— Идёмте, — с вялой вальяжностью протянул господин Кун, обращаясь к следовавшему за ним ученику. — А то старец Вэй, часом, совсем извелся.
Не дожидаясь ответа, он развернулся и расслабленной походкой направился к дому.
Даос Фан ажно побагровел от ярости. Юй Нин с Чжоу Хуаном переглянулись. Приглашать двух мастеров фэншуй на один и тот же объект — не просто дурной тон, а грубейшее нарушение цеховой этики. Мало того что у каждого специалиста свой взгляд на потоки энергии, так ещё и сам хозяин этим шагом фактически открыто выражает недоверие первому приглашённому.
Юй Нин на мгновение задумался, после чего осторожно предположил:
— Может, этот Кун явился без приглашения?
Даос Фан презрительно фыркнул:
— Знаю я этого индюка. Сволочь он редкая, но правила знает чётко. На старости лет рисковать репутацией и идти сбивать мой заказ? Не стал бы он так подставляться!
Чжоу Хуан похлопал ресницами:
— Дядя-наставник, так он прямо сейчас и пришёл сбивать с тебя спесь!
— Нет, так я это дело не оставлю! В нашем деле не бывает никакого «сравнения товаров»! — Даос Фан гневно взмахнул широким рукавом и решительно шагнул к вилле. — Пошли со мной! Потребуем ответа!
Юй Нин и Чжоу Хуан поспешили следом. Если у старика от обиды окончательно сорвёт крышу и дело дойдёт до рукоприкладства, кто-то же должен успеть разнять драку.
* * *
Старец Вэй в этот момент о чём-то вкрадчиво беседовал с господином Куном. Заметив возвращающегося в гневе даоса Фана, он виновато поморщился:
— Мастер Фан... Вы вернулись?
Даос Фан, отбросив прежнее дружелюбие, посмотрел на хозяина дома с ледяным отчуждением:
— Господин Вэй, будто вы сами не понимаете, почему я вернулся.
Старец Вэй поспешно сделал шаг навстречу, отстранив поддерживавшего его слугу, и виновато сложил ладони в приветствии:
— Прости меня, мастер Фан... Устал я, совсем извелся, вот и совершил глупость. Разумеется, расклад фэншуй для усадьбы я полностью доверил вам. Господин Кун зашёл лишь посмотреть, не найдётся ли иного решения...
— Значит, всё-таки не сам явился, — желчно перебил его даос Фан и перевёл тяжелый взгляд на господина Куна. — А ты, старый выживший из ума хрыч? Свою репутацию совсем в грязь затоптал?
— У тебя с господином Вэй давние связи, а у меня их, по-твоему, нет? — Кун отнюдь не смутился, сохраняя всё то же снобистское выражение лица. — Не мог же я спокойно смотреть, как семья моего старого друга катится в пропасть. С твоими куцыми познаниями давно следовало позвать кого-то поопытнее. Но раз уж ты молчал, мне пришлось прийти самому.
— Брехня! — не сдержался даос Фан, брызнув слюной. — Я только за порог ступил, а ты уже тут как тут! Какими такими молитвами ты научился перемещаться по воздуху?! Если бы мне потребовалась помощь, тебя я позвал бы в самую последнюю очередь!
Он повернулся к хозяину виллы:
— Господин Вэй, ты человек бывалый и правила знаешь. Жду объяснений.
Произошедшее и впрямь выглядело откровенным свинством. Вилла располагалась на склоне горы, довольно далеко от центра города. Даже без пробок дорога от города до усадьбы занимала под час. Если бы Вэй не связывался с Куном заранее, тот никак не смог бы столкнуться с даосом Фаном нос к носу. Похоже, стоит даосу Фану утром заикнуться о сложности задачи, как Вэй тут же набрал номер второго мастера.
Юй Нин про себя лишь качнул головой. Огромное табу. Слова господина Вэй о «простом осмотре» звучали жалко. В кругу знающих людей подобный финт приравнивался к объявлению вражды. В фэншуй правила строго соблюдались всеми сторонами. Юй Нин сам смог присутствовать при работе другого мастера только благодаря протекции старика Ло. Да и то — не подари он Чжоу Хуану тот ценный артефакт, старик Ло вряд ли стал бы просить за него даоса Фана.
А ведь когда старец Вэй вместе с сыном Вэй Чжао приходил благодарить за помощь, он казался человеком, чтящим традиции. На деле же всё вылилось в обычное вероломство.
