин поблагодарил девушку и пошел вслед за Чжаном.
— Чего так быстро вернулся? — шепотом спросил тот на ходу. — Босс говорил, тебя не будет как минимум пару месяцев.
— Появилось кое-что срочное. Нужна помощь Лань Сяо, — ответил Юй Нин и вдруг нахмурился, уловив странность: — Кстати, а почему ты стал звать его «господином Ланем»? Раньше ведь всегда называл «Мастером Ланем»?
Чжан Жань демонстративно закатил глаза:
— И ради кого, по-твоему, все это? В один прекрасный день кое-кто заявил, что обращение «Мастер» теперь под строгим запретом, и велел звать его исключительно «генеральным директором».
— Смотри, как бы тебя вообще свободных обращений не лишили, — усмехнулся Юй Нин.
— Переживу, буду звать просто «Босс», — Чжан Жань едва не свернул себе белки.
Подойдя к монументальным дверям кабинета, спецассистент глубоко вдохнул, мгновенно надевая на себя маску идеального топ-менеджера, и постучал:
— Господин Лань.
— Войдите, — откликнулся изнутри глубокий голос.
Чжан Жань толкнул дверь. Лань Сяо даже не поднял головы: изящными пальцами он сжимал смоляно-черную перьевую ручку, не отрываясь от изучения документа.
— Проект по «Фэйюй» готов? Положи на край стола, я ознакомлюсь позже.
Чжан Жань показательно откашлялся. Лань Сяо на автомате поднял взгляд — и наткнулся на теплые, лучащиеся смешинками глаза Юй Нина.
— Ты... как здесь оказался? — сбавив тон, удивленно прошептал Лань Сяо.
Юй Нин лишь усмехнулся. Впрочем, его внимание привлекла стильно одетая девушка, вольготно расположившаяся на диванчике с телефоном в руках. На важного клиента она похожа не была — Лань Сяо не стал бы вести переговоры в такой небрежной обстановке, да и гости обычно не утыкаются в экраны при хозяине. Но и случайный человек в этот кабинет пробиться бы не смог.
Юй Нин с невозмутимой миной включил актера:
— Господин Лань, по поводу того поручения... — Он повернулся к гостье: — Прошу прощения, барышня, сейчас мы будем обсуждать коммерческую тайну. Не могли бы вы ненадолго нас оставить?
Девушка оторвалась от экрана, со скепсисом смерила Юй Нина взглядом, задержавшись на огромном рюкзаке за его спиной, и протянула:
— Брат Сяо, ты когда успел взять в спецпомощники этого студентика? Какая еще «коммерческая тайна»? Фф... Разве от меня могут быть секреты?
Юй Нин даже не поворачивал головы в ее сторону, неотрывно глядя на Лань Сяо:
— Каково ваше решение, господин Лань?
— Ми Синь, если у тебя нет важных дел, возвращайся домой, — произнес Лань Сяо, строго посмотрев на девушку. — Не мешай мне работать.
— Брат Сяо, ну ты чего? — Она капризно надула губы. — Я к тебе раз в кои-то веки заглянула, а ты меня выставляешь?
— У нас нерабочая обстановка, — отрезал Лань Сяо. — Чжан Жань, проводи мисс Ми в лаундж-зону.
— Слушаюсь, господин Лань.
Девушка вспыхнула и смерила Юй Нина разгневанным взглядом:
— Никуда я не пойду! Что это еще за секреты? Брат Сяо, с каких пор между нами тайны?!
Лань Сяо не успел рот открыть, как Юй Нин разжал пальцы. Тяжеленный рюкзак грохнулся на паркет с глухим стуком. Обойдя массивный письменный стол, Юй Нин неторопливо положил ладонь на плечо Лань Сяо и тихо ронял:
— Вот настолько не удобно...
С этими словами он поддел пальцами подбородок Лань Сяо, вынуждая того запрокинуть голову, и вонзился в его губы поцелуем.
Лань Сяо выдохнул сдавленный тихий стон. В его глазах мгновенно вспыхнули лукавые искорки, и он охотно ответил на ласку, раскрывая губы навстречу. В тишине кабинета отчетливо раздались откровенные влажные звуки. Чжан Жань мысленно взвыл от ужаса и принялся с преувеличенным усердием утыкаться в пачку бумаг, вращая глазами по потолку.
