Вслед за испуганным визгом служанки все присутствующие невольно устремили взгляды в глубину могилы. Останки в гробу странно колыхались, точно покоились на речной глади. Вдруг челюсти мертвеца судорожно разошлись, и по воздуху мгновенно разнесся тошнотворный, зловонный смрад.
Из разверстой пасти показалась плоская голова — черная, с четкими белыми отметинами. Горло трупа дернулось, и изо рта мертвеца медленно выползла гадина толщиной в человеческую руку. Учуяв чужие взгляды, змея насторожилась: высоко взвилась над гробом и замерла в боевой стойке. Не будь могильная яма глубиной выше человеческого роста, тварь наверняка уже выскочила бы наружу.
По мере того как гад поднимался всё выше, гнилые ткани не выдержали — уголки рта с треском лопнули, обнажив зловеще белеющие кости черепа.
— Кха-а!.. — стоящих ближе слуг тут же вывернуло наизнанку, а те, что послабее, от ужаса подкосились в ногах и повалились на землю.
— Это же королевская кобра! Она бросается на людей! Старший молодой господин, назад! — в панике закричал управляющий Чжоу.
Помощник министра Чжоу поспешно отступил на шаг, до боли сжав кулаки. Управляющий, заходясь от дрожи, обратился к Юй Нину:
— Г-господин Юй! Что же делать?! Откуда в гробу взялась эта тварь?
— Об этом стоит спросить смотрителя кладбища... — прохладно отозвался Юй Нин. — Впрочем, это всего лишь тварь. Убить ее, да и дело с концом. У вас нет возражений, господин Чжоу?
Помощник министра тяжело сглотнул:
— Разумеется... никаких!
Юй Нин едва заметно повел подбородком. Из рядов сопровождения тут же выступил стражник Резиденции Великого астролога и с поклоном произнес:
— Молодой господин! Позвольте мне прикончить эту гадину!
— Близко не подходи, — ровно отозвался Юй Нин. — Нужен тот, кто свободно владеет метательным оружием. Снесите ей голову издалека.
— Будьте спокойны, господин! В умении метать клинки со мной в нашей обители никто не сравнится!
Глаза стражника азартно блеснули. Едва уловимым движением он взмахнул кистью, и между пальцами мгновенно зажались три тончайших, бритвенно-острых дротика. Под солнечными лучами они вспыхнули синеватым отблеском — верный признак совершенной заточки и закалки. Воин коротко выдохнул, пальцы его щелкнули — и воздух прорезала лазурная вспышка. Змея рванулась вперед, пытаясь укусить, но лишь рассекла пустоту: в то же мгновение ее голова отделилась от туловища. Лишь когда обезглавленный череп грохнулся на дно могилы, из разрубленного тела хлынул фонтан алой крови.
Отсеченная голова все еще судорожно подпрыгивала, а обезглавленный хвост слепо бился об стенки, пока не обессилел и не упал обратно в гроб. Стражник, уже собравшийся спрыгнуть в яму за трофеем, был вовремя подхвачен за плечо товарищем. Тот взмахнул рукой, и тяжелый кинжал намертво пригвоздил бившуюся в конвульсиях голову к земле. Даже приколоченная, гадина раскрыла пасть и со свистом выплюнула струю яда — да с такой силой, что токсин едва не выплеснулся из могилы.
— Куда тебя понесло, Старик Янь? — рассмеялся удержавший его соратник. — Червь сороконогий и мертвый жалит! Не дай бог цапнет — кто же тогда станет навещать красавицу Янь-янь из переулка Люхуа?
— Пошел ты! — смущенно отмахнулся Янь, после чего подбежал к Юй Нину и отдал поклон: — Молодой господин, повеление исполнено!
Юй Нин с легкой улыбкой отозвался:
— По возвращении получишь награду. А что до девицы Янь-янь... Раз уж она тебе по сердцу, посватался бы скорее да в дом привел. А то этак и перехватит кто другой.
— Благодарю, господин! — Стражник довольный смущенно почесал затылок.
Переведя дух, помощник министра Чжоу с трудом совладал с собой. Появление змеи не сулило ничего хорошего. Если бы гроб оказался пуст — полбеды. Но влажный, негниеющий труп, да еще и ядовитая тварь, выползшая из его чрева... Пусть змея у могилы иногда считается добрым предзнаменованием, но гадина, устроившая гнездо в покойнике, — неопровержимый знак темных чар!
Стало очевидно: господин Юй знает свое дело. Однако, помня, как опрометчиво он успел задеть юношу, чиновник не решился заговорить сам и подал знак управляющему.
Тот мгновенно уловил мысль хозяина и с подобострастием обратился к Юй Нину:
— Господин Юй, так, стало быть, дурным знаком была эта змея? Теперь, когда нечисть уничтожена, быть может...
