Мастер Усун выглядел точно так же, как и при их первой встрече: белоснежное даосское одеяние, седые волосы, собранные в небрежный пучок и скрепленные простой шпилькой из светлого нефрита. Никаких лишних украшений — весь его облик дышал безупречным благородством и чистой, возвышенной гармонией.
Увидев Юй Нина, гость на мгновение замер, затем внимательно оглядел его с ног до головы и добродушно рассмеялся:
— Я-то всё гадал, откуда в свете взялось столько мастеров по фамилии Юй. Теперь вижу: и впрямь ты, А-Ю.
— Приветствую вас, мастер Усун. Прошу, садитесь, — Юй Нин склонился в почтенном поклоне.
Как младшему, ему не подобало занимать главное место. Он усадил мастера Усуна на почётное место слева, а сам присел чуть ниже и с лёгкой смущённой улыбкой добавил:
— Не стоит подшучивать надо мной, мастер.
— Ну что ты, А-Ю, я ведь от чистого сердца хвалю, — улыбнулся тот.
Юй Нин состряпал виноватую мину:
— Эх, кабы вы знали... Дедушка-наставник мне уже устроил хорошую взбучку.
Усун на миг задумался, быстро смекнув, в чём дело, и с качанием головы хмыкнул:
— За что же ему тебя бранить? Будь я на его месте, от радости бы места себе не находил.
Юй Нин показал гостю свои отёкшие, сплошь красные ладони:
— Ну, по этим меткам не скажешь, что он за меня радовался.
Усун и раньше заметил подпухшие кисти юноши, но из вежливости молчал. Узнав же причину, он с лукавой ухмылкой заметил:
— Стало быть, бьёт — значит любит. Чем сильнее забота, тем строже спрос.
Сменив тон, мастер поинтересовался:
— Помнится, твой дедушка сказывал, будто ты ни в какую не соглашался ехать с ними в префектуру Чанъань? С чего вдруг передумал?
— Кое-что стряслось... — туманно отозвался Юй Нин, предпочтя не вдаваться в подробности, и тут же перевёл тему: — Мастер Усун, вы ведь пришли к дедушке-наставнику по какому-то важному делу? У него сейчас неотложная работа, отвлечься никак не сможет.
— Вот как? Ну, пусть занимается, — легко отозвался Усун. — Я ведь не к нему шёл... Честно говоря, А-Ю, я искал именно тебя.
— Меня? — Юй Нин озадаченно хлопнул глазами, не представляя, что могло понадобиться от него мастеру.
— Помнишь тот талисман в виде личи, что я тебе подарил? — спросил Усун. — Я как раз пришёл попросить его обратно.
— Конечно помню, — кивнул юноша. — Вам понадобился? Я сейчас же велю принести.
Но гость остановил его жестом:
— Не спеши. Один мой младший родственник выпросил его у меня... А я и забыл, что уже отдал его тебе. Подумал — как раз кстати.
— Вот оно что, — Юй Нин мигнул, ощутив любопытство, но следом виновато опустил голову: — Только вот... я в последние дни неважно себя чувствую, лекарь строго-настрого велел соблюдать покой.
Усун окинул его пристальным взглядом. Внешне юноша не выглядел больным, так что старший с участием спросил:
— Где же у тебя болит?
— Да всё с той поры, в городе Фушуй... По глупости своей натворил дел, вот и повредил жилы.
Мастер Усун кое-что смыслил во врачевании и протянул руку:
— Дай-ка гляну.
Юй Нин послушно подставил запястье. Гость долго выстукивал и слушал пульс, а затем нахмурился:
— Каналы и впрямь повреждены... Но постой, ведь рана совсем свежая! Чем ты занимался на днях? Зачем снова нагружал меридианы?
Юй Нин смущённо пробормотал:
— Вчера в Священное древо защиты государства в Храме Защиты Государства ударила молния. Я попытался вмешаться, чтобы подарить древу каплю живой цзи... Ну и вышло вот так.
— А, слышал, — мастер Усун прибыл в префектуру Чанъань лишь сегодня, но о столь громком событии уже гудела вся префектура. — Но разве это сделал не Гу Мэнлань?
— Моя работа, — вздохнул Юй Нин. — Дедушка велел мне набить руку, а я по незрелости своей опять вызвался не по силам и слёг.
