Забрав две анонимные банковские карты, Юй Нин попрощался с хозяином лавки. Его всё ещё разбирало любопытство: Лаобань Ван — торговец магическими артефактами, зачем ему выкладывать баснословные суммы за обычные ювелирные украшения?
Лаобань Ван ухмыльнулся, словно довольный лис, добравшийся до курятника:
— Эх, племянник, не понимаешь ты тонкостей! Богатеям ведь подавай не просто защиту, а чтобы выглядело дорого да со вкусом. Вот представь: званый вечер, дама в роскошном платье с открытой спиной — и вдруг на шее у неё болтается жёлтый бумажный талисман! Ну куда это годится?
Юй Нин сочувственно кивнул. Уточнив у торговца время отъезда на северо-восток — вылетать предстояло уже завтра, — он ощутил, как цифры на картах греют душу. Прилив финансовой уверенности был настолько оглушительным, что юноша не удержался: завернул в элитный супермаркет импортных товаров, где купил для Дахэя упитанное брюшко лосося, а себе прихватил пару безумно дорогих мраморных стейков.
Впрочем, перед возвращением домой он сделал крюк и заскочил в Лавку Изучения Древностей. Там Юй Нин передал Чжоу Хуану документы на новенький спорткар, полученный в подарок от Лаобаня Яня: мол, забирай и гоняй в своё удовольствие.
Машина была роскошной, но подарок чужого человека лежал на душе невидимым грузом. Взвесив все «за» и «против», Юй Нин рассудил, что огненно-красный «Мерседес» Чжоу Хуана устроит его куда больше, и предложил поменяться. К удивлению товарища, обмен состоялся мгновенно. Возможно, у Юй Нина была простая, незамысловатая натура: за рулём чужого спорткара он чувствовал себя скованно, а вот в машине Чжоу Хуана вздохнул с облегчением.
«Чем дешевле машина, тем мне спокойнее, — с иронией подумал он. — Может, мне вообще по статусу положен "Улин Хунгуан" или трёхколёсный грузовичок?»
Решив при случае непременно испробовать этот народный транспорт, Юй Нин переступил порог дома.
Чёрный кот с ходу рванулся к нему, но, заглянув за спину хозяина и не обнаружив там давешнего красавца, разочарованно опустил голову. Юй Нин подхватил одной рукой пакеты, а другой подгреб кота и шагнул в дом, ласково потешаясь:
— Ах ты предатель! Ни стыда, ни совести! Красивую морду увидел — и родного хозяина ни во что не ставишь! Смотри у меня: продам тебя господину Ланю, будешь знать!
На словах-то он ворчал, а про себя понимал: винить кота глупо. Внешность господина Ланя была поистине за гранью человеческого. Даже Юй Нин, привыкший к безупречному лику Великого астролога Гу с его белоснежной кожей и алыми губами, рядом с Лань Сяо порой терял нить разговора, заглядевшись на его точёные черты. Что уж требовать от кота, который обычно никого к себе не подпускал, а перед Лань Сяо мурчал, ластился и готов был тереться обо все углы?
Выудив из пакета увесистый кусок лососевой брюшины, Юй Нин нарезал его аккуратными кубиками. Дахэй крутился на его плече, нетерпеливо мяукая. Пришлось кормить его прямо с ножа: лососевый жир мгновенно испачкал коту всю морду.
Вовремя сообразив, что баловать питомца сырым деликатесом не стоит — иначе весь труд по приготовлению особого корма пойдёт насмарку, — Юй Нин прижал пальцем розовый носик кота, отстраняя его, и отправил Дахэя погулять во дворе. Сам же вернулся к кухонному столу. Оставшуюся рыбу он смешал с отварным рисом, куриным филе и тыквой, получив аппетитную, яркую массу для кошачьего обеда, а на соседнюю конфорку отправил раскаляться сковороду со стейком.
Из чистого любопытства Юй Нин попробовал ложку кошачьей мешанины. Еда оказалась пресной и отдавала рыбой — пришлось судорожно выплюнуть её и заплескать неприятный вкус баночкой холодной колы. Зато когда он вынес миску во двор, Дахэй преобразился. Кот принялся кружить вокруг ног хозяина, не сводя глаз с угощения, а стоило миске опуститься на землю, как он уткнулся в неё мордой.
