Юй Нин провел в поместье у горячих источников вместе с Мастером Мэй и Великим астрологом Гу чуть больше десяти дней. Когда пришло время уезжать в префектуру Чанъань, юноша понял, что переупрямить наставника Мэй ему все равно не удастся. Накануне отъезда, коротко попрощавшись с Господином Гу, он сгреб в охапку Дахэя, подхватил вещи и посреди ночи тайком сбежал домой. Великий астролог, с которым у них давно сложилось молчаливое взаимопонимание, удерживать его не стал, лишь снарядил скрытную охрану, проследившую, чтобы парень благополучно добрался до родного порога.
Как и задумывал, Юй Нин вернулся в свою горную обитель. Домик встретил его привычной прохладой и запустением. Воспользовавшись тем, что сопровождавшие его стражники еще не успели уйти, юноша без зазрения совести припряг их к уборке: пока двор не вычистили до последнего сучка, никого не отпускал. И едва за последним из них закрылись ворота, Юй Нин подхватил кота и перенесся обратно в современный мир.
Оказавшись в родных четырех стенах, он первым делом бросил взгляд на электронные часы на столе. Результат, впрочем, разочаровал: пока в том мире тянулись полмесяца, здесь промелькнуло от силы минут пять. А ведь он рассчитывал спрятаться от назойливых визитеров! Что ж, отлично. Вещицу-то он наставнику Мэй передал, а вот встречи с покупателями миновать все равно не удастся.
При мысли об этом настроение испортилось окончательно, и Юй Нин тяжело вздохнул. Дахэй, сидевший у него на руках, задрал мордочку и недоуменно наклонил голову набок, точно не понимая, отчего хозяин так кручинится:
— Мяу?
Вглядевшись в непроглядную тьму за окном, Юй Нин опустил кота на пол и выставил во внутренний дворик — погулять. Учуяв знакомый запах сухого корма, Дахэй, видать, соскучился по простецкой стряпне после изысканных деликатесов и сразу уткнулся носом в миску, уплетая хрустящие подушечки за обе щеки. Юй Нин улыбнулся, глядя на его аппетит, — и, решив не вычислять, когда тот ел в последний раз, поднялся на второй этаж, чтобы с головой уйти в интернет.
Впрочем, на полпути он вспомнил про запасы отваров, захваченные с собой: Фужун сто раз наказывала томить зелье на огне ровно два часовых отрезка. Сам Юй Нин во врачевании ничего не смыслил, а потому спорить не стал. Когда он уходил, там стоял день, а здесь уже вовсю царила ночь. Лишняя порция отвара не повредит, так что он свернул на кухню, засыпал снадобье в мультиварку, выставил таймер и только после этого отправился наверх листать ленту в телефоне.
Основной багаж на этот раз составляли лекарства. Следом шли домашние задания, щедро отсыпанные Мастером Мэй и Великим астрологом Гу. Ну и, разумеется, трофеи: шкатулка с артефактами, выменянная на закрытом собрании ценителей, цитра Хунъюй, которую выкупил для него наставник, да резная статуэтка в виде личи — подарок Мастера Усуна.
Задание Мастера Мэй свелось к привычной зубрежке канонов, если не считать добавившейся коробки со сколами древней керамики, которые требовалось собрать воедино. Вообще-то наставник планировал занять этим юношу в дороге до префектуры Чанъань, чтобы тот не засыпал на ходу в экипаже. Но Юй Нин, зажмурившись на упрек, счел это обычной "домашней работой" и с чистой совестью умыкнул коробку с собой.
Мастер Мэй тогда прямо сказал:
— Никто не ждет, что ты восстановишь вещь в первозданном виде. Склеишь осколки так, чтобы образовалось хоть какое-то подобие целого, — и на том спасибо.
Что до Великого астролога Гу, тот заявил: раз Юй Нин сумел разгадать каскадную ловушку в Тереме Изумрудного Моря и Лазурного Неба, то какое-никакое чутье у него есть. А раз есть чутье — пора переходить к практике. Он велел парню самому опробовать артефакты и выстроить пару фэншуй-композиций. Как именно он намеревался проверять задание, астролог не уточнил, лишь вскользь заметил: если все получится, он и так это увидит.
Юй Нин еще некоторое время с удовольствием застревал в соцсетях, пока снизу не раздался знакомый писк мультиварки. Отложив телефон, он спустился, выпил горький отвар, принялся за водные процедуры и отправился спать пораньше — «сбивать биоритмы».
* * *
Следующим утром Юй Нин уставился в потолок ровно в пять часов — за время жизни в другом мире внутренние часы настроились намертво. Он честно попытался заставить себя подремать еще хотя бы пару часов, но тело, накачанное целебными отварами, буквально бурлило энергией. Протомившись в постели минут десять, он сдался и спрыгнул на пол.