— В Храме Защиты Государства стоит его расклад «Сонм бессмертных». С какой стати тебе вообще потребовалось вмешиваться? Обычное дело — вернуть сухую корягу к жизни, с чего бы этому забрать твои силы? — Усун мгновенно разложил всё по полочкам, поняв намерение Великого астролога дать ученику практику. Однако при наличии «Сонма бессмертных», пока Священное древо защиты государства не сгорело в пепел, серьёзная магия не требовалась. — Ты что, затронул ещё что-то?
Юй Нин готов был сгореть от стыда:
—... Я по неопытности нечаянно задел нити государственной судьбы. Оттого и сплоховал.
— Государственную судьбу? — Усун удивлённо приподнял бровь. — Твой дедушка правильно сделал, что отучил тебя розгами. И поделом! Властные токи страны — да как ты вообще дерзнул к ним прикоснуться?
Поразмыслив, мастер добавил:
— Ладно, проехали. Ты дважды брался за дело и оба раза калечил себя. Кажется, ты и сам осознал свои промахи... Отлеживайся, А-Ю. Скоро праздники, да и после вчерашнего в храме у твоего наставника едва ли найдётся свободная минута. Я пока задержусь в Чанъане. Будут вопросы — приходи без стеснения.
— Раз вы так говорите, я стесняться не стану. Только чур не жаловаться, если надоем! — повеселел Юй Нин и велел Фужун принести резной личи.
Служанка ушла, но вернулась с пустыми руками и тихо шепнула на ухо хозяину:
— Молодой господин, я всё обыскала, но упомянутой вами безделушки нигде нет.
Юй Нин хлопнул себя по лбу: до него дошло, что талисман остался в современном мире! Вернуться туда прямо сейчас он не мог, а значит, и отдать вещь не получалось.
Заметив его замешательство, Усун поинтересовался:
— Что-то не так?
Юй Нина обдало жаром досады. Эх, зачем он поленился и не перенёс редкий артефакт сюда? Не скажешь же старшему, что потерял или забыл подарок! Подаренную вещь надо беречь. Юй Нин поднялся и виновато поклонился:
— Мастер, простите великодушно... Я по небрежности оставил талисман в уезде Пинбо и не захватил с собой в префектуру Чанъань.
—... Что ж, не посчастливилось, — Усун понимал характер юноши и знал, что тот не стал бы лукавить. — Раз так, я пойду... А когда увидишь Гу Мэнланя, передавай привет и спроси, нет ли у него подобной вещицы. Если найдётся, я готов обменяться, в обиде не оставлю.
— Слушаюсь.
Только мастер собрался уходить, как в двери вошёл сам Великий астролог Гу. Окинув гостя быстрым взглядом, он с порога бросил:
— Усун, только пришёл — и уже сбегаешь? Или мой А-Ю плохо тебя принял?
— Да слышал я, какой ты занятой, вот и не стал докучать. При чём тут А-Ю? — отшутился тот.
Юй Нин глядел на невозмутимого дедушку-наставника, у которого на лице не осталось и следа от недавнего смятения и отчаяния:
— Дедушка.
— Садись, — Гу Мэнлань опустился на главное место. — Слышал, ты просил артефакт? Какого рода?
Усун присел обратно:
— Для учёбы. Мой младший сородич метит в чиновники, вот я и хочу подсобить.
— Твой родственник? — Великий астролог опёрся щекой о кулак. — Метит на службу? Да не проще ли попросить меня напрямую, чем городить фэншуй-расклады?
— По-твоему, быть твоим холуём — великая честь? — без промедления подколол его Усун. — Если есть подходящий предмет — давай меняться... Ладно, а сам-то ты что с руками сделал?
Левая рука Гу Мэнланя была туго замотана бинтами, сквозь которые проступала свежая кровь.
При одном упоминании об этом Астролог вспыхнул и гневно полоснул взглядом по Юй Нину:
— Всё из-за этого щенка! Представляешь, до чего дошёл в своей дерзости? Пару дней почитал книжки по фэншуй — и уже замахнулся на государственную судьбу!
Да ещё из-за него вышли разногласия с Мэй Миньчжи! Хотя благодаря этому Гу узнал, как дорог старшему брату — нет худа без добра.
— А-Ю мне уже рассказал. Он сделал это не со зла, ты его наказал — и хватит, к чему драть три шкуры? — заступился Усун. — Но при чём тут твоя рука? Не хочешь же ты сказать, что оттрепал парня так, что сам искалечился? Разве А-Ю посмел бы дать сдачу?