Старец Вэй тяжело вздохнул:
— Мастер Фан, виноват перед тобой, каюсь... Сначала я тоже был против этой затеи. Но мой старый друг прав: речь идёт о благополучии моего рода на десятилетия вперёд. Не попробуй я все средства, до конца дней не нашёл бы покоя!
— Отлично! Замечательно! — Даос Фан трижды выкрикнул это слово, захлёбываясь от ярости. — Похоже, мои познания слишком ничтожны для вашего высокого семейства! Нанимайте других гениев! Впрочем, предыдущий расклад я уже демонтировал. Судьба свела нас и развела, более я вам ничем не обязан!
Он выудил из кармана две семечки из теплого нефрита и с силой швырнул их на полированный мрамор.
— Прощайте!
Даос круто развернулся и устремился к выходу, не оглядываясь. Две нефритовые косточки с сухим звонким стуком ударились о камни, проскакали по полу и с тихим щелчком закатились под ножку резного стола.
Старец Вэй с мрачным видом проводил их взглядом.
Чжоу Хуан бросился вслед за дядей-наставником. Вэй дернулся было окликнуть его, но Юй Нин плавно шагнул вперёд, перекрывая ему дорогу, и негромко произнёс:
— Господин Вэй, не стоит перегибать палку. Раз уж рядом с вами такой мастер, как господин Кун, не пытайтесь ухватить два куска разом.
Господин Кун сухо хмыкнул:
— Пускай уходит! Пока я здесь, вашей семье ничто не угрожает!
Юй Нин едва заметно улыбнулся. Всё-таки Кун отчасти помог ему в разговоре, так что следовало вернуть должок уважения. Соблюдая ритуал вежливости младшего перед старшим, юноша спокойно проговорил:
— Мы понимаем побуждения господина Вэй, хоть его поступок и нарушает все правила. Но надеемся, господин Кун, что если однажды вы сами окажетесь в подобной ситуации, вы проявите такое же чуткое понимание к чужим поступкам.
— Ты мне угрожаешь?! — В глазах Куна вспыхнул опасный огонёк.
— Не смею. Вы пообещали обеспечить семье Вэй абсолютное процветание, и нам остается лишь с интересом наблюдать за вашим искусством, — Юй Нин с безупречной грацией сложил руки в прощальном поклоне. — В таком почтенном доме нам, скромным гостям, больше делать нечего. Всего доброго.
Пока Вэй и Кун переваривали его спокойную уверенность, Юй Нин развернулся и неторопливо покинул виллу.
Едва юноша скрылся за дверью, старец Вэй с тревогой обратился к Куну:
— Господин Кун... А мастер Фан и его люди... они не станут мстить моей семье?
Кун смерил его взглядом, в котором отчётливо читалась брезгливость:
— Я знаю Фан Циу. На подлости он не способен. — Замявшись на секунду, он добавил: — Не будь мой отец обязан твоей семье жизненным долгом, я бы близко к этому дому не подошёл... Дело сделано, забудь о нем. Я сказал, что спасу твой род, значит, так тому и быть.
Старец Вэй горько усмехнулся. Многолетняя дружба рухнула в один миг. Он ведь знал характер даоса Фана — прямой, вспыльчивый, но отходчивый. Вэй рассчитывал провести Куна тайком, развести мастеров во времени, дабы избежать скандала. Кто же знал, что они столкнутся у самых дверей? Мечта усилить эффект двумя мастерами обернулась треском.
— Что ж... Теперь вся надежда только на вас.
* * *
Когда Юй Нин вышел на парковку, даос Фан и Чжоу Хуан уже ждали его в машине. Даос восседал на заднем сиденье и, едва юноша забрался на переднее кресло, недовольно буркнул:
— Ты чего там застрял?
Юй Нин сохранял абсолютное спокойствие:
— Уходить вот так, поджав хвост, казалось непедагогичным. Я решил оставить им пару напоследок.
Заметив, что даос молчит, юноша продолжил:
— Ваш ученик сегодня отлучился по делам, вот нам с Чжоу Хуаном и пришлось поработать ассистентами. А раз уж мы заняли его место, то и за честь учителя заступиться были просто обязаны.
Мрачные тучи на лице даоса Фана моментально рассеялись, и он раскатисто расхохотался:
— А ты мне нравишься, парень! Не хочешь бросить своего наставника и пойти ко мне в ученики? С твоим языком тебе и делать ничего не придётся — я рядом с тобой буду на пару пиал риса больше съедать! Пойдёшь ко мне — завещаю тебе свой даосский храм! Эх, нет... А-Мао обидится. Храм не могу, но свою заначку поделю поровну между тобой и А-Мао!