Первым делом юноша зарядил в мультиварку новую порцию трав. Затем, игнорируя густой едкий дух, потянувшийся из кухни, подхватил во дворе подходящий прутик и принялся выписывать фигуры тайцзицзянь. Под презрительным взглядом Дахэя, смотревшего на хозяина как на законченного идиота, Юй Нин сделал пару кругов по двору в погоне за котом, после чего щедро выложил питомцу консервы и отправился в душ.
Пока снадобье доходило на плите, у него оставался целый час. Юй Нин поджарил себе сочный стейк с глазуньей и выудил из холодильника канистру с молоком. На той стороне достать говядину или парное молоко было задачей не из легких, а глупо докучать наставникам ради чашки молока не позволяла совесть. При этом молочку он обожал искренне. Не видя ее перед глазами, еще мог терпеть, но стоит заметить пакет — устоять было выше его сил.
Плевав на предостережения лекарей про запрет на холодное и нездоровое, он припал к горлышку и жадно выглушил добрую половину канистры. Освежившись, Юй Нин подхватил тарелку, вышел в садик и устроился на плетеном диванчике под приятным утренним бризом. Быстро покончив с завтраком, он удовлетворенно вздохнул.
Только он подумал, что пора бы проверить отвар, как со стороны лавки донесся звонок и громкий голос:
— Сяо Ю, ты дома? Открывай!
Голос показался знакомым. Юй Нин на мгновение задумался и вспомнил — это же тетушка Ван из соседнего дома.
Пока он шел к фасаду, та продолжила стучать:
— Сяо Ю! Внуку невтерпеж лапши поесть захотелось, у тебя осталась еще пачка?
Юй Нин снял с полки упаковку лапши и лишь после этого отпер замок. Раздвижная стеклянная дверь поддалась с легким шуршанием, и в спертый за ночь воздух лавки ворвалась утренняя прохлада.
Протянув товар тетушке Ван, он проговорил:
— Вот такая есть. Пойдет? С вас четыре с половиной юаня.
— Годится, — улыбнулась та и отсчитала монеты. Принюхавшись к витающему в воздухе горьковатому аромату, женщина поинтересовалась: — Сяо Ю, ты что, снадобья китайские пьешь?
— Да вот, приболел немного, — с добродушной ухмылкой ответил Юй Нин, забирая деньги. — Врач велел курс трав пропить.
Тетушка Ван, уходя, сочувственно добавила:
— Ты смотри, с травами осторожнее! Сначала разберись, что к чему, а то натворишь делов!
— Знаю-знаю, спасибо за заботу!
Попрощавшись с соседкой, Юй Нин развернулся к дверям, но случайно выронил монетку. Одноюаневый кругляш с веселым звоном покатился по асфальту. Спустившись со ступенек, юноша нагнал беглянку и уже собрался вернуться к своей мультиварке, как взгляд его зацепился за стоявший неподалеку роскошный черный представительский седан. Двигатель тихо урчал на холостых оборотах — внутри явно кто-то сидел.
Юй Нин отнесся к этому равнодушно. Решив не совать нос не в свои дела, он уже занес ногу над порогом, когда дверца лимузина распахнулась. Из салона вышел подтянутый мужчина в строгом черном костюме. Быстрым шагом приблизившись к юноше, он чеканно произнес:
— Здравствуйте. Вы господин Юй?
Юй Нин огляделся по сторонам и пожал плечами:
— В нашем жилом комплексе вроде больше нет никого с такой фамилией.
— Значит, вы. Мой хозяин просит вас подойти. У него к вам разговор.
— Извольте отказаться, — безучастно отозвался Юй Нин. — Я спешу, да и с вашим господином не знаком. К тому же у меня на кухне снадобье варится — подгорит, если замешкаюсь.
Не дожидаясь ответа, он шагнул назад, задвинул стеклянную дверь и щелкнул замком прямо перед носом у гостя. После чего повернулся спиной и неспешно ушел вглубь лавки.
Мужчина в костюме проводил взглядом уходящего юношу, принюхался к аптекарскому духу, витавшему у входа, и вернулся к автомобилю. Оконное стекло плавно опустилось, открывая лицо пожилого мужчины лет шестидесяти.
— Где он? — спросил тот.
— Ушел. Сказал, что с вами не знаком, — отпортовал помощник. — И добавил, что у него зелье подгорает.
Пожилой человек вздохнул:
— Эх... Если просишь о помощи, надо и вести себя соответственно.
С этими словами он вознамерился выйти. Телохранитель тут же распахнул дверцу и прикрыл ладонью край крыши, чтобы хозяин не ударился головой.
