Юй Нин подгреб к себе заиндевевшие ступни Великого астролога и бестрепетно засунул их прямо за пазуху. Учитель Гу с привычной ленивой истомой откинулся на подушки, позволяя ученику разминать замёрзшие пальцы.
— Учитель, замёрзли? — Юй Нин, не брезгуя, распахнул нижнюю рубаху и прижал ледяные ступни прямо к голому телу. — Годы-то уже не те, а всё босиком! Смотрите, наживёте себе хромоту да артрит к старости!
Великий астролог лишь фыркнул и слабо ткнул его пяткой в живот:
— Дерзость.
— Я же от чистого сердца! — возмутился Юй Нин. — Учитель, а вы на этих ваших великих жертвоприношениях всегда босоногим щеголяете?
Гу Мэнлань смерил его отстранённым взглядом и ровно отозвался:
— Таков древний уклад.
— Кстати о птичках, — Юй Нин резко сменил тему. — Старый пёс Чжу... э-э, то есть господин Чжу Фэйсин ведь в уезде Чжоутянь обретается?
— К чему эти расспросы?
— Ну как же! — без тени сомнения выложил Юй Нин. — Издревле их род занимал пост Великого астролога! Уж у них-то наверняка припрятана парочка секретных снадобий от ломоты в суставах. Напишу-ка я ему письмецо, выпрошу рецептик...
Учитель Гу не выдержал. Приподнявшись, он влепил парню звонкую затрещину:
— Паршивец! Хоть раз можешь сказать что-нибудь дельное?
Юй Нин сощурился и с подобострастной ухмылкой подался вперёд:
— Ой, Учитель, так вы просто хотели похвалы? Вы только намекните! Сомневаетесь, что ли? Я же без всяких уговоров готов вас возносить до небес!
Заметив, как брови Гу Мэнланя зловеще поползли вверх, а губы приоткрылись, чтобы отдать приказ вышвырнуть ученика из экипажа, Юй Нин крепче прижал его ноги к груди и запричитал на всю карету:
— Учитель! Вы сегодня были просто невероятны! Какая стать! Какой непререкаемый лик! А этот размах! Не знай я, что вы мой наставник, решительно принял бы за бессмертного, сошедшего с небес! Мой Учитель — просто неподражаем!
И тут же выдал на одном дыхании свой коронный пассаж:
— Моё почтение к вашему величию бурлит, подобно неукротимым волнам Великого потока, и разливается, точно Хуанхэ в половодье — удержать сие чувство невозможно!
Первые слова Великий астролог выслушал с лёгким благодушием, но затем лицо его омрачилось: формула звучала слишком знакомо. Вспомнив, что слышит эту дежурную лесть уже не в первый раз, Гу Мэнлань окончательно рассвирепел и попытался вырвать ноги:
— Пшёл вон отсюда!
— Ну куда же я пойду? А ноги вам кто согреет? — Юй Нин наигранно и тяжело вздохнул. — Из меня ведь ученик никудышный. Только и годен, что ноги вам греть, суставы разминать да помои выносить. Запретите мне и это — завтра же выставите за ворота! И что тогда? Пропаду! Буду скитаться без гроша и куска хлеба, придётся возвращаться в уезд Пинбо к господину Лю — снова учиться вести счётные книги, чтобы хоть у батюшки в лавке писарем пристроиться на миску горячей похлёбки... Пожалейте бедного сиротку, позвольте догреть!
Гу Мэнлань, слушавший этот опус, вдруг проникся глубочайшим сочувствием к Мастеру Мэй, который вечно выходил из себя от проделок Юй Нина. Действительно, дело вовсе не в дурном нраве А-Жо — этот щегол просто напрашивался на хорошую порку!
— И с чего ты взял, — желчно ухмыльнулся Гу Мэнлань, — будто мне некому больше ноги греть?
— Конечно, есть кому, да только я сам напросился! — Юй Нин запустил руки за пазуху и нащупал наконец потеплевшие ступни. Убедившись, что хлад отступил, он кликнул Молань и велел принести сухие чистые чулки. Собственными руками надел их на ноги наставника, аккуратно натянул прогретые над жаровней сапоги и расправил на его коленях пёстрый шерстяной плед.
Великий астролог молча наблюдал за суетой ученика. Когда тот закончил, весь пыл улетучился сам собой. Учитель Гу лишь ткнул пальцем Юй Нина в лоб, отталкивая от себя:
— Поди прочь, не липни.