Глядя, с каким аппетитом питомец уминает еду, Юй Нин почувствовал себя истинным отцом семейства. Достав телефон, он сделал пару снимков — разумеется, с правильным фильтром и обработкой. Сам Юй Нин отродясь не пользовался ретушью, предпочитая быстрый кадр на переднюю камеру, но ради Дахэя включилась сугубо родительская слепая гордость: свой кот прекрасен по определению, а если кадр вышел неудачным, значит, подкачал фотограф!
Пока кот насыщался, разгулялся аппетит и у хозяина. Налив себе полбокала рисового вина — не той слабенькой водицы, что подают в ресторанах, а настоящей, настоянной на крепчайшем зерновом дистилляте, — Юй Нин присел к столу. На запах напиток казался резким, но на вкус оказался невероятно мягким: сладковатый, с глубоким ароматом солода и зерна, он пился легко, словно фруктовая газировка.
Увлекшись новостями в телефоне и смакуя сочный стейк, Юй Нин сам не заметил, как уговорил добрую половину кувшина. Когда до него дошло, что он натворил, в голове уже царила приятная, невесомая лёгкость.
«Эх, а алкоголь-то неплохо расслабляет! — хмельно подумал он. — Неудивительно, что люди так любят выпить».
Поддавшись хмельному порыву, Юй Нин достал прямой стальной меч для утренних тренировок и вышел во двор выписать пару фигур из фехтования Тайцзи. Однако поэтичного чувства древнего мечника, способного разить врагов через десять шагов, не оставляя следа, он так и не ощутил — голова быстро закружилась. С досадой отбросив меч в сторону, юноша уселся на крыльцо, подгреб к себе Дахэя и принялся самозабвенно тискать его пушистое брюшко, попутно снимая на камеру розовые подушечки лап.
К тому моменту, как фотосессия завершилась, гладкий и ухоженный кот превратился в растрепанный ком шерсти. Выждав момент, оскорблённый в лучших чувствах Дахэй выскользнул из рук хозяина, вскочил на перила галереи и принялся с недовольным видом зализывать взъерошенные бока.
Юй Нин лишь весело рассмеялся. Постукивая палочкой по краю пиалы, он мурлыкал себе под нос незамысловатый мотивчик и перебирал получившиеся кадры. Первоначальный замысел выложить в соцсеть подборку из девяти снимков казался отличным, но тут юноша вспомнил: завтра он улетает с Лаобанем Ваном на северо-восток, и его не будет около недели.
«Как же Дахэй останется один на целых семь дней?..»
Мысль растрогала хмельного хозяина. Он снова сгреб кота в охапку, поднял его под мышки и посмотрел прямо в круглые золотистые глаза:
— Сынок... Уезжаю я. Как же я тебя оставлю? Душа болит!
— Мяу?.. — кот недоуменно прищурился.
— Никого рядом не будет, пропадешь ведь! — раскачивал его Юй Нин, отчего щеки кота забавно тряслись.
Дахэй замер, смирившись с судьбой. Взгляд его выражал глубочайшую отрешённость — кот превратился в меховой трупик и решил не подавать признаков жизни.
Юй Нин обнимал кота, уткнувшись носом в его животик с усердием сектанта на обряде. Наконец опустив питомца на пол, он с тоской посмотрел на кошачью морду. В голову, туманную от алкоголя, пришла «гениальная» идея: он мгновенно выложил снимки в сеть, приписав просьбу о временной опеке, а зная, как кот неравнодушен к господину Ланю, ничтоже сумняшеся отметил в публикации профиль Лань Сяо.
Закончив с этим важным делом, Юй Нин дошел до кухни, махом выпил приготовленный с вечера отвар и отправился спать — совершенно забыв, что ещё днем договорился с Чжоу Хуаном, чтобы тот навещал кота раз в два дня.
* * *
На следующее утро Юй Нин открыл глаза ровно в пять часов. Голова была свежей, а тело — полным сил. Сладко потянувшись, он решил немного полежать в постели и наугад взял телефон. И тут его словно обдало ледяной водой: хмельной вчерашний пост!