Невинно пострадавший Юй Нин про себя поддакнул: «Да как бы я дерзнул...»
— Ах ты старый пёс Усун! — разбушевался Гу Мэнлань. — Обязательно докапываться до сути?!
Усун со смешком покачал головой:
— Не хочешь — не говори, я же не вытягиваю из тебя жилы. Чего ты на парня срываешься? Назвался Великим астрологом, а чуть что — прикрываешься учеником как щитом! Совесть-то есть?!
Юй Нин с восхищением смотрел, как Усун отделывает его дедушку. Настоящий герой!
— Есть у тебя ещё дела? Нет — вали отсюда, провожать не стану! — вышел из себя Гу Мэнлань. — Ты забыл, кто здесь хозяин?! Эй, слуги! Выставить этого старого пса вон! И впредь не сметь пускать его на порог без доклада!
Слуги замерли в замешательстве, но Юй Нин незаметно подал им знак рукой, и те остались на местах.
Усун устроился в кресле поудобнее, явно не собираясь уходить:
— Ого, Великий астролог Гу пришёл к власти и пожалел миску тарелки супа для старого друга? А вот и не уйду!
— Вы что, оглохли?! Вон его!
Юй Нин со смешком вступился:
— Дедушка, мастер Усун обещал наставить меня, если возникнут трудности... Я пока не знаю, где он остановился, давайте я сам провожу мастера чуть позже?
— Ишь какой щедрый, — буркнул Гу Мэнлань, косясь на гостя.
Усун поправил широкие рукава с абсолютным изяществом:
— Мы с А-Ю обрели духовное сродство.
— Он мой и А-Жо ученик! Даже не думай примазываться.
— Нам обоим скоро в землю ложиться, стоит ли цепляться за пустые титулы? — улыбнулся Усун с видом лисы, подбирающейся к курятнику. — Я ведь не из тщеславных. Найди артефакт, а я взамен возьму А-Ю с собой, когда пойду ставить расклад.
А это означало передачу бесценного практического опыта!
— Воля твоя, — хмыкнул Гу Мэнлань.
Придираться он больше не стал. В их кругу передача знаний чужакам была табу, но если Усун сам предлагал научить Юй Нина секретам ремесла — это была колоссальная удача. Наставник не стал чинить препятствий благу внука.
Быстро стемнело. Поинтересовавшись, где остановился Усун, Астролог узнал, что тот едва прибыл в префектуру Чанъань и в его поместье ещё царит разгром. Сварливо поругавшись ( «Совсем опустился, даже дом заранее не приготовил»), Гу Мэнлань велел отправить туда слуг для уборки, а самого гостя оставил ночевать у себя.
Усун не стал кокетничать и принялся обустраиваться. Старые друзья давно не беседовали при свечах, но Гу Мэнлань сразу после ужина удрал к себе — не удержать! Усун лишь вздохнул и отправился спать в гостевое крыло.
* * *
На следующее утро
На следующее утро Великий астролог проявил оперативность. С самого рання он прислал Юй Нину редчайшую вещь, чтобы тот передал её Усуну, а заодно велел передать: «Пусть сегодня ко мне не лезет, ест вместе с Усуном и не попадается на глаза, а то у меня от него изжога».
Юй Нин, размышляя над этим наказом, с ухмылкой догадался: дедушка попросту не в состоянии подняться с постели после вчерашней бури с мастером Мэй.
Заманил пса, да сам и попался.
Юй Нин мысленно заставил себя съесть эту порцию «любовной романтики старшего поколения», ощущая сытость от чужого счастья. И, как заботливый внук, распорядился подавать в их покои исключительно согревающие и восстанавливающие силы блюда.
Присланный артефакт представлял собой Башню Вэньчан из красного нефрита. Тринадцать ярусов, размером с ладонь юноши — миниатюрное, тончайшее ювелирное чудо. Каждая деталь была выточена с безупречной точностью: колокольчики на карнизах даже слегка покачивались. Предмет был высечен из монолитного куска редчайшего нефрита без единого шва. Вокруг пагоды вилась плотная, насыщенная аура густого сине-золотого цвета. Мощь этого талисмана стократ превосходила скромный резной личи. Гу Мэнлань действительно не пожалел сокровищ.