Юй Нин потянулся было к его рукаву, но Гу Мэнлань смерил его ледяным взором:
— Изволишь протянуть свои грабли — и ждать завтрашнего дня не стану. Изгоню прямо сейчас.
Юй Нин обиженно отдернул руку и надулся:
— Подумаешь, собственными ногами брезгует! Можно подумать, вы наедине с собой пятки не чешете!
— Молань, вышвырни этого...
— Ой-ой-ой! Учитель, виноват! Молчу-молчу! — Юй Нин моментально забился в дальний угол кареты.
Служанка Молань и впрямь подалась к нему. Юй Нин с ужасом воззрился на неё, но девица лишь достала влажный плат:
— Молодой господин, позвольте помочь вам омыть руки.
— А? А-а, да... — Юй Нин облегченно перевёл дух, потер нос и протянул ладони. Но мгновение спустя осекся и замер, озарённый внезапной догадкой.
Учитель Гу с досадой подхватил второй платок и без лишних церемоний с силой прошёлся им по его лицу:
— Замарашка.
* * *
Вернувшись в усадьбу, Юй Нин первым делом бросил Учителя Гу и вихрем помчался к Мастеру Мэй — хвастаться своим пышным ритуальным облачением. Мэй Миньчжи долго и пристально разглядывал его, после чего негромко произнес:
— И впрямь хорош.
Юй Нин с удовольствием разгладил парчовые полы и без тени смущения выложил:
— На будущий год Учитель, чаю, сложит с себя сан Великого астролога, так что на роль помощника в ритуале меня больше не кликнут... А одёжа-то уже у меня! Назад ни за что не отдам. Заберу с собой: как позовёт кто по делу фэншуй — так и явлюсь в этом наряде. Поверят или нет — неважно, зато солидности хоть отбавляй!
В этот момент в комнату вошёл Гу Мэнлань, только что посвежевший после горячей купальни. Услышав последнюю фразу, он с насмешкой бросил:
— И это весь твой предел устремлений?
— А то как же! — Юй Нин припомнил что-то, поежился и с отвращением выговорил: — Не сочтите за хвастовство, но раньше-то я помышлял: вот наберусь мощи да вытравлю господина Чжу с его места, чтобы пост Великого астролога перешел от их клана к нашему, роду Гу! Но глянул я сегодня на это празднество и решил: да ну его к лешему! В лютую стужу босыми пятками да по ледяным плитам... На кой мне такое счастье? Дайте мне хоть два поста Великого астролога — ни за что не соглашусь!
Мастер Мэй чуть приподнял веки и сдержанно ровно заученно оборонил:
— Дерзость.
Юй Нин вжал голову в плечи и тут же юркнул за спину Мэй Миньчжи, принявшись наговаривать:
— Батюшка, вы бы знали, какая там метель мела! Учитель мой, конечно, до сих пор хорош собой, словно прекрасная дева-цветок, да только пятый десяток уже пошёл! А он босиком на снег да на лед! Я в сапогах стоял — и то промерз до костей! Если так и дальше коченеть, к старости ноги отнимутся!
Мастер Мэй, выводящий до этого изысканную каллиграфическую вязь, на мгновение замер. С кончика кисти сорвалась тяжелая капля туши, безнадежно испортив свиток.
— Гу Мэнлань, — невозмутимо спросил он, — А-Ю говорит правду?
— Слушай больше этого пустомелю! — сквозь зубы процедил Великий астролог, свирепо взглянув на ученика. — Я за всё время ни разу к земле не прикоснулся, с чего мне мерзнуть? Совсем страх потерял, щегол? На меня возводить напраслину удумал?
Юй Нин, подхватив пышные полы ритуального одеяния, уже давал дёру к дверям:
— Батюшка, Учитель, я побежал! Проведаю моего господина Ланя, а завтра приведу его к вам — встречать Новый год!
Он улетучился так быстро, что лишь полы одежды мелькнули в дверном проеме.
Дождавшись, пока стук затвора за убежавшим учеником утихнет, Мастер Мэй отложил кисть и обратил взор на Великого астролога:
— Подойди.
Гу Мэнлань, умевший вовремя проявить гибкость, бесшумно приблизился и прошептал:
— Я про холод соврал, чтобы А-Ю не донимал... Тебя-то не проведёшь — продрог я весь. Согреешь меня?
Мастер Мэй коснулся его предплечья — кожа ещё хранила влажное тепло после купальни.
— Коли знобит — ступай в постель, — с показной суровостью отозвался он. — Укройся тремя перинами, вели разжечь больше жаровен. От меня-то какая польза?
