На следующее утро Юй Нина облачили в ритуальные одежды. Алое, почти пламенное одеяние, казалось бы, выглядело чересчур броско, но на удивительный лад придавало ему величественную строгость. Юй Нин водрузил на голову венец с перьями — тот самый артефакт, купленный у хозяина Вана, — а затем навешал на себя всё, что скопил за последнее время и что надарили старшие. Вышла целая броня из магических сокровищ.
Выйдя во двор, он почувствовал себя совсем иным человеком: от него так и веяло небывалой роскошью, а шагал он — буквально с ветерком! Причём в самом прямом смысле. И наряды, и украшения до единого являлись артефактами; их ауры сталкивались и резонировали друг с другом, отчего полы одеяний трепетали, даже когда Юй Нин замирал на месте. Выглядело это впечатляюще и невероятно эффектно. Юй Нин не удержался от тайной самодовольной улыбки.
Выслушав доклад слуги, Великий астролог Гу мысленно качнул головой: истинное дитя. Ещё вчера ходил сам не свой из-за разбитой печати Лазурного Дракона, а сегодня уже позабыл о ней и радуется новому ритуальному наряду. Впрочем, защитного артефакта мальчик действительно лишился, и следовало подобрать ему достойную замену.
Поразмыслив мгновение, Гу Мэнлань сделал едва заметный жест. С потолочной балки бесшумно соскользнула фигура в тёмном. Великий астролог, собиравшийся отправить теневого стража в свою личную сокровищницу за нужной вещью, не успел вымолвить и слова, как его взгляд зацепился за одеяние подчинённого.
Стражи резиденции обычно носили строгую форменную одежду: плотную, поглощающую свет ткань чёрного цвета, прочную и до известной степени защищавшую от огня, воды и клинков. Однако на этом стражнике, хоть тот и был в чёрном, красовался наряд из роскошного шелка, отливавший глубоким глянцевым блеском.
— Шилю, это ещё что на тебе?
Теневой страж понизил голос:
— Докладываю, господин! Молодой хозяин повелел, чтобы с сегодняшнего дня и до пятнадцатого дня первого месяца все в резиденции, вне зависимости от того, на службе они или нет, одевались свободно, не стесняя себя правилами.
Гу Мэнлань на некоторое время лишился дара речи.
— Никакого порядка, — накоротко бросил он.
Страж решил, что гневаются на него, и уже приготовился упасть на колени, моля о прощении, но Великий астролог лишь взмахнул рукавом и пошёл прочь, явно не намереваясь называть виновных. Напоследок он бросил через плечо:
— Достань из моей личной сокровищницы шкатулку «Секрет номер один».
— Слушаюсь, — отозвался страж и мгновенно растворился в воздухе.
Пройдя полпути, Великий астролог почувствовал за спиной присутствие другого стража и велел тому показаться. Сегодня на дежурстве стоял не Шилю, а Саньхао, облачённый в привычную уставную форму. Судя по всему, тот отлучался по делу, и Шилю лишь подменил его на пару мгновений. Гу Мэнлань удовлетворённо кивнул и велел ему следовать за собой.
Сегодняшнее великое жертвоприношение не терпело халатности — в свиту вошли все, кому полагалось там быть.
Выйдя за ворота своего двора, Великий астролог окончательно убедился, на какую смуту способен этот паршивец: снующие туда-сюда служанки нарядились в лучшие платья. Красные, зелёные, пурпурные — двор напоминал пёстрый цветущий сад.
Он бросил взгляд на Молань, шедшую подле него в скромном бирюзовом платье, и спросил:
— Молань, а ты почему всё ещё в привычном наряде?
— Докладываю господину: я сегодня на службе, оттого и одета как положено, — ответила та.
Гу Мэнлань промолчал, заметя вдали неспешно приближающуюся яркую фигуру в алом. Чуть прищурившись и присмотревшись, он сухо произнёс:
— Раз молодой хозяин отдал приказание, тебе следует его исполнять.
— Слушаюсь, господин, — склонила голову Молань.
Губы её тронула едва заметная улыбка, тут же и пропавшая.