Вслед за старцем из соседней машины высыпала свита в черных костюмах. Старик оглядел их и качнул головой:
— Ладно вам. Пусть со мной пойдет только Ван, остальные оставайтесь в машинах. Не хочу, чтобы подумали, будто я давлю авторитетом.
Ассистент Ван кивнул и тенью последовал за хозяином к дверям заведения Юй Нина.
Заглянув в кухню, Юй Нин обнаружил, что отвар еще не готов, да и воды маловато — огонь мог сжечь ценный состав. Он долил кипятка и выставил таймер еще на двадцать минут. Не успел он убрать чайник, как со стороны лавки снова донеслась настойчивая трель звонка.
Взглянув на часы, Юй Нин ухмыльнулся: еще и семи утра нет. Он прекрасно понимал, зачем пожаловала вся эта кавалькада. Легки на помине, ничего не скажешь.
Решив пресечь расспросы раз и навсегда, юноша вышел к дверям. Внутрь он визитеров пропускать не стал, а просто бросил сквозь щель:
— Вещь уже продана. Вы опоздали.
Старик мягко и благодушно улыбнулся, располагая к себе с первого взгляда:
— Господин Юй изволит шутить. Мы приехали первыми.
— Вчера уже приходили. Верите вы или нет — ваше дело, — твердо резюмировал Юй Нин. — И передайте остальным: пусть не тратят время. Вещь действительно ушла к другому человеку.
Старец втянул носом воздух, наполненный аптекарским ароматом, и внимательно посмотрел юноше в глаза:
— Женьшень, гастродия, купена... Все сплошь укрепляющие да восстанавливающие компоненты. Господин Юй недомогает? Хотя, если мой нос меня не обманывает, выдержанную купену да старый корень гастродии нынче днем с огнем не сыщешь...
— Что я ем и чем лечусь — сугубо мое личное дело. А артефакт я правда продал, — безапелляционно отрезал Юй Нин, не ожидавший, что визитер окажется знатоком медицины. Впрочем, разубеждать собеседника он не собирался, отмахнувшись с абсолютным спокойствием: — Купену я не достал, так что обошелся простым бататом с рынка — тоже неплохо помогает.
— Господин Юй, вы не предложите старику присесть? — мягко спросил собеседник. — Мне действительно отчаянно необходима эта вещь. О цене мы всегда договоримся.
— Толку заходить нет, — Юй Нин даже не шелохнулся. — Я правда её отдал.
Видя его непреклонность, старший вздохнул:
— В таком случае не подскажете ли, кому именно она досталась? В наших кругах у старика еще есть некоторое имя, и коллеги из уважения ко мне уступили первое право на покупку... Кто же перехватил артефакт? Какая у него фамилия?
Юй Нин развел руками:
— Понятия не имею. Вы ведь и сами знаете: я просто случайно наткнулся на редкую штуковину. Вчера поздно вечером пришел покупатель, выложил пять миллионов наличными — я и продал. А фамилию... да не спрашивал я. На вид мужчине лет тридцать с небольшим.
Первоначально Юй Нин хотел сослаться на Чжоу Хуана, но вовремя одумался: тот едва успел поступить в ученики к наставнику Мэй, и взваливать на парня с учителем лишнюю головную боль было бы некрасиво. Поэтому он счел за лучшее прикинуться незнающим: дескать, явился покупатель, предложил разумные деньги, вот сделка и состоялась. Если только этот почтенный старец не вздумает поднимать записи с камер видеонаблюдения, концы найти не удастся.
— Тридцать с небольшим? — Старик прищурился, и в его глазах блеснула мысль. — Случайно не тот, у кого родинка над правой бровью?
— Не присматривался, — качнул головой Юй Нин.
Пожилой мужчина задумался на мгновение, после чего жестом велел ассистенту подать визитку и с улыбкой протянул ее Юй Нину:
— Простите за беспокойство, господин Юй. Если вам в руки снова попадет достойный артефакт, прошу, вспомните обо мне в первую очередь. Моя фамилия Цяо. Я и сам грешу лечебным делом — так что, если возникнут сложности с редкими снадобьями или кореньями, смело обращайтесь. Снабдим, чем сможем.
Юй Нин принял карточку — сжигать мосты не стоило. На плотной бумаге действительно значилось название известной клиники традиционной медицины, имя, адрес и контактный номер. Юноша вежливо кивнул:
— И вам извините, что зря заставил кататься. Визитку я сохраню, случится что интересное — обязательно наберу.
— На все воля судьбы, — умиротворенно подытожил старец. — Я предупрежу знакомых, чтобы почем зря вас не беспокоили.
— Вот за это отдельное спасибо.
Гость удовлетворенно кивнул и неторопливо направился к автомобилю.
Юй Нин провожал его взглядом, как вдруг до носа донесся откровенный запах гари...
— Мое снадобье-е-е-е!