В искусстве фэншуй есть древнее правило: «Коли корни трав воняют отварным зельем, о червях да гадах в гробу и молвить страшно». Пока вытащили всего одну гадину — это лишь верхушка айсберга! Не говоря уже о том, что сам труп выглядит совершенно неестественно. Неужто эти господа ослепли и ничего не замечают?
Не отдай Великий астролог Гу прямое приказание привести в порядок родовое захоронение семьи Чжоу, Юй Нин уже давным-давно развернулся бы и ушел. Зачем наставнику фэншуй лезть из кожи вон, если самим хозяевам всё равно?
Юй Нин бросил на помощника министра насмешливый взгляд. Тот сидел с каменным лицом, уставившись вдаль.
— Господин Чжоу, а вы как полагаете? — с едва уловимой иронией поинтересовался юноша.
Помощник министра помолчал и выдавил:
— Раз уж тварь мертва, следует предавать предка земле, дабы обрел он покой.
Окончательно потеряв терпение от подобной глупости, Юй Нин сжал в руке меч из окаменелого дерева и, ни к кому не обращаясь, шагнул к самой яме. Достав из рукава трутницу, он снял колпачок, дунул на уголек и швырнул ее вниз. В тот же миг юноша направил острие клинка вслед за падающим огоньком. В воздухе вспыхнул яркий язычок пламени и пал прямо на останки.
Горный ветер подхватил искусно вышитый шелк в гробу — ткань моментально занялась, пустив сизый струящийся дымок.
Слуги и домочадцы обомлели: на их глазах этот юный господин Юй бестрепетно поджег гроб вместе с остатками предка! Лицо помощника министра исказилось от гнева, он взревел:
— Да как ты смеешь!
Он рванулся было вперед, но дорогу ему преградил стражник Резиденции Великого астролога. Оскалив в белоснежной улыбке зубы, воин нерушимо произнес:
— Господин Чжоу, не проявляйте неосмотрительности.
— Дерзость! — привычно гаркнул чиновник, но, оглядевшись, похолодел. Все слуги семьи Чжоу уже стояли на коленях, скрученные стражниками Великого астролога. Сложись ситуация так, что Юй Нин захочет лишить его жизни, никто бы не успел прийти на помощь. Сжав зубы, Чжоу Чжихэн процедил:
— Юй Нин! ЧТО ты творишь?!
Управляющего Чжоу схватили после пары шагов и прижали к земле. Рядом с Юй Нином замерла Фужун, сжимая в руке обнаженный кинжал. Юноша не стал тратить слова попусту: взмахнув мечом из священного древа, он направил в яму сгусток духовной цзи, насыщенной грозовой мощью. Тлевшие искры мгновенно вспыхнули — будто в могилу плеснули масла, и костер разгорелся с неукротимой силой.
— Не способны отличить останки собственного предка от чужих... Будь я вашим пращуром, от такой беспросветной глупости давно бы восстал из гроба, — не оборачиваясь, бросил Юй Нин.
И словно в ответ на его слова, обгоревший труп в могиле вдруг пришел в движение! Мертвец судорожно дернулся и сел прямо в гробу. Его искаженное, полусгнившее лицо выглядело жутким и нечеловеческим, а из разорванных уголков рта густо сочилась свежая кровь.
Свидетели этой сцены содрогнулись, затаив дыхание от непередаваемого ужаса.
Кто-то попытался закричать, но стражник мгновенно зажал ему рот ладонью и ледяным тоном предупредил:
— Молодой господин команды шуметь не давал. Сидите тихо и смотрите, а не то пеняйте на себя!
— Что за чертовщина?! Предок! Неужто предок ожил?! — в ужасе завопил помощник министра. — Юй Нин! Какое колдовство ты сотворил?!
— Раз уж умом не вышли, молчите и смотрите, — отрезал Юй Нин.
Он взмахнул мечом — и вокруг сгустились тучи, поднялся шквалистый ветер. Вихри со свистом закружились над могилой, подхватили ревущее пламя и взметнули его к небу гигантским огненным драконом.
Буйный ветер вздымал и трепал полы одежд Юй Нина. Юноша держал клинок опущенным, едва касаясь кончиком земли. Вдруг из ревущего огня проступила черная тень: она металась в судорогах, пока наконец не рухнула и не замерла. Следом из почвы потянулись сотни тонких, будто нити, темных силуэтов — так корчится в огне живая тварь.
Присутствующие замерли в оцепенении. Глядя на юношу, стоящего подле огненного дракона подобно сошедшему на землю божеству, люди боялись даже вздохнуть, дабы не навлечь на себя его гнев. Наиболее пугливые уже вовсю били челом перед Юй Нином, бессвязно шепча мольбы о прощении. Лишь слуги и воины Великого астролога хранили невозмутимое спокойствие, застыв подобно изваяниям.