— Не выйдет, — улыбнулся Юй Нин. — У моего учителя характер тяжёлый. Узнай он, что я задумал сменить школу, гнал бы меня палкой до самого края света, переломал бы ноги, приволок назад и потчевал бамбуковыми розгами трижды в день вместо обеда. А забей до смерти — счёл бы очищением рода от скверны.
— А если не забьёт? — с любопытством спросил даос Фан, подавшись вперёд.
— Тогда будет бить до тех пор, пока я со слезами не обниму его сапоги и не покаяюсь. Но есть и ещё одна причина, куда более важная.
— Какая же?
Юй Нин повернулся к нему с самым серьезным видом:
— Я страшно люблю говядину. А если стану даосом, про мясо придётся забыть. А как же телячьи язычки на жаровне? А ломтики мраморной говядины в кипящем бульоне? А тушёная грудинка с томатами, сочные стейки на сливочном масле, нежнейший тар-тар?..
Юй Нин перечислил полдюжины блюд с такой экспрессией, что сам судорожно сглотнул.
Даос Фан откинулся на спинку сиденья и захохотал так, что едва не задохнулся:
— Ну и жук твой учитель! Но ты — ещё тот фрукт!
Чжоу Хуан, сидевший за рулём, тоже сглотнул подступившую слюну:
— Юй-гэ, это нечестно! Я ведь только недавно поел, а теперь у меня в животе урчит!
Юй Нин бросил на него короткий взгляд, и Чжоу Хуан понимающе кивнул. Без слов было решено: прямо отсюда они едут в хороший мясной ресторан.
Убедившись, что от обиды даоса Фана не осталось и следа, Юй Нин тихо спросил:
— Этот господин Кун... он ведь намеренно спровоцировал ваш уход?
— А ты как думал? — Даос достал телефон, запустил игрушки с шариками и под весёлые звуки уничтожаемых блоков ответил: — Старик Вэй нарушил этикет, а Куну нужно было выжать из ситуации максимум для себя. Какой смысл ему ходить вокруг да около? Если бы он пришёл «просто посмотреть», то показал бы свою слабость. А раз я ушёл, вся инициатива осталась у него.
— Он просто выжил меня, — не отрываясь от экрана, добавил Фан. — Не знаю уж, какой там у него долг перед семьёй Вэй, раз он ради них пошёл на такое бесчестье.
— Должно быть, спасительный, — заметил Юй Нин.
Даос ненадолго замолчал, после чего произнёс:
— И перед тобой я сегодня виноват, Сяо Ю. Тот корень лотоса из теплого нефрита я отдал тебе не только за работу. Хотел задобрить, чтобы ты, с твоим мягким характером, не бросил меня, если я начну метаться от беспомощности.
Юй Нин призадумался:
— Скажите, а артефакты, направленные на учебу и карьеру... они бы подошли семье Вэй?
— Естественно! Хотя ты и сказал, что шпильку «Пурпурный дракон, ступающий по облакам» уже подарил, я по твоим глазам вижу — у тебя в запасе есть что-то ещё.
Даос проиграл уровень в игре из-за одного недостающего блока, с досадой закрыл приложение и с нескрываемым злорадством пробурчал:
— Вэй рассчитывал на меня, чтобы обеспечить семье взлёт на годы вперёд. Но поступил как последняя дрянь. Не заслужил он моих трудов! В городе S все мастера наперечёт. Если у меня нет нужной вещи, думаешь, у Куна она найдётся? Чёрт с два! Ему придётся ставить слабый, вторичный расклад. Пусть теперь локтями кусают!
«Вы не ошиблись, у меня действительно кое-что есть», — подумал Юй Нин.
Он вспомнил резную статуэтку сочных личи, подаренную мастером Усуном. «Личи» созвучно со словом «устремление» — артефакт столетие простоял в храме Вэньцюй, вбирая молитвы о даровании ума и чиновничьих успехов. Он идеально подошёл бы для продвижения по службе. И если бы даос Фан сейчас попросил его помочь, Юй Нин, возможно, поддался бы на уговоры и отдал вещицу ради компенсации за нефритовый корень.
— Хе-хе, мал ты ещё, кабанчик, чтобы меня провести! — хмыкнул даос Фан, заметив его задумчивость.
Чжоу Хуан решил сменить тему:
— Дядя-наставник, мы возвращаемся в твой храм?
— Нет! — отрезал даос Фан. — Едем к твоему учителю!
— ЧТО? — Чжоу Хуан бросил быстрый взгляд на часы. — Но учитель в это время всегда спит!
— Плевать на его сон! У его старого друга только что сбили вывеску! Если он ещё жив, пусть немедленно подрывается с кровати!