Выслушав гостей, Юй Нин снял с подставки свежевскипевший чайник и наполнил их чашки. Заметив, как оба гостя, сделав по глотку, смущённо переглянулись, он лишь улыбнулся:
— Прошу прощения, в доме только кипяток, чая не держу... Что же до артефакта, я передал его своему старшему. Вряд ли он снова появится на публике в ближайшее время.
Юй Нин чуть смущённо усмехнулся и слегка приоткрыл завесу:
— В конце концов, я ещё не завершил обучение. Стоило ли удивляться, что хорошую вещь я первым делом преподнёс наставнику? Пусть старший и отнёсся к ней без особого восторга, всё же это дань уважения от непутёвого ученика. Так что на торги или в чужие руки эта вещь точно не попадёт.
— А смею ли я спросить, кто ваш уважаемый учитель, господин Ю? — поинтересовался старец Вэй.
— Учитель не любит, когда его беспокоят, — качнул головой Юй Нин, мягко, но решительно пресекая дальнейшие расспросы.
Взгляд старца Вэя на мгновение потускнел от досады, однако он тут же взял себя в руки:
— Благодарю вас, господин Ю. Кажется, я уже догадываюсь, в чём именно мы допустили промах... Чуть ранее вы упомянули, что некоторые амулеты способны ненадолго отвести беду. Не найдётся ли у вас...?
— Найдётся, — Юй Нин бросил быстрый взгляд на солнце за окном. Затягивать визит не хотелось: иначе в обед снова придётся перебиваться доставкой. — У меня осталось ровно два артефакта. И больше, увы, нет ни одного.
Намёк читался прозрачно: берите два, третьим делиться никто не станет.
Старец Вэй перевёл взгляд на Лаобань Яня. Тот сообразил мгновенно — к тому же Юй Нин уже заверил, что его отпрыску ничего не грозит и тот пострадал лишь за компанию.
— Моему щеглу амулет без надобности, — закивал Янь. — Пусть оба достанутся А-Чжао.
А-Чжао — юноша, стоявший за спиной старца Вэя, по паспорту звался Вэй Чжао.
Старец Вэй благосклонно кивнул:
— Сяо Янь, я ценю твою услугу.
— Ну что вы, старец Вэй! — махнул рукой Лаобань Янь. — Не будь вашей поддержки в былые годы, я бы так и остался необутёранным желторотиком у лотка на ночном рынке.
— Обождите немного, я принесу, — проговорил Юй Нин.
— Господин Ю, — неожиданно подал голос старец Вэй, — позволено ли нам будет составить вам компанию и взглянуть на вашу драгоценную коллекцию?
— В доме не убрано, так что принять гостей не могу, — без тени смущения отрезал Юй Нин.
Он поднялся, вежливо наклонил голову и направился в переднее крыло.
Едва хозяйский силуэт скрылся в дверях передней пагоды, Янь Жань подтолкнул локтем Вэй Чжао. Тот предостерегающе метнул взгляд: мол, лучше помалкивай. Однако старец Вэй, точно угадав их маневры спиной, лёгким покашливанием разбил тишину:
— Есть что сказать — говорите прямо.
— Значит... он и впрямь не мошенник? — пробормотал Янь Жань.
И его изумление легко понять. Что его собственный батюшка, что дед Вэй Чжао — личности в Городе S настолько весомые, что от одного их имени земля дрожала. Сколько Янь Жань себя помнил, при виде старца Вэя у него всегда поджимались поджилки. И вдруг находится человек, который держится с этими исполинами так, словно перед ним пара случайных прохожих.
Да что там — в поведении этого господина Ю угадывалось даже лёгкое досадование. Сам он, быть может, этого и не сознавал, но во всём его облике так и читалось: «Да когда же вы наконец сгинете?»
Лаобань Янь чуть не зашипел от ярости, готовый заехать сопляку по затылку:
— Ты где рот разинул, дурачьё?! Попробуй только навлечь на нас его гнев — вместе пойдём с протянутой рукой по помойкам!
Вэй Чжао, успевший на собственной шкуре вкусить мистической чертовщины, всё ещё сомневался. Он неуверенно взглянул на деда:
— Дедушка... Неужели всё и впрямь настолько серьёзно?