Юй Нин ещё издали заприметил Великого астролога, облачённого в чёрные ритуальные одежды. Не будь его собственное алое одеяние столь длинным и подшитым по всем правилам, он бы примчался наперерез во весь дух. Но, как говорится, если гора не идёт к Магомету... Подхватив пышные полы ритуального халата под ахи и охи слуг, Юй Нин приподнял подол и прибежал прямиком к наставнику.
— Наставник! Доброго утра! — подскочил он с широкой улыбкой и, оглядевшись по сторонам, спросил: — А где мой отец?
Не упомяни он Мастера Мэй, всё обошлось бы, но при этом имени Гу Мэнлань метнул на него строгий взгляд:
— Твой отец до глубокой ночи восстанавливал твою печать Лазурного Дракона, так что сейчас всё ещё почивает.
Юй Нин разочарованно опустил уголки губ:
— Эх, а я так хотел показаться ему во всей красоте!
— Вернёмся — и покажешься, — Великий астролог махнул рукой, увлекая его к выходу, и на ходу стал разъяснять порядок предстоящего ритуала: — Во время церемонии будешь держать свитки и стоять чуть позади меня слева. Что бы ни случилось, от тебя требуется лишь одно — вовремя подать мне нужный свиток.
—... О как, — задумчиво протянул Юй Нин. — И всё? Просто стоять и держать вещи? Это же настоящая экзекуция на ногах...
Гу Мэнлань со вздохом наградил его лёгким подзатыльником:
— Веди себя степенно. И чтобы без твоих фокусов.
— Понял-понял! — послушно сник Юй Нин, но тут же хитро блеснул глазами и изобразил обиду: — Неужели я в ваших глазах только и делаю, что выкидываю фокусы?
— Нет, — коротко отозвался Великий астролог.
Юй Нин не успел порадоваться, как наставник с усмешкой добавил:
— Ты не выкидываешь фокусы. Ты сам один сплошной фокус.
* * *
— Пошёл в карету.
Оскорблённый в лучших чувствах Юй Нин с достоинством закинул рукав за плечо и взобрался в экипаж. Когда следом поднимался Великий астролог, ученик даже пальцем не пошевелил, чтобы подать руку, всем видом демонстрируя крайнюю степень немилости.
Повозка плавно тронулась с места. Миновало около четверти часа, когда снаружи раздался голос:
— Докладываю господину: шкатулка «Секрет номер один» доставлена.
Молань приподняла полог, забрала ларчик и передала наставнику. Юй Нин сгорающим от любопытства взором следил за движением его рук, но Гу Мэнлань не спешил открывать крышку.
— Наставник, а что там внутри? — у него прямо-таки чесались руки. — «Секрет номер один»... Я о таком даже не слышал!
— Само собой, не слышал, — Великий астролог небрежно покрутил в пальцах невеликий деревянный сундучок размером с ладонь. — Хочешь узнать?
Юй Нин часто-часто закивал.
Гу Мэнлань бросил шкатулку ему в руки:
— Забирай. Всё равно тебе предназначалось.
— Правда мне? Ну, тогда я стесняться не буду! — Юй Нин, довольный как слон, вознамерился рассмотреть, что за сокровище таится под таким громким названием. Но едва взяв сундучок, сообразил, что тот сделан без единого шва или замочной скважины. Покрутив его так и эдак, он недоумённо уставился на наставника: — Наставник... А открывать-то его как?
Гу Мэнлань явно наслаждался его замешательством:
— Не можешь открыть — и не надо. Видно, вещь не для твоих рук. Верни.
— Ну уж нет! Я справлюсь!
Что попало в руки Юй Нина, назад не возвращается. Подумаешь, секретная головоломка вроде замка Лу Баня! Неужто не распутает? Он стучал по стенкам, нажимал на уголки... но деревяшка оставалась монолитной. В конце концов пришлось с кротким видом подёргать наставника за рукав:
— Ну наставни-и-ик...
Гу Мэнлань забрал шкатулку обратно. В его тонких пальцах свершилось нечто невообразимое: казалось, он едва прикоснулся к дереву, а конструкция развалилась сама собой, явив скрытое внутри сокровище. Великий астролог с наигранной неохотой сунул вещь ему в руки:
— На, забирай уже.