Вэньчан — имя звезды и покровителя наук. Символ успеха в учёбе и продвижения по службе. Семь ярусов символизируют успехи в учёбе, девять — продвижение по службе, а тринадцать соотносились с тринадцатью рангами чиновничьей иерархии в государстве. Всё, что выше — высший предел, пост канцлера или члена Императорского кабинета. Верхушка выполнена в форме тыквы-горлянки (символ удачи и блага), стела пряма, а оконца сквозные, что знаменует живость ума и проницательность. Пять граней пагоды воплощали пять добродетелей: Мудрость, Ритуал, Человеколюбие, Верность и Справедливость.
В трактате «Три главных правила для жилых домов» говорится: «Если в уезде или префектуре мало ученых мужей, следует возвести Башню Вэньчан на позициях Цзя, Шэнь, Бин или Дин — и тогда край прославится талантами».
В общем, для семьи с учащимся это был идеальный артефакт.
Конечно, без трудолюбия никакой артефакт не сделает из дурака гения. Помянув, как Усун отказался от протекции Астролога, Юй Нин понял, что тот юноша и сам по себе не промах.
Прихватив Башню Вэньчан, Юй Нин отправился к гостю.
Усун остался в полном восторге:
— А твой дедушка всё-таки знает толк в вещах!
— Да он только на словах такой суровый, — угодливо поддакнул Юй Нин. — Места себе не находил, всё думал, как бы вам угодить!
— Угодить? — рассмеялся Усун. — Просто он погряз в мирских страстях и суете, вот ему и лень возиться с тобой.
Позавтракав, они отправились в путь. Экипаж Усуна уже ждал у ворот. Юй Нин захватил с собой Меч из окаменелого дерева.
Усун поглядел на оружие и похвалил:
— Добротная вещь. Тебе как раз подходит.
— Угадайте, откуда деревяшка? — хитро усмехнулся Юй Нин.
Усун поднёс меч к носу, понюхал и ахнул:
— Священное древо защиты государства?!
— Оно самое! Я забрал ветвь, но подарил ему новую жизнь. В обиде оно не осталось!
— Ох и хитрец же ты, А-Ю...
Вскоре экипаж остановился.
Улица Мулань
Юй Нин удивился:
— Надо же, улица Мулань!
— Именно. Мой младший родственник живет здесь.
Оказалось, дом этого юноши находился по соседству с усадьбой Мэй Сиюнь!
Ворота отворились, и навстречу вышел утончённый, худенький молодой человек в скромном платье. Голос у него был чистый, словно журчащий горный ручей:
— Приветствую вас, мастер Усун. Приветствую вас, молодой господин Юй.
— Ты меня знаешь? — изумился Юй Нин.
— Несколько дней назад вы были на улице Мулань. Молодой господин Мэй назвал вас дядей... У меня с детства хорошая память на лица и имена.
«Ничего себе память!» — восхитился про себя Юй Нин.
Усун представил юношу:
— Это Чжу Шэн. Звали его Чжу Шэн. Зовите его просто Чжу Шэн.
Юй Нин похвалил:
— С таким талантом вы непременно сдадите экзамены на высший балл!
Чжу Шэн скромно отступил, приглашая гостей в дом.
Дом был небольшим — на два дворика, но обставлен с тонким вкусом. Прислуживать было некому, Чжу Шэн сам пошёл за чаем. Юй Нин заметил, что двигался тот с выучкой, похожей на выучку слуг из Резиденции Великого астролога — держался у стены, виновато опустив голову.
В кабинете стояли полки с книгами. Усун вытащил свиток, и с него случайно вывалилась книжица. Юй Нин поднял её — это оказался бульварный роман «Записки о зелёном бамбуке»!
«Ого, а парень-то не только классиков зубрит!» — ухмыльнулся Юй Нин и аккуратно вернул роман на место, чтобы Усун не заметил. А потом увидел целую батарею развлекательных новелл!
Чтобы уберечь парня от взбучки строгой родни, Юй Нин тихонько развернул все популярные романчики корешками к стене.
Усун тем временем достал компас-лопань, прошёлся по комнате и набросал на чистом листе схему:
— Подойди, А-Ю. Посмотри на этот чертёж. Если что неясно — спрашивай, не стесняйся.
Юй Нин подошёл ближе, всматриваясь в чертёж.