Старец Вэй не спеша подлил себе кипятка, сделал небольшой глоток и, поворачиваясь к внуку, произнёс:
— В любые времена к людям, обладающим подлинным даром, следует относиться с глубочайшим почтением. Иначе и оглянуться не успеешь, как сгинешь ни за грош. Нынче сокровенные учения приходят в упадок, и вы привыкли видеть лишь ярмарочных фокусников да шарлатанов. Оттого и кажется, будто всё это — бабьи сказки. Но не будь в этих знаниях ни крупицы истины, разве просуществовали бы они сквозь века?
— Настоящий мастер фэншуй способен не просто переписать судьбу одного рода, а буквально перевернуть небеса и землю! — принялся наставлять сына Лаобань Янь. — Ты думаешь, как твой отец выбился в люди? Всё благодаря благодетелю — старцу Вэю! А задумывался ли ты, с чего вдруг мне выпала честь встретить такого человека? Да потому что на могилах наших предков заструился священный дым!
Старец Вэй не удержался от глухого смешка:
— Ладно тебе, Сяо Янь. Годы уже солидные, а языком мелешь без удержу.
— Так вы же знаете, я человек неотёсанный... — виновато оскалился Янь. — Если бы при переносе дедовских захоронений я по чистой случайности не вытащил из беды одного даоса, а тот не дал бы пару советов, удача никогда не повернулась бы ко мне передом. И я в жизни не встретил бы вас.
Янь Жаню было тошно смотреть на то, как его отцовский авторитет буквально рассыпается в подобострастных ужимках. Историю эту он слышал впервые, а потому с сомнением хмыкнул:
— Ну ты и сгущаешь краски, папа. Может, тебе просто повезло?
Лаобань Янь едва не задохнулся от возмущения. Не будь они в чужих владениях, он бы прямо на месте открутил сопляку уши! Надо же вырасти таким бестолковым: ляпнуть господину Ю в лицо про «уличного шарлатана»! А ведь тот проявил великодушие и всё равно протянул руку помощи. От одной мысли об этом у старшего Яня щеки горели от стыда.
— Заткнись! — рявкнул он сквозь зубы. — Скажи спасибо, что господин Юй оказался выше этого. Иначе я бы тебе ногу переломал, лишь бы загладить вину! — Он осекся и с надеждой воззрился на старца Вэя: — Как думаете, старец Вэй, может, и впрямь переломать этому негоднику кости? В знак извинения?
— Эй, папа, ты мне родной отец или кто?! — в ужасе вытаращился Янь Жань.
Старец Вэй с усмешкой качнул головой:
— Ну полно тебе, не пугай парня. А то ведь А-Жань и впрямь до дома не дойдёт.
— Только попробует не дойти! — буркнул Янь.
— А вот и попробую... — еле слышно прошептал Янь Жань. — Дедушка Вэй меня получше родного отца понимает.
Вэй Чжао дернул друга за рукав, призывая умерить пыл. Лаобань Янь славился бешеным нравом и любимым воспитательным приёмом — блокировкой банковских карт. Едва замаячит эта угроза, А-Жаню придётся несладко.
— А впрочем, взять ребят в узду не помешает, — тише добавил старец Вэй. — На днях отправь А-Жаня вместе с А-Чжао в свою компанию. Пора им браться за ум, учиться зарабатывать на жизнь. И никаких руководящих кресел — пускай начинают с рядовых клерков, чтобы не витать в облаках.
Лаобань Янь опешил. Смысл слов старца Вэя дошёл до него не сразу:
— Неужели... всё настолько скверно? — Но он тут же сориентировался и твёрдо прибавил: — Не беспокойтесь. Пока у меня есть кусок хлеба, А-Чжао голодным не останется.
— Я всегда ценил в тебе эту искренность, — медленно произнёс старец Вэй. — Увы, мой собственный сын оказался слишком... амбициозным и одновременно бестолковым. Боюсь, добром для него это не кончится.
Янь хотел было расспросить подробнее, но в этот момент из глубины дома показался Юй Нин.
На его плече устроился крупный чёрный кот. Его стеклянные золотистые глаза уставились на гостей с леденящим бесстрастием, словно взвешивали их грехи. От этого взгляда по спине Лаобань Яня побежали морозные мурашки. Однако стоило ему присмотреться, как кот ласково уткнулся мордой в щеку Юй Нина, превратившись в самое милое и пушистое создание.
— Жуткая тварь... — пробормотал себе под нос Янь.
Юй Нин опустился на своё место и положил на деревянную столешницу резную шкатулку размером с ладонь, аккуратно подвинув её к старцу Вэю.