Девушка сначала застыла с открытым ртом, а потом ее щеки залила пунцовая краска:
— Э-э... Брат Сяо... Вы... вы что?!
Не выдержав зрелища, она схватила сумочку и пулей выскочила за дверь:
— Извините! Простите за беспокойство! Я ушла!
— Мисс Ми, я вас провожу! — радостно подхватил Чжан Жань и моментально испарился следом, заломив за собой дверь.
Поцелуй иссяк. Юй Нин слегка отстранился и прошелся языком по алому следку от зубов на губе Лань Сяо. Наклонившись к самому его уху, он прошептал:
— А вы времени даром не теряете, господин Лань. Стоило мне отлучиться, как вы уже завели себе компанию для интрижек прямо в кабинете?
— А-Ю ревнует? — Лань Сяо низко рассмеялся. В его глазах заплясали бесенята. — Это же моя двоюродная сестра.
Юй Нин застыл. Смущение мгновенно накрыло его с головой.
—... Я только что выглядел как дешевый наглый фаворит, устраивающий сцену из ревности?
Лань Сяо склонил голову набок и с совершенно серьезной миной протянул:
— Сначала я об этом не подумал, но если присмотреться... Да, очень похоже.
—... — Юй Нин оттолкнул его и выпрямился, сделав неприступное лицо: — Что ж, твой наглый фаворит подает в отставку. Играй в своего «Властного босса и его дерзкого заклинателя» в одиночку.
Лань Сяо легко сгреб его в охапку и увлек к себе на колени. Играя бровями, он невозмутимо выдал:
— Может, лучше «Сбежавший ненаглядный ледяного миллиардера»?
Находясь у него в объятиях, Юй Нин не выдержал и от души расхохотался:
— Лань Сяо, ты что за бред читаешь?! У меня есть все основания полагать, что твои «ночные ночевки в офисе» — это просто прикрытие, чтобы тайно зачитываться низкопробными любовными романами! Тебе не стыдно перед несчастными сотрудниками, которых ты заставляешь вкалывать допоздна?! Проклятый капиталист!
— Они остаются по собственной воле. При чем тут я? — с железным спокойствием ответил Лань Сяо.
Юй Нин потыкал пальцем в его щеку:
— А ты попробуй распечатать плакаты огромными буквами и повесь на входе в каждый отдел!
— И что там написать? «Приглашаем поработать сверхурочно»?
— «Рабочий день окончен! Валите по домам и не жгите рабочее электричество!» — напустил на себя строгий вид Юй Нин.
Лань Сяо кивнул с абсолютной серьезностью:
— Договорились. Сейчас же поручу Чжан Жаню.
— Э-э... да я пошутил! — Смех утих, и Юй Нин перешел к делу: — Послушай, поможешь мне с одной важной штукой? Я отдал кучу сил, отобрав нужные древние трактаты, но вручную переписать их один не успею. Не сжалишься над своим заклинателем? Разреши одолжить твоих людей на день. Мне нужно переписать все материалы кистью и традиционной иероглификой. Причем максимально быстро, прямо сегодня! Временной барьер я удержу ровно на сутки...
— Передай все Чжан Жаню, — Лань Сяо крепче прижал юношу к себе. — И это все? Больше ничего не хочешь мне сказать?
— Гм... А что еще? — Юй Нин задумчиво потер подбородок: — Ах да, есть кое-что! Через пару месяцев я планирую перевезти сюда отца и наставника. Нынешний пёс-император совсем слетел с катушек, а тут как раз истекает двадцатилетний срок договора. Наставник с легкой душой сбросит всю эту суету на Чжу Фэйсина и уйдет на заслуженный отдых!
— Великий астролог Гу и мастер Мэй согласны? — спросил Лань Сяо, но тут же поправился, сообразив, что Юй Нин не стал бы говорить наобум: — И где будут жить отец и наставник?
— Поначалу устрою их у себя в квартире, она все равно пустует... А потом скоплю денег и прикуплю для них отдельную виллу ближе к центру. Пусть сами выбирают, где больше нравится. — Юй Нин хмыкнул и шутливо упрекнул: — Впрочем, господин Лань проявляет коварство невероятных масштабов: сперва уболтал меня остаться на одну ночку, потом затянул в «периодическое совместное проживание», а в итоге моя квартира стоит заброшенной. О времена, о нравы!