Гу Мэнлань прекрасно знал: дай он сейчас А-Жо волю рассердиться — весь праздничный вечер пойдёт насмарку. Его взор вспыхнул ласковым светом, а голос понизился до обольстительного шёпота:
— А от кого ж мне тепла искать, как не у тебя?.. Сколь бы ни было мягко шёлковое одеяло, без тебя оно всё равно студёное...
* * *
Запитанный нефритовый руи наконец испустил ровное сияние — артефакт полностью восстановился, открывая путь домой.
Юй Нин отыскал служанку и с порога распорядился:
— Фужун, я отправляюсь проведать господина Ланя. Сегодня и завтра можешь отдыхать, вернусь только послезавтра.
— Благодарю, молодой господин, — поклонилась девица, не став задавать лишних вопросов о том, где именно обитает господин Лань.
Юй Нин окинул её беглым взглядом и с лёгким удивлением прищурился:
— А что это на тебе шпильки с жемчужным цветком нет? Неужто разонравилась?
Фужун невольно прикоснулась к причёске, и на её лице отразилось печальное замирание:
— По неосторожности обронила где-то...
— Всё обыскала? — вздохнул Юй Нин. — Впрочем, по глазам вижу, что искала. Ты ведь вчера со мной в резиденцию гуна Цзинго ездила? Наверняка там и обронила. Возьми мою визитную карточку, съезди да спроси, не находил ли кто.
Девушка заколебалась, но в итоге качнула головой:
— Вещица недорогая. Негоже ради служанки беспокоить благородных господ.
Юй Нин ухмыльнулся, потянул её за рукав и приставил палец к её лбу:
— Коли вещь дорога сердцу — иди и ищи! Не напяливать же тебе среди ночи одежду ночного лазутчика и не лезть через забор? Сестрица Фужун, помилуй! Праздники на носу, дай стражникам префектуры Чанъань хоть пару дней пожить спокойно!
Фужун упрямо промолчала — судя по всему, именно такой план она и вынашивала.
— Есть ещё вариант, — продолжил Юй Нин. — Вещица-то простая. Сходи к нашим ювелирам, пусть сработают точно такую же. И тот, кто тебе её подарил, не огорчится. А как найдётся старая — поменяешь назад.
Девушка снова качнула головой:
— Потерянное не вернуть. Какую точно такую же ни сделай, всё одно — не она.
— Эх, женская душа — притча во языцех, — фыркнул Юй Нин. — Ладно, делай как знаешь. Визитка и кошель всё равно у тебя, поступай по своему разумению. Всё, ступай, мне тоже пора переодеваться.
— Слушаюсь, молодой господин.
Юй Нин снял тяжеловесное ритуальное одеяние и, не умея толком складывать подобные вещи, просто небрежно накинул его на ширму. Заглянув к Мастеру Усуну засвидетельствовать почтение, он совершил привычный переход и очутился в современном мире.
Что и говорить — возвращаться в родное настоящее всегда чертовски приятно!
На дворе стоял полдень. С Лань Сяо они не виделись едва ли не месяц. Пока Юй Нин был занят делами, тоска не донимала, но стоило ступить на пол собственной квартиры, как осознание разлуки накрыло с головой. Сидеть дома в ожидании он не собирался: переоделся в элегантный повседневный костюм, подхватил ключи от машины и рванул в офисную башню Корпорации Лань — вызволять своего Лань-сяньшэна.
Желая устроить сюрприз, Юй Нин набрал номер спецассистента Чжана и попросил встретить его на подземной парковке, чтобы незаметно подняться в кабинет.
Чжан Жань, увидав Юй Нина с иголочки одетым, аж притормозил. Он и раньше видал парня в костюмах, но сегодня от него веяло чем-то совершенно иным. Прежде Юй Нин казался загадочным лишь в те моменты, когда творил свои фэншуй-чудеса, а в остальное время выглядел обычным расслабленным ленивцем.
Теперь же вокруг него ощущалась неуловимая, но неоспоримая аура превосходства и собранности. Попадись он сейчас на глаза девушке на ресепшн в курьерской куртке — та бы трижды подумала, прежде чем заставить его расписываться в журнале посещений.
— Вернулся наконец-то! — поцокал языком Чжан Жань. — Куда тебя унесло на целый месяц? На сообщения не отвечаешь, ни ответа ни привета.