Юноша судорожно открыл приложение, надеясь успеть удалить этот позор, пока никто не увидел. Но под записью уже висела цепочка комментариев.
Чжоу Хуан написал первым:
【Мы же договорились, что я буду заходить раз в два дня, кормить его и менять лоток?】
Дальше шёл Чжан Жань:
【???】
Следом отметился сам Лань Сяо:
【Когда улетаешь? Я отправлю Чжан Жаня забрать кота.】
И финальным аккордом шел ответный комментарий ассистента:
【Слушаюсь, господин Лань!】
Юй Нин готов был сквозь землю провалиться. Найдя в списке контактов Лань Сяо, он набрал быстрое сообщение:
【Вчера немного перебрал с алкоголем, не принимайте всерьёз, это была просто шутка!】
Ответа не последовало — в пять утра нормальные люди ещё спали. Поспешно удалив злополучную публикацию, Юй Нин умылся и отправился во двор на утреннюю разминку.
Во дворе царил настоящий разгром: стальной меч покоился на дне кадки с водой, рядом с осколками разбитой посуды лежали перевернутые миски. На каменной ограде восседал Дахэй. Завидев хозяина, кот одарил его гордым, ледяным взглядом и демонстративно отвернулся.
Юй Нин позвал его пару раз, но питомец остался непреклонен, будто между ними никогда и не было вчерашней нежности. Юноша лишь почесал затылок: что ж, у каждого бывают дни, когда всё валится из рук и хочется побыть в одиночестве. Открыв баночку консервов, он поставил её на видное место — проголодается, сам спустится.
Быстро приведя двор в порядок, Юй Нин вымыл посуду, подмёл дорожки, принял душ, позавтракал и выпил утреннюю порцию лекарства. Как раз подошло время отправляться на встречу с Лаобанем Ваном и Даосом Фаном. Захватив небольшой чемодан с вещами, юноша покинул дом.
В аэропорту спутники уже ждали его. Даос Фан сменил привычное облачение на стильный костюм в традиционном стиле и вооружился темными очками-капельками. Рядом с ним крутился маленький А-Чао. Завидев Юй Нина, мальчик светло улыбнулся:
— Здравствуйте, господин Юй!
— Какой я тебе «господин»? Зови меня дядей Юем, — Юй Нин достал из кармана конфету «Белый кролик», сунул её малышу и легко подхватил его на руки. Повернувшись к старику, он добавил: — Дядюшка Фан, в аэропорту толпа, идите спокойно, а я понесу А-Чао.
Малыш смущённо заерзал:
— Дядя Юй, мне же уже девять лет! Я сам могу идти!
Юй Нин шутливо задел пальцем его нос:
— Ты у нас такой красивый да умный, подхватит кто-нибудь в суматохе — твой наставник потом все слёзы выплачет!
А-Чао на мгновение задумался и серьезно кивнул:
— Верно... Дядя Юй, лучше не отпускай. Наставник даже причесаться сам нормально не умеет, как он без меня?
— Ах ты сорванец! — засмеялся Даос Фан, пригрозив ему пальцем. — Народу-то вокруг сколько, хоть бы поберег честь наставника!
Вдали показался Лаобань Ван, активно машущий руками:
— Сюда, сюда! Старик Фан, выходы на посадку с этой стороны!
— Иду я, иду! — проворчал даос, но настроение у него было отличным. Впрочем, он не удержался от подколки: — Орешь на весь зал, словно деревенщина, впервые попавшая в столицу!
— А сам-то! Нарядился, прямо франт!
Юй Нин шел следом с А-Чао на руках и от души хохотал над перепалкой старших. Малыш, хоть и не до конца понимал суть их спора, глядя на веселого дядю Юя, тоже звонко залился смехом.
Над бескрайним синим небом ежеминутно взмывали и садились стальные птицы, оставляя за собой белые росчерки и связывая судьбы тысяч людей. А впереди, сквозь гул моторов и шум аэропорта, отчётливо угадывалось: всё в этой жизни непременно сложится хорошо.