Юй Нин перевёл ошеломлённый взгляд с браслета на наставника. Тот озадаченно приподнял бровь, не понимая причины столь пристального взора, пока юноша не задрал рукав, демонстрируя собственное запястье. На нём покоился точно такой же браслет из лазурита.
Гу Мэнлань сощурился:
— Откуда это у тебя?
— Ещё дома купил, в лавке, — пояснил Юй Нин. — Печать Лазурного Дракона ведь разрушилась... А этот браслет с ней вечно дуэлировал, вот я про него и забыл. Вчера ночью проснулся, подумал, что оставлять себя вовсе без защитного артефакта нельзя, и отрыл его в вещах.
К тому же чистая иньская аура браслета отлично спасала в душный осенний зной там, дома, а здесь стояла зима, и носить его без дела было бы чистым безумием.
— Наставник... Они ведь, кажется, парные? — Юй Нин приподнял браслет, данный наставником.
Он совпадал с находкой из города H от оттенка камня до каждой резной детали. Различие крылось лишь в ауре: один источал чистую силу Инь, а второй — не менее чистую энергию Ян.
Обычно, когда Юй Нин надевал один артефакт и прикасался к другому, между их аурами возникало неминуемое трение. Однако эти два браслета вели себя совершенно иначе. Едва их энергии соприкоснулись, как тут же слились воедино — словно рыбы, вернувшиеся в родные воды. Напряжение мгновенно уступило место удивительно мягкому гармоничному потоку.
Перед ним без сомнения лежала парная реликвия Инь и Ян.
— Парные, — Гу Мэнлань скрыл мелькнувшую в глазах задумчивость и с улыбкой хлопнул ученика по предплечью. — Всё, хватит красоваться. Надевай.
— Угу! — Юй Нин радостно натянул второй браслет на то же запястье и довольный просиял: — Премного благодарен за щедрый дар, наставник!
— Если и этот сгубишь, другого у меня для тебя нет, — предостерёг его Великий астролог, чтобы тот научился беречь ценности.
На самом деле Гу Мэнлань жалел вовсе не саму печать Лазурного Дракона, а то количество сил, что ушло на её огранку и наполнение. Он готовил печать как верного спутника на всю жизнь Юй Нина, даже одалживал сокровища с горы Луншань для её питательной подпитки... А этот негодник взял и разнёс сокровище в щепки за один миг.
Местом сегодняшнего торжества являлся не императорский дворец, а Алтарь Неба и Земли на горе Луншань. Хоть выехали они ранёхонько, поднявшись на вершину, Юй Нин обомлел: круглый помост площади уже пестрел чиновниками. Во главе стоял Великий секретарь Чжоу в пурпурных одеждах, за ним выстроились чиновники в алом, далее — в бирюзовом. Лица всех присутствующих были исполнены торжественной строгости.
Подвешенный к каретному навесу бронзовый колокольчик вдруг издал звон. В тишине этот обычно тихий звук отозвался гулким раскатом колокола. Чиновники расступились, освобождая широкую дорогу. Служанки, шедшие впереди экипажа с зажжёнными светильниками и дымящимися курильницами, делали мерный шаг за шагом, смиренно опустив взоры.
На половине пути от рядов чиновников отделилась группа жрецов в ритуальных мантиях. Переняв из рук служанок курильницы и светильники, они выстроились перед экипажем, указывая путь.
Юй Нин потянулся было отодвинуть занавеску и выглянуть наружу, но наставник шлёпнул его по руке.
— Не вертись, — ровно произнёс Гу Мэнлань, не поворачивая головы.
— Понял, — смущённо притих юноша.
Вскоре экипаж мягко остановился. Великий астролог подал знак Юй Нину выходить первым. Тот поправил складки алого одеяния и, придав лицу подобающе благоговейное выражение, спустился по приставной лестнице. Едва он встал подле повозки, трижды пробил ритуальный колокол. Только после этого Гу Мэнлань величественно вышагнул из кареты.
Едва в воздухе мелькнули иссиня-чёрные полы его ритуального халата, как вся масса чиновников в едином порыве пала ниц:
— Смиренно приветствуем Великого астролога!
— Смиренно приветствуем Великого астролога!
— Смиренно приветствуем Великого астролога!