Сам же Юй Нин ничуть не упивался собственным величием. Воспользовавшись тем, что все ослеплены страхом, он незаметно перевел взгляд на зеленые кусты неподалеку: от долгого созерцания огня рябило в глазах. С его близорукостью и отсутствием шансов раздобыть новые очки следовало беречь зрение с особым усердием.
Выждав некоторое время и рассудив, что огонь сотворил свое дело, Юй Нин повел мечом. Духовное поле, сдерживавшее пламя, рассеялось, и огненный дракон, лишившись опоры, с легким гулом распался.
Свежий горный ветер быстро развеял остатки дыма. Вглядевшись в глубину ямы, присутствующие ахнули: помимо обугленных людских останков, на дне покоились десятки змеиных скелетов, а также сгоревшие тушки крыс, огромных пауков и сороконожек.
— Господин Юй! Господин Юй! — запричитал управляющий Чжоу.
По знаку Фужун стражники разжали пальцы, и старик, стелясь по земле, подполз к ногам Юй Нина. Ударяясь лбом о каменистую почву, он взмолился:
— Покорно прошу вас, спасите наш род! Старый раб умоляет вас!
Юноша хранил молчание, и управляющий не смел поднять головы. Он прекрасно понимал, что старший молодой господин нанес этому мастеру тяжелую обиду. Ранее, глядя на юный возраст ученика Великого астролога, управляющий решил, что тот не обладает особыми познаниями. Чжоу Чжихэн — первенец Великого секретаря и высокий чин, по положению стоявший куда выше какого-то юнца, вот старик и не стал удерживать хозяина от резких слов. Кто же мог помыслить, что господин Юй обладает столь невероятным могуществом!
Управляющий порывался ухватиться за край одеяния Юй Нина, но в последний миг отдернул руку, не смея осквернять его касанием, и лишь слезно призывал:
— Господин Юй, ради Великого астролога Гу, смилуйтесь над семьей Чжоу!
Юй Нин взглянул на него безмятежно и ровно произнес:
— Встаньте.
Слово это звучало как согласие. Просияв, управляющий поспешно поднялся на ноги, совершенно позабыв о своем господине. Достав из рукава родовой жетон, он воздел его над головой и громко объявил:
— Слушайте все! Отныне во всем подчиняться господину Юй! Считать его указания волей самого главы рода и исполнять беспрекословно!
Челядь семьи Чжоу, и без того перепуганная до полусмерти, не посмела бы ослушаться чародея и без всяких приказов. Услышав повеление, все в один голос изъявили послушание.
Юй Нин вскинул руку и указал на вершину соседнего утеса:
— Фужун, подними меня наверх.
— Слушаюсь, молодой господин, — откликнулась девушка.
Она бережно подхватила Юй Нина за локоть и, оттолкнувшись от земли, взмыла в воздух. В несколько легких прыжков по ветвям и уступам они оказались на самом гребне горы. Отсюда, с высоты птичьего полета, Юй Нину открывался идеальный обзор на потоки местной цзи — единственный способ отыскать пропавшие останки предка семьи Чжоу.
Останки в гробу ни при каких обстоятельствах не могли принадлежать прадеду Великого секретаря Чжоу. Двумя поколениями ранее! Даже учитывая, что мужчины этого рода редко доживали до преклонных лет, пращур скончался с полвека назад. Как его плоть могла сохранить свежесть да еще и источать кровь? Поместье Чжоу славилось достойным фэншуй, однако местное захоронение вовсе не покоилось на Священной жиле Истинного Дракона, способной уберечь нетленность тела. Чтимые предки не превращаются в упырей без веской причины.
Похоже, местный смотритель, обнаружив исчезновение праха, из страха перед гневом хозяев раздобыл где-то свежий труп — а то и вовсе лишил жизни невинного беднягу, — изуродовал лицо до неузнаваемости и бросил в гроб. Что же до ядовитых гадов, их наверняка забросили колдуны клана Гумяо по наводке какого-то знающего мастера фэншуй. Притом промышляли они здесь давно: недаром корни окрестных трав успели пропитаться столь тошнотворной вонью.
Коли за этим преступлением стоял союз мастера фэншуй и колдунов Гумяо, кости несчастного предка наверняка сбросили в место с наихудшим, отравленным значением цзи. Подобную гнусность совершают тайно: раскопать склеп и без того было задачей не из легких. А поскольку знатоки фэншуй редко славятся глубокими навыками боевых искусств, осквернитель не мог волочь тяжелые останки за тридевять земель, пробираясь сквозь глухие чащи. Кости выбросили где-то неподалеку.
А значит, стоит лишь отыскать точку с самым пагубным фэншуй в окрестностях — и прах предка рода Чжоу с вероятностью в восемь из десяти обнаружится именно там.