— А тебе разве не нравится? — изогнул бровь Лань Сяо.
Юй Нин со вздохом уткнулся носом в его шею:
— Нравится, нравится! Доволен?
Лань Сяо нажал кнопку вызова и вызвал Чжан Жаня. Однако едва спецассистент шагнул в кабинет, как его взору предстали двое голубков, обнимающихся с такой страстью, словно от этого зависели их жизни. Чжан Жань мысленно вознес молитву о собственной слепоте и, упорно смотря в пол, отчеканил:
— Господин Лань, слушаю вас.
Лань Сяо лаконично пересказал суть задачи и погладил Юй Нина по спине:
— Есть еще пожелания?
Юй Нин, развалившийся на Лань Сяо точь-в-точь как коварный фаворит, протянул:
— Главное — традиционная иероглифика и тушь. Имена авторов и исторические эпохи вымарать, замените их какими-нибудь вымышленными «Чжан Сань» да «Ли Сы». Каллиграфическая точность не требуется, главное, чтобы читалось легко... Но главное — скорость!
— Будет исполнено, — Чжан Жань подхватил тяжелый рюкзак и молниеносно ретировался.
«Коварный фаворит» Юй Нин совершенно бессовестным образом провалялся в кабинете Лань Сяо весь рабочий день. Лишь под вечер он забрал у Чжан Жаня увесистую стопку идеально скопированных материалов и со спокойной душой испарился.
Лань Сяо проводил возлюбленного взглядом, водрузил на переносицу очки в тонкой золотой оправе и взглянул на документ, который рассчитывал закончить еще к обеду, а в итоге написал ровно два слова. Сокрушенно вздохнув, он смиренно приступил к сверхурочной работе.
Тем временем за десять минут до окончания смены сотрудники корпорации Лань с изумлением обнаружили, что руководители отделов с совершенно каменными лицами наклеивают на двери плакаты метровой величины. На белом фоне красовалась черная надпись:
[Рабочий день окончен! Валите по домам и не жгите рабочее электричество!]
Сотрудники обомлели.
Это еще что за сказка?! Неужели слухи про «компанию мечты» — не выдумка?!
Любители пораньше сбежать с работы с радостными воплями сгребли вещи и рванули к лифтам. А вот трудоголики и желающие халявно поужинать в корпоративной столовой застыли в шоке. Зажав в руках ноутбуки, они со слезами на глазах умоляли: «Дайте поработать! Пустите на сверхурочные!», но их жестко и бескомпромиссно обесточивали, выдергивая шнуры из розеток, и выставляли за дверь.
* * *
— Господин! Срочное письмо от господина Юя! — тяжело дыша, к самой дамбе подбежал писарь, сжимая в руке тонкое послание.
Помощник министра Чжоу в этот момент был совершенно непохож на утонченного столичного чиновника. На нем болталась простая холщовая рубаха, сплошь заляпанная засохшей грязью, а лицо и волосы покрывала корка засохшей речной тины.
Сам он, разумеется, мешки с песком не таскал — лишь поднялся на дамбу оценить масштаб бедствия. Но кто же знал, что налетевший вал едва не смоет его в бурлящий поток! Лишь благодаря предусмотрительности — он заранее обвязался толстыми канатами — помощник министра избежал гибели.
— Мне некогда, спрячь, — отмахнулся Чжоу Чжихэн, порываясь вновь подняться на насыпь.
Однако писарь вцепился в его рукав:
— Господин, вернитесь в лагерь! Господин Юй прислал не только письмо, с гонцом прибыл целый сундук с книгами и чертежами!
— Я сказал, мне некогда, — жестко перебил Чжоу Чжихэн. — Если я потрачу время на чтение, дамба простоит на час дольше. Вот залатаем проран — тогда и посмотрю.
Писарь густо покраснел и сомневающимся тоном пробормотал:
— Но господин Юй велел передать... Если вы не ознакомитесь с бумагами немедленно, он бросит все дела, соберет слуг и сбежит путешествовать по горам и рекам. А если с ним что-нибудь случится, объясняться с Великим астрологом вам придется лично.
—...?!