Столь долгое отсутствие объяснялось просто: он искал подходящую упаковку, чтобы вручение артефактов выглядело солиднее. Первоначально у него мельком промелькнула озорная мысль завернуть амулеты в обрывок газеты — для пущей загадочности истинного мастера, — но газет юноша не выписывал отродясь. Пришлось умерить пыл и ограничиться изящной деревянной коробочкой.
Старец Вэй без лишних церемоний поднял крышку. Внутри покоились две вещицы. Первым был ничем не примечательный нефритовый кулон. Резьба казалась умелой, а сам камень напоминал галечный нефрит Хэтянь, однако поверх матово переливалась странная дымка, не позволявшая причислить его к высшему сорту. Второй предмет представлял собой крошечную деревянную тыкву-горлянку — грубую, без узоров или орнамента. На вид — работа начинающего резчика, даже гранки не успели отшлифовать.
Заметив пристальный взгляд старца Вэя, Юй Нин пояснил:
— Пусть носит не снимая. Исключение — только на время купания.
Старец Вэй кивнул и закрыл шкатулку. На короткий знак деда Вэй Чжао тут же извлёк из кармана плотный конверт из пожелтевшей крафтовой бумаги. Старик принял его и положил на стол перед хозяином:
— В таком случае не смеем более злоупотреблять вашим гостеприимством.
— Что ж, провожать не стану, — отозвался Юй Нин.
Лаобань Янь выгреб из внутреннего кармана аналогичный конверт и, положив его рядом с первым, улыбнулся:
— Вы уж будьте уверены, я с этого оболтуса три шкуры сдеру. И ещё раз нижайшее спасибо, что не затаили зла на дурака!
— Не стоит благодарностей.
Убедившись, что Юй Нин принял подношения, гости откланялись и увлекли за собой молодёжь.
Едва за визитёрами закрылись ворота, Юй Нин тихо перевёл дух. История приняла неожиданный оборот — и тут крошился его собственный просчёт. Он-то полагал, что перед ним обычная золотая молодёжь, и хотел при случае испробовать свои силы в фэншуй. А вместо рядового дела умудрился зацепить на крючок крупную рыбу вроде старца Вэя.
Старец Вэй явно принадлежал к тем, чьи решения влияют на судьбы целых регионов. И пусть тот умело держал лицо, Юй Нин успел разглядеть тень глубокой тревоги, залегшую между его бровей. Связываться с проблемами подобного уровня юноша категорически не желал. Если у тебя нет алмазного резца, не берись за обработку нефрита. Ему вовсе не улыбалось тренировать мастерство ценой того, чтобы однажды попасть в выпуск вечерних новостей в роли отъявленного мошенника-мракобеса.
Судя по тому, как молниеносно ночная авария превратилась в утренний репортаж об ужесточении проверок большегрузов, у этих людей хватит влияния, чтобы отдать его под суд в два счёта.
А там и до тюремной шконки недалеко.
Ну уж нет, от таких неприятностей лучше держаться подальше.
С этой мыслью Юй Нин подтянул к себе конверты и распечатал первый. Старец Вэй прислал банковскую карту с выведенным на обороте пин-кодом. Какая сумма на ней покоилась, оставалось только гадать, однако Юй Нин не горел желанием бежать к ближайшему банкомату: суеты он не любил, да и денежного голода не испытывал, так что отложил карту в сторону.
Конверт от Лаобань Яня ощущался гораздо более увесистым. Внутри обнаружился сложенный вдвое лист бумаги. Присмотревшись, Юй Нин с удивлением уяснил, что держит в руках сертификат на получение автомобиля в 4S-салоне неподалёку. Марка оказалась весьма достойной — бренд премиум-класса. В документе значился лишь конкретный кузов и комплектация, без указания стоимости.
Подарок попал в самое яблочко. В последнее время Юй Нин и сам стал замечать, насколько неудобно обходиться без собственного транспорта, и подумывал о покупке. Лаобань Янь избавил его от лишних сомнений и поездок по автосалонам.
Юй Нин достал смартфон и вбил название модели в поисковую строку. Взглянув на высыпавшиеся снимки и ориентировочную стоимость, он невольно цокнул языком.
А этот Лаобань Янь и впрямь чертовски богат... Подарить вот так, с барского плеча, спортивное купе за добрый миллион юаней!
Полюбовавшись изящными линиями кузова ещё пару минут, Юй Нин с театральным вздохом откинулся на спинку плетёного кресла, прижав ладонь к груди.
Эх... Но до чего же хороша эта серебристая красавица!