— Да в глушь одну занесло, связи вообще не было, — Юй Нин пожал плечами, достал пачку сигарет и вытянул одну для Чжана. Затем щелкнул пальцами — прямо над подушечкой указательного пальца вспыхнул аккуратный огонек, от которого парень мгновенно прикурил сигарету помощника.
—... Мать твою! — Чжан Жань чудом не выронил сигарету. — Ты чего вытворяешь?!
Юй Нин точно так же прижёг свою сигарету и сладко ухмыльнулся:
— Ну как? Оценил фокус?
На самом деле никакой магии тут не было: после медитаций на горе Яминшань его духовный уровень совершил скачок. Контроль над тончайшими колебаниями потоков цзи возрос кратно, так что заставить микрочастицы поля интенсивно трудиться друг о друга и высечь искру не составляло ни малейшего труда.
Физика и трение! Всё строго по науке, пусть и в области энергий цзи.
— Только не говори, будто ты свалился в ущелье, наткнулся на гробницу древнего старца и выучил древние секретные техники! — Чжан Жань хлопал глазами, не веря собственным органам чувств.
— Ладно тебе, допивай свой никотин и веди меня к господину Ланю.
— Сам бы поднялся, — проворчал Чжан Жань, затягиваясь и присаживаясь на корточки в узком зазоре между крылом машины и бетонной стеной паркинга. — Дай хоть пару минут дух перевести. Ты представить не можешь, каково тут без тебя! Тебя бы к нам в штатную команду оприходовать, ей-богу... Шеф за этот месяц совершил семнадцать перелётов! Семнадцать! Больше двух недель чисто в воздухе провёл.
— Серьёзно? — Юй Нин с недоумением взглянул на экран телефона. — До конца года ещё полно времени, к чему такая спешка?
— Так возведение новой штаб-квартиры на носу! Без солидного капитала масштабную стройку не поднять.
— Мне казалось, возвести одно здание для Корпорации Лань — раз плюнуть? — удивленно приподнял бровь Юй Нин.
— Раз плюнуть-то раз плюнуть, а живые деньги всё равно нужны! — Чжан Жань подозрительно огляделся по сторонам и понизил голос до шепота: — Ты мне скажи, у вас с боссом всё гладко? Не цапались?
— А в чём дело?
— Слушай внимательно и не выдавай меня. У шефа был личный неприкосновенный фонд — около трёх миллиардов долларов. Оборотные средства, так сказать... За последние пару недель оттуда испарилось две трети. Не знай я, что вы ещё не расписались, подумал бы, что он тайком выводит активы перед разводом.
Юй Нин поначалу опешил — их личные финансовые потоки всегда были прозрачны. Свои доходы он покорно сдавал в общий котёл, а в счета Лань Сяо особо не лез... Стоп! Двенадцать миллиардов юаней за ту невероятную императорскую зелёную нефрит-жадеитовую глыбу?
— Э-э... Кажется, эти деньги у меня, — смущенно кашлянул Юй Нин.
— Чего-о-о?! — Чжан Жань едва не подавился дымом. — Шеф перевёл тебе два миллиарда баксов?!
— Помнишь ту редчайшую нефрит-жадеитовую жилу, что я вырезал? Лань Сяо твердил, что она нужна для подарка старейшине, и настоял на покупке... — Юй Нин смущенно почесал затылок. Кажется, карту он потом пытался вернуть Лань Сяо, а вот запеленговал ли тот деньги обратно, Юй Нин понятия не имел. Получить астрономическую сумму — вещь приятная, но в голове не задержавшаяся: с его колокольни всё, что просит Лань Сяо, отдавалось даром.
— Ладно, пошли наверх, — подмигнул Юй Нин. — Разыграем небольшой спектакль, как мы умеем.
Чжан Жань решительно поднял руки:
— Я в чужих романтических играх не участвую. Моё достоинство против собачьего корма!
— Ну смотри... А то ведь могу за вечерним чаем шепнуть Лань Сяо пару слов, и в следующем году отправишься развивать филиал в Центральной Африке.
Чжан Жань осекся.
* * *
Корпорация Лань. Кабинет генерального директора.
— Господин Лань, это новый соискатель на должность ассистента, — Чжан Жань поправил очки в золотой оправе и с безупречной миной выложил на стол папку. — Вот его послужной список и результаты аттестации. По всем показателям — высший балл.
Лань Сяо даже головы не поднял от документов:
— Не помню, чтобы я давал поручение подбирать ещё одного личного помощника.
И всё же, доверяя выучке Чжан Жаня, он небрежно развернул папку.
«...»